Семейные узы. Часть вторая (1/2)

Нерия так часто бегала по антиванским улицам, что могла бы с закрытыми глазами обойти весь город со всеми его закоулками и ни разу не сбиться с пути. И пока она, подобрав юбку, неслась за пытающейся скрыться сестрой, в её голове уже сложился примерный маршрут этой погони с предрешённым результатом. Эйла мчалась к центру города, к огороженной со всех сторон Королевской площади, с которой было всего два широких выхода. И пара крысиных нор, о которых знала Нерия и все её дружки из прошлой жизни, но точно не имела понятия Эйла, которая оказалась в Антиве совсем недавно, судя по тому, как она неслась напрямую, сломя голову. Не будь Нерия в платье и сандалиях, она бы уже давно догнала сестру, ведь та, похоже, впервые в жизни убегала от кого-то в большом городе и не знала, как в нём затеряться. Пока же ей оставалось неотступно преследовать Эйлу, выжидая, пока она сама себя загонит в тупик.

Эйла выскочила на площадь, беспорядочно вертя головой, ища укрытие. Пара стражников, лениво гоняющих у фонтана туристов, кидающих туда монетки, оживились и двинулись в её сторону, обрадованные возможностью поймать эльфийскую бродяжку и заработать лёгкую похвалу от начальства. Нерия бросилась им наперерез, задрав юбку ещё выше, так, что все туристы имели удовольствие узреть её загорелые ноги до самых бёдер.

– Я хочу заявить о преступлении! – выпалила она, отпустив подол и распахнув руки, мешая стражникам пройти.

– Сеньора Сурана? – узнал один из парней жену несостоявшегося начальника стражи.

– Это я! – согласилась Нерия, краем глаза наблюдая, как Эйла юркнула в проулок между зданием мэрии и кованной оградой. В конце проулка её ждала стена, но пока Нерия заговаривает зубы страже, сестра могла бы вернуться обратно и умчаться в другую сторону, поэтому Нерии не осталось ничего, кроме как бросить ей вслед парализующее заклинание и услышать, как тело Эйлы рухнуло на плиточную дорожку.

– Что у вас случилось? – спросил один из стражников, высматривая беглянку поверх её головы.

– У меня… у меня украли… морковь.

– Морковь? – оба парня недоумённо уставились на неё.

– Да, – уверенно подтвердила Нерия, – я шла по рынку, тому, что между портом и торговой площадью, несла свёрток с морковью, и тут какой-то засранец вырвал его у меня из рук и убежал.

– Как он выглядел?

– Такой… – Нерия наморщила лоб, изображая огромное умственное напряжение, – низкорослый, знаете. Ребёнок. Или дворф. Но скорее ребёнок, он был без бороды.

– Ребёнок украл у вас морковь?

– Дети любят морковь.

– Сеньора, это какой-то шифр? – заподозрил неладное в её бреде один из стражников. – Вам помощь не нужна? Ваш супруг с вами хорошо обращается? Не хотите заявить о домашнем насилии?

– Да как вы смеете! – театрально оскорбилась Нерия, мысленно посылая проклятья Каллену, который за время своего начальствования надрессировал стражу слишком хорошо выполнять свои обязанности. – Мой супруг – прекрасный человек и преданный семьянин, уж вам ли не знать! Где бы вы были, если бы не он? Сидели бы сейчас в казарме, в карты резались! Кто у вас новый начальник, я хочу подать жалобу!

– Не надо жалобу, – тоскливо отозвались стражники, – просто напишите заявление о краже моркови, ладно?

– Ладно, – нехотя согласилась Нерия, и стражники поплелись обратно к фонтану, тихо обсуждая, что Резерфорд точно бьёт свою жену по голове, иначе почему она такая чокнутая? Нерии эти разговоры были не интересны, она прислушивалась к сбивчивому дыханию Эйлы. Поддерживать одновременно два заклинания и втирать чушь страже оказалось сложно, поэтому Нерия прекратила подслушивать и поспешила в узкий проулок.

Эйла лежала у дальней стены, лицом в каменную плитку возле решётки канализации. Нерия приказала угрызениям совести заткнуться, подошла ближе и присела, развеивая заклинание. Сестра не торопилась поворачиваться, может быть, просто пока не поняла, что тело снова ей подчиняется, и Нерия, глядя ей в затылок, впервые засомневалась, а не ошиблась ли она. Пока она бежала, у неё не возникло ни единой мысли о том, что это может быть не Эйла, а просто похожая женщина, которая убегает от Нерии, потому что та застала её за кражей. Ведь Эйле не за чем от неё убегать. Они ведь сёстры, и Нерия не сделает ей ничего плохого.

Эльфийка с жалобным стоном перевернулась на спину, и все сомнения развеялись. Сестре едва стукнуло пятнадцать, когда Нерию забрали храмовники, но она почти не изменилась с тех пор, по крайней мере, Нерии так показалось, при взгляде на неё. Это, без сомнения, была Эйла. С такими же иссиня-чёрными волосами и серыми глазами, как у неё, такая же смуглая, даже темнее. Такая же исхудавшая и осунувшаяся, как Нерия, когда она впервые оказалась в этом городе.

