FFik > Известные люди > Моё ледяное солнце Читать онлайн

11. (2/2)

Моё ледяное солнце Never say 140580K 2022-12-17

Предыдущая страница Глава списка Следующая глава

Как и планировалось — Антон встал в пять вечера. В сумме он проспал семь часов, что не может не радовать, ведь обычно он спит почти в два раза меньше.

И, если честно, то он чувствует себя выспавшимся человеком. Может это ещё и из-за того, что у него есть причина проснуться. А может и нет.

Мальчишка выходит из комнаты, направляясь в сторону кухни, чтобы налить себе водички после прекрасного сна.

— Ты, наконец, проснулся, — как-то радостно объявляет Попов, который в это время что-то пытался приготовить, — Сейчас покушаем и пойдём гулять. Идёт?

— Идёт, — легко соглашается подросток, усаживаясь на стул, — Что есть будем?

— Вещь, которую ты точно ешь, — Арсений решил, что отвечать по-человечески — не его стихия. Но потом, увидев недоумевающий взгляд младшего, отвечает уже нормально, — Гречка. Любимая твоя.

— Слава Богу, что не рис, — вздыхает мальчишка, глядя в спину тренера, — У меня на него аллергия.

— Это я помню, — Антон точно не может сказать, но ему явно кажется, что Арсений в этот момент улыбнулся. Даже не кажется, он на девяносто процентов в этом уверен, — Как я могу не знать об аллергиях собственного ученика?

— И то верно, — соглашается Шастун, наблюдая за процессом сливания воды из небольшой кастрюли. А ещё решает помочь, поэтому достаёт тарелки и вилки из разных ящиков. Вот только, если с тарелками всё более-менее понятно, то приборы он смог найти только при помощи старшего.

— Накладывай, — командует Арсений, отходя в сторону, — И даже не ной о том, что ты не голоден. Не поверю ни при каких обстоятельствах, — сразу заявляет он, не предоставив подростку даже малейшей возможности что-то сказать, — Вперёд.

И младшему не остаётся ничего, кроме как начать выкладывать варёную крупу в тарелку.

— Приятного аппетита, Антош, — и у парня сердце пропускает пару ударов уж точно. Его ласково назвали по имени не на соревновании… Чего-о-о…

— «Антош. Арсений Сергеевич, ну куда Вы… Моё сердце этого не выдержит! — думает про себя мальчик, стараясь зачерпнуть вилкой кашу, — Всё нормально, он твой тренер… Всё. Нор-маль-но, — но чем дольше он себя утешал, тем хуже подцеплялась еда, — Да ну черт…»

— Антош, тебя покормить? — насмешливо-ласково предлагает Попов, видя мучения фигуриста, — Ты кушать разучился?

— Да всё у меня нормально, — он фыркает носом, опуская вилку на тарелку, — Оно подцепиться никак не хочет.

— Ой, ну всё ясно с тобой, Шастун, — Арсений мотает головой, подсаживаясь ближе к мальчишке. Мужчина берет в руки чужую вилку, зачерпывая ей немного гречки и, слегка подув на неё, чтобы немного охладить крупу, направляет вилку ко рту подростка, — Открой-ка ротик, Антош, — и парень чуть не падает в обморок: на него смотрят два ярко-голубых, чуть суженных глаза, буквально прожигая дыру прямо в душе, — За Арсения Сергеевича, — младшему хочется засмеяться, отчего рот автоматически открывается, а тренер — ещё тот чёртов снайпер. Первую вилку осилили, класс.

Мужчина повторяет такие махинации до тех пор, пока Шастун не забирает свою вилку. Причём, мальчишка успел съесть и «за Лёву», и «за дедушку», и «за победу» и даже «за Победу». К чему последнее? Непонятно. Но факт остаётся фактом.

— Сейчас я тебе советую собраться, чтобы мы пошли с тобой гулять, — произнёс Попов, пока Антон честно пытался помыть посуду, — Просто погулять, — он ответил на немой вопрос в глазах подростка, который даже повернулся к старшему всем корпусом, — Я же тебе обещал.

— Но я не думал, что прям сегодня… — замялся Шастун, протирая тарелку полотенцем, а после убрал её на место.

— А чего ждать то? Потом у тебя тренировки, соревнования… Ты не думай, что я с тебя живого слезу. Не-а. Ни за что, — предупредил мужчина и, поднявшись со стула, направился в сторону своей комнаты, — Жду тебя у выхода из квартиры через двадцать минут.

