Глава 2. Рейнира. (2/2)

— Ты обещаешь всегда меня защищать? — всхлипывает она, презирая себя за то, как наивно и беспомощно звучит.

— Клянусь, принцесса.— рыцарь утвердительно кивает.

Ей хочется верить, что он говорит правду. Она заглядывает ему в глаза в поисках поддержки и опоры, на что он лишь молча кивает. В следующий миг она уже прижимается к нему в поисках тепла. Лишь на мгновение руки сира Кристона повисают в воздухе, словно он не знает, что ему делать, но следом уже сжимаются вокруг принцессы. Она чувствует, как он легко касается губами её макушки и устало вздыхает.

Её отец все-таки позволил ей самой выбрать жениха.

Рейнира сидела в зале замка лорда Баратеона, уныло разглядывая претендентов на её руку и сердце, а подле неё стоял сир Кристон. Они никогда не вспоминали ту ночь в лесу, но с тех пор казалось, что между ними двумя установилась прочная связь взаимопонимания. Встретившись взглядом с рыцарем, принцесса понимает, что он сам еле сдерживается от того, чтобы не улыбнуться, глядя на мешанину из стариков и совсем ещё мальчишек, пришедших к ней свататься. По пути в столицу она спрашивает у него:

— Думаешь, отец рассердится?

— Тому, что вы отказали каждому из претендентов? Или тому, что даже не посмотрели всех? — уточняет не без улыбки Кристон.

У неё хорошее настроение, несмотря на унылые смотрины. Рейнира хочет спросить у него, решился бы мужчина просить её руки, не будь он гвардейцем, но её отвлекает отдалённый писк в воздухе. Вскоре из облаков показывается Караксес, а сердце принцессы радостно сжимается, дома она увидит Деймона.

На празднике по случаю возвращения Деймона с победой на Ступенях отец не замечает её. Всем присутствующим же вполне очевидно его недовольство по тому, как он нарочито делает вид, будто её нет. Принц Деймон это замечает, но Рейнира получает от него лишь загадочную улыбку с долей сочувствия.

Когда она сидит в саду, окружённая со всех сторон людьми, но такая одинокая, к ней подсаживается Алисента:

— Похоже, поездка прошла скверно?

Рейнира устало вздыхает:

— Я вытерпела столько, сколько смогла.

— Перед тобой красовались рыцари и лорды Семи Королевств, какое горе.— отвечает королева с усмешкой.— Девушкам нашего положения обыкновенно и вовсе не приходится выбирать.

— Им всем от меня нужны только имя и кровь. Не могу подумать об участи хуже, чем быть запертой в замке и без конца рожать наследников.

Рейнира произносит последние слова, смотря в спину Деймону и думая о свободном принце, и совсем не замечает, как горечь искажает хорошенькое лицо бывшей подруги.

Чуть позже в саду Деймон, к её удивлению, тоже говорит ей, что в замужестве ради положения нет ничего плохого. Когда она делится с ним своим страхом умереть, рожая ребенка, его лицо становится серьёзным. Он внимательно смотрит ей в глаза, прежде чем сказать на валирийском:

— Нельзя жить в постоянном страхе. Если будешь бояться, упустишь лучшие моменты жизни.

Вернувшись в свои покои тем вечером, она находит потрёпанного вида сумку с какими-то обносками внутри. Она брезгливо берёт льняную тунику кончиками пальцев, гадая, как эта рухлядь могла там оказаться. К тунике прилагаются мешковатые брюки и сапоги. Едва она достаёт со дна сумки шапочку, как из той вываливается аккуратно свёрнутый кусок пергамента, перетянутый ленточкой. Её губы растягиваются в улыбке, едва она понимает, что это ничто иное, как миниатюрная карта со схемой тайных путей замка.

Деймон, одетый так же, как и она, ведёт её в места, куда ни за что в жизни её не отвёл бы отец. Они смотрят сатирическое представление, где не без укола обиды, она узнаёт саму себя и всю дворцовую знать. Далее они прохаживаются меж рядов торговцев, бесчисленных гадалок и сомнительных лиц, предлагающих услуги всевозможного характера.

Их конечным пунктом культурной программы в духе Принца Блошиного конца оказывается один из борделей. В полутьме Рейнира сперва с трудом различает фигуры, скрытые дымкой благовоний, а затем с интересом наблюдает за обнажёнными телами. Деймон за руку проводит её мимо охающих пар, позволяя ей смотреть столько, сколько ей хочется, не скрывая от неё ничего.

— Близость это приятно, знаешь ли. И для женщины, и для мужчины. Брак не помешает делать, как тебе хочется…и с кем хочется.

Последние слова он выдыхает ей в губы, заставляя сердце девушки трепетать. Когда она готова потянуться к нему за ещё одним поцелуем, он отстраняется, и, поправляя шапочку на её белокурой макушке говорит:

— Пора возвращаться в замок, пока нас никто не заметил.

Они расходятся с Деймоном в тёмном коридоре, и только пройдя какое-то время одна, Рейнира понимает две вещи. Первое, что она совершенно не хочет спать, а тело ноет в предвкушении чего-то, и второе, что она совершенно не помнит обратный путь. Решив, что в час волка её всё равно никто не увидит, она решает прошмыгнуть к себе привычным путём, через главную дверь. Лишь столкнувшись лицом к лицу с сиром Кристоном, держащим дозор у её комнат, она понимает, что идея была глупой. Тем не менее, она решает невозмутимо пройти мимо него, пожелав напоследок спокойной ночи.

— Принцесса? — на лице рыцаря написано изумление.— Что-то случилось, вы ранены?

Она стоит за дверью, думая, как поступить. Замешательство в голосе молодого человека её веселит. Лишь когда он решает сходить за лордом-командующим, она распахивает дверь и шепчет ему:

— Нет!

И следом выхватывает из его рук золочёный шлем, заманивая его в приветливую темноту своих комнат. Он смотрит на неё, словно она надоедливый ребёнок, но тем не менее ступает в комнату и протягивает руку к шлему. Словно кузнечик, она отскакивает.

— Я всё же схожу за лордом Вестерлингом.— утвердительно произносит он, так и не получив шлем обратно.

— Нет, нет, нет, — она первая добегает до двери и захлопывает её.

Когда он подходит к ней ближе, она замечает, что несмотря на всю серьёзность его лица, его глаза глядят с интересом. Рейнира протягивает ему шлем, и тогда, когда он нерешительно его касается, принцесса рвётся вперёд и целует его. Когда она отстраняется, то замечает, что его брови нахмурены, а глаза закрыты, длинные ресницы касаются щек. Он красив, думает Рейнира, и она хочет, чтобы он остался в эту ночь с ней.

Он пытается остановить её, когда она развязывает свою тунику, показывая нагую кожу груди, но его попытки не длятся долго. Принцесса понимает, что выиграла, когда он разрешает ей снять с себя латы и белый плащ, и едва он остаётся без него, как сам притягивает её к себе, увлекая в хаотичный поцелуй. Она хихикает, когда они вместе присаживаются на кровать и возятся со шнуровкой сапог, а затем смущается, когда они остаются без одежды.

Он поднимает её на руки, и её обжигает жар его кожи. Чувство близости для неё ново, но бесконечно приятно. Она блаженно закрывает глаза, когда его губы касаются её шеи, а руки сильнее прижимают к себе. Когда с его губ срывается стон, Рейнира не думает ни о чём другом, кроме того, что Деймон был прав.