Рыцарь на белом коне – это так старомодно (1/2)

— Говори то, что думаешь, и никогда не извиняйся за то, что ты слишком настоящий.</p>

___</p>

— Чимин! — разносится по коридору голос моего дяди Джихуна, и я инстинктивно поворачиваюсь к нему. Я улыбаюсь, машу ему рукой, хотя у меня такое чувство, словно я не смогу сдвинуться с места ни на дюйм, ведь я как-никак только что выслушал то, что до жути походит на предостережение.

Я поворачиваюсь обратно, чтобы снова оказаться лицом к лицу с Высоким Темноволосым И Мрачным Незнакомцем и попытаться выяснить, чего именно мне, по его мнению, следует так уж опасаться, но его здесь уже нет.

Я оглядываюсь по сторонам, желая во что бы то ни стало дознаться, куда он подевался, но прежде, чем мне удаётся отыскать его глазами, дядя Джихун заключает меня в свои медвежьи объятия и поднимает так, что мои ноги отрываются от пола. Вися в воздухе, я чувствую, как меня окутывает исходящий от него умиротворяющий запах леса — точно также пахло и от моего отца.

— Прости, что я не смог встретить тебя в аэропорту. Пара подростков поранилась, и мне пришлось остаться тут, чтобы уладить проблему.

— Не бери в голову. С ними всё в порядке?

— Да, — качает головой. — Просто парочка идиотов. Ну, ты сам знаешь, какими бывают мальчишки.

Я просто смеюсь и поддакиваю.

— Хватит с нас рассуждений об обязанностях директора школы, — резюмирует он и ещё раз обнимает меня, на сей раз более коротко, после чего отстраняется, чтобы посмотреть на моё лицо. — Как ты долетел? И, что куда важнее, как ты сам?

— Путь был долгим, — отвечаю я. — Но все прошло нормально. И со мной все хорошо, — дежурный ответ.

— Уверен, что «хорошо» — это громко сказано, — вздыхает он. — Могу себе представить, как тяжело дались тебе последние недели. Жаль, что я не смог побыть с тобой дольше после похорон.

— Не беда. Риэлторское агентство, в которое ты позвонил, позаботилось почти обо всём. А остальное взяли на себя Банчан и его отец. Честное слово.

Видно, что ему хочется сказать куда больше, но также очевидно, что он не желает ни во что углубляться, пока мы находимся в коридоре. А потому в конце концов просто кивает и говорит:

— Ну, хорошо. Сейчас я тебя оставлю, устраивайся на новом месте по соседству с Джином, но завтра утром загляни ко мне, и мы поговорим о расписании твоих занятий. А ещё я познакомлю тебя с нашим психологом-консультантом, доктором Минхо. Думаю, он тебе понравится.

Ну, конечно. Доктор Сунбин. Школьный психолог-консультант, а также психотерапевт — так мне сказал отец Банчана. И не просто психотерапевт, а психотерапевт, который будет заниматься именно мной, так как и он, и мой дядя считают, что я нуждаюсь в психотерапии. Я бы мог поспорить, но раз уж весь последний месяц я каждое утро плачу, принимая душ, наверное, в этом всё-таки есть смысл.

— Да, конечно.

— Хочешь поесть? Я велю принести ужин в вашу комнату, раз уж ты его пропустил. И есть ещё кое-что, о чем нам точно необходимо поговорить. Хотя… как ты переносишь здешнюю высоту?

— Нормально. Не супер, но в целом нормально.

— Ага. — Он окидывает меня взглядом, затем сочувственно хмыкает и поворачивается к Джину: — Когда вы подниметесь к себе в комнату, дай ему две таблетки эдвила. И убедись, что он выпил много воды. Я пришлю ему суп и имбирное пиво. Сегодня вечером тебе, Чиминни, лучше ограничиться чем-то лёгким, а утром посмотрим, как у тебя пойдут дела.

«Что-то лёгкое» — это как раз то, что нужно, думаю я, поскольку меня тошнит при одной мысли о еде.

— Да, конечно.

