Часть 20. Рейнира XIII (1/2)

Чему-то было просто судьба повторяться.

Рейнира не успела даже сесть за стол, как ощутила на себя несколько горячих взглядов, стремящихся проделать в ней дыру. Один, она точно знала, принадлежал дяде, а вот второй ее удивил.

Это был Кристон.

Она заметила, как он почти не моргая смотрел на нее со своего места, хотя в этот раз не давала ему какого-либо повода себя ненавидеть, или даже обижаться. Впрочем, его темный взгляд был скорее несчастный и жалкий, чем полный ярости и обиды, которая могла стать причиной побоища.

«Боги, он впрямь в меня влюблен», — вдруг поняла Рейнира и ей стало даже жалко своего присяжного меча, который может именно поэтому так жестоко мог ее предать.

В конце концов, от любви до ненависти один шаг.

И она сама могла помочь ему его сделать: сначала соблазнив его, а потом сурово отвергнуть предложение Кристона сбежать вместе за море, в Вольные города, чтобы жить свободной жизнью наемника и торговки апельсинами.

Но здесь этого не было.

Она не дала им переступить эту роковую линию, посему он все еще был в нее влюблен: безнадежно и горячо. Рейнира послала ему едва заметную улыбку, надеясь, что это чуть его утешит, поскольку терять в этот раз Коля в руках Алисенты она не собиралась. Чисто эгоистично, ей не хотелось отдавать этого мужчину во власть бывшей подруги, а также из мелкой мести, поскольку таким образом Алисента останется без очередного верного прихлебателя.

Губы Кристона дрогнули, хотя в его глазах застыла боль, но также там было и смирение.

Это было хорошо.

Внезапно встал отец и оглядел собравшихся гостей, также рассевшихся по своим местам за длинными столами, которая расставили по всему залу.

— Я рад привествовать всех вас, — громко сказал король и широко улыбнулся. — На празднике, который станет началом нового витка. Началом следующего поколения Дома Драконов и Дома Веларион, которые сегодня объединяться по воле богов и людей. Также, как были объединены столетия назад и столетия до этого, вплоть во время Старой Валирии. Надеюсь, что этот союз…

Вдруг отец замолк, вперив своей взгляд куда-то в сторону двери, а Рейнира еще до того, как повернула голову, знала, что это Алисента, которая решила наконец явиться на праздник в честь ее свадьбы с явным намерением ту испортить.

Оно было таким же.

Вот что первое заметила Рейнира, когда все же посмотрела на бывшую подругу, которая, вскинув свой острый подбородок, гордо начала спускать по лестнице, шурша юбкой своего шикарного платья, насыщенного зеленого цвета. Ее изящные ручки были чинно сложены на животе, а взгляд был полон вызова, пока Алисента прошествовала по залу к столу.

В этот миг, Рейнира ощутила, как последние угольки привязанности к этой девушке, нет, женщине, все еще тлеющие в ее душе, окончательно погасли. Не было больше ни жалости, ни желания наладить отношения, или сделать те хотя бы терпимыми. Это чертово платье было сигналом к началу войны, которую Рейнира была намеренна выиграть, и другого исхода тут быть не может.

Даже если ей лично придется свернуть лебяжью шею этой зеленой пакости, пробравшийся в ее семью и отравившую ту своим поганым ядом.

Рейнира бросила взгляд в зал и постаралась запомнить каждое лицо, на котором мелькнула даже малейшая искра восхищения, или одобрения, чтобы в будущем уделить этим лордам, и леди, «особое» внимание. Но то, что происходило за их столом, как оказалось, было куда интереснее. Для начала Деймон не встал с места, чтобы поприветствовать королеву, что было ожидаемо. Но то, что отец демонстративно отпрянул, когда Алисента, бросив холодно «поздравляю, падчерица», пыталась его поцеловать в щеку, Рейниру удивило.

Как и дядю, судя по его непроизвольно вскинутой брови.

Нет, она знала, что отец стал держать дистанцию со своей второй женой, что не могло ее не радовать, но такого явного показа раскола в королевском браке Рейнира не думала, что увидит, когда вокруг столько людей.

Алисента, вероятно, тоже.

