Сделка с розово-зелёным дьяволом (1/2)
«Утром, когда мы заявились в медпункт, то увидели картину, что была абсолютно такая же, как и в тот злополучный, страшный день. Жуткий врач — седой дед с трясущимися руками, всё шаманил над Жаниёй, что пребывала без сознания. Рядом ошивались с хмурыми рожами два дружбана — Ескали с Кайратом. Словно братья-близнецы они стояли у стены со скрещенными руками на груди. А глаза их — тёмные и злые были, устремлены вниз. В пол. На кожаном диванчике, стоящем напротив небольшого стеллажа с какими-то папками, расположилась Мария Кирилловна — учительница русского языка и литературы. Её появлению в стенах этого неоднозначного помещения я была уж сильно удивлена и даже ошарашена. В отличие от Сины, что, по всей видимости, была давненько в курсе. В курсе присутствия женщины, с которой у неё были не самые лучшие взаимоотношения, что всё-таки не доходили до явной неприязни. Стоило мне войти в комнату, как Гафарова внимание в миг пало на меня. И только на меня. Он был готов сожрать меня лишь грёбаным взглядом. Но не стал попросту таращиться, а отпрянул от стены и поковылял на выход. Проходя мимо, он легонько стукнул меня по плечу. Краем глаза я заметила его робкий кивок в сторону двери и сразу ринулась вслед за ним в коридор, где было гораздо спокойнее и прохладнее. Дышалось здесь куда легче, чем в медпункте. Не воняло всякими хероборинами хотя бы. Лишь слегка спиртом несло. Дверь тихо захлопнулась, и голова моя повернулась на одноклассника, что выглядел намного старше меня. В силу своей расположенности к крупняку. В общем, алкашку ему продадут как два пальца. Тот стоял с поникшей мордой, опустив нос. Кулаки тряслись. Но едва заметно. Ему срочно нужно было кого-нибудь да пиздануть. Надеюсь, это буду не я.
— Есть… закурить? — спросил он осторожно и с неким сожалением. Словам парня я удивилась и испугалась. Ведь он никогда прежде не имел вредных привычек.
— Я не курю. — спизданула я, понимая, что нагло лгу. — И… тебе не советую…
— Думаешь, я поверю в эту хуйню? — усмехнувшись, прошептал Ескали, пребывая в жёстком отчаянии.
— Ну… придётся… — я пожала плечами и на моём лице — бледном-бледном, появилась лёгкая ухмылка, которую кто-то (уж не помню кто) сравнивал с лучиком потухшего навеки Солнца.
«Солнце, только не потухай…»
«Солнышко, я же вижу, что ты в сети.»
«Солнце, ответь мне, пожалуйста!»
«Дани! Солнышко, не покидай меня…»
От этих воспоминаний меня бросило в очередной, тысячный, миллионный раз в дикую дрожь. Сообщения, в которых было столько боли… Обиды… Отчаяния… До сих пор остались у меня в телефоне. Ведь рука не поднималась их удалить, раз и навсегда покончив со всем этим. Как и заглянуть в саму переписку. С человеком, который, я надеялась, давно похоронил меня.
«Тая, пропади ты пропадом, шайтан тебя дери…»
— Ладно, в это я готов поверить. — буркнул тот, неожиданно взмахнув своими огромными лапами, чем и напугал меня. — Но уж точно не в то, что нам втирают! Всё пиздят, что она поправится! Но я же вижу, что ей становится только хуёвее!
— Как у Жании только оказалась эта херовина… — мямлила я, перебирая все возможные варианты событий. — Не могу себе представить, что такая, как Жания связалась бы с барыгами чёрного рынка. Это… не в её стиле…
— В смысле, такая, как Жания? — нахмурившись, уточнил Гафаров.
— Включи мозг. — фыркнула я, закатив глаза. — Она — с верхних этажей, блять. Из нехеровой семьи. Ты немного пониже будешь. Чего уж говорить про меня. Как думаешь, кто из нас троих скорее попрёт и купит наркоту на чёрном базаре? Я? Ты? Или она?
