Лунное отражение. (2/2)

Индра в самом начале семейного конфликта пытался быть дипломатичным. Он всеми силами доказывал Хагоромо и Ашуре ошибочность их философии, ведь люди слишком непредсказуемы и воинственны друг к другу. Когда сей аргумент был отвергнут, Индра решил пойти на компромисс, наделить чакрой только тех, кто этого достоин, но и тут Ашура с Хагоромо показали свою недальновидность, говоря, что ВСЕ так или иначе её достойны! Мол, они не станут делить людей на сорта, как это делала Кагуя.

Тогда Индра понял, эти дураки застряли в своём розовом мирке, где все друг друга любят и уважают. В то же время Индра видел всю суть человечества, тем не менее он не испытывал ненависти к ним, он просто не мог ненавидеть насекомых, которые целуют задницы любому, кто обладает силой. Конечно, Индра со временем очерствел, стал радикальнее подходить к своим делам, однако он и в мыслях не допускал истребление всех людей, он лишь хотел сделать этот мир таким, каким он заслуживает быть.

Индра также пояснил, что он не был прикреплён конкретно за ней или Саске, он был неким… духом-наблюдателем, не могущий вмешиваться в жизни потомков. Лишь изредка рождались люди, способные пробудить частичку силы и воли, правда ни один из них не был подходящим вместилищем. При малейшей ошибке они становились психопатами, неспособные отличить добро от зла. Индре это решительно не нравилось, ведь его воля осталась, а стремления, как и он сам, спрятались за тёмными кулисами. Любой недо-наследник становился одержим именно своей идеей, настолько сильно, что только смерть могла остановить безумца.

Индра поведал и о Кусанаги. Оказывается, не Рикудо создал его, а Индра. На самом деле все артефакты, призванные уничтожать, разрушать, убивать и запечатывать, были придуманы им. Изначально они предназначались для сражений с Ёкаями, а уже после их обернули против Биджу. Что до клинка Кусанаги, то это особенный артефакт, первой способностью которого была возможность рассекать душу любого существа.

Вторая способность — приобретённая, она появилась после убийства Ямато Но Орочи, первой владычицы пещер Рьючидо. Кровь этого древнего существа омыла клинок и дала возможность абсорбировать негативную природную энергию, которая имеет тёмно-фиолетовый оттенок.

Вот почему Орочимару так выглядит, и нет, не он являлся изначальным владельцем клинка, а его предки. Ритуал наследования был прерван на отце Орочимару, поскольку некогда могучий клан на момент второй мировой войны был практически уничтожен, а сам клинок попал к Орочимару по наследству уже после смерти родителей.

— Ну так какие выводы ты сделала? — Индра закончил свой рассказ только спустя три часа. Он и представить не мог, что его голова способна заболеть от потока бесконечных вопросов. Пришлось даже «наколдовать» удобные кресла.

— Хм, если бы не нынешнее положение дел в мире, я ни за что не поверила бы тебе.

— Хагоромо оказался слишком наивен для того кто зовётся «Мудрецом». Он скорее Идиот Мирового Масштаба.

— Хе… — Индра едва слышно посмеялся. — Из уст ныне живущих редко услышишь такое замечание в адрес старика, хотя оно самое верное из всех возможных.

— К слову, ты сказал, что процент вторжения других Ооцуцуки в наш мир маловероятен. Я хотела бы услышать немного конкретики.

— Конкретики…? — Индра откинулся на спинку кресла и задумчиво закрыл глаза. — Я изучал этот вопрос довольно долгое время, даже после смерти, и пришёл к выводу, что они давно прибыли бы, ибо прошло целое тысячелетие. То есть, есть несколько причин, почему наш мир ещё существует, и самая вероятная из них одна — бабушка каким-то неведомым для нас способом скрыла наш мир от их взора. Как-никак она обладала силой Шинджу и была бессмертной, а с таким козырем за пазухой возможно всякое.

— Даже с учётом этого они могут заглянуть к нам в гости, — слова Индры не внушили ей оптимизма. Если Кагуя в действительности озаботилась о защите, то это лишь временная мера. В противном случае Богиня Кролик не собирала бы армию из белых гуманоидных существ.

— Тут ты права, наша встреча тоже была настолько маловероятна, что это казалось абсолютно невозможным. Так что расслабляться я вам не советую.

