Часть 9 (2/2)
Я погасил свет, и пришлось снова заставить глаза привыкать к темноте.
— Идемте, — я отменил заклятье липкой подошвы и приземлился на землю через кувырок. — Вон дверь.
Расправа над цербером и дьявольскими силками явно придала нам всем уверенности, и теперь мы уже без страха шли к новой комнате. Алохомора снова не сработала, и дверь пришлось открывать ножом из мультитула.
— Как красиво! — пробормотала себе под нос Гермиона. Это и правда было красиво. По комнате летало около сотни различных ключей с прозрачными крылышками на манер стрекозиных, и крылышки эти источали голубоватый свет, отчего высокий потолок комнаты становился похож на настоящее звездное небо.
— Полагаю, дверь отпирается одним из этих ключей? — уточнил Невилл.
Я присмотрелся к сложному сплетению магических линий в замке двери. Они проходили далее по всей двери и оплетали всю комнату и… да, Флитвик свое дело знает.
— И ножом не откроется тоже, только вещь сломаем. Эту дверь можно либо сломать заклинанием, на которое я пока не способен, либо открыть ключом. Но я без понятия, каким из них.
Мы принялись ходить по комнате и рассматривать ключи, аж шея у всех затекла. Пробовали манящие чары, простенькие поисковые заклинания, различные вариации контрлевитационных заклятий — естественно, все это не сработало. Я пробовал почувствовать магическую структуру ключей, но они были слишком далеко, а незримая магическая дымка по всей комнате заглушала мои сенсоры. Наконец, Невилл указал на один из ключей на среднем от нас расстоянии.
— Вон тот, бронзовый. Выглядит как ключ от того замка.
— Ну, других вариантов все равно нет, — пожал я плечами. — Кто тут у нас главный по полетам на метле?
Все сделали шаг назад. Включая меня, потому что у нас у всех метлы вызывали исключительно нервозность.
— Ну, я довольно неплох, — Рон смущенно почесал затылок. — Но я никогда не был особо ловцом…
— Ты хотя бы с метлы на ровном месте не свалишься, — ядовито заметила Гермиона.
Вздохнув, Рон оседлал старую школьную метлу и взлетел.
В это же мгновение ключи, до этого вяло плывшие по комнате в непонятном порядке, ускорились. Теперь их движения напоминали скорее рой пчел, и рой этот скопом устремился к Рону, чуть не сбив того с метлы.
Началась погоня, и было непонятно, кто за кем гонится. Рон то летел за ними, чтобы ухватить так и норовящийся затеряться бронзовый ключ, то с криками и ругательтвами драпал, проклиная слишком медленную и тряскую «Комету».
— Метео меризо! — я запустил заклинание, которое должно было сзамедлить ключи и позволить Рону подобраться.
Маленький белый шарик света долетел до скопления ключей и разорвался, превращая воздух в радиусе полутора метров в густую, как тесто, субстанцию, но еще до того, как заклинание закончило расходиться, воздух начал возвращаться в норму из самого его эпицентра. Бесполезно: комната разрушала любые чары, которые могли помочь летающему смухлевать.
Попробовал просто уничтожать ненужные ключи заклинаниями, но те даже не отлетали от нас больше чем на три метра. Флитвик не получит от меня открытки на День учителя, определенно…
— Есть нахуй! — заорал Рон, приземляясь. — Бежим, бежим, бежим ебаный в рот!
— Протего тоталум! — Гермиона создала прозрачный купол, в который врезались преследующие Рона ключи. Бронзовый старательно вырывался из его рук.
Еще каскад ударов, и щит Гермионы рухнул.
— Протего тоталум! — я создал новый. — Давайте.
Рон с силой вдавил ключ в замочную скважину, чуть не ломая тому крылья.
— Открыто! Давайте, давайте!
Мы бегом проскользнули в дверь и захлопнули ее. С другой стороны по двери забарабанили ключи. Если Пушок полагался на незнание вторженца, а силки на его невнимательность, то вот эта ловушка убивала недостаточно расторопных. И убивала явно с довольно высокой вероятностью: мантия Рона была во многих местах разорвана, а на лице и руках было несколько глубоких царапин.