— Она. — вдруг заявил парень, не переставая меня удивлять. — Ну… Я вообще ничего в рот не беру. У тебя… Короче, ты тоже. А вот Жания… Вполне себе.
— Думаешь, из интереса решила попробовать и забрела к барыгам? — вскинув брови, переспросила я, сунув руки в карманы.
— Возможно. — пробормотал мельком тот, покусывая губы. — Погоди… У неё же есть старшие братья!
— И… К чему это? — недоумевала я, елозя затылком по стене.
— Один из них провёл её в какой-то клуб. Из которого они еле выбрались. — пояснил Ескали, пока я пыталась припомнить эту чудную историю. — Не помнишь? Она рассказывала это, когда мы вместо урока играли в бутылочку.
— Кажись, меня тогда не было в школе… — вздохнула я, почёсывая аккуратно макушку, чтобы не испортить укладку. — Но… мысль хорошая…
Некое вдохновение, озарение настигло меня. Окатило, словно огромная волна океана. Океана, полного дерьма. Против которого я так отчаянно сражаюсь, что-то мямля себе под нос сквозь зубы и чувствуя уже отвратительный привкус железа. Крови. Что проливается уж слишком много. Неприлично много.
Хрустнув пальцами, я подскочила к парню вплотную и задрала нос, чтобы взглянуть ему в глаза. Ведь собиралась сказать в кой-то веки нечто важное.
— Попытайся разузнать об её братьях. — прошептала я, играя с ним в гляделки. — Пожалуйста…
В этот миг из медпункта выскочила Мария Кирилловна и обратила свой взор — серьёзный, осуждающий, неприятный, — на нас. Высокая, худая женщина с короткими волосами непонятного оттенка — то ли рыжего, то ли тёмнорусого. По ней сразу можно понять, какой предмет она преподаёт. И ошибётся тут только идиот. Она ведёт уроки лишь у пятых и старших классов. Однако с недавнего времени, когда здоровье заметно поубавилось, только у последних.
— Молодёжь! — окликнула нас та грозным и строгим голосом, словно самый жуткий завуч, которых у нас по пальцам (опять они…) можно пересчитать. — Потом будете лобызаться. Марш на уроки.»
Проснувшись, я не услышала привычных звуков. Звуков жизни — шебуршания, шума телевизора, звона тарелок в конце концов. Ведь квартира была пуста. Тёмная и страшная. Я никогда не боялась темноты. Разве что в раннем детстве. Боялась зайти в тубзик, ведь пересмотрела ужастиков по типу «ОНО». Да и книжек подобных тоже перечитала. Но опасалась я точно не клоунов. А пауков. Сейчас же… Чего остерегаюсь я сейчас? Хер его знает. Однако спешить выходить из спальни, в которой оказалась не весть как, я не собиралась.
«Надеюсь, на этой кровати я спала одна…»
Погодите-ка… А как она меня… Я же не могла тут отключиться? Мы вообще, насколько помню, сидели-пердели на диване, пяля в телик какой-то скучный сериал про киберпсихопатов на байках и их безудержных поклонниц, да болтая обо всяком. Неужто она меня перетащила? Грёбаный киборг-убийца… Где ж теперь её носит?!
Рука моя сама собой потянулась к тумбочке, на которой лежал мой телефон. Который, как смею предполагать, сюда положила тоже Этери. Включив его, пред моими глазами, что едва не ослепли от выставленной яркости, которая была настроена, но нередко шалила, замелькали пропущенные от Ескали. Им было два часа. Ком в горле свалился вниз также быстро, как и возник, доставляя мне дискомфорт. И пальцы мои сами нажали на зелёную трубку. Я прижала телефон к уху и всё шептала себе под нос: «Ответь-ответь-ответь!». И он ответил.
— Ну наконец-то, блять… — с неким облегчением, что было слегка наигранным, вздохнул тот.
— Прости, спала. — буркнула я, зажевав половину слов. Если не все. — Так… что у тебя?
— Сразу несколько. — ответил Гафаров, и послышался хруст его широкой шеи. — Во-первых, нам удалось достать сотку Жании. Рая её спиздила. И сказала, что Кор вот-вот её взломает и вся информация будет на блюдечке.