Первые переговоры | Глава 3 (1/2)
27.01.1639 Парпалдийская Империя, Эсфирант
Девять дней к ряду Казахстан блокировал порты Эсфиранта, столицы Империи Парпалдии, а ВВС ненавистных Людию “варваров” продолжали свои удары по уменьшающемуся численно ВМФ страны. Если сначала молчание казалось оправданным - ни один генерал, ни один чиновник или министр не желали вести диалог с, как им казалось, агрессором, то с течением времени, осознавая, что экономический ущерб растет, а казахстанцы никуда деваться не собираются, вспоминая разрушительную мощь ракет и артиллерии, категоричность и монолитность государство по этому вопросу сменилась распрями. Поляризованное правительство ежедневно спорило и искало решение кризиса, созданного необдуманными действиями Парпалдии. Ремилль, потерянная и раздавленная, равно как и император, старались все это время не появляться на людях - не было ни сил, ни желания, ни решимости биться. А еще было ужасно страшно. Страшно, что вот-вот в них прилетит ракета, кои парпалдийцы называли огненными стрелами.
Так и сейчас, лежа в мягкой постели, болезненного вида император наблюдал гравюры на потолке, меланхолично перебирая беспорядочно вьющиеся во все стороны волосы на своей голове. Рядом лежала сестра, чье лицо не выражало ничего. Тупым, скучающим взглядом, она сверлила стену, лежа спиной к императору. Они не выходили из комнаты с тех самых пор, как отправили на верную смерть всех своих моряков.
— Как думаешь, сестра, это конец ? — в который раз спросил Людий, надеясь, словно всегда уверенная в мощи Парпалдии девушка, как и всегда до Алтараского Инцидента, отзовется восторженным замечанием в упадничестве, а затем распишет в красках, как Империя воспрянет духом и прогонит казахстанцев.
— Да ? — лениво ответила она, — Скоро прибудет их основной флот, и тогда нам конец.
Ремилль говорила так только потому, что такой была политика самой Парпалдии. Уничтожить, захватить, поработить. Несчетное число городов и деревень были уничтожены, огромные толпы невинных людей - в основном детей и жен были, были отданы в рабство. Для нее само собой разумеющимся было то, что и ее ждет страшная судьба. Но бояться этого не было никакого смысла. Зачем ? Все, во что она верила - непобедимость и величие Империи. Осознание, что три катера - три жалкие корабля смогли уничтожить весь их флот, уничтожило ее мир. У нее уже не было причины жить.
— Они бы уже захватили нас, имей они цели или возможности это сделать, Ремилль — погладил он ее по голове. Это не была забота или проявление любви. Гладя ее по голове и успокаивая, он думал о том, согласятся ли казахстанцы на мир за голову его сестры…
— Я собираюсь назначить, наконец, имперский совет, Ремилль — продолжил он, поднимаясь с постели. Угроза более не ощущалась остро. Людий предпочитал полагать, что Казахстан не обладает сильной наземной армии и опасается высаживаться. Это значило в свою очередь, что у них есть некое преимущество. Можно было договориться о заключении мира на условиях статус-кво или… - снова разглядывая Ремилль, он, конечно, думал над тем, чтобы выдать ее в качестве уступок. В конце концов именно она была виновницей того, что произошло. Именно она угрожала геноцидом казахстанцев, а не он !
— Я иду с тобой ? — сонно, произнесла она, даже не поворачивая голову.
— Нет, оставайся здесь, восстанавливайся. Я поставлю охрану.
Император вышел из комнаты, направившись неуверенной походкой в сторону места, где он приказал еще вчера собрать все правительство для проведения самого важного за долгую историю императорского совета. На этом собрании Людий должен был решить судьбу Парпалдийской Империи.
Пройдя по пустым коридорам, не встретив ни одной живой души, он подошел к двойным дверям. Взявшись двумя руками, он надавил на них и открыл. На него смотрели аристократы. Здесь были не все, но на глаза попался вечно сдержанный Кайос, глава третьего отдела МИДа. Странное волнение охватило его при взгляде на них. Кивнув в знак приветствия, он прошел к своему месту и сел.
