6. Время идти дальше (1/2)

Четверг, 8:49</p>

— Ты как?

Этой ночью заснуть было почти нереальной задачей. В моменты, когда голова наполнена ненужными мыслями, спокойно жить невозможно. Чонгуку до сих пор не понятно почему Лиса искала вчера Чимина. Не то чтобы это сильно волновало его, или тревожило, или еще чего, но... просто интересно. Что этих двух вообще может связывать? Может Тэхен знает? Может и знает, но спрашивать что-то о его сестре кажется не лучшей идеей.

Лиса отстраненная, недоверчивая. Она из тех, кто чужих в свое личное пространство не принимает, даже близко не подпускает, но стоит им стать близко не телом, а душой, так она сама ручки раскроет и притянет к себе. Именно так он и думает. Это может показаться игрой с его стороны, или простым интересом, но нет же. Лиса другая, и, кажется, Чонгук тоже хочет стать другим. Для нее.

— Сойдет, — отвечает Тэхен, пожав плечами и высматривая что-то в своем шкафчике. Там было все, кажется... даже травка. Он считал, что университет это идеальное место для хранения травы. Это, типа, спрятать на виду, как все говорят. — А сам? — он кладет то, что там быть не должно вглубь шкафчика, и накрывает это сверху огромной тетрадью по высшей математике, которая остается пустой еще с прошлого года, когда этот предмет вошел в расписание.

— Хер его знает, — Чонгук чешет затылок и облокатившись на чужую дверку шкафчика, поднимает голову на небольшую люстру с противным желтым светом. — Нам не помешало бы выпить, как думаешь? — почему-то об этом никто до сих пор не спросил Чонгука на этой неделе, поэтому ничего не остается, кроме как спросить самому.

— Нужно сказать об этом Мину, — говорит Тэхен и закрывает шкафчик как-то слишком громко. Он поворачивается ко входу лицом и высматривает Чимина, которого они ждут. Его постоянно приходится ждать. Когда Ким замечает друга, у него мелькает небольшая улыбка на лице, но стоит Чимину повернуться, он замечает знакомый рисунок на толстовке парня. Теперь понятно что он пытался вспомнить прошлой ночью, когда увидел, что какой-то парень следит за Дженни. Он был уверен, что уже где-то видел этот рисунок. — Чимин в маньяки что ли заделался? — Тэхен неожиданно для себя озвучивает мысль, а Чонгук посмотрел на него с поднятыми бровями. А потом на Чимина, который повернулся обратно лицом, попрощавшись с тем, с кем только что разговаривал.

— Что ты только что спизданул, Тэхен?

— Я видел как он следил вчера за Дженни, — наверное, было бы лучше эту тему не развивать, ведь в таких ситуациях сначала разбираются, а уже потом делятся с остальными. Но Тэхен не такой правильный, каким хочет видеть его отец. И вряд ли когда-то таким будет.

— Это еще кто такая? — у Чонгука с рождения рыбья память, особенно на имена.

— Та девушка, ну, с вечеринки.

— А, подружка твоей сестры, — Чонгук вспомнил Дженни только так. Где бы он их не видел, эти две подружки всегда вместе. — Чимин говорил, что она его подруга из детства, — говорит он, наблюдая за приближающим к ним Чимином.

— Чего? Подруга из детства? — Тэхен не скрывает своего удивления. Потому что они не ведут себя как друзья. Да и вряд ли друзья следят друг за другом, как Чимин за Дженни.

— Спроси у него самого, — Чонгук пожимает плечами, поправляя лямку рюкзака.

— Не думаю, что стоит, — успевает сказать Тэхен, перед тем, как подходит блондин. — Как жизнь, Чимин?

— Лучше некуда, — на ходу отвечает Пак и продолжает свою дорогу так, будто парни вовсе не его ждали, чтобы вместе войти в ненавистный кабинет с ненавистным в нем преподом.

