27. (1/2)
Утро Антона началось не с фразы «Доброе утро» и чашечки кофе, а с замешкавшегося Павла Алексеевича, который минут пять пытался что-то сказать, но не мог.
— Павел Алексеевич, честное слово, я пьяного Леву лучше понимаю, чем трезвого Вас, — сказал Шастун, по святой традиции тыкая в кашу ложкой.
— Твой чокнутый тренер забыл тебе сказать, что у тебя через пару дней концерт в Новгороде, — наконец выдал Воля, глядя на парня со всем своим сочувствием в глазах. — Так что… собирай вещички. Нам два часика ехать с тобой… минимум…
— А есть вариант отказаться? — с лицом лица спрашивает он, отрываясь от созерцания каши.
— Можно. Но тогда тебе придётся есть всё, что здесь готовят. Так что поверь мне. Лучше в соседний город смотаться, заодно и денег заработаем.
— Мне тренироваться надо, у меня скоро чемпионат, — ровным голосом произнес фигурист, явно не желая куда-то ехать. Но и есть то, что готовят повара интерната, — настоящая пытка.
— Можно и там тренироваться. Тем более, что у тебя Чемпионат только через месяц с хвостиком, — продолжает уговаривать Паша. Черт бы побрал его совесть. — Люди такие деньги отдали, лишь бы на тебя полюбоваться! Там аншлаг полный!
— И?
— Что «и»? Что? Ты понимаешь, что если ты туда не явишься, то нас банально убьют. На кусочки порвут. И будут ненавидеть. А ещё потеряешь народную любовь, — преподаватель перечислил, наверное, самые глобальные проблемы, но они никак не повлияли на парня. — Ради Арсения и дедушки. Ну, пожалуйста…
— Ладно. Хорошо, — с тяжёлым вздохом согласился Шастун, отставляя кашу подальше от себя. — Восемьдесят процентов от заработанного я жду у себя на карте.
— Окей, — кивнул старший, растягивая на лице улыбку. — Иди, собирайся.
— Иду, иду. И учтите, никаких дурацких экскурсий! У меня нет на них ни времени, ни сил, ни, тем паче, желания.
— Как скажете, Антон Андреевич, — усмехнулся Воля, наблюдая за тем, как Антон, словно чёртов павлин, продефелировал до выхода.
***</p>
Сейчас Антон, как никогда раньше, благодарит себя за свою лень. Потому что не успел он толком разложить вещи (да и, собственно, не собирался), как снова поездка. А ведь он уже понадеялся, что сможет вернуться в свои родные будни, в которых нет места почти ежедневным переездам. Но судьба решила иначе, поэтому Шастун начал чуть ли не бегать по общаге, чтобы найти зубную щётку.
Да, в голове парня уже образовалась каша из-за этой бесконечной путаницы. Вот где зубная щётка может быть? В ванной? В туалете (хотя, это ну очень вряд ли), а может в ящике?.. Да, именно там. Но понял он это в самом конце, когда перебрал все варианты, осмотрел всю ванную и уже даже успел отчаяться.
Но, собственно, это препятствие и было самым сложным. А остальные вещи не заняли столько времени, сколько поиск щётки.
И только позже до Антона дошло, что он мог тупо не искать её, потому что потратить сто рублей — дело трех минут. Особенно, когда у тебя есть эти сто рублей. Но уже было поздно что-то менять.
— Ну что, собрался? — в комнату зашёл Воля, державший руки в карманах. — Тебе этого рюкзака типа достаточно?
— Ну да. Тут все самое необходимое, — кивнул Шастун, надевая походный, достаточно вместительный рюкзак на свои плечи. — Да и я бы не сказал, что у меня есть необходимость кучу всего везти с собой. Плюс мы не в глухое село едем, а, вроде как, в город. Хоть и небольшой.
— И то верно, — кивнул Паша, оглядывая небольшую комнату. — Ну ладно. Поехали?
— Ну естественно. Быстрее приедем, быстрее я поем нормальную еду и не получу от Арсения Сергеевича по крышке, — парень подмигнул и покинул комнату, но остановился у двери. — Милости прошу в коридор.