— Так, ну и где мы? — спросила Гермиона.
Комната будто только этого и ждала: по стенам загорелись факелы, являя нам своим светом гигантскую шахматную доску, загораживающую весь зал. Следующая дверь виднелась только где-то вдалеке за доской.
— Это…
Невилл неосторожно сделал шаг в сторону доски, но тут же вскрикнул, отшатнувшись: фигуры пришли в движение и обернулись к нему.
— Полагаю, тут все очевидно, — я развел руками. — Надо победить белых и двигаться дальше.
— Ну да, — Гермиона нервно хихикнула. — Очевидно. А как…
— Думаю, мы должны занять места каких-то фигур, — предположил Рон, поднимаясь на доску. Фигуры не сводили с него взгляд, держа оружие на готове. — Э-э-э… Я стану конем. Ты, Гарри, будь слоном. Невилл, Гермиона, вы ладьи.
Соответствующие фигуры встали и ушли с доски, вставая рядом. Мы заняли их клетки.
— Начнем! — прокричал Рон, которого мы негласно признали ответственным за партию. Белая пешка слева от ферзя двинулась на две клетки вперед<span class="footnote" id="fn_32428068_0"></span>.
Рон, явно предчувствуя, что случится с нами, если нас «съедят», бросил вперед пешек и сосредоточился на выстраивании из них оборонительной цепочки. Он здорово потерял на этом в темпах и был вынужден преимущественно обороняться.
— Ты заметил? — окликнул я рыжего полководца спустя пятнадцать ходов.
— Что нам могут проломить череп? — Рон нервно улыбнулся.
— Они не пытаются поставить мат, — вкрадчиво сказал я. — Они пытаются съесть как можно больше… нас.
— Тогда лучше помешать им, — ядовито заметил не менее нервный Невилл. Сейчас он походил на бэби-версию Квиррелла. И вместе с тем я чувствовал в нем фундамент для решимости больше, чем обычно.
— Это помешает им выиграть, — я не стал уточнять, что, пока идет партия, мы, скорее всего, еще и не сможем колдовать. — Сосредоточься вон на тех двух пешках. Надо вести их до упора, до края доски.
Мы переглянулись. Партия продолжалась. Белые давили, а Рон был вынужден маневрировать, чтобы уберечь нас, иногда для этого приходилось идти на неравноценный обмен. И все же Рон совсем не идиот.
— Не получится, — покачал головой Рон. — Нужна еще хоть одна, а это две последних.
Две пешки стояли рядом друг с другом в шаге от края доски
— Поэтому я их поддержу, — серьезно кивнул я. — Я буду там. Белый конь съест пешку, ставшую ферзем, я съем его. Тогда меня съест ладья, а ее вторая пешка, которая снова станет ферзем и объявит белым мат.
— Это безумие! — прокричала Гермиона с другого конца поля. — Должен быть другой способ.
— Гермиончик, посмотри сама на себя! И на Невилла с Роном.
Положение было бедственное. Гермиону в самом углу поля зажали ферзь и пешка, аналогичные ситуации были и у Рона с Невиллом. По сути кроме меня нормально мог пока ходить только король и еще одна наша одинокая пешка вдалеке от основных событий.
— Но как же ты? Мы же не знаем, что с тобой сделает вражеская фигура! — отчаянно крикнул Невилл.
— Я буду в порядке, — одобряюще улыбнулся я. — Я уже однажды выстоял против самого Волан-де-Морта, этим камушкам я не по зубам.
Рон опустил взгляд, раздумывая о чем-то.
— Если ты считаешь, что так надо. — Он тяжело вздохнул. — Никому не покидать своих клеток. Пешка эф два, эф один!
Каменный истукан повиновался. Стоило ему встать на ту клетку, как груда каменных осколков в стороне от доски затряслась, поднялась в воздух и снова собралась в целого ферзя, который степенно прошел к нужной клетке, заняв место этой самой пешки… только чтобы через секунду снова пасть грудой осколков.
