Дом боевых искусств (1/2)

— Как… К-как ты не мёрзнешь? — недоумевала я, слепо следуя за девушкой, что была разодета уж слишком легко для вашего ледяного во всех смыслах мира. Майка, едва скрывающая её шикарную фигуру (это ок, что я всё время заостряю на этом внимание?), шаровары, громоздкие ботинки и старая кожанка, которая явно не утеплённая. Пока я волочу ноги, шмыгая холодным носом и будучи в своей самой тёплой кофте.

— Ну… Вот так… — пожав своими широкими острыми плечами («почти что» как у меня), промолвила она и, развернувшись, потопала вперёд задом наперёд. Как рак сраный. — Тебе холодно что ли?

Правая рука её высунулась из кармана тоненькой куртейки и устремилась ко мне. Тёплые пальцы её робко коснулись кончика моего носа, а затем и вовсе вся ладонь покрыла мой лоб. Скорчив умное лицо, она убрала от меня наконец свои лапы и поджала губы, таращась в неизвестность.

— Температуры, вроде, нет… — мямлила та себе под нос и развернулась вновь. Привычный вид на затылок её… А я успела соскучиться… Главное, глаза не опускать. Всё-таки я человек приличный. — Как такая мерзлячка, как ты сумела уродиться на севере Казахстана?

— Это ты у моих родителей спроси. — усмехнувшись, фыркнула я тихонько. — Как только узнаешь, куда они, блять, свалили…

— Дать куртку? — предложила Эт, вскинув брови и, не дожидаясь, пока я промямлю, мешкаясь, что-то похожее на слова, сняла кожанку и нацепила на меня. Я думала, что это будет весьма проблематично из-за огромных размеров кофты. Однако куртка оказалась тоже совсем не маленькая. Из-за чего теперь походила на грёбаную капусту. Тихий смешок девушки и мой недовольный и даже слегка грозный взгляд застревает на ней. — А тебе… Тебе идёт…

— Кому ты пиздишь, а? — закатив глаза, ворчала я. Ну, хоть теплее стало. Однако стыд нахлынул на меня вместе с совестью. Ведь я оставила её в одной сраной майке. — Этот… Тебе не холодно будет? Без куртки то?

— Не должно. — заявила Сов и кисти её перекочевали в карманы штанов. — В любом случае, не волнуйся за меня. Окей?

— Если я тебе скажу тоже самое, ты послушаешь? — расплывшись в игривой что ли улыбке, уточнила я, скрестив руки на груди.

— Подловила, что сказать… — промямлила она и вызвала лифт. Стрелочка в миг устремилась вверх, нередко пропадая из виду и вовсе.

Квезаль рассказала мне про некое место. О котором раньше я слышала… Да никогда, мать вашу! Сраный бойцовский клуб… М-да… Чего только в нашем шайтанском комплексе всё-таки нет… Я думала, разнообразие ограничивается китайскими забегаловками на пару с будто нескончаемым рынком. Место, что своими руками сотворили представители среднего класса. Средний класс… Размытое, конечно, понятие… Они едва богаче нижних. И на этом все видимые отличия заканчиваются. Разве что жители средних куда адекватнее. Если говорить по чесноку. Она сказала, что там у неё есть знакомый. Знакомый, которому она доверяет. Что меня не хило так удивило. Ведь… Вроде как, эта сучка хер кому доверится.

Писк. Что легко может спровоцировать приступ мигрени. На панели виднеется цифра — 53. Хотела бы я сказать, что не была ещё так высоко, не считая школы на 70-х. Только вот живу теперь кое с кем на верхних. На 80-х. Во что и сама до сих пор не могу поверить. Держалась как можно дальше от них всю свою ёбаную жизнь. От жарыковцев и всех, кто с ними связан. От новых знакомств. От подозрительных лиц. От всякого рода крупных авантюр. Ладно. Про последнее я нагло напиздела. А с остальным… Просто ирония сыграла лучше некуда. Ирония жизни. Той ещё суки.

Мы вышли и, миновав пару поворотов, на горизонте увидали то самое место, что занимало целую площадку. И выглядело оно для меня более, чем мистически. Ринг на невысокой платформе, всякие ржавые тренажёры, что наверняка стырили откуда-то и привели в относительно хороший вид, куча людей (но не так, как на рынке) и все тренируются. Спортивные такие. Явно не первый день тут торчат.

— Раньше тут были очередные забегаловки. — пояснила Эт, положив руку мне на спину и ведя вперёд. Так сказать, держа меня под крылом. — Но они чудесным образом обанкротились. Тогда эту территорию присвоили себе местные. Обустроили тут всё своими усилиями, средствами. И теми же усилиями отвоевали себе некого рода «независимость». Поэтому сюда не смеет сунуться ни один жарыковец. Не говоря уже о простых военных с полицейскими. Которым всем скоро тоже присвоят имя жарковцев… В общем, тебя тут никто не тронет. А если всё-таки и тронет, то не молчи. Или вмажь сама.

— Я то? — вскинув брови, усмехнулась я, удивившись. — У меня то силёнок не пожуёшь жопой, как у тебя.

— Курбан это исправит. — заявила та и глаза мои полезли на лоб от недоумения.

— Кто-кто? — переспросила я и девушка завела меня на ту самую «независимую» территорию. Территорию Бойцовского Клуба.

«Жауынгерлік өнер үйі» <span class="footnote" id="fn_30004776_0"></span> — гласила небольшая табличка, висящая над высоким потолком. Метра в четыре с половиной, наверное. Это свойственно подобным площадкам. Что на нижних давно усеяны всякими мутными типами. Которых… Полным полно. Не только в комплексе. Во всём нашем сраном мире. Шайтан его дери.

Уж что-то я сомневаюсь, что сюда никто не смеет соваться. Неужели это так? Блять, эти ублюдки и нижних не боятся! Частенько слышатся там выстрелы, что адресованы придуркам, оказывающим сопротивление. Даже в малейшем виде. И мне совсем не верится, что они сюда не захаживают. От слова совсем. Да не может такого, нахер, быть! Но если это всё-таки так… Как они… Как они сумели?

Ступив на территорию дома боевых искусств — пафосное, однако, название, девушка сразу повела меня к мужчине лет 50-ти. Немного подзаросший казах (может даже чистый, каких крайне мало), на лице которого сияет добродушная улыбка. Мускулов при нём замечено не было. Как и жира. Всё у него при себе. А, глядя на его перебинтованные кулаки, можно вкурить одну единственную мысль — удар его явно не лёгкий.

Ком в горле и резкое волнение. Отчего капюшон натянула я аж до самых глаз, что устремились в пол. В ноги. Не желая вздыматься. Перебирала я ноги интуитивно. Полностью доверяясь в вопросе навигации Этери. Что вела меня. Поглаживая аккуратно по спине, которая зажила недавно. И скоро я отобью её снова.

— Курбан! — окликнула, по всей видимости, главного здесь Сов и тот, прервав свою беседу с молодым юношей, отправил того обратно к тренажёрам.

— Какие люди! — разведя большущими руками в стороны, усмехнулся мужчина. Он был невысокого роста. Чуть пониже девушки. С которой они крепко-крепко обнялись.

— Сәлем-сәлем… <span class="footnote" id="fn_30004776_1"></span> — вздохнула она, робко отпрянув и вернув свою руку на прежнее место.