Глава 17. Последний сонет (1/2)
В сумерках церковь Святой Троицы казалась крутым утесом, невесть какими судьбами выросшим в центре города. Ее окна не горели, выключены были и прожектора по периметру, некогда освещавшие здание, отчего каменная кладка стен казалась грязно-серой. Острый шпиль вонзился в темно-синее небо, и чуть в стороне от него распушила великолепный хвост комета Хейла-Боппа — уже привычная гостья в ночном небе.
Стоило чуть задержать взгляд на этой картине, и комета стала отблеском света на пустой глазнице, а шпиль — черным провалом носовой впадины над освещенным частоколом зубов из камней церковной ограды... Гарри тряхнул головой и решительно шагнул ко входу в церковь. Незамедлительно он ощутил на своем плече ладонь Ли.
— Церковь охраняют снаружи, — сказал тот. — Ты ведь хотел войти незаметно?
Присмотревшись, Гарри разглядел во дворе церкви несколько неприметных силуэтов среди деревьев. Люди Бенджамина особенно не скрывались, но и нападения явно не ожидали — просто спокойно стояли по периметру.
— Их там не меньше десятка, — заметил Гарри. — Но они наверняка маглы. Бенджамин в последнее время магов не жалует.
— Ты сможешь переместиться внутрь?
— Если подойдем ближе — да, наверное. Но тебя я не смогу взять с собой. Тут нужно умение побольше моего.
— Не волнуйся. Я могу отследить твой путь и последовать за тобой.
— Серьезно? Не знал, что это возможно…
— Серьезно. Главное — отойди в сторону, когда будешь внутри.
Гарри покосился на него, не скрывая удивления. Что это за школа такая, Юнь-Бао, если среди ее воспитанников есть вот такие? Смертоносный маг-воин, способный убивать дементоров пачками, кромсать пространство и отслеживать чужую телепортацию. Невозмутимый маг, который за пару недель в совершенстве освоил чужой язык. Супермен какой-то. Явись такой на Турнир трех волшебников, остальным претендентам можно было бы складывать палочки, не дожидаясь первого испытания. И, что немаловажно, какова цена всех этих способностей, если хофэны — редкость даже для Юнь-Бао? Гарри пообещал себе, что обязательно выяснит это, если они с Ли станут настоящими друзьями — а в дружелюбии китайского чародея пока не приходилось сомневаться.
— Хорошо, — кивнул он. — Давай тогда сделаем вид, что просто прогуливаемся рядом.
Он ступил на тротуар и прогулочным шагом направился вдоль ограды. Чжун Ли, храня молчание, шагал рядом с ним. Прохожих было мало — неудивительно в такой-то час, — но все же некоторые из них не скрывали интереса к главной достопримечательности города, подходя и с неудовольствием оглядывая затемненное здание церкви. Подобравшись к воротам, Гарри увидел, что на калитке закреплено буднично выглядящее объявление:
«Вход на территорию церкви Святой Троицы с 8 часов вечера — только для персонала. Идут реставрационные работы».
Они миновали вход и вошли в тень закрытого киоска. Теперь — самое время. В памяти вдруг зазвучал голос Цао Шу на одном из его первых занятий по метрической магии. «Попытайтесь дотянуться своим разумом до ближайшей стены и коснитесь ее. Ощутите ее гладкую поверхность, ее слабо выраженную текстуру, мельчайшие трещинки у основания, вдохните легкий запах краски». Гарри замедлил шаг и прикрыл глаза. Он помнил древние стены церкви, и мог бы до них дотянуться, но стоящая перед ним задача — сложнее. Нужно проникнуть сквозь стену, оказавшись на территории нефа — и, что бы его ни ждало внутри, успеть принять правильное решение до того, как противник среагирует. Стена сложена из камня, но кажущийся монолитным камень — не более чем разряженный квантовый граф, и скользнуть сквозь него — совсем просто.
Он двинулся дальше, формируя перед внутренним взором запомненный ранее интерьер церкви. Идеально — вот здесь, за одной из колонн. Далеко, черт возьми. Он физически ощущал, как растягиваются нити, протянутые его мыслью к пункту назначения, и это чувство было болезненным. Да, слишком далеко. «Расстояние должно утратить для вас какое-либо значение, — снова зазвучал в его голове голос Цао Шу, и на мгновение Гарри показалось, что она рядом, смотрит на него своим безмятежным и непроницаемым взглядом. — Значение имеет только знание».