— Ага, иду, — мужчина вздохнул, медленно и вальяжно покидая комнату общежития. — Я закрою, иди пока вниз.
— Как скажете.
Шастун спускается по лестнице, печатая Арсению о том, что он, мягко говоря, обалдел. И, вроде бы, ему было весело печатать своему типа «идеальному» тренеру, который мог забыть о таком достаточно глобальном событии. Но было грустно от осознания того, что Попов это прочитает в лучшем случае вечером. Часиков в десять. А потом позвонит, обязательно.
Иначе Антон его просто убьёт.
Он уже спустился вниз, сел на скамейку, а точнее на самый её край, и стал дожидаться своего преподавателя английского языка. М-да… куда катится его жизнь? Вряд ли найдётся ещё хоть один фигурист, который поедет выступать не со своим тренером, а с обычным учителем английского языка. Прикольно.
— Ну всё. Сейчас будет два с половиной часа, за которые ты можешь поспать, — оповестил Павел, протягивая ключи вахтерше. — И когда ж ты уже расти начнёшь?
— Да кто его знает, — пожал плечами Шастун, в очередной раз за последние дни покидая пределы интерната. — И вообще, меня моё телосложение устраивает.
— Не буду спорить.
На парковке стоит чёрное Reno Arcane, за рулём которого сидит достаточно молодой человек. Ладно, главное запомнить номера. На всякий случай.
Антон вновь открывает мессенджер и пишет Арсению, что он в машине, что скоро поедут, и выключает телефон, садясь на заднее сидение.
Самое время включить музыку и расслабиться, вот только таксист решил сделать с парнем селфи, чтобы, как он сказал, повыпендриваться перед знакомыми. А Шастун, как самый добрый человек, согласился. Ну а почему бы и нет?
И вот они начинают отъезжать. В наушниках играют песни pyrokinesis, а впереди концерт к двадцать третьему февраля и выходные в соседнем городе, который в несколько раз меньше Питера.
***</p>
Новгород встречает Антона солнцем и, относительно февраля, теплом. Повсюду лежит снег, который переливается разными цветами под ярким солнцем, из-за чего глаза начинают побаливать. Зато красиво. Очень. Деревья здесь и правда как в сказке, что заставляет Шастуна почувствовать себя ребёнком. И пофиг, что у него достаточно сложная судьба и несколько побед за спиной.
— Ладно, я уже не так сильно злюсь на Арсения Сергеевича, — более оптимистично произнёс Антон, оглядываясь по сторонам. — Тут приятнее, чем в Питере.
— Не могу с тобой не согласиться, — кивнул Паша, глядя себе под ноги прямо на хрустящий снег.
— Дайте угадаю, — парень выгнул бровь, доставая из кармана под. — Именно по этой причине мы идём по какой-то забытой Богом дороге до отеля вместо того, чтобы и дальше ехать в машине?
— В целом… да. Тебя что-то не устраивает?
— Да нет. Все отлично, — он пожал плечами, глядя на белоснежный вал. Антон делает слабую затяжку, а после выдыхает почти прозрачный пар.
— Вот-вот, — кивает Воля, протягивая руку в просящем жесте. — Такая тренировка выходит.
— А то! Только я хочу поспать хотя бы пару часов, но да. Тренировка перед сном — основоположник счастливой жизни.
— Ой всё, не гунди, — цыкает мужчина и, сверившись с Гугл-картами, поворачивает вправо. — Туда нам надо.
— И не сомневаюсь даже, — буркнул мальчишка, следуя за своим преподавателем. Честное слово, если бы не музыка в наушниках — Антон бы уже убил всё живое на этой планете.
— Тихо, — заткнул его Паша, вновь поворачивая, но уже налево. — Мы на подходе, не переживай.
— Не переживаю, — меланхолично ответил Шастун, всматриваясь в очертания гостиницы. — Скажите, пожалуйста, что это она.
— Угадал, — кивает преподаватель, ускоряя шаг. — Вот сейчас заселимся, и до трех часов дня я тебя трогать не буду.
