Часть 20 (1/2)
«С Богом,» — подумал Нил, вставая с кресла.
Он написал Жану короткое «Вылетаю» и выключил телефон.
Через два часа самолёт приземлился, и Натаниэль вышел на парковку. Увидев знакомую машину и человека возле неё, он улыбнулся.
— Bonjour, Jeanchik, (Привет, Жанчик,) — сказал Веснински.
— Salut, (Привет,) — Моро обнял друга. — Tu as pris tout le Nid sur tes oreilles. De nouveau. (Ты поднял на уши всё Гнездо. Снова.)
— Je n'ai rien fait, du moins pas encore. (Я ничего не делал, по крайней мере, пока.)
— Rico est parti, il a dit qu'il serait plus proche de l'entraînement, (Рико уехал, сказал, что будет ближе к тренировке,) — предупредил Жан.
— C'est dommage, (Как жаль,) — театрально расстроился Нат.
— Ce n'est pas bon, (Это плохо,) — серьёзно сказал француз. — Il y a beaucoup de nouveaux corbeaux, et ce sont des Enfoirés qui ne te connaissent pas. Et si tu es numéro quatre, tu as des problèmes. (Есть много новых Воронов, а они немножечко уёбки, которые абсолютно тебя не знают. А если учитывать, что ты будешь номером четыре, у тебя проблемы.)
— Nous avons des problèmes, cher partenaire, (У нас проблемы, дорогой партнёр,) — поправил Веснински.
— Allons-Y, Diable, (Поехали, Дьявол,) — закатил глаза Жан и сел в машину.
Натаниэль улыбнулся и сел на пассажирское. Пока они ехали, Моро рассказывал о новеньких. Когда машина въехала на парковку, Жан сказал:
— Nathaniel, s'il te plaît, calme-toi. Ne leur dis rien. D'accord? (Натаниэль, пожалуйста, будь поспокойней. Ничего им не говори. Хорошо?)
— Mauvais. (Плохо.)
— Nat... (Нат...)
— Jean, je ne vais pas me taire sur les insultes de moi-même, toi et ma famille, j'ai assez souffert ici. Tu sais, je ne dirai rien de mal en premier, et encore moins je ne frapperai pas. Donc, tout dépend d'eux. (Жан, я не буду молчать на оскорбления себя, тебя и моей семьи, я достаточно здесь натерпелся. Ты знаешь, первый я ничего плохого не скажу и, тем более, не ударю. Так что, тут зависит всё от них.)
— Je sais, mais l'espoir meurt en dernier. OK, allons-Y. (Я знаю, но надежда умирает последней. Ладно, пошли.)
Парни вышли из машины и направились к входу.
— Aujourd'hui, c'est aussi un jour de congé... (Сегодня ещё и выходной...) — вспомнил Нат.
— Étonnamment, à l'Université en général, les vacances, (Удивительно, но в универе вообще каникулы,) — саркастично напомнил Жан.
— Je me souviens de ça. Eh bien, soyons logiques: il n'y a personne dans l'aile rouge à cent pour cent, et je doute que dans les couloirs des gens à la figue, donc maintenant nous pouvons nous déplacer sans problème, (Об этом я помню. Ну, будем логичны: в красном крыле сто процентов никого нет, да и сомневаюсь, что в коридорах людей до фига, поэтому сейчас мы можем беспроблемно передвигаться,) — вслух размышлял Натаниэль.
— Oui, et tu pourras te détendre et te remettre en ordre avant l'entraînement du soir. (Да, и ты сможешь спокойно разложиться и привести себя в порядок до вечерней тренировки.)
— Et aller voir Tetsuji. (А ещё сходить к Тэцудзи.)
— Tu vas rendre les nouveaux fous, (Ты сведёшь новеньких с ума,) — покачал головой Жан. — Ils deviennent fous en entendant un gars de gauche appeler impunément le Maître, le Maître, par son nom. (Они свихнутся, услышав как левый парень, безнаказанно называет Мастера, Хозяина, по имени.)
— Peut-être. (Возможно.)
— J'en suis sûr à cent pour cent. (Я уверен в этом на сто процентов.)