— Я уже начинаю привыкать к такому Чимину, — даже не удивившись поведению друга произносит Чонгук и прячет руки в карманы широких штанов. Он был сегодня утром не слишком бодрым, поэтому и не заметил, что вместо любимых черных джинсов надел спортивные штаны, в которых ходит по общежитию. К слову, они вряд ли принадлежат ему. — Погнали к миссис Злюке.

— Иди, я догоню, — а Тэхен ответа Чимина вообще не слышит, потому что отвлекся на подошедшую к своему шкафчику Дженни. Она, видимо, только сейчас увидела, что с замком шкафчика все в порядке и принялась всматриваться в кучки студентов в попытках отыскать Тэхена. Она нашла, и она улыбается. Так искренне, так нежно. Так...

— К этому тоже нужно будет начать привыкать, — говорит Чонгук, смотря то на Дженни в другом конце коридора, то на Тэхена. — В любом случае, рад, что ты не гей, — произносит то, что заставляет глаза друга увеличиться в два раза.

— Ты...

— В смысле, конечно, нет ничего плохого в том, чтобы быть геем... — произносит слишком громко для подобных фразочек. Тэхен бесится, когда все, кто рядом с ними поворачивают в его сторону головы.

— Сука, — для Чонгука это слово сработало как сигнал о том, что надо бежать, и он побежал. — Иди сюда, придурок, — а Тэхен побежал за ним. Дети, ей богу.

Дженни ничего не слышала, но их погоня сумела вырвать из нее тихий смех. Она положила в шкафчик книги, которые ей пока что не нужны, и пошла в сторону своей аудитории даже не заметив Лису с Джису, подошедших к своим шкафчикам сзади нее.

— Ну что? — Джису спрашивает не очень развернуто, но Лиса все понимает и так.

— Я ходила вчера к Чимину, но его не было в комнате, — сжимает губы в тонкую полоску, пока спокойное лицо Джису превращается в недовольное.

— Блин, а дождаться его ты не могла? — почти что цокает, потому что ей жизненно необходима информация, которую Чимин, возможно, может дать.

— Нет, блин, не могла, — даже немного злится, но скорее не из-за Джису. А из-за того что вчера произошло. — Я подумала, и решила, что все же хорошо, что мы не пересеклись. Подобную информацию мы должны узнавать не от Чимина, а от Чеен. А если она молчит, то мы должны дать ей время, понимаешь?

К сожалению, чтобы это понять, Лисе пришлось пересечься с Чонгуком.

— У нас его нет, Лиса, — опустив ниже голову сломленно говорит Джису. — Ладно, мы спрашиваем ее обо всем в лоб и либо получаем ответ, либо я звоню ее родителям.

Да, Джису часто придурковатая, как говорит Чеен. Часто не обращает внимания не только на мелочи, но и на какие-то весомые вещи, потому что верит в то, что так жить легче. Она не пофигист, но что-то от этого имеет. Она любит спонтанные решения, необдуманные, опять же, придурковатые. Но если дело идет о том человеке, который ей дорог, то она готова замечать больше чем мелочи. Джису заботливая до ужаса, даже надоедливая в этом плане для кого-то. Она хочет как лучше. И если Чеен не хочет помогать ей вытаскивать себя саму из пропасти, то Джису вытащит ее самостоятельно.

12:14</p>

Чеен второй раз на глазах Чимина выкидывает всю еду. Сидя с парнями за одним столом его тронуло желание пойти за ней и ворваться в ее душу, чтобы достать оттуда то, что приказывает ей не есть. У Чимина есть двоюродная сестра, которая на протяжении долгого времени страдала анорексией, и это действительно ужасная болезнь, которая способна убивать медленно, но верно. А Чеен начинает выглядеть так, как будто скоро этого добьется. Он долго не думает, быстро берет рюкзак и вскакивает с места ничего никому не сказав. Пак уже смог помочь сестре, может он поможет и Чеен? Той девушке, которая подошла к нему с бутылкой воды, а он тупо ушел, оставив ей эту самую воду и неприятные эмоции, вызванные их разговором. Но она все равно иногда смотрит на него. Ее что-то внутри себя заставляет это делать.

