Глава 9: Охота на зло (часть девятая) (2/2)
Бутылка лимонада уже давно была брошена на стол, так и не открытая. Минг Шу поднял ее, открутил крышку и поставил бутылку обратно перед Вэнь Яо.
— Спасибо, — сказала Вэнь Яо. Она все еще тяжело дышала, ее грудь заметно вздымалась и опускалась.
— Не за что. — Минг Шу сверкнул джентльменской улыбкой. — Когда вы спорили с тем стариком, вы думали, что это противостояние будет опубликовано в Интернете?
Вэнь Яо молчала долгое время. Затем она поджала губы, а затем изогнула рот в самодовольной улыбке:
— Я знала, что так и будет.
— О?
— Я сделала это специально, — сказала она.
Возможно, потому что сидящий перед ней детектив казался таким обаятельным и надежным, но, как бы то ни было, Вэнь Яо сразу же выложила всю правду:
— Честно говоря, убежать от этого человека было бы несложно. И это был не первый раз, когда ко мне подходил такой человек. Обычно я просто ухожу. Но за день до этой встречи я уже была готова сорваться. Один мужчина в доме престарелых, тоже лет шестидесяти или около того, вел себя со мной крайне неподобающе. Он все время смотрел на меня такими развратными глазами. Он заставлял меня кормить его таблетками и даже заставил меня выйти с ним в сад и принять всевозможные отвратительные позы, чтобы он мог меня сфотографировать. Мы — частный дом престарелых, и то, чем мы гордимся, — это хорошее обслуживание, поэтому я... я не могла отказаться. Если бы я отказалась, он бы подал жалобу моему начальнику. Только в прошлом месяце на другую медсестру подали жалобу, и она была отстранена от работы без сохранения заработной платы. Я не такая, как она. Я мать-одиночка. Я не могу позволить себе остаться без зарплаты.
Минг Шу нахмурился.
— На следующий день после того, как этот старик домогался меня на работе, — продолжала Вэнь Яо, — у меня был выходной, и я взяла свою дочь в магазин за новой одеждой. Именно тогда я столкнулась с тем старым уличным фотографом. Когда он направил свою камеру на мою малышку, я просто взорвалась. Я больше не могла сдерживать свой гнев. Как будто моя ярость, которая копилась и копилась, наконец-то нашла выход.
Вэнь Яо глубоко вздохнула.
— В то время вокруг нас было много людей. Я знала, что если я только подниму шум и немного покричу, все эти люди бросятся к нам, чтобы сделать фотографии и видео. Потом они выложат их в Интернет. Поэтому я защитила свою дочь и позвала на помощь, одновременно споря со стариком. Но старик не сдавался даже тогда! Он продолжал говорить, какая милая у меня дочь, и настаивал, что просто обязан нас сфотографировать.
— Все эти споры и пинки между вами и стариком, — сказал Минг Шу. — Это все было записано.
— Точно! Все! — Зрачки Вэнь Яо, казалось, плясали на свету, мерцая от очередной вспышки гнева. — Очень скоро после этого я увидела в Интернете сообщения обо мне и том старике. Все соглашались, что старик был виноват. Некоторые из них были... возможно, даже слишком неуважительными, но прошло совсем немного времени, прежде чем все сообщения были удалены.
— Вы были расстроены из-за этого? Из-за того, что сообщения удалили? — спросил Минг Шу.
— Расстроилась? — Вэнь Яо покачала головой. — Я уже была довольна. Если бы сообщения не были удалены, люди могли бы устроить ”охоту” на этого старика. Если вы не возражаете, детектив, возможно, вы не понимаете, что такое интернет.
Минг Шу кивнул, чтобы она продолжала, показывая, что ему действительно требуется более подробное объяснение.
— Когда подобные вещи слишком накаляются в Интернете, ситуация может обостриться в мгновение ока, — сказала Вэнь Яо. — Остановить все это до того, как кто-то станет объектом домогательств, — это хорошо. Если бы люди начали ”охоту” на старого фотографа, это было бы незаконно. Мало того, я могла бы тоже оказаться втянутой во всю эту историю, если бы они раскрыли и мою личность. Я просто хотела выплеснуть свое разочарование и проучить этого старика. Не было никакой необходимости делать из этого нечто большее.
Минг Шу улыбнулся.
— Охота на человека — это было бы слишком, да.
Только после того, как она закончила рассказывать всю свою историю и выпила половину бутылки лимонада, ей пришло в голову... что она, возможно, сказала слишком много.