Незачем думать о расстоянии. Нужно лишь остановить внутренний диалог, погасить на время пылающее пламя его чувств и стать ничем. Не просто ничем — никем. Тогда все возможно. Он точно знает, как быть никем, — надежно выучил этот урок, шагая во главе армии големов и помня только о поставленной цели. Нити Брахмана вспыхнули золотым огнем, меняя рисунок.
По глазам ударил мощный свет — неф был просто залит им, благодаря шести большим галогеновым лампам на стойках по периметру. В пяти футах от себя Гарри увидел охранника в униформе, отмеченной уже знакомым логотипом со стрелами в круге. Охранник смотрел прямо на него и, надо отдать ему должное, вскинул пистолет раньше, чем успел удивиться.
— Протего! — крикнул Гарри, выбегая из-за колонны под треск выстрелов.
Защитная оболочка немедленно померкла и подернулась рябью от попаданий, но это было уже неважно. Сейчас за его спиной должен появиться Чжун Ли, и уж с его защитой они не управятся — в этом Гарри был абсолютно уверен. Гермиону он увидел сразу — она стояла в центре нефа спиной к нему, напротив Бенджамина. Слева грохнул выстрел — пуля с визгом отскочила от защитной оболочки. Стрелявший покатился кубарем, и к его падению Гарри не имел отношения: в сражение вступил Чжун Ли. Гермиона рывком обернулась, и, увидев Гарри, широко раскрыла глаза.
— Прекратить огонь! — завопил Бенджамин, подняв руку. — Немедленно прекратить огонь!
Выстрелы стихли, но охрана все еще буравила незваных гостей хмурыми взглядами. Из-за спины Бенджамина шагнул Педро — он также был вооружен пистолетом, но поднимать оружие не стал.
— Что вы творите, мистер Поттер? — резко спросил он. — И кто вам дал право приводить к нам посторонних? То, что наша организация взялась вам помогать, вовсе не означает…
Бенджамин властно положил ему руку на плечо, и Педро умолк, но его взгляд красноречиво выражал все, что он думает о выходке Гарри.
— Гарри! — воскликнула Гермиона и шагнула навстречу. — Почему ты не позвонил? Никто не ожидал твоего появления… Тебя же могли убить!
— Ну, убить — это вряд ли, — сказал Бенджамин. — Мои люди стреляли по ногам. Но все равно...
— Гермиона, иди сюда, — сказал Гарри, начисто его проигнорировав. — Мы уходим.
Она запнулась и взгляделась ему в глаза, потом спросила совсем другим тоном:
— Что случилось? Мы же сейчас в двух шагах от разгадки!
— Я расскажу потом.
— Нет уж, Гарри, расскажите сейчас, — вновь заговорил Бенджамин. — Мне тоже чертовски интересно, почему вы взялись саботировать наше… мероприятие, из-за которого мне пришлось выше головы прыгнуть. Ради вас, между прочим.
— Это правда, — кивнула Гермиона и махнула рукой в направлении надгробной плиты, под которой покоились останки Шекспира.
Аккуратно вырезанная плита лежала чуть поодаль, и над черным провалом в церковном полу утробно урчала громоздкая металлическая конструкция на четырех высоких опорах. Вниз, в провал, были протянуты постоянно скользившие цепи наподобие велосипедных, и закрепленные на них черпаки каждые несколько секунд поднимали немалое количество породы, высыпая ее на конвейерную ленту. Конвейер заканчивался большим металлическим контейнером, но Гарри не мог видеть, сколько в нем накопилось земли к его приходу. Как им удалось незаметно притащить эту громадину в церковь?
— Хорошо, я объясню, — сказал Гарри, стараясь не терять из виду охрану. — Гермиона, этот человек стоял за покушением на Альбуса Дамблдора. Я потерял сознание раньше, чем успел сказать тебе, но я запомнил…
— Что ты запомнил? — спросила она, бросив мельком настороженный взгляд на Бенджамина. — Я же была рядом.
— Символ на поверхности артефакта, которым меня чуть не прикончили. Пять стрел в круге. — Последние слова он произнес медленно и четко, с вызовом глядя в глаза Бенджамину.