Мой черед. Пройдя три клетки по диагонали, я коснулся гигантского коня ладонью, и… тот рассыпался, скатываясь камнями прочь с доски. Гермиона отвернулась, всхлипнув. Белая ладья двинулась на меня.
— Отлично сыграно, — не удержался я, подмигивая своим товарищам.
Молот ладьи стремительно опускался на мою голову. И… к этому все шло с самого начала, как я и хотел. Все шло почти идеально. Я не умру. Но я также должен попасть под удар. В последний момент я дернул головой влево: стремительно и совсем немного, но достаточно, чтобы удар прошел мимо моей шрамированной головы и пришелся на левое плечо.
— А-а-а, блять! — я упал, задыхаясь от боли. Ключицу переломило как спичку, из легких вышибло весь дух.
— Гарри! — Гермиона истошно взвизгнула.
— Не вздумай! — одернул ее Невилл. — Всего один ход, и его жертва не будет напрасной.
— Пешка ест ладью, е два, эф один! — твердо огласил Рон. — Шах и мат!
Стоило ферзю снова воскреснуть и занять свое место, как король белых символически снял свою корону и швырнул ее на доску. В этот же миг трое игроков сошли со своих клеток и бросились ко мне. У меня к этому моменту вовсю темнело в глазах, и я с трудом оставался в сознании, сжимая зубы.
— Гарри! Как ты? — восклицали они, столпившись вокруг меня.
— Надо бежать к мадам Помфри! — совладав с собой, выдала Гермиона.
— Нет! — с трудом выговорил я. Все затихли, слушая меня. — Я не умру, меня просто ранило. Прошу, идите дальше за камнем…
— Да ты что, шутишь?! — взвизгнула Гермиона.
— Не глупи, дружище, — поддержал ее Рон.
Мне не остается ничего, кроме как прибегнуть к гнусному эмоциональному шантажу.
— Друзья мои, — прохрипел я. — Мои родители отдали жизнь, чтобы я мог жить, чтобы мы все могли жить. Но этого не будет, если Волан-де-Морт возьмет камень. Прошу вас… — играть было легко: боль от переломаной ключицы была настоящей. — Прошу, просто поверьте в меня и идите дальше за камнем…
Мои друзья обеспокоенно переглянулись. Добавим драматизма:
— И еще… Невилл… — здоровой рукой я вынул из-под мантии мультитул, которым мы до этого открывали двери. — Невилл… Возьми это… Он пригодится…
Невилл боязливо принял мультитул, сжав его в своей ладони так, что побелели костяшки.
— Ты волшебник, Гарри, великий волшебник, — прошептала Гермиона.
— Я знаю! Пиздуйте уже! — простонал я, чуть не плача от боли.
Оглядываясь на меня, они решительно кивнули друг другу и скрылись за дверью. Сразу же оттуда послышались крики и рев тролля.
Я сразу попытался сесть. Не ахти, но мне все же удалось. Я запустил руку в карман своей мантии, так недавно увеличенный заклятием незримого расширения. О, вот и оно!
Я достал стеклянную бутылку с бурой жидкостью. Оборотное зелье, которого Гермиона сварила почти три литра. Я откупорил сосуд заклинанием, и снова полез в карман, но меня скрючило от боли. Придется сначала разобраться с болью.
— Ферула инерга! А-а-а, ебать! — ключица с хрустом встала на место, фиксируясь заклинанием. Хватит на пару часов. — Деделио! — боль резко отступила. Не исчезла, но ослабла настолько, что ее легко можно было игнорировать. Я снова залез в карман здоровой рукой. — А, какого хуя! Акцио волос Снейпа!
Мне в руку прилетел стеклянный флакон с одним единственным длинным и сальным волосом зельевара. Я бросил волос в зелье. Оно зашипело, поглощая волос, и сменило цвет на насыщенный изумрудный.