С тех пор, как началась блокада Эсфиранта, по Парпалдии лесным пожаром распространились слухи о военном поражении и полном уничтожении флота. Естественно, эти новости уже сказались на стабильности страны. Если не решить проблему блокады, то Альтарас и Сиос, два зависимых государства, расположенных на южных островах, могут объявить о своей независимости. Более того, если не решить проблему с блокадой, в скором времени не будет ни Людия, ни его сестры, поскольку в городе уже находятся недовольные властью диссиденты как среди простого люда, так и среди военной аристократии, разочарованной в императорской семье.
— Рад видеть всех. Кайос, Эльт, Адре… — он обошел взглядом всех, называя каждого, — …признателен вам. — Впервые император склонил голову, удивляя всех своим почтением и вежливостью. — Вы уже знаете для чего я вас всех собрал ?
Адре поднялся на ноги — Ваше Высокоблагородие ! — зная о плане Людия, он склонил голову, встав на колени перед императором, — Позвольте мне отправиться на переговоры !
За ним поднялась Эльт, Кайос и прочие-прочие. Как бы жесток не был император, его любили, уважали и боготворили. Несмотря на военное поражение и величайший за всю историю Империи урон, это не изменяло того факта, что Людий - их император.
— Я принял решение. У Казахстана нет сил и ресурсов для высадки и нанесения ударов по нашим городам. Их экономика и технологии не смогут совладать со всей нашей мощью. Мы никогда не опустим голову и будем сражаться до конца, поэтому победа Казахстана над нашей империей просто невозможна…
Не во всем он ошибался. Казахстан, например, ни за что бы не смог оккупировать всю Парпалдию. Не было возможности, интереса и средств на столь масштабную операцию. Более того, пока не было и возможности вести воздушную бомбардировку военных целей в глубине материка на территории Парпалдии из-за стоимости и нецелесообразности этого. Поэтому Людий, ошибаясь в деталях, все же был прав в оценке общей картины.
— Однако значительные экономические последствия блокады, если ее не закончить, будут страшнее любой войны. Кроме того, как известно, в так называемом Алтараском Инциденте мы потеряли весь наш военный флот, что негативно сказалось на моральном духе всех жителей Эсфиранта и окрестных деревень. Слухи об этом уже достигли ушей порабощенных народов, вследствие чего стоит ожидать в ближайшие месяцы крупных восстаний.
Парпалдия могла просто рассыпаться. Инцидент в Алтараском Проливе, или бойня у берегов Эсфиранта, как еще называли эти события, мог послужить катализатором распада государства, разрушением этого карточного домика.
Поднявшись и подойдя к карте Парпалдии, император провел рукой по недавно завоеванным землям, — Мы можем не пережить этого удара. Вся наша великая армия может просто не справиться с этим. И дело не в недостатке силы или храбрости, а в сугубо логистических и экономических причинах. Мы не сможем быстро доставлять наших воинов по воде, как раньше; не сможем контролировать все дороги и тракты для снабжения армий; не сможем держать достаточный для подавления каждого восстания гарнизон в каждом городе.
В лицах присутствующих Людий находил искренний патриотизм. Каждый из них болел о благе Империи, жаждал процветания ее нарду, и с ужасом осознавал нависшую над ними угрозу.
— Кайос… — обратился император к главе третьего отдела МИДа, — я хочу, чтобы ты отправился на переговоры с казахстанцами и добился лучших условий для нашей страны. — Объясняя свое решение, император зашел за спину Кайосу и положил руки на его плечи, — Будучи главой третьего отдела, ты, Кайос, как никто иной служил на благо нашей империи. Ты обладаешь опытом, который нужен нам сегодня ! Общаясь с варварами и аборигенами, ты был способен найти ключ к их страху - продавливал, нещадно нашу политику там, где не каждый был бы готов вообще работать.