***

Ровно через двадцать минут, Шастун уже стоял около входной двери, в ожидании Попова. А ещё тяжело вздыхал, стоя в тёплой, зимней куртке, в тёплой квартире.

— Ну Арсений Сергеевич, — тянет подросток, глядя в сторону комнаты, в которой сейчас должен был обитать мужчина, — Ну сколько можно…

— Да иду я, иду, — в сотый раз откликается Попов и, наконец, выглядывает из-за двери. И сразу становится понятно, что он там делал такую кучу времени, — Ну как, нормально выгляжу? — мужчина был одет в тёмно-синие брюки и зелёный, вязаный свитер с оленями. В целом, выглядел старший достаточно мило, особенно, если сопоставить его внешний вид с характером.

И Антон честно отвечает:

— Миленько, — а сам слегка краснеет, растягивая какую-то неловкую улыбку на губах, — И красиво, да. Несомненно.

— Что ж, спасибо за конструктивную критику, — спокойным и даже веселым голосом отзывается старший, натягивая на собственные ноги ботинки, — Когда ты наконец начнёшь носить нормальную обувь?

— Да Арсений Сергеевич, нормальная у меня обувь! — возмутился подросток, осматривая свои зимние кроссовки, — Они даже с утеплением.

— Если ты заболеешь, то я тебя буду лечить старыми народными средствами. И, поверь, они тебе мало понравятся, — кидает угрозу старший и выпрямляется, протягивая руку к куртке.

— Хватит угрожать, Арсений Сергеевич, — он обиженно дует губы, а потом выпадает в осадок с реакции собственного тренера, который на эту фразу лишь улыбается. Мягко, тепло, спокойно… улыбается.

— Ладно. Но это не угроза, это факт, — оповестил мужчина и, аккуратно отодвинув парня от двери, открыл её покидая пределы квартиры.

***

— Мне очень нравится Эстония зимой, — неожиданно говорит Попов, глядя на небольшие домики в центре города, — Особенно Таллин. Он красивый такой, а ещё тут домики такие… будто из века пятнадцатого вернулись, — он смотрит вокруг таким по-детски восхищенным взглядом и еле сдерживает себя от того, чтобы не начать ловить языком снежинки. Но от Антона не укрывается такое ребячество со стороны мужчины и он, немного замедлившись, лепит снежок, который запускает в тренера.

И только потом он думает над действием, но уже слишком поздно.

— Да ты чё? Бессмертный или да? — Арсений правда старается не улыбаться слишком уж широко, но выходит крайне плохо и он, смеясь, повторяет движения подростка, забрасывая того снегом.

— «Арсений Сергеевич, Вы все не перестаёте меня удивлять», — думает парень, стараясь увернуться от очередного снежка, летящего из рук тренера.

Антон понимает, что ему не жить под напором Попова и в какой-то момент он падает в сугроб, и мужчина, который пытался удержаться за подростка, летит следом, а чтобы не врезаться в чужое лицо своим, выставляет вперёд руки, по итогу нависая над ним. Затягивается пауза, сопровождаемая только частым дыханием обоих и разговорами, что доносятся из кафе и жилых домов.

— Какая игра весёлая, — практически шепчет Шастун, глядя в красивые, голубые глаза Арсения.

— Ага. Не то слово, — соглашается мужчина и все же поднимается с холодной земли и протягивает подростку руку, помогая последнему встать, — Ладно, давай зайдём куда-нибудь, посидим, о жизни поговорим… А то последние три года…

— Наше общение состояло из Ваших претензий, моих угу, ага, да, хорошо и… ну пару раз мы даже парой фраз перекинулись, — спокойно продолжает младший, рассматривая небольшие ресторанчики. — Туда хочу, — показывает он на один из домиков, который был украшен чем-то зелёным, красным и каким-то колокольчиками, — Уютненько выглядит.

— Ну пошли, — соглашается мужчина, следуя за ребёнком.

В помещении тепло, уютно и как-то тихо, несмотря на то, что людей было немало. Но, помимо столиков, барной стойки и ламп, была ещё и сцена. Освещение было тёплым, индивидуальным над каждым столиком, что не могло не радовать парней.

— Пошли за столик с двумя диванами. Который в углу, — предлагает старший, направляясь к тому самому столику.

— А что это за сцена? — интересуется Шастун, глядя на необычный предмет, — На ней кто-то танцевать будет?