— Я рад, что ты здесь, Чимин. И обещаю, что у нас тебе станет легче.

Я киваю, ведь больше мне ничего не остаётся. Сам я отнюдь не рад, что я здесь — сейчас Халласан кажется мне чем-то вроде луны — но, если речь идёт о том, чтобы мне стало легче, я обеими руками за. Мне ужасно хочется прожить хотя бы один день, не чувствуя себя так хреново, как все последние недели.

Я надеялся, что такой день наступит уже завтра, но сейчас, после моей встречи с Высоким Темноволосым И Мрачным Незнакомцем, я могу думать только об одном — о том, как он выглядел, когда предложил мне отсюда уехать и оставить Вэмир. И о том, как сердито он смотрел на меня, когда я отказался уезжать. Так что… скорее всего, это случится не завтра.

Решив, что моя беседа с дядей окончена, я тянусь к ручке одного из моих чемоданов, но тут дядя Джихун говорит:

— Не беспокойся о своих чемоданах. Я попрошу одного из парней… — он обрывает фразу и кричит, глядя в конец коридора: — Эй, Тэхён! Иди сюда и помоги мне, лады?

Джин издает звук, похожий на нечто среднее между стоном и предсмертным хрипом, пока его отец спешит в другой конец коридора, видимо, пытаясь догнать этого самого Тэхёна.

— Идём, давай уберёмся отсюда, пока папа его не догнал, — он хватает два чемодана и почти что бежит к лестнице.

— А что не так с этим Тэхёном? — спрашиваю я, взяв оставшийся чемодан и пытаясь не отстать от него.

— Ничего. Он классный. Потрясный. И супер сексуальный. Просто ему ни к чему видеть нас в таком виде.

Я вполне понимаю, почему он не хочет, чтобы Тэхён видел меня таким. Сейчас я наверняка выгляжу так, что краше в гроб кладут. Но ведь о нём такого не скажешь.

— Ты смотришься так, что прямо отпад.

— Э-э, нет. Не отпад. Идём, идём. Надо убраться отсюда до того…

— Привет, Джинни. Не беспокойся насчет этих чемоданов. Я их отнесу, — мы слышим доносящийся снизу низкий раскатистый голос, я оборачиваюсь и вижу парня в рваных джинсах и белой футболке, спешащего к нам. Он высок — почти так же высок, как Высокий Темноволосый И Мрачный Незнакомец — и так же мускулист. Но на этом их сходство заканчивается, потому что если первый парень олицетворял собой тьму и холод, то этот соткан из света и огня.

Изумрудные глаза, придают ему загадочный вид.

Кожа бежевого оттенка.

Стрижка похожа на укороченное каре с пробором, которая очень ему идет.

И, наверное, самое примечательное — в его глазах видна приветливая улыбка, так же отличающаяся от холодности в глазах того, другого парня, как яркие звёзды за окнами отличаются от бесконечной полночной синев, окружающих их небес.

— Ничего, мы отнесем их сами, — говорит Джин, но он пропускает его слова мимо ушей и, перескакивая через ступеньки, несётся к нам.

Остановившись рядом со мной, он осторожно вынимает ручку чемодана из моей судорожно стиснутой руки.

— Привет, Новенький. Как ты?

— Всё нормально, только…

— Ему очень худо, Тэхён, — кричит снизу дядя Джихун. — На него действует здешняя высота.

— А, ну да, — в его глазах отражается сочувствие. — Это жесть.

— Есть немного.

— Ну, тогда давай, Новенький, залезай мне на спину. Я донесу тебя до верха.

От мысли о том, чтобы взгромоздиться на него, меня начинает мутить ещё больше.

— Э-э… что? Н-нет, не надо, — и отступаю в сторону. — Я могу идти…

— Да ладно тебе. — Он сгибает колени, чтобы мне было легче ухватиться за его широченные плечи. — До верха еще шесть длиннющих лестничных пролётов.

Пусть мне даже надо преодолеть ещё шесть длинных лестничных пролётов, но я всё равно ни за что не соглашусь влезть на спину совершеннейшего чужака.