Глава 66. Река Мэйхэ (2/2)

Лис вздёрнул его, ставя рядом с собой на меч.

— Теперь ты сожалеешь? — с улыбкой спросил он и направил клинок прямо на водяной вал.

— Думаешь, сможешь сбежать? — оглушительно захохотал змей.

Цзыцзинь ощутил брызги на своём лице и зажмурился от страха. Кажется, спастись было невозможно, но в тот момент, когда кончик меча коснулся стены воды, она расступилась, открывая туннель в своей толще, и сквозь него Лис и мужчина беспрепятственно пролетели.

— Ты применил заклинание уклонения? — взревел разозлённый змей.

— Правильно, — ответил Фейсяо. — Заклинание Избегания Воды. Зная свои силы, и зная своего противника, спасётесь от опасности хоть в сотне сражений.

Меч летел всё дальше и дальше от реки, и смех Лиса откликался эхом…

— Ах!..

Ван Цзыцзинь резко вынырнул из своего сна. Сердце колотилось, и было ощущение дискомфорта в теле. Мужчина не сразу сообразил, что не так — вся его одежда оказалась пропитана водой.

Перед кроватью стоял Фейсяо, а от дверей снова тянулся широкий мокрый след. Цзыцзинь сел, оглядывая беспорядок.

— Так это всё было на самом деле? — спросил он.

— Да, — кивнул Лис, вкладывая в ножны свой демонический меч. — И я определённо не позволю тебе стать речным богом.

Он очень серьёзно посмотрел в лицо Цзыцзиня. Тот встретил его взгляд и поинтересовался:

— Значит, наш нынешний противник Речной бог?

Мужчина надеялся, что Фейсяо качнёт головой и чуточку улыбнётся, и его сердце немного утешится. Но Лис сохранял серьёзное и даже торжественное выражение.

— Я буду стараться изо всех сил! — сказал он и направился к двери.

На пороге он обернулся и попросил:

— Цзыцзинь! Что бы я ни сделал с тобой в будущем, ты должен мне верить. Так надо! Пожалуйста, не ненавидь меня! Можешь ли ты пообещать мне это?

Его белые одежды затрепетали на сквозняке, и мужчина словно снова увидел Лиса, летящим на мече над водой. И от этого его душа почему-то наполнилась печалью.

— Обещаю, — кивнул он, и Фейсяо ушёл.

Исполнившись грусти, Цзыцзинь бродил по комнате, не находя себе места. В конце концов, не в силах больше находиться в одиночестве, он отправился в покои Лю-эр.

Утро ещё не наступило, и он нашёл жену спокойно спящей. Цзыцзинь присел на край кровати, глядя в светлое безмятежное лицо. Внезапно он заметил на нём первые отпечатки возраста, и почувствовал себя виноватым.

«Лю-эр, Лю-эр, я предал тебя. Я едва не оставил тебя одну. Мне ужасно жаль, пожалуйста, прости меня…»

Лю-эр продолжала крепко спать, а он держал её тонкую руку в своих ладонях, словно собирался быть рядом до конца жизни.

Утром все дворы были заметены снегом, и на свежем покрове чётко выделялись отпечатки ног, ведущие из комнат Цзыцзиня и обратно. Но Фейсяо не стал спрашивать его, куда он ходил. Вместо этого, он позвал мужчину следовать за собой.

Всё кругом было белым, снег придавал сказочной красоты знакомым пейзажам. Однако, Лис вёл Цзыцзиня всё дальше от дома. Несколько раз мужчина хотел спросить Фейсяо, куда они направляются, но почему-то не решался. Он ощущал, что после возвращения Лиса между ними всё не так, как раньше. Казалось, их разделили тысячи гор и рек. Возраст стал для них непреодолимой пропастью.

Неизвестно, как долго они шли, вокруг уже не было заметно ни намёка на человеческое жильё. И вот Фейсяо остановился и провозгласил:

— Это здесь!

Его слова нарушили тяжёлую тишину. Ван Цзыцзинь огляделся и не увидел ничего, кроме нескольких ив на бескрайнем белом пространстве.

— Что здесь? — с любопытством спросил он.

Лис указал вперёд длинным изящным пальцем:

— Река Мэйхэ находится прямо перед нами.