Мгновение мысли.. (1/2)

— Стук, потом обезумевший крик, и вот, я уже без сознания.

***</p>

Проснулся Сергей Борисович ночью. Вокруг никого, только тёмный лес и ночная тишина. Мужчина аккуратно встал.

В голове его всё кружилось. Кажется, сейчас он упадёт от резкой, тупой боли.

Ужасно хотелось кричать, было тяжело дышать. Дотронувшись до своего затылка, мужчина пришёл в шок, там была кровь. Ему слегка разбили голову. Одним словом, возможно, это просто небольшая рана.

Было темно. Кузнецов достаточно плохо ориентировался в лесах Германии, поэтому даже не знал куда идти, ни одной весточки — того же самого мха с левой или правой стороны.

— Что же делать? — спросил себя мужчина, также державшись за голову.

Не знав ничего, где возлюбленная, где дом, где в конце концов дальнейшее существование, Сергею морально и физически становилось больнее.

Кузнецов прошёл несколько метров прямо — на свет фар вдалеке — и вышел на трассу. Вокруг машины, в определенный промежуток времени — много, в основном — мало.

Оглядевшись он резко крикнул и упал, вырубившись без сознания.

***</p>

Шатуновы били тревогу, мол, где же композитор и помощница? А вдруг пара заблудилась, поскольку не было ни Анфисы, ни Кузи — никого! По словам Владлены, деда и Григорьевна ушли ещё днём, но с тех пор ни одной весточки.

— А вдруг с ними что-то случилось? — волнуясь говорила Маша, сидя на диване в гостиной. В руках она держала стационарный телефон и небольшую записную книжку, где были записаны все мобильные номера их знакомых в Мюнхене. Руки девушки немного тряслись, а живот несильно тянуло.

— Зайчонок мой, я уложил Владу, — послышался голос Юры, который подходил ближе к жене из другой комнаты. На его плечах было небольшое, кухонное полотенце и синие шорты. Увидя волнующиюся Машу, Шатунов подбежал и немного предвстал на колени, взяв её руки в свои.

— Что с тобой, Манечка моя.

— К…Кузи до сих пор нет, а что, если с ним что-то случилось, я же не перенесу, Юрочка, — сквозь слёзы произносила девушка.

— Лапа моя, ну что ты, — мило ответил Юра, заправляя волосы Марии за ухо, — Всё будет хорошо, любовь моя. Идём на кухню, я сделаю тебе вкусный чай и ты поешь печеньки со сгущёнкой, хочешь?

Девушка поджала губы, игриво смотря на мужа. В её глазах всё ещё были слёзы, но уже не такие объемные, как ранее.

— Опять ты меня балуешь, зай, но я ведь так точно растолстею.

— Я всегда тебя буду любить именно такую, какая ты есть, даже пухленькую, — последние слова парень произнес с милотой и небольшой улыбкой. Встав, он подал руку беременной жене, и они вместе отправились на кухню.

— А может позвонить Аркаше, пусть попробует их поискать, — предложил Шатунов, усаживая Машу за стул круглого, кухонного стола.

— Вероятно, Юрчик, позвони, пожалуйста, а я пока чайник поставлю.

— Нет-нет, зайка, я сам поставлю, сиди, отдыхай, — вновь произнес муж.

Поставя чайник на газовую плитку, Юра набрал своего директора. Из трубки послышался сонный голос Кудряшова, который недоумевал из-за чего Шатунов так поздно звонит, и подумал, что это по поводу того, что Мария рожает.

— Алло, алло, Аркаша, это Юра, — чуть громко произносил парень, как будто были неполадки со связью, но на сам деле это просто Кудряшов молчал. — У нас проблемы, Маша, Маша, она.

— Ну что, ну что там, Юр, — спросила девушка, держась за живот.

— Сбросил гад, ну вот что мне с ним делать, — ворчал Юрец.

(Услышав новость от Юрки, мужчина бросил трубку и мигом помчался на машине в дом Шатуновых, вызвав скорую и ещё пару служб.)

Чайник вскипел, а Юра его выключил. Достав две керамические кружки из шкафа, парень заварил зелёный чай. Мария достала из холодильника небольшую вазу с конфетами, овсяным печеньем и сгущёнкой. Супруги сели чаёвничать. Через несколько минут их отвлёк странный шум на улице. Юра выглянул в окно и пришёл в шок.

Возле их дома стояло: две скорых, одна реанимация, родовая служба на дому, и пожарные.

— Что здесь делают пожарные? — чуть закашлявшись спросил Шатунов.

— Пожарные? — переспросила Мария, встав, она также примкнула к окну, вслед за мужем. Глаза словно полезли на лоб, а рот чуть приоткрылся, — Что это за картина маслом.

Послышался дикий стук в дверь, от чего проснулась даже Влада. Девочка встала, направляясь к родителям на кухню.

— Мам, пап, что там происходит, — громко произнесла она.

— Зайка, уложи дочь обратно в кроватку, а я пока открою дверь, — ответил Юрка, обращаясь к жене, — Ничего страшного, лапа моя, возвращайся спать, всё хорошо.

Маша с дочкой отправились обратно в комнату малышки, а Юрий открывал дверь.

Охрана пропустила Кудряшова, а все машины социальных служб заехали во двор. Открыв дверь, Юра никак не отреагировал, наоборот смотрел со спокойный лицом, что чересчур разозлило Аркадия.

— Василич, ты чего такой спокойный? — разъярённо спросил Кудряшов.