Чеен далеко не ушла, в конце длинного коридора она села на подоконник свесив ноги. Она достала телефон и уже хотела набрать маме, чей звонок пропустила три минуты назад, но рука опускается вниз, когда Чимин бросает рюкзак на линолеум и садится рядом.

— Плохо себя чувствуешь? — спустя пару секунд молчания спрашивает парень, на что получает в ответ усмешку и слова, которые не так давно произнес сам:

— Да, но не совсем в том смысле, в котором ты думаешь, — с той же скоростью, с той же усталостью. Она будто репетировала. Но она не репетировала, просто каждое его слово заедает в голове и оно само запоминается, она здесь вообще ни при чем.

— Откуда тебе знать о чем я думаю? — но видимо Чеен не одна в их дуэте, кто помнит прошлый разговор.

— А я сказала что знаю? Лишь догадываюсь, — пожимает плечами и кладет телефон рядом.

Чимин улыбается ей, хотя смотрит прямо.

— Знаешь, не всегда все идет так, как мы бы этого хотели, — выдыхает он, а Чеен поднимает на него какой-то подозрительный взгляд.

— Знаю, — спустя пару секунд молчания отвечает она, мило болтая тонкими ножками по воздуху. — Надеюсь ты не пожалеть меня решил, мне такое и даром не нужно, — Чеен смотрит на свои голые колени, а после накрывает их ладонями. Она ненавидит свои колени. Иногда кажется, что можно в них разглядеть чье-то страшное лицо.

— Я не умею жалеть других, — признается Чимин. — А ты ничем от других не отличаешься, — нужно признать, прозвучало это намного хуже, чем звучало у парня в голове секунду назад.

— Я это поняла с прошлого нашего разговора, не было необходимости говорить это сейчас, — она не злится и не обижается на подобные слова, потому что давно это поняла.

Чимин не извиняется, только смотрит на маленькое личико, опущенное куда-то вниз. Он никогда не был слишком внимательным, осторожным и так далее. Часто говорит то, что просто хочет сказать, а что будет дальше его не волнует.

— Наверное, мы похожи, — Чимин ловит ее взгляд на себе, а она как и прежде игнорирует его. Просто продолжает нагло его рассматривать. Как она с ним, так и он с ней. — Да и камень на наших душах одинакового размера, — Чеен не понимает что за камень там на его душе и откуда он, но хочет узнать. — Но я себя хотя бы не морю голодом.

Молчание. Она умеет контролировать свои эмоции, наверное исключительно благодаря этому Чимин вообще не понимает о чем она думает.

— Я тоже не морю себя голодом, — пожимает слабыми плечиками и нажимает на кожу вокруг коленок длинными пальцами.

— Я никакая не мать Тереза, Чеен, поверь, — с усмешкой говорит Чимин, смотря на Чеен с обычной человеческой добротой в глазах. — Никакой не философ, психолог и так далее. Но точно могу сказать, что я этого не стою, — кивает своим словам.

— Почему у тебя камень на душе? — с глазами полными интереса спрашивает она, ослабляя хватку на коленках.

— Потому что я сделал что-то очень плохое, — переводит взгляд с рук Чеен на худое лицо. — Я, видимо, только что-то плохое и делаю, — поднимает брови. На самом деле, в последнее время все так и есть. — Надо меняться, да? — он тянет улыбку и снова наблюдает за пожиманиями плеч девушки.

Через пятнадцать минут, как ушла из столовой Чеен, уходит и Дженни. Она прячет телефон в задний карман, но приходится вытаскивать его обратно, услышав свой рингтон. Она глубоко выдыхает перед тем как отвечать на звонок.

— Да, мам?

Всю эту неделю разговаривать с мамой просто невозможно. Обычно они болтали о всяких пустяках, много шутили и смеялись, а теперь их единственная тема разговора — это Чимин. Сначала, конечно, мама спрашивала как у ее дочки дела, кушала ли она, а потом сразу вопрос про него. Да, это ужасно надоело. Надоело слушать про то, как она ошиблась расставшись с Чимином. Надоело слушать про то, что по этому поводу чуть ли не весь Сеул, мать вашу, переживает. Надоело.

