Часть 19 (144) (2/2)
Также она была замечена в Норт Блю и смогла уйти от рук Вице-адмирала Цуру.
Но в целом пиратка Харли Квин затаилась и не показывала носа, и вот по прошествии двадцати лет со дня казни Роджера она вновь вышла на Гранд Лайн, уже в качестве капитана, собрав свою сильную команду, но как только пираты Харли Квин добрались до архипелага Саободи, где их уже ждали Адмирал Аокидзи и Адмирал Кизару, которые разбили пиратский флот.
Мы все думали, что после трагедии, что случилась с тремя преподобными, эта жестокая во всех смыслах пиратка канула в лету.
Но с прискорбием сообщаю вам, что это не так. Пиратка Харли Квин выжила и проникла в Импел Даун. По информации, что дал нам вышедший из комы Начальник Тюрьмы Магеллан, эта женщина не только ходит под чёрным флагом, но также является союзником Революционного Дракона, соратникам которого она помогла совершить побег.
Также нам стало известно, что помимо того, что эта женщина является врагом Мирового Правительства, она входит в состав пираткой команды в должности командира второго дивизиона Йонко Эдварда ”Белоуса” Ньюгейта.
Корреспондент Неуловимый Джо.”
— Это чё? — поднимаю взгляд на Марко, что стоит ещё рядом.
— Статья целиком и полностью о тебе, но самое удивительное дальше, — не скрывая смешка, выдает он.
Дальше были листовка. Моя. Новая. Без носа и штукатурки на лице. Где-то на фоне были видны кудри Иванкова.
— Ох, — глядя на свой новый постер произношу я, — меня ещё бухло не отпустило.
— Нет, Багги, ты уже трезвая.
— Нет, Марко, ты не прав. Абсолютно не прав. Я не могу столько стоить. У меня таких талантов нет, чтобы стоить таких денег.
Ещё раз взглянув на листовку, я ей вновь не поверила, да и как тут проверить?! Я таких цен за свою голову бедовую даже в фантазиях предоставить не могла, а тут...
— Не, меня всё ещё глючит, — проговорила я, уже успев похлопать себя по щекам и ущипнуть, очень больно, прошу заметить, филейную часть своего тела.
— Смирись, Багги.
— Такая награда это круто, — рядом оказывается Харуто, сверкая гагаринской улыбкой.
— Нет, Харуто, 1.500.000.000 Белли это не круто, — уныло проговариваю я, осознавая, что это не белая горячка.
Вот же... ПИЗДЕЦ...