0,1. Хёнджин. (Palaye Royale - Tonight Is The Night I Die) (2/2)
– Кто-то должен присматривать за отцом, – пробормотала Чевон.
– Почему именно ты? Разве не жена должна заботиться о муже? Почему твоя мать вообще уезжает, оставляя тебя, если думает, что это опасно? А, Чевон?
– Я не знаю. Это… так всегда было, это нормально.
– Ни черта подобного, Пак Чевон, – Хёнджин выудила из кармана бомбера сигарету и закурила. – Будь хорошей девочкой, уйди к Хеджу или куда-нибудь ещё, но не оставайся здесь одна. Я беспокоюсь за тебя.
– Я не могу, Хёнджин.
– Ну-ну… В любом случае, у тебя есть мой номер. Позвони, когда он вернётся.
– Хорошо.
***</p>
– Я до сих пор не верю, что согласилась на это, – пробормотала Хёнджин, когда Джинсоль, как заботливая мамочка, усадила её на заднее сидение своей машины и пристегнула.
– Это просто поездка в ТЦ.
– С двумя грёбаными парочками! Все эти три часа я буду смотреть, как вы, блять, сосётесь!
– Ты могла бы тоже кого-нибудь себе найти, – хмыкнула Джинсоль.
– Я пока не настолько отчаялась.
Рука Чонын лежала на коленях Джинсоль, в опасной близости от края юбки. Взгляд Чонын был прикован к длинной шее Чон, и даже абсолютный идиот понял бы, чего именно она хочет. Хёнджин закатила глаза. Они провели наедине всё утро, и этого всё равно было мало.
– Зачем нам вообще ехать в ТЦ?
– Я хочу купить кроссовки для Йерим, – ответила Джинсоль.
– Для Йерим, которая младшая сестра Чонын?
– Да, для Йерим, которая младшая сестра Чонын.
– Она считает её нашей дочерью, – объяснила блондинка. – И Йерим это очень нравится.
– Да, теперь ещё один человек делает ей подарки.
– Ты чёртов циник, Ким Хёнджин! – Покачала головой Джинсоль.
– А ты романтик, и мы отлично друг друга дополняем.
Чонын бросила на неё самый красноречивый из своих взглядов, и Хёнджин рассмеялась.
– Расслабься, Липпи, я на неё не претендую.
***</p>
Едва выйдя из машины, Хёнджин заметила через пару мест от них чёрный «Форд» последней модели и Джиу, держащую за руку высокого брюнета в дорогой рубашке-поло. Он выглядел недовольным, но всё-таки попытался изобразить улыбку, когда увидел Чонын.
– Йонас, – представился он, протягивая ей руку. – Парень Джиу.
– Ким Чонын. Её лучшая подруга.
Она даже не посмотрела на его ладонь. Это явно ему не понравилось.
– Твои телохранители?
Это должно было звучать как шутка, но ни одной из них не было смешно. Джинсоль скрестила руки на груди, демонстрируя крепкие мышцы, а Хёнджин просто поправила ворот бомбера, демонстрируя разбитые костяшки. Кажется, они обе выглядели достаточно угрожающе, потому что на секунду Йонас растерялся.
– Чон Джинсоль, Ким Хёнджин, – представила их Джиу. – Они… эм… близкие подруги Чонын.
– Да, подруги, – на его губах появилась ухмылка. – Всё в порядке, я не гомофоб, так что вы можете прямо сказать, что встречаетесь. Просто не целуйтесь при мне. Меня немного оскорбляют такие вещи.
– А меня оскорбляет тупость, так что просто не открывай при мне рот, – сказала Чонын с самым милым выражением лица. На секунду Йонас замер, будто не веря, что слышал это, а затем нахмурился. Джиу закатила глаза.
– Милый, ты не мог бы оставить нас на разговор. Всего на пару минут.
– Если ты хочешь…
Когда он отошёл, Джиу посмотрела на Чонын, но та только хмыкнула.
– Он придурок.
– Он мой парень.
– Одно другому не мешает. Я люблю тебя, Джиу, но этот… – она одарила Йонаса самым раздражённым взглядом из всех возможных. – Парень просто мудак. Если хочешь связываться с гомофобным идиотом, то пожалуйста, я не буду мешать, но не таскай его на наши встречи.
– Но ты тоже привела Джинсоль, – попыталась возразить Джиу, но вышло слишком слабо и неуверенно.
– Мы с Джинсоль планировала поехать сюда с понедельника, и ты спросила, можно ли с нами. О твоём «парне» даже речи не было.
– П-прости…
– Знаешь, думаю, будет лучше, если мы в этот раз прогуляемся отдельно.
– Чонын.
– Поговорим позже.