У жарыковцев не бывает друзей (2/2)

Гул в ушах, и я еле продрала веки, чтобы лицезреть достаточно неожиданную для меня картину — Елес<span class="footnote" id="fn_30560002_0"></span> в одиночку сражался с жарыковцами. Мутная-мутная картина из-за дымовых бомб, что так любили Призраки. Как и холодное оружие, которым они и вспарывали набитые под завязку животы жарыковцев.

Елесы… Грёбаные террористы, которых ненавидят все и вся. Ими не восхищается народ, уставший терпеть всякий беспредел. Их презирают Кочевники, что стараются не переходить дороги цепным псам власти, скрыто потакая им. Их терпеть не могут вояки, терпящие вечные налёты и потери от них. Однако Елесам глубоко плевать на чужое мнение о них. Ведь их волнует лишь одно — сраная месть. Они ненавидят власть и всех её приверженцев. Всё желают свергнуть, может даже возглавить страну. Пусть это и не представляется возможным. Елесами становятся отшельники, отбитые придурки, которым нечего терять. Для них закон не писан. Для них не виден криминальный мир. Для них существует лишь не угодившая, видимо, вообще никому власть, к которой те рано или поздно наверняка ворвутся со своими излюбленными длиннющими клинками и дымовыми шашками, устроив шоу.

Прямо как и сейчас. Творилась какая-то херня: парень в сине-голубых, лёгких доспехах с катаной наперевес носился туда-сюда, истребляя зевающих солдат. Его голубые, светящиеся глаза мелькали в густом тумане, который потихоньку развеивался. И к тому моменту все уже были повержены, валяясь на грязном полу в виде бездыханных трупов. Тогда он и заприметил меня. Вытерев лезвие от крови, неторопливо зашагал в мою сторону, чтобы остриём поднять мой подбородок, внимательно разглядывая.

— Сен олармен біргесің…<span class="footnote" id="fn_30560002_1"></span> — шрам по правой стороне, проходящий через губы, ещё три на скулах на той же половине, голубые, выбритые виски и длинные, тёмно-серые волосы, собранные в пучок, оставляя густую прядь, болтающуюся прямо пред глазами.

— Чего… блять… — переводя дыхание, недоумеваю я, хмурясь. Тогда парень кивает на нерадивую татуировку на шее, и глаза мои сами закатываются.

— Өлім Жарықтарға.<span class="footnote" id="fn_30560002_2"></span> — он намеревается снести мне башку своей катаной, благо я вовремя успеваю увернуться и спасти свою задницу, которую ещё предстоит отбить.

Вскочив на ноги, я сжимаю рефлекторно кулаки, поднимая их на нужный уровень и прикрывая лицо, по которому получать больнее всего, судя по моему богатому опыту. Блять, даже по сиське или между ног не так больно, знаете ли. Пусть и рукопашный бой моим коньком, им тут и не пахло. Всё-таки с холодным оружием уже не то. Особенно для того, у кого его нет. Поэтому мне практически ничего не оставалось кроме жалких, трусливых увиливаний, уклонений от острейшего клинка. Пару волосков точно поседели, чтобы потом полететь вниз. Только такая тактика была не по мне и быстро надоела, заставляя идти ва-банк — рвануть на противника и хорошенько прописать ему по носу. Этот план из говна и палок, который и планом не назовёшь, честно говоря, сработал. Классика, как-никак. Он обомлел, и я воспользовалась его безысходностью, начав мутузить что есть мочи. Всю рожу ему разбила. Наверное, шрамов новых добавила, подарив сотрясение. В общем, придурок быстро понял, что ловить ему тут нечего и поспешил раствориться в тумане: возомнив себя грёбаным ниндзя, бросил под себя дымовуху и исчез с моих глаз, наконец оставив в покое.

— Ты меня подставила! — воскликнула я возмущённо, швырнув на засранный стол взломанный чип.

— Не понимаю, в чём я провинилась пред тобой. — Балзия вяло, вальяжно пожала худыми плечами, с которых робко спадала розовая шубка, и, взяв чип, вставила его в височный имплант, принявшись сверкать глазами. — Разве что в том, что ещё не заплатила тебе за такой прекрасный труд. Правда, прекрасным его всё-таки не назовёшь. Даже мой язык на это не способен. Я же просила тебя действовать осторожно, не поднимая шума. А в новостях уже вовсю трубят об очередной атаке елесов на жарыковцев. И мне что-то подсказывает, что ты в этом замешана лучше некуда.

— Ну конечно, стоило мне взяться за эту работу, как по мою задницу увязались и жарыковцы, и ёбаные елесы! — махая руками в стороны, я разгуливала по кабинету, всё возмущаясь и возмущаясь. — Блять, они меня чуть не убили! И всё из-за инфы про этот сраный проект! Нахрена тебе вообще это сдалось?!

— Тебя это не должно волновать, дорогая. — женщина вынимает чип и прячет его в ящике стола, а затем протягивает мне запястье. Импланты соприкасаются, раздаваясь привычным писком, и я отпрянула назад, не опуская злых бровей. — Мы в расчёте.

— В расчёте, блять… — фыркнув, я покинула скорее бордель. Хотелось громко хлопнуть дверью, однако возможности такой не представлялось и мне пришлось смиренно скрыться с глаз сутенёрши, с которой я больше бы работать не желала. Только вот судьба распорядилась иначе. Совсем иначе.