— Ладно, я поняла, — кивнула Учиха. Теперь остался последний вопрос, который нужно решить. — Что до Кусанаги… ты можешь помочь мне с последствиями? А то мне не хочется пребывать в состоянии овоща из-за какой-то древней железяки твоего, между прочим, производства.

— Есть один способ, после него ты вернёшься к прежнему состоянию. Однако…

— Однако… что? — Киёми невольно напряглась. Драматическая пауза всегда подразумевает что-то плохое.

— К несчастью, твоя душа разлагается, от такого просто нет лекарства, — признался Индра. Он понял, что задумал Орочимару. Зная свойства Кусанаги, он решил уничтожить душу Киёми для последующего использования её тела. — Но ввиду того, что именно я создал этот клинок и в нём есть частичка моей чакры, то только я смогу исцелить тебя.

— Ну это же отлично! Что тут сложного?

— Послушай, ранения от клинка Кусанаги слишком обширны. Душа настолько тонкая структура, что любое вмешательство приводит непредсказуемым последствиям. И чтобы безопасно нивелировать эти последствия, нужно несколько лет минимум, а как максимум — десятилетия.

— ЧЕГО?! Не-не-не-не! Я не хочу ждать так долго! — запротестовала Учиха. Вскочив с кресла, брюнетка начала активно жестикулировать. — Если ли способ ускорить моё восстановление? Я приму любой вариант! Даже если в процессе у меня отрастут рожки и хвост, всё равно!

— Альтернатива есть, но если к ней обратиться, то ты навсегда потеряешь доступ к моей силе или силе Ашуры. Они просто не приживутся на духовном плане.

— Но всё остальное останется при мне, так ведь?

— Так ты согласна? — удивился Индра. Лично он предпочёл бы подождать, чтобы на выходе получить огромную силу. — Ведь эти несколько лет пройдут для тебя подобно мгновению…

— Этот мир слишком нестабилен, даже один пропущенный день может сулить огромные проблемы, вплоть до смертельных.

— Резонно… — Индра легко принял точку зрения Киёми, хотя он сам поступил бы иначе. Однако девица довольно сильна, и ему даже стало любопытно, каких высот Учиха достигнет в будущем.

По крайней мере у него есть ещё один наследник, Саске. Недавно он принял одно судьбоносное решение как для себя, так и для всего остального мира. Естественно, Киёми об этом не знает, Индра специально не упомянул об этом, будет ей сюрпризом.

— Что же, я тебя понял, но будь готова — будет больно. Очень… — из вежливости Индра предупредил собеседницу о предстоящей боли, в течении которой она будет пребывать в сознании.

— Насколько бо… ААААААААА!!! — едва Индра начал свою операцию, Киёми рухнула на несуществующий пол и засветилась фиолетовым светом. Боль была настолько огромной, что из глаз хлынули слезы. Сейчас ей больше всего хотелось умереть, однако понимание необходимости этой «терапии» заставляли её терпеть нарастающую адскую боль. Спустя несколько минут брюнетка распалась можеством искр.

— Учиха Киёми, надеюсь, ты и твой брат сможете создать единый мир, о котором так грезит Узумаки Наруто, — Ооцуцуки иронично хмыкнул. — Надо же, я поверил в идею потенциальной реинкарнации глупого младшего братишки. Вот уж не ожидал, что мир сумеет удивить меня. — Индра прекрасно знает, что Наруто жив-здоров, но он не сказал Киёми из-за личных соображений, ну и братской вредности. Всё-таки ему интересно, как будет оправдываться этот Узумаки.

Реальность.</p>

— …АААААА!!! Сволочь! — спустя несколько минут боли, Киёми наконец-то подала голос. Печати, сдерживающие её, не выдержали напора и потеряли свою силу. Благо, в них уже не было никакой нужды.

— Киёми-сан? Вы очнулись? — Кайто посмотрел на Учиху удивлёнными глазами. Это уже второй раз, когда Учиха возвращается чуть ли не с того света у него на глазах.

— Да, но сейчас мне хочется снова отрубиться… — успокоившись, Киёми решила ответить язвительным тоном. Её даже не смутили печати, которыми она была облеплена и исписана с головы до пят. Её рассердило другое. — Эй, почему моя роба разорвана?

— Вы сами разорвали её на лоскуты, мы лишь старались стабилизировать ваше состояние. Некогда было вас переодевать, — доктор ни в коем разе не был смущён, поскольку та была слишком юна на его вкус, да и он за свою длительную карьеру повидал множество куноичи с не менее выдающимися формами.