Она сначала застыла, на миг растеряв всю свою браваду, а потом ее щеки залил уродливый румянец смятения и смущения. Судя по тому, как Алисента прятала глаза, отец на нее пристально смотрел, чего Рейнире было не видно, так как тот стоял к ней спиной. Наконец Алисента села, опустив взгляд и выглядя, как хорошо отруганный ребенок, а отец продолжил произносить свой тост о единстве Таргариенов и Веларионов, после чего были объявлен первый танец будущих супругов.

То есть ее и Лейнора.

Рейнира повернула голову к своему суженому, который одарил ее улыбкой, после чего встал, поклонился и приглашающе вытянул руку вперед. Она ответила ему такой же широкой ухмылкой и благосклонно приняла его руку, после чего они отправились в центр зала. Танцевать Рейнира все также не любила, но была куда в этом искуснее, чем некогда могла бы быть.

Они смотрели друг другу в глаза, когда разошлись, чтобы начать свой танец, и Рейнира была уверена, что со стороны они выглядели, как молодые страстные возлюбленные, а не люди, заключившие выгодное партнерство.

Раз, два, три.

Именно столько Рейнира и Лейнор сделали шагов вперед, чтобы вновь сойтись в середине зала, все внимание которого было приковано только к ним. Они обменялись взглядами и опять разошлись. Резкий поворот, и плавный реверанс с ее стороны, и поклон со стороны Лейнора. Потом их руки одновременно взлетели вверх подобно расправленным крыльям птицы, или дракона, и они вновь направились друг к другу.

Взглядов, прожигающих ее затылок стало больше.

Не только лорды, и леди, сверлили ее своими пристальными взорами, не только дядя стремился поджечь ее кожу своим потемневшими очами, не только Кристон все более несчастно смотрел на нее, но теперь Рейниру прожигал своим взглядом еще и рыжеволосый юноша, в котором она узнала сира Джоффри Лонмута.

«Не беспокойся, глупец. Это мне, кажется, суждено прожить без любви, а не Лейнору, чье сердце всегда будет твое», — с ноткой горечи подумала Рейнира, когда делала очередной изящный поклон в танце.

Часть ее души корчилась от боли и несправедливости по поводу этого. Рейнира ведь не железная и тоже жаждала любить, и быть любимой. Быть не только принцессой, быть не только хорошеньким личиком для кого-то, но и быть просто… Рейнирой.

Но надо быть реалистом.

Ей любовь может обойтись слишком дорого. Рейнира знала, что если будет пытаться совместить в себе слишком много ролей, то ничего не сможет толком сделать: в лучшем случае — она выживет, а в худшем — все пойдет по тому пути, по которому ее будущее должно было пойти, и чего ей очень хотелось бы избежать. Поэтому Рейнира старалась себя настроить на курс, где она постарается стать хорошей королевой и замечательной матерью.

Хотя пока получалось в попеременным успехом и порой жалость к себе брала вверх.

«Но сегодня ты должна улыбаться и выглядеть счастливой, идиотка! Улыбайся!» — одернулась себя Рейнира и, сделав еще один поворот вокруг себя, поймала взгляд Лейнора и улыбнулась.

— Танцы никогда не были моей сильной стороной, — лукаво сказала она, проскользнув мимо своего суженого и опять плавно раскинула руки в стороны.

— Это как битва, — ответил Лейнор, и поклонился.

Рейнира улыбнулась чуть шире, игнорируя то, как болезненно давалась ей это улыбка.

— Надеюсь, по окончанию этого танца не будет пролита кровь, — сказала она, и мысленно поморщилась.

Перед ее глазами на миг встала разбитая до неузнаваемости физиономия сира Джоффри и рыдающий над ним Лейнор, и Рейнира прокляла свой язык, молясь, что ее слова не сбудутся. Что в этот раз, ее свадьба не будет окончена кровавой бойней.

Тем временем, Лейнор отошел ей за спину, и они одновременно вскинули руки, потом плавно разошлись, пока их ладони не зависли друг над другом буквально в дюймах друг от друга. Они игриво сделали вид, будто пытались схватить друг друга за руки, после чего разошлись и поклонились.

Бой барабана стих, а зал разразился аплодисментами.