Третий отдел МИДа Парпалдийской Империи отвечал за дипломатию с нецивилизованными государствами. Причины, почему было решено отправить главу именно третьего отдела заключалась в том, что Людий полагал, будто второй отдел, имеющие дела с зависимыми от сильных мира сего державами, или первый, непосредственно коммуницирующий с представителями великих стран, были слишком мягкими, неуверенными и слабыми - не готовыми проявлять ту же жесткость, что и Кайос. В этом решении не было какого-либо пренебрежение угрозой. Людий полностью доверял Кайосу и знал, что тот сумеет совладать с такой ответственностью
— Это война, и нам нужен профессионал, вроде главы третьего отдела ! — Людий похлопал по плечам Кайоса, приводя того в чувства, а затем вернулся на свое место, приказав всем встать с колен. Когда все сели за стол, Людий продолжил, — Кайосу будет предоставлены все полномочия представлять интересы нашей Империи. Нам необходимо достичь взаимопонимания и прийти к консенсусу, но мы должны избежать выплат репараций и признание любого поражение. Я хочу мир на условиях статус-кво, однако, понимая недостижимость этого, готов пойти на ряд уступок.
— Ваше Императорское Величество, на какие ? — обратился Кайос, несколько бледный от осознания своих перспектив.
— Во-первых, мы можем передать им пару сотен рабынь — он улыбнулся, — для их владыки… — Людий стал перечислять те “блага”, которыми Парпалдия могла бы поделиться с Казахстаном. Среди них были, помимо упомянутых выше рабов, разные награды для представителей, грамоты, элементы культуры, ценные монографии, философские трактаты, иные престижные, но не сильно дорогие подарки. — И, конечно, мы готовы признать Казахстан равным государством и пустить их на наш внутренний рынок.
Кайос с сомнением записывал перечень “уступков”, с сомнением смотря на императора, прекрасно осознавая, что ничто из этого, пожалуй, не заинтересует Казахстан. Впрочем, говорить это вслух, он не спешил.
— Кайос… — обратился к нему Адре, — Людий, наш великий император, имеет в виду, что ты должен обхитрить их. Империя никогда не платит за преступления - таково право сильного. Сохранить это - твой долг.
— Какими бы сильными они не были, это все еще варвары, Кайос — вздохнул император, — задобри их женщинами, картинами, сказками - обдури и заключи выгодный нам мир.
Бусы в обмен на мир. Грустно усмехаясь, Кайос уже похоронил себя…
***
В сопровождении конного кортежа Кайос направился в порт. Карету трясло на колдобинах, а через окна проходила городская вонь. За неделю в столице стало тише и грязнее, чем обычно. Пропали иностранцы, совсем ушли торговцы, стало меньше хлеба и свежих продуктов. Хотя казахстанцы не атаковали рыбацкие корабли, заметно меньше стало и простых рыбаков. Весь путь от столицы до порта на глаза то и дело Кайос отмечал ужасающее преображение города, которое было стремительным и потому неожиданным. Никто из правительства даже не представлял, что происходило здесь, в Эсфиранте.
Вскоре карета прибыла в порт, где стояло несколько кораблей. Скучающие матросы взглянули на Кайоса и покачали головой. Один из них подошел к группе охраны, в которой стоял глава третьего отдела и заявил:
— Господа, это, корабли не ходят. Иноземцы блокируют порты, вы не скоро отсюда денетесь…
— Я представитель императорской семьи — обратился Кайос к нему, — и я направляюсь на переговоры с этими иноземцами !
В следующую минуту матросу была предоставлена грамота и значок с гербом, который удостоверял слова Кайоса. По грамоте Империя собиралась арендовать любой корабль на срок до завершения миссии, и естественно платила достаточно, чтобы любой был рад согласиться. Матрос тут же поклонился и убежал, направляемый главой третьего отдела сообщить об этом капитану их судна.
Когда они все погрузились в первый же встречный корабль, то с охранной поплыли в направлении казахстанцев. На днях в их строй вошел еще один железный корабль - достаточно большой, чтобы вызывать опасения, однако не обладавший и одним механизмом, который бы можно было идентифицировать в качестве оружия.
По вполне очевидным причинам, остановившись на достаточном удалении от казахстанский кораблей, они принялись ожидать. Ожидали они недолго, но за это время Кайос успел осмотреть новый корабль. Это было огромное судно с неизвестными письменами на обшивке. На палубе с одной стороны возвышалось самое настоящее здание в несколько этажей, а на другой - ничего. Пустая и ровная площадка. Такая картина вызвала некоторое удивление у Кайоса, который не понимал предназанчение этого судна.