Глубоко вдохнув, я приложился к бутылке. Первая доза оборотного зелья при превращении должна быть не менее пинты<span class="footnote" id="fn_32428068_1"></span>, так что выпить это залпом было непросто. На вкус Снейп напоминал что-то среднее между болгарским перцем, рыбой и кокосовым маслом. Берти Боттс явно на конфеты вдохновился не на ровном месте.
Выпив зелье, я принялся стремительно раздеваться. И вовремя: едва я закончил, началась трансформация и… по болезненности это было сравнимо с переломом ключицы. Кожу жгло почти как в лаве мордора, а внутренности разрывало почти как зародышем чужого. Пол стремительно удалялся от меня, волосы на голове стремительно росли и…
Когда все закончилось, я ощупал свое лицо. Снейп. Я определенно стал Снейпом. Очки отправились в карман: какой же кайф снова видеть просто своими глазами!
— Мутато трансфорио когнатум! — маленькая молния, сорвавшаяся с моей палочки, превратила мою одежду в точную копию одежды Снейпа.
Боли не было. Она вернется вместе с повреждениями, когда действие зелья кончится, но не сейчас. Сейчас у меня тело Снейпа. Одевшись, я достал из кармана так же матнию невидимку и, укрывшись под ней, устремился вслед за своими спутниками.
Проскользнуть туда незаметно было несложно: Рон, Невилл и Гермиона, не жалея сил, сражались с троллем и… он был по меньшей мере вдвое крупнее того, что я победил на Хэллоуин. Они запыхались и устали, убегая от него и поливая в ответ градом заклинаний. Кто-то уже ослепил его коньюктивитусом, но он продолжал и вслепую громить тут все своей дубиной, которая, наверное, была стволом какого-нибудь дуба.
Я смог пробраться мимо всего этого боя к двери в следующую комнату. Хорошо сражаются. Как салаги, конечно, но я вижу очень много потенциала. Оторвавшись от этого зрелища, я бросил в Рона невербальный конфундус с очень жесткой ментальной установкой, а сам двинулся дальше. Заклинание на замке пришлось ломать, и не простой финитой, а целым комплексом энергетически слабых, но структурно заковыристых конструкций, открывающих саму магию замка изнутри, такая магическая отмычка для магии. По сути да, я заклинаниями скопировал действие мультитула. Но мультитул вещь все же полезная, потому что у меня не меньше минуты на это все ушло.
Шум битвы с троллем остался позади меня, и я скинул мантию-невидимку, убирая ее до более подходящего момента. Эта комната всем своим видом кричала, что ее обустраивал Снейп. Так тихо… и сыро… Я решительно направился к столу в середине комнаты. Едва я подошел к нему, позади и спереди зашипели полосы огня: пурпурного позади, черного впереди. Я поднял со стола пергамент, исписанный витиеватым, но неряшливым почерком Снейпа:
Впереди опасность, то же позади,
Но две из нас помогут, ты только их найди.
Одна вперед отправит, еще одна — назад,
В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд.
Ты хочешь здесь остаться на долгие века?
Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана.
Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд,
Найти его несложно — от вина левый ряд.
Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж,
Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь.
Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь,
А если из второй слева и второй справа глотнешь,
Сам убедишься — налито одно и то же в них,
Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых</p>
Я хмыкнул. Да Снейпу не чужда поэзия. Все-таки Снегг, как бы он ни был во многом похож на Макгонагалл… скорее он похож на Флитвика от мира зельеварения. Я вижу в нем тот же щенячий академический восторг этой магической дисциплиной, пусть и в другой форме. Ну серьезно, он мог бы опечатать комнату любым из сотен известных ему темных заклятий или всеми сразу, но выбрал именно то, что связано непосредственно с зельями. Наверное, это и стратегически правильно: темную магию Волан-де-Морт и сам ничуть не хуже знает, а вот зелья — зелья его, Снейпа, территория. Так, что-то я отвлекся. Пламя уже успело пройти две трети комнаты и начинало неприятно щекотать нервишки.