— Ага, — кивает Попов, усаживаясь на диванчик, — По идее, через десять минут выйдут.

— О, прикольно, — кивает мальчишка, и в этот момент официантка приносит меню, — Что заказывать будем?

— Давай… не знаю… Я предлагаю попробовать пару национальных блюд, — он достаёт меню, в поиске нужных названий, — Давай возьмём марципан, карту… чего? Картулипорсс, — Арсений буквально по слогам прочитал название и выгнул одну бровь дугой, — В этой стране сложно быть алкоголиком.

— Я за, — улыбается мальчишка, глядя на Попова и болтая ногами под столом, — Заказывать будете Вы. Я ещё кофе, хочу, кстати.

— Ну и ладно, — пожимает плечами мужчина, откладывая в сторону меню, — Как жизнь?

— Неплохо, как видите. По Лёве скучаю с дедушкой, а так даже хорошо, — отвечает Шастун, глядя на девушку, которая принесла кофе, — Вы как поживаете?

— Стабильно. Скучно, но стабильно, — кивает старший, потягивая кофе из чашки, — Неплохо.

— О да. Согласен, — улыбается Антон, отпивая ещё кофе, — А скоро шоу начнётся?

— Скоро, — тихо смеётся Попов, автоматически пододвигаясь в сторону, — Садись.

— Сажусь, — отзывается мальчишка и, обойдя стол, усаживается рядом с мужчиной.

— Но учти, рейтинг тут где-то шестнадцать-восемнадцать плюс, — Попов играет бровями, растягивая улыбку всё шире.

— Арсений Сергеевич, вы что, на стриптиз меня привели? — глаза фигуриста расширяются, и он хотел бы повозмущаться… но подобного рода танцы вполне могут помочь ему определиться с ориентацией.

— Не-а, — он, как ребёнок, мотает головой, наблюдая за парнишкой, — Ты меня сюда привёл, а не я тебя.

— Да ну не-е-е… Вы же знали, что здесь находится, — Антон с неким укором смотрит на тренера, которому, видимо, очень весело от сложившейся ситуации.

— Не-а. Я не знал, что тут находится. А про танцы я сказал лишь потому, что бывал в таких местах и знаю, для чего эта сцена, — мужчина поднимает руки вверх, мол, я не при делах. А мальчишка хочет уже повозмущаться, но на сцену выходит несколько девушек в балетных купальниках с огромными, но лёгким юбками, наподобие кабаре, — Ну… если что, федерации — ни слова.

И он бы рад кинуть какую-нибудь шутку по этому поводу, но Антону вообще не до этого. Видимо, на девушек его не тянет вообще. Обидно ли это? Да, очень.

У него зато есть более интересное занятие — наблюдать за Арсением, который уставился на танцовщиц достаточно сдержанным взглядом. И у мальчишки только две мысли: либо Попов просто держит лицо, либо ориентация у него такая же, как и у подростка.

— Скучно? — мужчина поворачивается к фигуристу слишком резко, выводя младшего из транса, в который тот впал, залипая на красивое лицо.

— Нет, — как-то нервно говорит мальчишка, а потом, чуть успокоившись выдаёт другой ответ, — То есть… да. Вот. Пойдёмте дальше гулять? Мы ж уже поели.

— Сейчас, официант подойдёт, чтобы счёт принести и пойдём, — улыбается Попов, глядя на своего ученика.

— Отлично.

***

Антон решает разобрать чемодан. Да, сейчас половина одиннадцатого. Да, он устал. Но это же Шастун.

Он вытаскивает все свои кофты, костюм для тренировки, два костюма для программ, джинсы, носки и прочую одежду, а также… помаду. Тёмно-красную такую, достаточно дорогую, даже не распечатанную.

— Ну Лёва! Ну засранец! — шёпотом возмущается парнишка, рассматривая тюбик в своих руках.

— Спокойной ночи, Антош, — желает мимо проходящий Арсений, а подросток уже мысленно придумывает план того, как убьёт Бортника. Но сейчас надо ответить Попову взаимностью, а то как-то некрасиво получится.

— Спокойной, Арсений Сергеевич, — кивает он и, увидев то, как мужчина идёт дальше по коридору, прикрывает дверь и берет телефон в руки. Хвала небесам, что дома есть вай фай.

Вы.

Эй, слыш, зачем ты мне помаду положил?