Глава 40 (2/2)

— Я развязываю тебе руки и не имею право порицать за какие-либо действия.

— Очень точная характеристика, — кивнул Итан. — Уверен, что готов пойти на это?

— Уверен.

— Вдруг я снова кого-нибудь побью?

— Да хоть сожги весь этот город дотла… — выдохнул Ноа зло. Итану не нравилось такое настроение Моргана. Ноа был сам не свой.

— Второй, — к указательному присоединился средний палец. — Я не буду отчитываться перед тобой за каждый свой шаг. Выдам тебе информацию лишь тогда, когда буду точно уверен в ее достоверности. До этого момента ты не станешь мучить меня расспросами: «Кто? Когда? Зачем?».

Ноа вновь кивнул.

— Третий, — к указательному и среднему присоединился большой палец. — О том, что я занимаюсь поиском информации, не должен знать никто. Под «никто» я подразумеваю…

— Вообще никто, — закончил за Итана Ноа. — Да. Хорошо. Я никому не стану говорить.

— Отлично, — кивнул Томсон. — И ещё кое-что… Не хочу пугать тебя, но твой недоброжелатель готов на все, чтобы уколоть тебя побольнее. И после того, как он разыграл козырную карту, которую готовил на крайний случай, в его арсенале ничего не осталось. Значит, если спровоцируем его вновь, он пойдет на новые ухищрения. Следует быть осторожнее.

— Вновь? А чем же я его провоцировал раньше?! — охнул Ноа.

— А ты еще не понял? — Итан наклонился к нему чуть ближе. — Он реагирует на твое безмерное счастье.

По лицу Моргана скользнуло страдальческое выражение.

— Больше никогда не буду улыбаться, — почти прошептал он.

— Не говори глупостей. Он ведь этого и добивается. Улыбайся сколько твоей душе угодно. Но старайся не быть один. Подвозить и увозить из университета тебя буду я. На парах держись ближе к однокурсникам. Старайся нигде не оставаться один. Договорились?

— Да, — кивнул Ноа, ковыряясь в телефоне. — Кстати, об одиночестве. Андреа и Скотт хотят заехать ко мне вечером. Поддержать. Ты не против? — уточнил Ноа.

— Почему я должен быть против?

— Ну… Мне кажется, мои друзья тебе не очень нравятся.

— Это правда, — не стал спорить Итан. — Но это мои проблемы, а не твои. Не думаешь же ты, что я начну влезать в вашу многолетнюю дружбу лишь потому, что они мне не нравятся?

— Я знаю примеры подобного поведения в парах, — забубнил Ноа тихо.

— Как славно, что на этот раз ты встречаешься не с долбоебом, — фыркнул Итан и завел машину.

172-175

Андреа поручила Ноа заказать пиццу, со своей стороны пообещав принести вина. Морган полулежал на кровати и минут двадцать всматривался в меню ближайшей пиццерии, пока не сдался, поняв, что принимать какое-либо решение (даже если это решение было связано с элементарным выбором пиццы) для него сейчас физически больно.

— Итан, ты не мог бы заказать пиццу? — Ноа протянул телефон Томсону в надежде, что тот не задаст ни единого вопроса вроде: «А что ты больше предпочитаешь, курицу или говядину? Много сыра или мало? На толстом тесте или тонком?». Итан оправдал ожидания и молча сделал заказ самостоятельно. Какую Ноа совершил ошибку, он понял лишь когда пошел принимать заказ.

— Итан, зачем ты заказал десять штук?! НАС ЧЕТВЕРО! ЧЕТВЕРО, ИТАН!

Томсон меланхолично пожал плечами.

— Но я ведь не знал, что предпочитаешь ты и твои друзья. Мясную или веганскую? Любите вы анчоусы или ненавидите? Острую или нет?

— Ты мог спросить у меня!

— Хотел дать тебе отдохнуть. Не беспокойся, я оплатил своей картой, — добавил Итан.

— Я не беспокоюсь о деньгах! Я беспокоюсь о количестве еды! — пропыхтел Морган, ставя башню из пицц на кухонный стол.

— За пару дней управимся, — пообещал Итан.

— Завтра пицца будет уже не такой вкусной, — не согласился Ноа.