— Остальных я тоже не впечатлила, да? — ухмыльнулась Учиха, увидев безразличные глаза других докторов. Она быстро поняла, кто они все такие и почему находятся здесь.

— Ладно, может уже дадите запасную робу? У вас тут довольно прохладно…

— Киёми! — в палату ворвался Саске, услышавший голос сестры. Едва он переступил порог, как тут же застыл. — Эм… — сестра стояла у самой койки с лоскутами робы, что едва ли скрывали самые пикантные участи стройного тела. Пускай она и родная сестра, Саске просто не мог не уставиться на эту картину.

— А ну пшёл вон, паршивец! — девушка схватила подушку и со всей силы швырнула в сторону остолбеневшего брата. Того снесло обратно в коридор и впечатало в противоположную стену.

— Привет… — следом за Саске осторожно заглянула Ино, чьё лицо выражало полное недоумение, испуг и шок.

— Ино? — Киёми не менее сильно удивилась присутствию блондинки. — А что ты тут делаешь? — успокоившись, Учиха села на койку и накрылась одеялом.

— Ну… — Ино вошла в палату и смущённо отвела глаза в сторону. — Навещаю тебя…

— Хех… — Киёми отчего-то стало очень тепло на душе, которую Индра довольно болезненно заштопал белыми нитками.

К слову, во внутреннем мире Учиха чувствовала себя отлично, но очнувшись, она снова испытала сильную слабость в духовном плане. Чакры практически нет и восстанавливается она очень медленно, даже по меркам обычного шиноби. Видимо, с торжественным возвращением придётся повременить, на недельку другую — в случае Киёми точно сказать нельзя.

Когда врачи покинули палату, а неловкость между всеми исчезла, начались обыденные разговоры. — Брат, так ты уверен в победе над Гаарой? — спросила Киёми, узнавшая о печальной судьбе Ли.

— Его защита доставит проблем, даже Ли со всей своей силой и скоростью не смог её миновать, — Саске демонстративно щёлкнул пальцами, вызвав едва заметную вспышку. — Но для моей стихии молнии этот песок — ничто. Проблема как раз таки состоит в источнике его силы — Биджу. Пока они обмениваются чакрой, ввести Гаару в иллюзию не представляется возможным…

— Хочешь сказать, что если он вдруг начнёт буянить, придётся подождать, пока он полностью не поддастся демону? Рискованно, конечно, но другого выхода может и не быть, — выразила беспокойство Ино.

— Выход есть, — возразил Саске, — он потеряет контроль над своей яростью и просто станет крушить всё подряд. Именно в этот момент его будет легче всего заманить за пределы деревни.

— Всё равно слишком опасно. Биджу не зря называют воплощениями стихийных бедствий. Не спорю, вы оба сильны, но ты же сам говорил, что «гендзюцу — не мой конёк». В нём как раз таки сильна Киёми, только вот есть одна проблема — она не в форме и вряд ли оправится через неделю-другую.

— Я вообще-то всё слышу, — обиженно буркнула Учиха. Яманака воочию видела регенеративную способность брюнетки, однако глубинного понимания всё ещё нет.

— Ино, ты же сама сказала, Сенджу Цунаде прибыла в Коноху. Вот она и поможет мне вернуться в форму в кратчайшие сроки.

— Постой-постой, ты же не простуду подхватила, а какое-то заражение! И не абы чего, а чакры! От такого за неделю не выздоравливают. Чёрт возьми, от такого вообще невозможно выздороветь! После всего, что ты пережила, обычно становятся трупами, реже инвалидами! Если ты… — Ино неожиданно для себя вскочила с табуретки и начала отговаривать подругу от каких либо глупых действий, однако Яманака резко замолкла, увидев перемену, которая для нынешней Киёми действительно необычна.

— Ты меня сильно недооцениваешь. Но прошу, просто поверь в меня, я не сдамся ни перед кем бы то ни было! Ведь таков мой путь шиноби! — Киёми выдала ту самую улыбку с которой она бегала ещё со времён Академии, на редкость лучезарная и заразительная.