— Что, серьезно? — с издевкой в голосе отозвался тот. — А если бы вы узрели там глаз в треугольнике, то побежали бы выговаривать мистеру Вейсгаупту? А логотип оружейной фирмы «Зауэр» заставил бы вас обвинять ее руководство? Черт возьми, мистер Поттер, вы знаете, какое количество людей по всему миру использует устройства нашего производства? Включая, между прочим, вас с вашей подругой.
— И вы думаете, я поверю… — начал было Гарри, но Гермиона его перебила.
— Гарри, нет, — сказала она. — Когда я рассказала Бенджамину о том, что случилось в Хогвартсе, он сразу узнал по описанию одно из своих устройств — круцикс. Если бы ты позвонил, я бы рассказала.
— Еще бы он стал отрицать! — воскликнул Гарри, но его уверенность в своей правоте вдруг схлынула, и на смену ей пришло привычное ощущение — он почувствовал себя идиотом.
Бенджамин закатил глаза и сказал:
— Я не прошу мне верить, дело ваше. Однако все мы здесь собрались по вашей просьбе. Мисс Грейнджер и вы сами можете уйти, когда пожелаете, но я все же предложил бы вам дождаться завершения эксгумации. И еще одно… Не следует приводить к нам незнакомцев.
Чжун Ли вышел из-за спину Гарри и, сложив ладони перед собой, отвесил короткий поклон.
— Мое имя Чжун Ли, я хофэн из школы Юнь-Бао. Мы знаем о вашей организации и храним тайну.
Бенджамин мрачно кивнул и, окинув Ли подозрительным взглядом, сухо ответил:
— Я так и подумал. Хорошо, мистер Чжун Ли, вы можете остаться. Охрана, убрать оружие!
Охранники повиновались — все, за исключением Педро, который по-прежнему хранил холодное молчание, сжимая в ладони пистолет.
— Педро! — укоризненно сказал Бенджамин. — Инцидент исчерпан. Все в порядке.
— Да, босс, — медленно сказал тот и с явной неохотой спрятал пистолет в кобуру, напоследок наградив Ли и Гарри угрожающим взглядом.
Бенджамин помолчал, тяжело вздохнул и, развернувшись к ним спиной, отошел к механизму. Осторожно наклонившись к черному провалу, он хмыкнул и проговорил:
— Еще минут пять, и можно будет поднимать.
Гермиона шагнула к Гарри, глядя ему в глаза. Он развел руками и пробормотал:
— Прости. Я думал, что ты можешь быть в плену, поэтому… Вот.
Она улыбнулась и неожиданно бросилась ему на шею, зашептав в ухо:
— Я ужасно беспокоилась о тебе. Хорошо, что ты пришел.
На душе стало куда легче, и он, ответив на ее объятия, сказал:
— Снова выставил себя круглым дураком.
— Да ладно, — проговорила она. — Я знаю, что такое забота о близком человеке. Вспомни, что я делала во время битвы за Айзентурм. Тоже полетела в одиночку в гущу врагов, чтобы найти тебя.
— Только враги в тот раз были настоящие, — скривился Гарри и с сожалением отстранился от Гермионы. — Между прочим, наш таинственный соглядотай в Хогвартсе, — это, оказывается, был Чжун Ли.
— Я подозревала, — усмехнулась она и повернулась к Ли. — Есть ли новости из Юнь-Бао?
— Новости по этому делу Юнь-Бао получает от меня, — улыбнулся тот. — Однако им стало известно о какой-то пространственной аномалии в Тирренском море. Наши шэньши подозревают, что это может иметь отношение к изоляции Айзентурма, и уже отправили туда поисковую группу…
— Тирренское море? — нахмурилась Гермиона. — Аномалию нашли к северу от Туниса, верно?
— Откуда вы знаете, мисс Грейнджер? — удивился Чжун Ли, на мгновение утратив невозмутимость.
— Просто Гермиона, будь добр. И я не знаю, я лишь предположила. Гарри, ты ведь помнишь, мы читали в рукописи…
— Остров Плачущей матери! — воскликнул тот. — Ну конечно! Остров, который мигрирует между Сумраком и Землей. Мы можем добраться до Айзентурма этим путем!
Гермиона не проявила энтузиазма, напротив.
— А какого рода там аномалия, Ли? — спросила она, нахмурившись. — Остров существовал тысячи лет, и до сих пор сотрудники Юнь-Бао не проявляли к нему интереса.