— Дженни, почему ты постоянно так грубо кладешь телефон, понять не могу? — недовольным голосом спрашивает мама, имея в виду их утренний разговор.

— Потому что ты начинаешь говорить о том, что я бы не хотела обсуждать. Я говорю это тебе уже не первый раз, но ты меня не слышишь, — Дженни раздражена, но она пытается быть тихой, шагая по длинному коридору.

— Ну что там между вами с Чимином такого произошло? Чего вы своим матерям сердца разбиваете, а? — и это стало для Дженни последней каплей. Она никаких подробностей не говорила маме насчет их расставания, но, видимо, пришло время.

— Он мне изменил, — она останавливается в середине коридора и выдыхает весь воздух, находящийся в легких. — Услышала? Повторю еще раз, на всякий случай. Он мне изменил. Так что ты что-то путаешь, мама. Тебе сердце не разбивали, его разбили мне, — она продолжает идти дальше, топая по линолеуму сильнее, от злости. Мама на той стороне трубки загадочно молчит, наверное не может поверить в то, что сын ее самой близкой подруги мог так с ней поступить. — Мне пора, у меня менеджмент скоро начнется. Передавай папе привет, — и она второй раз за день грубо скидывает мамин звонок, не дав ей сказать и слова.

Дженни останавливается у угла, когда замечает две знакомые фигуры людей. Чимина она может и со спины узнать. Она пару секунд шпионит за ними из-за угла. Словив взгляд Чеен, направленный на Пака она вспоминает вчерашний разговор в столовой. Этот взгляд выдает Чеен с потрохами. Дженни лишь коротко улыбается, смотря на худенькую девушку и развернувшись идет в другое крыло университета.

Время двигаться дальше.

13:20</p>

— Может устроим вечеринку на выходных? — Чонгук тянет за локоть Юнги и отнимает его у друзей. Этого старого алкоголика почти невозможно словить в университете, но он сумел.

— Под «устроим» ты подразумеваешь «устроишь»? — говорит парень и показывает свои маленькие зубки с деснами. — Скажи всем чтобы приходили с выпивкой, без нее не пущу, — без особых проблем соглашается Юнги, чего и ожидал от него Чонгук. — И передай чтобы не лезли в мой холодильник! В прошлый раз кто-то слопал мой чертов йогурт. И наверняка слопали бы еще что-нибудь, если там был бы не только он.

— Так и передам, — парень лезет к старшему с объятиями, а тот корчит недовольные рожицы, кладя подбородок на его плечо. — Еще пересечемся, — отходя немного прикрикивает Чонгук и уловив краем глаза еще одну свою жертву направляется к ней со всей решимостью.

— Лиса, — снова выкрикивает парень подходя ближе к девушке, но она увеличивает скорость ходьбы, повернувшись к нему спиной и сменив свое направление. — Подожди, — переходит на бег и становится перед ней, не давая идти дальше.

— Чего ты от меня хочешь, Чонгук? — закатив глаза спрашивает Лиса, уставшая за сегодняшний день от всего на свете, просто хочется лечь в кровать, найти новый тупой сериал с тупым сюжетом и под него заснуть, но нет же. — Ну? — Чонгук от чего-то молчит. Она делает шаг вправо, так ответ и не получив, но он все равно не дает пройти. — Если ты продолжишь доставать меня, то я скажу об этом Тэх...

— Я обещаю оставить тебя в покое, — неожиданно резко выпаливает Чон, надеясь на то, что ничего лишнего не скажет и все пройдет нормально, а не как обычно. — если пойдешь со мной на свидание, — прибавляет он к предложению, которое, как думала Лиса уже закончилось.

Она хлопает своими пушистыми ресницами в полной растерянности и не понимает где этот человек, который их сейчас снимает. Потому что на правду это все не тянет.

— На свид... Куда прости? — ей такие шутки не нравятся, совсем. — Ты смеешься надо мной? — потому что ей не смешно.