— А мне кажется, что нет вкуснее пиццы, чем та, что осталась на утро, — настаивал на своем Итан. Спор мог продолжаться весь вечер, но его прервал приход Андреа и Скотта. Андреа оценила башню из пицц по достоинству, заявив, что эмоциональное состояние Ноа даже хуже, чем она предполагала. Скотт же выставил на стол четыре бутылки красного вина.

— Я правда только после покупки поняла, что пить мне сейчас нельзя, — протянула подруга, смотря на алкоголь с тоской. — Пока я на таблетках. Так что на троих четыре бутылки.

— На двоих, — заметил Итан. — Я тоже не пью.

— И ты на антидепрессантах? — понимающе вздохнула подруга.

— Н…нет. Я просто не пью, — слегка растерявшись, ответил Итан.

— Совсем? — Андреа схватилась за сердце.

— Совсем.

— Добровольно?!

— Естественно.

Скотт и Ноа переглянулись, а затем уставились на бутылки.

— Но мы-то пить будем? — на всякий случай уточнил Скотт у Моргана.

— Это даже не обсуждается!

Разместиться предпочли на полу перед кроватью, разложив коробки с пиццами, вино и одноразовую посуду прямо на полу. Пушистик расположился на подоконнике дальнего окна, чтобы находиться как можно дальше от шумной компании, но при этом иметь возможность наблюдать за каждым. Арахис наворачивал вокруг компании круги, пытаясь умыкнуть салями или кусок курятины. Тему фотографии из чата все активно избегали. Сперва говорила одна Андреа. О чем именно, Ноа не слышал. Он будто бы все еще находился в вакууме пережитого днем шока, когда в один миг пульс его подскочил до предельных значений, руки затряслись, а глаза защипало от слез гнева. Ноа не помнил, как добрался до пансионата. Не помнил и того, как пролетел мимо персонала. Очнулся он в комнате бабушки. Он обнимал старушку, пока та возмущалась, уверяя, что молодой человек явно с кем-то ее перепутал. Это стало последней каплей. Ноа вышел из комнаты и наорал сперва на медсестру, что ухаживала за бабушкой. Затем на несколько проходивших мимо медбратьев. Потом добрался до холла. Там в Ноа и вовсе вселился Дьявол. Теперь по прошествии времени Морган надеялся, что с ним не захотят разрывать договор, бабушку не выселят из пансионата одним днем и не станут относиться к ней хуже. Гнев ушел, и вернулись мысли о возможных последствиях, создавая вокруг Ноа новую ловушку из бесконечной череды беспокойств.

— Ноа, я к тебе обращаюсь! Ты вообще меня слушаешь? — возмущенный голос подруги заставил Моргана вынырнуть из гнетущих мыслей. И Ноа только сейчас заметил, что допивает уже второй бокал вина, а рука Итана уже какое-то время покоится на его бедре чуть выше колена. Молчаливая поддержка Томсона его приободрила.

— Да, прости. Я отвлекся. Так о чем ты?

— О нашем выступлении в «Чертовски хочу тебя» в эту пятницу!

— В пятницу? Прямо перед Хэллоуином? — удивился он. Пятничный вечер перед праздником наверняка имел бы ажиотаж в любом баре. Даже в «Чертовски хочу тебя». Публики должно было набраться больше обычного, и Ноа даже немного удивился, что в такой продажный день руководство бара разрешило выступить группе Андреа.

— Но есть нюанс, — тут же добавила подруга.

— Нюанс, ага, как же. Не Нюанс, а настоящий НЮАНСИЩЕ! — воскликнул Скотт, так же как и Ноа, прикончивший уже второй бокал вина и явно захмелевший. — Помимо нас будут играть еще четыре группы!

— Так это вроде нормальная практика, — заметил Итан спокойно. — Не все же вам блистать на сцене в одиночку.

— Нет, ты не понимаешь! — продолжал эмоционировать Скотт. — Андреа сообщила нам об этом сегодня в обед! Послезавтра мы уже выступаем! И помимо нас еще четыре группы! Подумай, как мы будем смотреться на их фоне!

— Как говно? — догадался Итан, решив не уточнять, что и без хорошего фона их выступления выглядели не ахти как.

— ВОТ ИМЕННО! — издал Скотт возглас человека, стоявшего на пороге смерти.

— Эй! — возмутилась Андреа.

— Слишком прямо, — бросил Ноа, невольно улыбнувшись впервые за этот вечер.