— Вот не надо так смотреть на меня. — Ино сдулась, сев обратно на табуретку. В словах Учихи не было ни капли страха или неуверенности, лишь решительность и уверенность в своих силах. Теперь любая попытка переубедить подругу будет казаться неуверенностью в её силах, что очень оскорбительно в обществе шиноби. Киёми уже трижды пережила то от чего умирает абсолютное большинство сильных шиноби, значит и на этот раз Киёми сможет совершить невозможное — заставить консервативную старуху помочь ей.

— Киёми, послушай, эта Сенджу очень… своенравна. — Саске подобрал максимально нейтральное слово, чем заслужил вопросительные взгляды от девушек. — Когда она осмотрела тебя, то не просто отказалась тебя лечить, она настаивала на твоём немедленном устранении.

Ею было даже предложено созвать совет кланов для решения этого вопроса. Благо, Хокаге всецело на нашей стороне. Не знаю, что он ей такого наговорил, чтобы карга отступила и попробовала помочь тебе. Но раз теперь ты в порядке, последующей помощи от неё ждать явно не стоит. Презрение Сенджу к тебе слишком велико.

— Особого выбора у нас нет, ровно как и у неё. — Киёми была решительна в своём выборе. Кайто-сан, конечно хорош, очень хорош, но в поприще ирьёниндюцу он на целую ступень ниже Цунаде, а Киёми нужна помощь лучшей из лучших.

— Легко сказать, чем сделать. Она чуть ли не в ужасе от тебя, точнее от твоих способностей. — Саске задумчиво помял подбородок. — «Не ожидал увидеть такой страх в глазах той, кого называют легендарным саннином. И как бы она отреагировала на самого Наруто? Истинного владельца такой чудовищной мощи. Наруто, будь ты на моём месте, что бы ты предпринял…?» — от мыслей о друге Саске немного взгрустнул. Кто-кто, а Узумаки так просто не оставил бы угрозы без ответа.

— ?! — Киёми попробовала почувствовать чакру окружающих, чтобы проверить, вернулись ли к ней сенсорные способности. Они вернулись частично, радиус сократился аж до десяти метров, раньше ей удавалось чувствовать чакру на многие сотни метров. Когда проверка прошла, она пристально посмотрела на Саске, поскольку почувствовала в нём необычные изменения. — Саске… что с тобой произошло за эти три недели?

Ино также посмотрела на Саске, она тоже заметила странные изменения в чакре брюнета. Однако тот отнекивался и говорил, что это результат секретных тренировок клана Учиха. Но раз Киёми удивилась, значит нет никакого секретного метода, он что-то скрывает, что-то очень важное.

— Потом, ладно? Госпиталь не то место, где стоит обсуждать такие темы.

— Хорошо, но чтобы обо всём, ясно?

— Ну а как иначе? — хмыкнул Саске.

Сидящая в стороне Ино только вздохнула с досадой, понятно что при ней никаких особо секретных тем не будет, одна такая уже была, на этом её лимит дозволенного исчерпался.

***</p>

Кумогакуре.</p>

— Апчхи! — ужиная в кругу своей «семьи», Кария (Наруто) вдруг смачно чихнул. К большому удивлению для самого себя.

— Будь здоров, папочка! — набитый рот не помешал Киаре пожелать «отцу» здоровья.

— Да, спасибо солнышко. — улыбнулся «Кария». — «Я? Чихнул? Странно…»

— впервые в жизни Узумаки чихает. Одно дело воспоминания людей, а другое испытать это чувство самому. Оно оказалось неприятным, такое неосторожное действие, если не быть к нему готовым, практически невозможно остановить. Воистину, идеальный враг для любого шиноби-диверсанта.

— Надеюсь, ты не заболел? Не хотелось бы, чтобы ты не пошёл в Коноху из-за этой глупой причины.

— Ничего, просто меня кто-то вспоминает. Завтра мы точно выдвинемся, не беспокойся.

— Мама, папа, а когда вы вернётесь? — вдруг подала голос Киара. Ей ещё днём обо всё рассказали, но ей нужно было в Академию на доп-занятия, поэтому она не успела спросить родителей о сроке пребывания в другой стране.

— Думаю, через пару недель, а до тех пор ты побудешь у тёти Каруи. Ты ведь не против? — спросила Самуи у дочки.

— Конечно нет, тётя Каруи крутая! — аж засияли у неё глаза. Потом Киара тихо прошептала, опустив глазки. — Просто… я буду скучать по вам.