— Говорит Адмирал флота Республики Казахстан. Движение в этих водах временно приостановлено ! — отозвалось через громкоговоритель по ту сторону.
Услышав это, Кайос приказал сбросить шлюпку и через некоторое время выплыл в сторону катера, маша белым флагом. Это привлекло внимание и было правильно расценено.
— Вы представитель императорской семьи ? — обратился к нему седой мужчина с узкими глазами.
— Да, все верно, я глава третьего отдела Кайос. Запрашиваю переговоры с представителями вашей страны.
Его подняли на борт, оставив охрану в шлюпке, да направились в сторону большого корабля, где им пришлось подниматься по веревкам на палубу. Как и думал Кайос, здесь было пусто.
— Добрый день, Кайос ! — обратился к нему мужчина с короткой стрижкой и в черном костюме, — Я премьер-министр Республики Казахстан - второе после президента нашей страны лицо.
— Я глава третьего отдела Министерства иностранных дел Парпалдийской Империи. — Протянул Кайос руку премьер-министру, который почему-то был как-то раздосадован при виде Кайоса, узнав, что тот из третьего отдела. Словно молния, пришедшее осознание прошибло его с ног до головы.
Неужели они что-то успели разузнать о нас ? - испуганно пронеслось в его голове. Это могло сильно испортить изначальный замысел, сделав их план неисполнимым. На их стороне мог бы быть эффект неожиданность, но теперь и он полностью нивелирован.
— Прошу за мной — холодно отозвался премьер-министр, который очень быстро изменился в настроении. Более он не выказывал хоть малейшей доброжелательности, с которой изначально встретил Кайоса.
Впрочем, Кайос, слишком напуганный, чтобы думать, старался не замечать этого. Ему хотелось надеяться, что ему просто показалось. И действительно, откуда Казахстану знать такие подробности о Парпалдии, как назначение отделов МИДа ? Во всяком случае, если они знают, следовало - полагал Кайос, - смягчить это впечатление. Но чем это можно было сделать в такой обстановке - хороший вопрос.
— Проходите, господин Кайос — открыл двери премьер-министр, проводя главу третьего отдела министерства иностранных дел в небольшую комнату, освещенную искусственным светом лампы.
Кайос тут же обратил внимание, что в комнате было достаточно просторно, чтобы вместить два десятка человек без стеснения. Посередине стоял длинный стол с цветами и флагами Республики Казахстан и… - здесь Кайос сильно удивился, - Парпалдийской Империи. За столом сидели представительного вида люди - и все разные. Кайос обратил внимание, что премьер и ранее виденные им люди несколько отличались от парпалдийцев. Они были несколько выше, их волосы черны, а глаза - узки. Однако в комнате были совершенно разные люди: как те, что похожи на тех, кого он раньше видел, так и иные. Войдя в комнату, Кайос кивнул и поприветствовал сидящих. Ему указали на его место.
— Представлю вас, господин Кайос, — встал у изголовья стола премьер-министр и указал на ближайшего:
Постоянный координатор ООН - Микаэлла Фасбер
Представитель Департамента глобальных коммуникаций ООН - Властимил Саурон
Советник по безопасности Департамента охраны и безопасности ООН - Джон Дотжик
Первый посол Республики Казахстан - Арсений Кудырбегулы
Второй посол Республики Казахстан - Михаил Крылов
Первый представитель KazAID - Берик Нуркенов
Второй представитель KazAID - Николь Ворк
Генерал армии Казахстана - Асылхан Уахит
Генерал особого формирования - Сергей Калашников
А также министр иностранных дел Республики Казахстан, его помощник и я.
— Приветствую, я представляю на этих переговорах Парпалдийскую Империю. Мое имя Кайос, я глава третьего отдела Министерства иностранных дел Парпалдийской Империи — склонил голову в знаке почтения он, а когда поднял ее, то кровь в его жилах остановилась.