— Мы обречены! — начал стенать Скотт.

— А я уверена, что будет дико круто! В некоторые вещи спонтанность привносит свою изюминку!

— Но это не касается выступлений, к которым следует готовиться заранее. А я напомню, что у нас в репетициях был большой перерыв, потому что… ты заболела, — Скотт споткнулся, но тут же продолжил. — На вчерашней репетиции мы не играли на музыкальных инструментах. Мы их пытали! Да еще и Стив не пришел! Ты вообще до него дозвонилась?

— Дозвонюсь, — беспечно отмахнулась Андреа. — Еще куча времени!

— Один день — это не куча времени!

— Не занудствуй! — фыркнула Андреа.

— Это ты не витай в облаках!

— О-о-о-о… — неожиданно протянул Итан, привлекая к себе всеобщее внимание.

— Что еще за «о-о-о-о»? — фыркнул Скотт. Итан, проигнорировав его, повернулся к Ноа.

— Ничего не замечаешь?

— М-м?

— Твое «Око» действительно слепнет, когда направлено на близких? Боже… Но для того, чтобы заметить это, нет нужды в дополнительном функционале.

— Да что такое? — напряглась Андреа.

— Я не понимаю, — качнул Ноа головой.

— Они… — Итан указал на ребят пальцем. — Потрахались.

Скотт подавился вином. Андреа подавилась пиццей. Ноа подавился воздухом.

— Итан! — воскликнул Морган и перевел взгляд на друзей, готовый извиняться перед ними до глубокой ночи, вот только… Бледный как мел Скотт и красная как помидор Андреа, будто сговорившись, избегали взгляда Ноа. Они оба не обронили ни слова против.

Поняв, что Итан пусть и в грубой форме, но сказал правду, Ноа невольно разинул рот:

— УЖЕ?!

— Ой, заткнись, — послышалось бормотание Скотта.

— Что значит «уже»? Мы взрослые люди! Можно подумать, вы еще… — Андреа хитро улыбнулась. — А вы, значит, еще нет?

Андреа лишь хотела перевести тему разговора. И ей это удалось. Ноа налил себе новый бокал вина и отпил сразу половину.

— Мы не спешим, — спокойно ответил Итан.

— Это из-за твоей мизофобии? — с невинным видом поинтересовалась Андреа и в ответ на очередной возглас возмущения со стороны Ноа добавила:

— У меня тоже есть определенные проблемы с психическим здоровьем. Всем я об этом не говорю, но ты парень Ноа, тебе можно доверять. А о твоей проблеме так вообще судачит половина университета.

— У меня нет мизофобии, — протянул Итан, видимо прикидывая, как лучше построить ответ, чтобы не сказать лишнего. — Но определенные проблемы имеются. Я в процессе их решения, — ответил он размыто.

— Так вот почему пошлятина из тебя сыпется как из рога изобилия? Сублимируешь, — пьяно рассмеялся Скотт.

— Планирую, — протянул Итан, и Ноа мог поклясться, прямо сейчас на губах Томсона под маской заиграла злая улыбка.

Друзья, мстя Томсону за прямолинейность, продолжили бомбардировать Итана каверзными вопросами. Он отвечал им тем же. Ноа допил первую бутылку вина и пошел к дальнему окну покурить. Пушистик царапнул хозяина, когда тот посмел передвинуть его с одного конца подоконника на другой. Арахис запрыгнул к Ноа на руки и подставил морду осеннему ветру, мягко проникшему через распахнутое окно в квартиру. Ноа закурил, устремив взгляд на вечерний город. До ушей донёсся где-то вдалеке сигнал полиции или скорой. У бара неподалеку компания молодых ребят громогласно обсуждала новый альбом любимого исполнителя. В доме напротив в тех окнах, где горел свет, разворачивались сцены чужой жизни. Ноа часто по вечерам смотрел в них и уже знал, что у мужа с женой на третьем этаже постоянный разлад, а маленький мальчик с восьмого увлекается астрономией. Ноа сделал затяжку и закрыл глаза, представляя, как выглядит в данный момент окно в его жизнь: недоеденные пиццы в коробках на полу. Вино на дне бокалов. Трое ребят, яростно обсуждающие какие-то глупости. И один парень отдельно. Курит. В обнимку с котами. Вполне уютная картинка, вот только с грязью на оборотной стороне.