Недолго думая, я схватил самый маленький пузырек и отпил из него половину. От холода свело живот. Можно и повозиться с задачкой, конечно, думаю, этим Гермиона и займется, но а я читал книжки и помню, что вперед-зелье находится в самом маленьком флаконе.
Я сделал решительный шаг навстречу пламени — ничего. Черные языки лизнули мою ладонь, но я ничего не почувствовал и продолжил идти вперед. Пламя расступалось передо мной в последний момент, не вредя даже одежде.
Нервишки снова защекотало, когда я задумался о времени действия зелья: мне снова пришлось потратить минуту, взламывая замок, но все обошлось. Передо мной предстала просторная и хорошо освещенная факелами комната, в центре которой стояло зеркало Еиналеж. Я мельком глянул в него: ничего, просто зеркало. Руны на моем черепе делают меня для него пустым местом. Придется ждать…
Ждать за созерцанием мечты было чрезвычайно легко и приятно, так что я даже чуть не вздрогнул, когда дверь позади хлопнула и я услышал осторожные шаги.
— Так-так, — я медленно обернулся. — Кто это у нас тут?
Позади меня стоял перепуганный Невилл, сжимающий палочку в одной руке и мультитул в другой.
— П-профессор С-с-снейп? — интонацией Квиррелла спросил он.
— Долгопупс! — театрально прошипел я, брызжа слюной. — Как ты посмел прийти сюда в этот день и нарушить мои планы!
— Ч-что вы делаете? Вы… Так Гарри был прав! — неожиданно завопил он во все горло. — Вы Пожиратель смерти! Вы обманули Дамбдора и хотите украсть философский камень!
— Глупец! Возрождение Волан-де-Морта не остановить! — я с трудом удержался от того, чтобы добавить зловещий смех. — Только я никак не могу понять, как мне достать камень? Я вижу в зеркале, как отдаю его моему повелителю, Темному лорду. Но как мне достать его? Может, нужно разбить зеркало?
— В-вы не сможете! — начал Невилл. — Дамблдор и Гарри всех вас остановят…
Я заметил, как он смотрит в зеркало.
— Довольно! Сомнум! — я отправил заклятье Невиллу в лицо, и он осел на пол без сознания. — Акцио философский камень!
Ничего. Проверил карманы Невилла вручную — ничего. Попробуем еще раз.
— Обливейт! Оживи!
Невилл моментально пришел в себя.
— П-профессор С-с-снейп? — интонацией Квиррелла спросил он.
— Долгопупс! — театрально прошипел я, брызжа слюной. — Как ты посмел прийти сюда в этот день и нарушить мои планы!
— Ч-что вы делаете? Вы… Так Гарри был прав! — неожиданно завопил он во все горло. — Вы Пожиратель смерти! Вы обманули Дамбдора и хотите украсть философский камень!
— Так и есть, Долгопупс, — я постарался говорить с меньшим презрением, но с большим холодом. — Скоро камень будет моим, только моим! Я воскрешу Темного лорда, и мы, как в старые времена, будем править и пытать людей круциатусом…
— Остолбеней! — рявкнул Невилл, снова неожиданно для меня. — Редукто! Диссендио! Импедимента!
— Сомнум! Обливейт!
После еще трех «перезагрузок» у Невилла уже немного косили глаза и появилась рассеянность. Я легко пожертвую его сознанием ради философского камня, но все же хотелось бы этого избежать.
— Я… Вы не сможете, не посмеете! — кричал Невилл. — Вы — палачи моих родителей! Я убью вас всех! А если не смогу, я не позволю вам владеть философским камнем! — его взгляд задержался на зеркале, а затем невольно опустился на карман его мантии.
— Мускули миорексо!
Его мышцы безвольно размякли, и он упал. Я подошел и запустил руку ему в карман. Камень был здесь. Всего около восьми сантиметров в длину грубо отесаный камень, похожий на рубин и теплый на ощупь.
— С-снейп! — с трудом выговорил почти парализованный Невилл.
— Да все уже, спи. Сомнум!