— «.....» — «Кария» наблюдал эту картину и ни с того ни сего… улыбнулся. Искренне, будто настоящий Кария овладел сознанием Узумаки всего на пару мгновений. — «Чего это я? Почему мне вдруг стало… грустно?» — улыбка тут же сошла на нет.

— «По видимому, отголостки сознания Карии… так сильно он их любил. Интересно, а как сильно любили меня Минато и Кушина? Хотя… неважно.» — параллели было трудно составить, Наруто своих родителей никогда не видел, только манумент Минато каждый день бросался на глаза, вызывая в джинчурики ничего кроме безразличия.

Тем не менее Наруто понимал, почему они так поступили, размышлять о морали в критической ситуации, непозволительная роскошь, особенно для шиноби носящего титул Каге. За это он их стал уважать. Но любить? Нет. И дело даже не в том, что они этого не заслужили, Наруто сам не шёлковый, просто для любви нет никаких оснований, Минато и Кушина «создали» его, произвели на свет, «подарили» жизнь в этом мире, потрахались без средств предохранения и прочее-прочее связанное с деторождением, не больше и не меньше.

Кроме того, потомки похищенных Узумаки, ровно как и джинчурики, живут в Кумогакуре счастливо без каких либо существенных минусов. То же предвзятое отношение к Би и Нии присутствует только со стороны обычных селян, а среди шиноби таких днём с огнём не сыщешь, разве что родственники погибших могли бросить косой взгляд, но никак не оскорбить.

Уже на первой неделе Наруто проникся уважением к Райкаге и шиноби Кумо. Как Наруто может не порадоватся за своих «коллег» джинчурики? Однако миссия есть миссия, а то что Узумаки заразил всю питьевую воду своей ДНК… всего лишь мера предосторожности. Кумовцы, <s>пока что,</s> могут спать спокойно.

— Кровавая Луна… не к добру это. — во время патрулирования чунин посмотрел на небо. Там красовалась кроваво алая луна, красиво, но от чего-то на душе каждого шиноби в мире стало очень тревожно. Феномен «кровавой луны» очень редкое явление, но держится оно целых две недели. Её всегда связывают с будущими бедами разной степени важности. От удара мизинцем об тумбочку, до мировых войн.

***</p>

— «Ах, Коноха… после Кумо ты перестала быть такой прекрасной. Облака не гуляют среди улиц и крыш, а солнце не заглядывает в саму душу. Но ничего, скоро ты станешь прекраснее всех на свете…» — едва завидев ворота родного селения, Узумаки не смог не сравнить Кумо и Коноху. У облачников куда более эстетичная атмосфера, будто они проживают на самих небесах. А Коноха… просто большая деревня, окружённая густыми деревьями, не более. И в скором будущем Узумаки намерен это исправить.

— Дорогой, что-то случилось? — увидев ностальгическую улыбку Карии, спросила Самуи. Из-за стёртой памяти она понятия не имела об истинной личине «мужа», однако выявлять странное поведение в близком человеке она не разучилась.

— Я просто восхищён здешней природой. Столько зелени я давно не видел, хотя с Кумо это место точно не сравнится.

— Хе, тут не поспоришь, это как сравнивать грязную землю и чистое небо. — хмыкнула блондинка. Коноху Самуи не ненавидела, но и не считала её лучшей своей родной Кумо.

Спокойным шагом достигнув врат, их встретили вечные стражи ворот. Признав в них посланцев из Кумо, Изумо с Котецу почти сразу впустили их. Естественно, парочка должна была заглянуть к Хокаге и уже потом располагаться в Конохе. Так они и поступили.

— Хокаге-сама, — в кабинет Сарутоби вошла секретарша. — К вам пожаловала делегация из Кумогакуре.

— Веди их сюда. — Хирузен уже давно их ждал, поскольку Эй отправил почтового орла ещё две недели назад.

— Хай… — секретарша исчезла в белом дыму. Теневой клон. Сарутоби взял себе в помошницы куноичи из своего клана, что давным давно перестала быть шиноби из-за семьи. Спустя несколько минут посланцы из Кумо вошли в кабинет в сопровождении той самой секретарши, которая не стала задерживатся и ушла на своё рабочее место.

— Здравствуйте, Хокаге-сама. — вежливо поклонилась Самуи.

— Здравствуйте, Хокаге-сама… — Кария поступил аналогично, но ехидная улыбка и кроваво алые глаза с тремя томоэ дали Сарутоби понять, кто перед ним стоит.