Многие люди не очень хорошо умели контролировать свои слова и эмоции. Когда слушатель давал им нужные подсказки, они были склонны выплеснуть все, что у них на уме. Только после того, как они высказались, они понимали, что, возможно, сказали что-то лишнее.
Вэнь Яо вдруг забеспокоилась и посмотрела на Минг Шу.
Минг Шу, в свою очередь, ответил со слабой улыбкой.
— Из ваших друзей и родственников, сколько человек знают об этом инциденте?
Вэнь Яо немного подумала.
— Они все знают.
”Все” — это был очень широкий диапазон. Минг Шу встал; на данный момент у него не было других вопросов.
— Спасибо, что пришли поговорить с нами сегодня.
Вэнь Яо выдохнула и тоже встала.
— Я до сих пор не понимаю, зачем меня сюда позвали. Это из-за этой ”охоты на человека”?
Минг Шу несколько секунд смотрел ей в глаза, а потом покачал головой. Маленькая, непостижимая улыбка заиграла в уголках его губ.
— Не волнуйтесь. Просто обычная проверка.
Расследование снова зашло в тупик. Не было недостатка в людях, у которых был мотив убить Ло Сянфу, но они были исключены из числа подозреваемых один за другим, когда выяснилось, что у них не было ни средств, ни возможности совершить преступление.
Что касается инцидента с принудительной уличной съемкой, то интернет действительно был взбудоражен видеороликом с Ло Сянфу. Но с тех пор прошел год. Найти кого-то из той толпы, кто захотел бы убить Ло Сянфу, сейчас не представлялось возможным. Даже найти несколько человек, которые вообще помнят об этом инциденте, было бы непросто.
— Вэнь Яо в порядке? — спросил Фан Юаньхан. — Люди, которые видели эту историю в интернете, возможно, уже забыли о ней, но Вэнь Яо принимала в ней непосредственное участие. Она бы не забыла об этом так просто.
— На тебя повлияло ее признание, — заметил Минг Шу.
Фан Юаньхан почесал голову.
— Она действительно намеренно подстрекала зрителей фотографировать и снимать инцидент.
— Вот почему я сказал, что ты попал под влияние, — сказал Минг Шу. Он бросил чайный пакетик в свою чашку. — Ну и что, что она подстрекала зрителей снимать? Разве Ло Сянфу не поставил ее в трудное положение?
Сморщив нос и нахмурив брови, Фан Юаньхан на мгновение погрузился в глубокую задумчивость.
— ...это правда.
— Тогда в этом случае она была жертвой, — сказал Минг Шу. — Пусть и не та, которую можно считать ”идеальной” жертвой. Но тот факт, что она повлияла на посторонних, чтобы те записали преследование, не является достаточно существенным, чтобы подозревать ее в убийстве.
— Значит, она вообще не является подозреваемой?
— В моих глазах — нет. Но мы можем начать тщательное расследование в отношении ее близких друзей.
— Понял! Я все немедленно организую.
— Она сказала одну вещь, которая привлекла мое внимание, — сказал Минг Шу, сузив глаза. — ”Когда эти люди стареют, они становятся монстрами”. Интересно, тот, кто убил Ло Сянфу, чувствовал то же самое?
Фан Юаньхан вздрогнул от этой мысли.
— То есть они думали, что избавляют мир от зла?
Минг Шу как раз собирался набрать воды для чая, когда услышал, как Син Му неохотно, заикаясь, позвал его:
— Капитан... капитан Минг..?
Тяжело вздохнув, Минг Шу повернулся и увидел Син Му у двери.
— Брат Син, сколько раз я говорил тебе не называть меня так? Что за дела с ”капитаном” тут и ”капитаном” там? Разве ты не мой дедушка?
Минг Шу, конечно, только подтрунивал. Но Син Му, этот рослый мужчина ростом 180 сантиметров, мгновенно стал ярко-красным.
— Я не твой дедушка! Ты мой...
— О, заткнись, — прервал его Минг Шу, в его глазах мелькнул холодный огонек.
Син Му мгновенно закрыл рот и выглядел соответствующим образом — трусливым и жалким.
— Я... я...
Минг Шу вздохнул, не в силах больше мучить его. Смягчив тон, он спросил:
— Брат Син, зачем я тебе понадобился?
— О, это не я тебя искал, — сказал Син Му, мгновенно выпрямившись и отложив в сторону их личные шутки. — Это заместитель Сяо. Я только что видел его, и он просил передать, что хочет тебя видеть.
Это было почти незаметно, но выражение лица Минг Шу чуть-чуть изменилось.
— Понял. Я пойду к нему прямо сейчас.