— Va te faire foutre, (Да пошёл ты,) — беззлобно сказал Натаниэль.
Жан улыбнулся и открыл дверь, они спокойно дошли до комнаты никого не встретив. Нат кинул сумку на кровать и сам развалился на ней.
— Tu ne veux pas démonter les choses? (Ты не хочешь разобрать вещи?) — спросил Жан, садясь на соседнюю постель.
— Non, je suis fatigué. (Нет, я устал.)
— Idiot, va nettoyer la peinture. (Идиот, иди, смывай краску.)
— Attends. Laisse-moi me reposer, me changer, chanter et... (Подожди. Дай я отдохну, переоденусь, поем и...)
— Et je vais mourir, mais je vais faire ce que tu dis. (И сдохну, но сделаю так, как ты говоришь.)
— Exactement, très exactement. (Именно, очень точно.)
Жан закатил глаза, а Нат достал из сумки футболку и быстро переодел толстовку.
— Jeanchik, prête-moi un short. (Жанчик, одолжи мне шорты.)
— Prends-le dans le placard. (Возьми в шкафу.)
— Tu es une personne horrible qui me fait sortir du lit. (Ты – ужасный человек, заставляешь меня встать с кровати.)
— T'es un cul paresseux. (А ты – ленивая задница.)
Натаниэль пробубнил что-то себе под нос, но всё же сам пошёл к шкафу. Переодев джинсы, он взял шампунь и пошёл в ванную, дальше снял линзы и высушил волосы.
— Tu ressembles à un homme, (Ну, теперь ты хоть на человека похож,) — сказал Жан, как только увидев его.
— Тут я с тобой согласен. Ладно, я к Тэцудзи, ты со мной?
— У меня есть выбор?
— У тебя всегда есть выбор, если это касается меня, — напомнил Веснински.
— Hélas, les partenaires n'ont pas le choix: marcher ensemble ou pas. (Увы, у партнёров нет выбора: ходить вместе или нет.) Когда-то ты сам мне это говорил, помнишь?
— Конечно, — кивнул Нат. — Я всё помню.
— Поэтому идём вместе.
Парни вышли из комнаты и дошли к кабинету Тэцудзи.
— Подожди здесь, — попросил рыжий и постучал.
— Войдите.
Натаниэль открыл дверь и быстрым шагом вышел в центр кабинета напротив стола, за которым сидел тренер.
— Тэцудзи, — он слегка наклонил голову в качестве приветствия.
— Натаниэль. Ты всё же приехал.
— Конечно. Но я пришёл к Вам не просто так.
— Неужели?
— Да, я надеюсь, что Вы подготовили мне джерси без фамилии или с моей нынешней.
— Нет, я не вижу в этом смысла.
— Понимаете ли, то, что у меня ”немного” изменилась внешность — можно объяснить, а вот смену фамилии сложновато. Вы же понимаете, мне не нужны лишние проблемы из-за слухов.
— За это можешь не переживать, Натаниэль. Вороны будут молчать.
— Я не переживаю за ”стареньких”, в них я и сам уверен, но можете ли Вы поручиться за новичков? Они не собственность, Вас знают плохо, и здесь их, по крайней мере пока, ничего не держит.
— Они не ты, Натаниэль. Новички знают правила и соблюдают их, а так же понимают, что я могу сделать. И эти люди хотят быть профессионалами, а значит Эдгар Аллан их держит.
— Хорошо, — вздохнул парень. — Если Вы так считаете, я доверюсь. Но Вы ведь понимаете, какие проблемы будут, если они что-то скажут?
— Конечно, я понимаю, можешь не переживать по этому поводу. Форма лежит в твоём шкафу, не так давно мы её обновили.
— Хорошо, спасибо. Ко мне есть вопросы?
— Нет, можешь идти.
— Увидимся с Вами на тренировке, — опять кивнул Нат и вышел.
* * *</p>
До начала вечерней тренировки Жан и Натаниэль не выходили из комнаты. Они общались, раскладывали вещи, ну, Веснински раскладывал, а Моро наблюдал.