Эти взгляды… он определенно ощущал оскорбление, злость, отвращение и скуку в глазах казахстанских представителей. Это был знак… это определенно был знак, говорящий Кайосу, что Казахстан успел изучить их лучше, чем они Казахстан.
Не обращая внимание на побледневшего Кайоса, премьер-министр обратился к нему, — Итак, насколько мы понимаем, вы прибыли для ведения мирных переговоров ?
— Все верно, ваше… — он не совсем понимал, какой чин у премьер-министра.
— Можете просто “господин”, “сэр” или по моему чину, господин глава третьего отдела — улыбнулся премьер-министр присаживаясь в середине всей казахстанской дружной компании напротив него.
Это несколько давило на Кайоса - тот факт, что перед ним сидело 12 человек и он, совершенно один, без всякой поддержки или компании. Сглотнув, он обратился к ним: — Уважаемые представители Казахстана, наша Империя не заинтересована в дальнейшем ведении боевых действий и готова к мирным переговорам с вашим государством. Мы имеем желание предложить компенсацию пострадавшим от наших действий людей, а также официально предлагаем признание вашего государства.
— Мы можем узнать о предлагаемом вами перечне средств и вещей, предлагаемых Парпалдийской Империей в качестве компенсации ? — поинтересовался премьер-министр.
Оглядев всех их, Кайос, достал внутреннего кармана своего фрака лист бумаги, в котором были записаны все объекты, которые Империя готова была передать Казахстану, и принялся читать: — Повелением всепарпалдийского империатора Людия, признавая великую мощь Республики Казахстан и их благородство, Парпалдийская Империя в знак вечной дружбы и мира между странами передает в качестве компенсации за предоставленные Республике Казахстан неудобства 200 алтараских женщин… — Кайос прикусил язык, когда увидел реакцию казахстанцев на его слова. Крылов скрыл лицо, отводя взгляд, министр иностранных дел сощурил глаза и недобро глядел на Кайоса, а премьер-министр - он… у него вздулась вена на виске, готовая вот-вот лупнуть… — эээ… — прочистив горло, Кайос продолжил, — я не знаю, что вы слышали об алтараских женщинах, но…
— Довольно, Кайос — остановил его премьер-министр, разминая морщины на лбу, — мы с вами так ни к чему не придем.
— Но… — Каойс собирался вставить слово, однако осознал, что все было напрасно. Окружающие, в особенности представители ООН, были в крайнем недовольстве. Он взглянул в глаза Николь, которая смотрела на него без всяких эмоция или интереса, и вдруг осознал, что в ее глазах он уже давно мертв. Ослабив последнюю пуговицу, так как ему стало нечем дышать, Кайос отступил.
— Нет. — покачал головой премьер-министр, — Нет, Кайос, нам не нужны ваши женщины, тем более невольницы… — вздохнул он.
Господи, что не так с Парпалдией ?! - злу в душе премьер-министра не было предела. Как можно было на первых же переговорах предложить рабынь ? Да у большей части делегации от этих слов Кайоса просто челюсть отпала. В особенности у женщин.
Переглядывание Микаэллы и Николь сами по себе намекали на то, какой нелюбовью они пропитались к нравам парпалдийцев за короткое время знакомство с ними. Не помогла и методичка, составленная в ходе допроса парпалдийского офицера. Они знали, что в Парпалдии процветает рабство, но не были морально готовы, что представитель власти этой страны с первыми же словами предложит им… им забрать рабов.
— Нет, премьер-министр, мы заинтересованы в рабах ! — ударила по столу Николь, — Парпалдия должна передать нашей стране всех подневольных граждан или осовободить их !
— Что ? — Рассеянно взглянул на нее Кайос.
— Мы, как представители Организации Объединенных Наций, господин Кайос, осуждаем рабовладение в вашей стране и требуем полного запрета данной практики.
Этого не ожидал сам премьер-министр, который с удивлением взглянул на Микаэллу и Николь. Прочистив горло, он обратился к Кайосу, — Рабство в нашей стране находится полностью под запретом, господин Кайос. Более того, этот вид преступления осуждался среди всех стран нашего прежнего мира…