— Дорогая… — Наруто решил начать первым, ибо давно ждал этот день.

— Кария, что ты… — Самуи хотела отчитать «супруга», но застыла с пустым взглядом.

— Эх, давно не виделись, старик. — ухмыльнулся Узумаки, вернув свой настоящий облик.

— Наруто-кун, — улыбнулся Хокаге. — я ожидал тебя на неделю раньше. — подкол от старика был скорее для собственной разрядки, ибо нервов он потратил немеренно. Как никак финал Чунин Шикен состоится уже завтра в полдень. Времени на отдых у Хокаге нет вообще.

— Я был сильно занят. Если ты не знал, нелегко копировать тонны макулатуры от руки.

— Что? — удивился Хирузен.

— Вот… — Узумаки достал из подсумка свиток и кинул в руки Сарутоби. — Осторожно, не рекомендую открывать его здесь, иначе твой стол может сломаться под весом моего успеха.

— Вот как… — пыхнув трубкой, Сарутоби отложил свиток в сторону. От греха. Этот стол стал для Хирузена чуть ли не родным. — Похоже, ты ответственно подошёл к своему заданию.

— Что за намёки? Ответственность — моё второе имя! — Наруто гордо ткнул себя в грудь.

— А третье, я полагаю, танцор со смертью? — это намёк на фетиш Наруто быть мёртвым для всех. Ну а когда он триумфально вернётся, его может убить никто иная как Киёми. Слишком много страданий она вынесла после «смерти» самого близкого её сердцу существа. И если Киёми узнает о том, что Наруто побыл временным мужем красотки Самуи… одними извинениями пацан не отделается.

— Хм, мне нравится. Танцор, очень даже звучит. Ладно, шутки в сторону. — перестав кривляться, Наруто начал краткий отчёт. — Кумо не планирует нападать на Коноху, но они отправили своих агентов собрать информацию о моей смерти.

— Ясно, дела обстоят куда лучше, чем мы предполагали. Хотя я ожидал обратного, Эй не тот человек, который упустил бы такую возможность.

— Изначально у Райкаге были такие намерения, но мозгами он всё-таки не обделён. — высказал своё мнение Наруто насчёт здоровяка. У того действительно были мысли о присоединении к вторжению, но Эй решил поступить разумнее, чем Раса. Выяснять положение дел в Конохе и убедиться в правдивости информации о смерти джинчурики. — Теперь встречный вопрос, вы всё подготовили?

— Да, семена посажены в стратегически важных точках. Данзо проявил крайнюю дотошность в этом деле.

— Хорошо, когда праздник смерти начнётся, гости оценят наш тёплый приём… — кровожадно улыбнулся Узумаки.

— А ты точно уверен в их надёжности? — Хирузен выразил опаску. Козырь Узумаки эффективен, но дьявольски опасен. При иных обстоятельствах никто бы в своём уме не согласился использовать подобное.

— Пока я рядом, никто из жителей Конохи не пострадает. — без тени сомнения ответил Наруто. Увидев сомнения в глазах Хокаге, блондин успокаивающе добавил. — Старик, просто поверь мне. Мой контроль над ними абсолютен, без команды они ни за что не вылезут.

— Извини, нервы просто ни к чёрту. Коноха вот-вот может стать центром возможной войны, а я практически ничего не сделал для её предотвращения. — с сожалением вздохнул Хирузен.

Он мог бы попробовать разрешить конфликт с помощью дипломатии, однако Казекаге не поймёт посыла и включив дурака, начал бы вилять и в итоге форсировал вторжение любой момент времени. Именно по этой причине была выбрана выжидающая позиция со стороны Конохи, она хотя бы подразумевает полную готовность к нападению неприятелей. Хирузен с тяжестью на сердце решил придерживаться этой тактики, даже если по итогу жертв не избежать.

— Ошибаешься, ты сделал всё что в твоих силах. Остальное оставь нам. — на лице Узумаки появилась широкая улыбка.

— Не это ли подразумевает Воля Огня? Старшее поколение должно уступить место младшему и наконец-то позволить вырасти над собой.

— Ты прав, Наруто-кун. Что-то я расклеился… — «Неужели я всё-таки ошибся на его счёт? Может, однажды он всё-таки сможет стать достойным Хокаге…» — Что же, раз мы поставили все точки над «и», может уже дашь даме право слова? Она прекрасна, но её молчание уже начинает напрягать. — Хирузен имел ввиду, что напрягается его «младший», ибо даже в своём возрасте старик любит засматриваться на молоденьких куноичи и представлять их в неглиже. К тому же, Самуи не стесняется выставлять своё внушительное декольте на всеобщий показ.