— Что? Нет. Почему? — Чонгук начинает махать руками в знак отрицания. Да, он понимает как это все выглядит, но он столько думал вчера о ней, и он, черт возьми, понял чего хочет. — Просто... Дай мне один час, и я обещаю тебя не трогать, если тебе не понравится этот час. Я обещаю.

Она смотрит в его глазах и все еще пытается отыскать то, чего там нет. Она совсем не понимает то с ним и что он задумал, но...

— Один час, — неуверенно произносит Лиса, но взгляд все равно не убирает от него. Пусть о ее неуверенности знает только она.

— Буду ждать на первом этаже в семь, — Чонгук не ожидал согласия с ее стороны, но он рад. — Не опаздывай, у меня и так мало времени, — кидает на ходу и оставляет Лису думать в одиночестве, хотя она этого и не хочет.

Взглянув налево она замечает спину брата, узнать которую труда не составило и бежит в его сторону, после чего чуть не валит на газон, но удивленным Ким все же остается стоять на ногах.

— Так-так-так, что это тут у нас происходит такое? — следом Лиса замечает Дженни, с которой секунду назад смеялся Тэхен. Правда, не так сильно, как с появления шатенки, но им бесспорно было весело и до ее прихода.

— Да так, вспоминаем где мы в первый раз встретились, — улыбается Тэхен, смотря то на сестру, то на брюнетку, пока последняя закрывает лицо от смущения, и следом округляет губы: — О, вспомнил почему я подошел. Дженни, вы с Чимином знакомы? — честно сказать, она к такому рода вопроса была совсем не готова. Совсем.

— Почему вдруг такой вопрос? — смущение слишком резко меняется на какую-то даже злость, дерзость. Тэхен это замечает.

— Он сказал, что вы с ним с детства знакомы, это так?

Дженни не понимает почему Чимин вообще решил кому-то что-то про нее сказать. Но она была уверена, что ничего слишком личного он никому не расскажет. Все же Дженни его знает долгое время, он не тот человек, который будет много кого впутывать в свою личную жизнь.

— Да. Да, мы дружили в детстве, — девушка надевает маску спокойствия и безразличия.

— А сейчас вы даже не разговариваете? — а у Тэхена вопросы не заканчиваются не смотря на то, что он давно заметил, что весь этот разговор Дженни не слишком приятен. Остается узнать причину.

— Да, как-то разошлись, — пожимает плечиками, чувствуя взгляд Лисы боковым зрением. — Нашли себе других друзей и вот, — в конце давит улыбку, а шатенка принимается прогонять брата, повторяя, что он в их женской компании только мешает.

— Кстати, на выходных будет вечеринка в том же доме, что и прошлая. Приходите и не забудьте прихватить бутылку чего-нибудь, — пытается говорить Тэхен, пока Лиса пихает его в правую сторону и пальцем показывает на небольшую группу людей, среди которых есть его друзья, мол, иди, тебя ждут. — И прихватить не значит выдуть ее, тебе пить вообще запрещаю. Я куплю тебе апельсиновый сок и спрячу его за телевизор в гостиной, чтобы никто не нашел. Больше ничего не пей. Я буду следить, — обращается к надоедливой Лисе, которая добивается своего и Тэхен удаляется под милый смех Дженни.

— Ты запала на моего брата что ли? — в лоб спрашивает Лиса, а Ким давится воздухом. — Он хороший. Так что одобряю твой выбор, — закидывает на плечи руку, не смотря на то, что Дженни начала от нее отходить. А когда поняла, что за ей идут следом, то даже перешла на небыстрый бег. — Так, где вы там в первый раз встретились? — кричит Лиса, когда подруга отходит слишком далеко, но ответа не получает. А интерес, естественно, не пропадает.

18:55</p>

Лиса стоит перед зеркалом уже десять минут. Кажется, она просмотрела каждый миллиметр надетой на себе одежды. Девушка постоянно тянется к шкатулке, меняя серьги. Останавливается она на том, что никаких ей сережек не надо, и так нормально. Ей нравится свое отражение, она красива, да и одежда сидит идеально. Только все равно чего-то не хватает.