— Au fait, je t'ai apporté un livre, (Я, кстати, тебе книжку привёз,) — сказал Нат, вертя в руках «Госпожа Бовари».
— Tu te fous de moi? Je déteste Flaubert, (Издеваешься? Я терпеть не могу Флобера,) — покачал головой Жан.
— Je n'avais plus rien de français, et j'adore cette merde. (У меня ничего французского больше не было, а эту хрень я люблю.)
— Tu ne connais absolument pas les classiques français.(Ты просто абсолютно не разбираешься во французской классике.)
— Je ne dis pas que c'est un grand connaisseur de livres.(Да я и не говорю, что большой ценитель книг.)
После этого в Ната влетела подушка.
— Ça fait des années et tu es toujours le même crétin, (Столько лет прошло, а ты всё тот же придурок,) — пробубнил Натаниэль.
— Et tu as été un putain de diable, c'est comme ça que tu es resté. (А ты как был чёртовым дьяволом, так им и остался.)
* * *</p>
— И что мне с тобой делать? — спросил Натаниэль, заводя Жана Моро в комнату.
— Qu'est-ce qui se passe ? (Что происходит?) — спрашивал ничего не понимающий француз.
— С этим надо что-то делать, — вслух размышлял Нат и пошёл в соседнюю комнату.
— Тебе чего надо? — спросил Кевин.
— Слушай, помнишь ты когда-то хотел выучить французский, но забросил?
— Ну?
— У тебя остался словарь?
— Да. Я так понимаю, он тебе нужен.
— Ага. Можешь его дать?
— Подожди секунду, — попросил Кевин и скрылся в комнате, через минуту он вышел с двумя словарями в руках. — Это всё что есть, удачного общения.
— Спасибо.
Натаниэль забрал книги и вернулся в комнату.
— Explique-moi ce qui se passe? (Объясни, что происходит?) — спрашивал Жан.
Веснински быстро разложил на столе словари и Моро, также поняв что это, подошёл ближе. Натаниэль быстро искал по книге французский перевод слов и получилось так:
— Je m'appelle Nathaniel, je sais que tu es Jean. Vous pouvez écrire des questions sur la feuille, je traduirai et réponds. D'accord? (Меня зовут Натаниэль, я знаю что ты Жан. Можешь писать на листе вопросы, я всё переведу и отвечу. Договорились?)
Моро кивнул и взял ручку.
— Qu'est-ce qui se passe ? (Что происходит?) — написал он.
— Difficile à expliquer. Mais maintenant tu vas vivre ici et jouer à exy. (Сложно объяснить. Но теперь ты будешь жить здесь и играть в экси.)
— Qu'est-ce qu'un exy? (Что такое экси?)
— Чёрт! — прорычал Нат. — И что нам делать?!
— Qu'est-ce qui ne va pas? (Что не так?)
— Axi est un jeu de sport. Il sera désormais important dans votre vie, (Экси – это спортивная игра. Теперь она будет важна в твоей жизни,) — пояснил Нат. — Pourquoi je ne te montrerais pas les cassettes des matchs ? (Давай я покажу тебе записи игр?)
— Je n'aime pas le sport. (Я не люблю спорт.)
— Je veux t'aider. Souviens-toi, maintenant mes succès sont nos succès, tes erreurs sont nos erreurs. (Я хочу тебе помочь. Запомни, теперь мои успехи – это наши успехи, твои ошибки – это наши ошибки.)
— Je ne comprends rien. (Я ничего не понимаю.)
— Je vais t'aider, mais expliquons-le progressivement. (Я помогу тебе, но давай объясню всё постепенно.)
Жан кивнул.
Тэцудзи дал Жану три недели на подтягивание языка и освоение в «Гнезде», а значит Натаниэль тоже отдыхает. Веснински включил на ноутбуке игру Воронов против Троянцев, а сам пошёл к тренеру.
— Тренер, — Натаниэль слегка поклонился.
— Чего тебе, Веснински?
— Моро разговаривает исключительно по-французски, а я нашёл лишь два словаря. Могли бы Вы дать какой-нибудь сборник грамматики?
— Он по-английски вообще не говорит? — уточнил Тэцудзи.
— Вообще никак.