— Конечно… — Наруто снова стал Карией. — Ну-с, «дорогая», твой выход…

***</p>

На следующий день. Финальный этап экзамена.</p>

Расположившись вместе с Самуи на зрительских трибунах, Наруто смотрел на своих друзей. Не только на Саске и Киёми, Неджи и Тен-Тен тоже входили в список доверенных лиц. Также Узумаки был вынужден признать, Тен-Тен смогла удивить. Эта девчкушка на скромный взгляд блондина довольно посредственная куноичи, не в обиду ей, конечно же. Такахаши в гражданке бы сидеть, а она пошла в шиноби, ремесло которое может оборвать жизнь девушки в любой момент, особенно сегодня.

— Знаешь, твой план кажется довольно абсурдным даже на мой взгляд. — подал голос Кьюби. Ему надоело просто сидеть и он решил разнообразить досуг разговорами.

— Может и так, но это единственный способ урезонить Суну и запастись необходимым сырьём в кротчайшие сроки. К тому же, Суна довольно слаба сама по себе и не сможет предложить ничего стоящего… кроме людей, что пойдут на столь необходимую мне био-массу.

— Ха-ха-ха-ха! Я представляю как Хаширама в гробу перевернётся. Подумать только, ты используешь его коронную технику для настоящей ЖАТВЫ. — хохотнул Лис. — А твоя речь о «Воле Огня» и «следующем поколении»? Умора!

— А ну цыц, Лисяра, я вообще-то не шутил. Просто умолчал о некоторых… деталях. Да и не обязательно, чтобы это самое «следующее поколение» состояло из обычных смертных.

— Планируешь обратить ещё несколько людей?

— Именно. Пора бы уже начать наращивать не только личную мощь. Как показала практика, одной Киёми явно недостаточно. — Наруто не нужен был шаринган, чтобы увидеть плачевное состояние Учихи. Месяц назад её запасы чакры были близки к уровню Каге, сейчас же её энергия постоянно скачет вверх-вниз. Узумаки уверен, тут приложил руку Орочимару.

— И кого же, если не секрет. — Лису на самом деле было очень интересно. Если Наруто соберёт под своё командование себе подобных, этот мир ждут тотальные изменения. Есть даже риск того, что нынешнее человечество просто перестанет существовать как вид. Демону такой расклад очень даже по душе. С другой стороны, его могут просто напросто убить, ведь если такие существа станут господствующим видом на планете, то от биджу вполне вероятно захотят избавится. Насовсем. Такая перспектива напрягает Лиса, но виду демон старательно не подаёт.

— Рок Ли. Гаара раздробил ему позвоночник и превратил его ноги в крошево. Даже Цунаде ничем не смогла помочь бедолаге. Не хотелось бы, чтобы такой выдающийся шиноби оставался инвалидом из-за какого-то психопата. Да и к тому же, этот Густобровый один из немногих, кто не относился ко мне предвзято. Хьюга Неджи тоже неплохой вариант. Он мне всю плешь проел о несправедливости в его клане и о мечте изменить всех Хьюга, поэтому от силы Неджи точно не откажется. Такахаши Тен-Тен слишком слаба для такого дара, даже с Куро Хикари она не раскроет и сотой доли потенциала. Однако обделять её как-то не хочется, помогу ей с чакрой.

— К слову о чакре... Ты заметил изменения в этом Саске? Его духовная, и в особенности физическая, энергии стали какими-то смешанными и больно знакомыми.

— Это всё из-за клеток Хаширамы. — к Учихе-старшему Наруто пригляделся повнимательнее. — Видимо, Данзо предложил моему другу очень заманчивое предложение. Но всё равно интересно, почему Саске принял его? Как никак Киёми была куда более безопасным вариантом. Зачем идти на такие риски?

— Кто поймёт этих Учих? Они все поголовно отбитые.

— Я вообще-то тоже, считай, Учиха.

— Ты — мутант, извращённая смесь всего что можно и нельзя. По правде говоря, я до сих пор не знаю как воспринимать такое «чудо», как ты.

— Сочту твои слова за комплимент. О, начинается.