— Эй, — голос Итана совсем близко заставил Ноа открыть глаза как раз за мгновение до того, как Томсон коснулся его лица. И Ноа только понял, что щеки его мокрые от слез.

Итан ничего не спросил, просто взялся стирать слезы рукавом толстовки.

— Просто… — Ноа с усилием проглотил ком в горле и постарался звучать более-менее спокойно. — …день был тяжёлый.

— Да уж… — согласился Итан, садясь на подоконник рядом с Ноа. Пушистик к этому моменту успел перебраться на комод. — К счастью, есть вино, — Томсон протянул Ноа наполненный бокал.

— К счастью, есть ты.

****

Око Дьявола вышло из-под контроля. Ноа понял это, лишь выскользнув из дома. Хоть Итан и обещал подвозить Моргана до университета каждое утро, но сегодня выписывали Майкла Томсона, потому Итан уехал ещё до рассвета. Его уход знаменовал лёгкий поцелуй в висок, который разбудил Ноа всего на пару секунд, после чего Морган провалился в сон вплоть до будильника.

Ноа всегда подмечал мелочи и «несовершенства» окружающих, но ещё никогда это не происходило так концентрированно. Моргану чудилось, будто он находится в бесконечном потоке из ненависти и уродства. В автобусе Ноа попытался отвлечься, но у него не вышло. Будто все нелепости и изъяны мира одним махом решили предстать его глазам. У красотки неподалёку под длиннющими ногтями обнаружилась грязь. У женщины средних лет в морщины забился тональный крем. У мужчины, сидевшего напротив, подмышки украшали влажные круги. У парня с пирсингом в носу с внутренней стороны на сережку налипли сопли. Проблема заключалась не в том, что Ноа видел это. Проблема заключалась в том, что он видел только это. Фокус внимания никак не желал уходить с несовершенств к чему-то более позитивному.

Ноа замутило. Борясь с тошнотой он вышел на пару остановок раньше нужной и остаток пути до университета преодолел пешком. При этом на людей он старался не смотреть. Зашел в здание кампуса Ноа на негнущихся ногах. Его появление фурора не произвело. Но не успел Морган вздохнуть с облегчением, как рядом послышалось:

— Извини. Ты Ноа Морган, да?

— Отъебись от меня… — Морган даже не сразу понял, что именно он прошипел эти слова. Девушка, что обратилась к нему, вздрогнула.

— Я… Извини… Я просто… — залепетала она, попятившись. — Извини… — выдохнула она и со всех ног бросилась в противоположную от него сторону. Ничего плохого она не хотела. «Око» это подтверждало. Но в это же самое время оно не давало Ноа расслабиться.

— Итан, кажется, я схожу с ума, — выдохнул Ноа в трубку после окончания первого семинара.

— Не сходишь. Вчера ты испытал сильный стресс. Вполне логично, что теперь тебе кажется, будто весь мир ополчился против тебя.

— Но раньше такого не было!

— Значит, раньше происходящее тебя так сильно не задевало.

— Я сорвался на совершенно незнакомую девушку!

— Просто так? Подошёл и наорал на нее?

— Нет… Это она ко мне подошла.

— Тогда ладно.

— Что ещё за ладно?

— Нечего кому ни попадя к тебе подходить, — в голосе Итана послышалась улыбка.

— Я повел себя как свинья!

— Не утрируй.

— Я, наверное, поеду домой. Не могу больше это терпеть.

— А вдруг это продолжится и завтра? Закроешься в квартире до лучших времён?

— У тебя есть идея получше? — фыркнул Ноа. Итан немного помолчал.

— Вообще-то есть.

— И что ты предлагаешь?

— Тебе необходимо немного расслабиться. Отвлечься от случившегося.

— Дрочка — не решение всех проблем!

— Ух… Да, чувствую на себе твою нетерпимость в это прекрасное утро.

— Извини…

— Ничего страшного. И я говорил не про дрочку, озабоченный ты мой.

Ноа почувствовал уже привычный прилив крови к щекам.

— Тогда… что? — спросил он с запинкой.

— Увидишь, — протянул Итан, интригуя. — Где ты сейчас?

— В парке при кампусе.

— Стой, где стоишь. Я уже освободился и сейчас приеду за тобой.

— Ты так и не сказал, что задумал.

— Да, — подтвердил Итан и бросил трубку.