— Спасибо большое, Павел Алексеевич.
***</p>
В гостинице тепло, пахнет яблоками и корицей, из-за чего у Шастуна сводит желудок. Ремонт сделан неплохо, на уровне. Сразу понятно, что номера здесь не самые дешёвые в городе. И это, если честно, очень радует.
— Ты же не будешь против, если я поселюсь отдельно от тебя? — у самого ресепшена спрашивает Паша, практически сразу переводя взгляд на девушку.
— Нет, Вы что! Неужели я смогу жить без Вас?! Я же маленький ребёнок! Мне без взрослого дяденьки под боком не выжить! — Шастун разыгрывает спектакль для одного актёра, чем вводит Волю в ступор. — Шучу я. Я могу ужиться только с дедушкой, Левой и Арсением Сергеевичем. Я бы все равно с Вами не стал жить.
— Вот и отлично, — выдохнул мужчина, оплачивая два номера. — А то мне чуть плохо не стало! Нельзя ж так людей пугать, в самом деле!
— Вы же свой номер за свой счёт оплачиваете?
— Естественно. Не буду же я брать деньги с ребёнка, — он выгибает одну бровь, мол, Антон, ты чего, и продолжает. — За кого ты вообще меня принимаешь?
— Да Бог Вас знает, если честно, — парень пожал плечами, в ответ на что получил недовольный вздох со стороны старшего. Но оба решили промолчать.
На этой прекрасной ноте диалог завершился, а в окольцованых пальцах оказалась пластиковая карточка. Надо подниматься на второй этаж… Неплохо. Главное, что не на первом и не на последнем.
Он поднимается по лестнице, потому что ждать лифт — это, как минимум, тупо. А ещё негоже великому фигуристу лениться, а значит, что дойти пешком до номера — вариант, принятый голосами в голове единогласно.
К слову, лестница выполнена достаточно современно: темно-серые стены, белая лестница, чёрные перила, а также светильники с датчиком движения. Экономично, практично, а главное — удобно. Отлично.
— Так… Осталось найти свою дверь, — говорит он себе под нос, идя по длинному коридору. — Так, вроде эта.
Парень прикладывает карточку к нужному месту, и, после того, как датчик пикнул и загорелся зелёным светом, дверь открылась, а взору подростка открылся вид на просторную, можно даже сказать, роскошную комнату.
— Красиво тут… — Шастун еле сдержался, чтобы не открыть рот от шока и удовольствия. Но всё, что он сделал, так это захлопнул дверь и закрыл её на замок, а после с разбегу упал на мягкую, широкую кровать. — Оа-а-ав… Шика-а-арно-о-о…
Он и сам не заметил, как провалися в сон.
***</p>
Проснулся Антон от вибрации телефона, все ещё лежащего в заднем кармане брюк. И, судя по всему, девайс пытается достучаться до своего хозяина уже давно. Даже очень.
На дисплее высвечивается «Арсений Сергеевич ❤️», а на часах уже половина четвёртого. Шастун внезапно осознает, что сейчас получит по шапке за то, что, во-первых, проспал, во-вторых, не отвечал. Долго.
Но всё же берет трубку, хоть и знает, что Попов сейчас будет злиться.
— Да? — севшим голосом спрашивает парень, потирая дрожащей рукой глаза.
— Привет, радость моя глухая, — усмехнулся мужчина, судя по всему куда-то идя. — Ты почему не поел сегодня, м?
— Да как-то забыл, если честно. И как только зашёл в номер и лег на кровать, то сразу вырубился, — признается он, поднимаясь с кровати. — Вон, даже не переоделся.
— Ну ты даёшь… — протянул Попов, улыбаясь. — Но сейчас ты хоть немного поесть должен. Судя по отзывам, там неплохая еда. Договорились?
— Да, конечно, — кивнул Антон, пытаясь немного привести себя в порядок без зеркала. — Кстати. Арсений Сергеевич, а Вам не приходило в голову, что меня стоит предупреждать о каких-либо моих концертах? Особенно, если они в других городах?