– Отойди от меня, – глухо произнесла Эйла.

– Ты не узнаёшь меня? – быстро заговорила Нерия. – Это же я. Нерия. Помнишь?

– Предпочла бы забыть.

– Грубо, – заметила Нерия и встала, отступая к стене, – поэтому ты убегала? Не хотела общаться с любимой младшей сестрёнкой? Кстати,совет на будущее, когда пытаешься от кого-то скрыться в этом городе – петляй.

– Я не собираюсь здесь задерживаться, – Эйла села, трогая ушибленную в падении щёку.

– Забежала в Антиву, чтобы украсть яблоко? Понимаю, – съязвила Нерия, – и куда ты направляешься?

– Домой.

– Дома сейчас погано. Как и всегда, впрочем.

– Не хуже, чем в Тевинтере.

Нерия перевела взгляд на облупившуюся краску на стене и прикусила губу, кляня себя за свой неуправляемый язык. Она думала, что Эйла давно мертва, ведь всем известно, что эльфийские рабы в Тевинтере живут недолго, но раз она здесь, живая, значит, все эти годы она провела в рабстве. А Нерия на ней остроумие тренирует, потому что обиделась, что ей не рады. А ведь сама столько раз просила Каллена быть снисходительней к окружающим.

– Эйла, слушай… – смягчила она тон, – давай сейчас пойдём ко мне, ты нормально поешь, помоешься, переоденешься, и мы вместе решим, что делать дальше, хорошо?

– Я никуда с тобой не пойду, – ответила Эйла, поднимаясь на ноги.

– Почему?

– Потому что мне не нужна сестричка-магичка, которая решила поиграть в спасительницу, чтобы очистить совесть.

– Моя совесть чиста, – снова вспылила Нерия, – ты, может, у себя в Тевинтере не слышала, но у нас тут в цивилизованном обществе Церковь реабилитировала магов, и мы больше не едим котят и не насилуем храмовников! Я тебя не в гнездо отступников-малефикаров зову, а к себе домой! Не хочешь – не надо.

Нерия двинулась к выходу из переулка, намереваясь вернуться на рынок и найти свою выброшенную по дороге морковь, но застыла на месте и попятилась обратно, увидев у фонтана группу людей, что-то выспрашивающих у стражников, которым она заморочила голову. Она осторожно высунулась из-за угла, рассматривая облачение гостей столицы. Похожие, расшитые золотыми нитями робы из дорогих тканей, скрывающие лица объёмными капюшонами, она не раз видела и здесь, в Антиве, и в Скайхолде, и в Западном пределе. Пять тевинтерцев, общающихся с антиванскими стражниками, уверенно указывающими руками в проулок, в котором она сейчас пряталась, не предвещали ничего хорошего.

– Твою мать, – пробормотала Нерия и рванула обратно к Эйле, – за тобой пришли.

Глаза сестры распахнулись так, что грозили вот-вот вылезти из орбит, и она вжалась в железную ограду, словно пытаясь просочиться сквозь узкие решётки. Нерия, долго не думая, дёрнула решётку, перекрывающую спуск в городскую канализацию и подтолкнула Эйлу.

– Прыгай. Я за тобой.

Каллен почему-то наивно решил, что у него получится позлить Мию, но всё вышло ровно наоборот. Она сидела за кухонным столом, потягивала прохладное сухое вино и читала ему мораль. Он резал говядину для ужина и размышлял о том, что в жизни бывают моменты, когда нет ничего предосудительного в том, чтобы воткнуть нож в родную сестру.

– Ты собираешься что-то делать со своим бесплодием? – спросила она, когда все любимые темы для осуждения его неправильного образа жизни были исчерпаны.

– Нет, – ответил Каллен и положил несколько кусочков мяса на пол для вертящейся под ногами кошки.

– Почему?

– С этим ничего не поделаешь.

– Ты уверен? – засомневалась Мия. – А что говорит та целительница? Подруга Нерии.

– Что это неизлечимо.

– Вдруг она ошибается. Сходи к другому целителю.

– Она не ошибается, – Каллен сложил мясо в чугунок, помыл руки и повернулся к сестре, прислонившись к разделочному столу, – Мия, я знал, что у меня не будет детей, когда стал храмовником. Если бы я до сих пор им был, я бы даже не женился, потому что это безответственно – обрекать женщину на брак с человеком, который будет появляться дома в лучшем случае раз в месяц на пару дней. И на рождение детей от храмовника, чей организм отравлен лириумом. Я не уверен, что рождённые от меня дети были бы здоровы, поэтому, наверное, всё к лучшему.

– Почему вы это скрывали?

– Помнишь, я случайно застал тебя в сарае с сыном кузнеца? – Мия смущённо закашлялась и опустила взгляд в свой бокал. – Ты попросила не говорить маме. Точнее, ты сказала, что обреешь меня наголо, пока я сплю, если я тебя сдам. Но суть в том, что ты не хотела, чтобы мама об этом узнала. Не потому что ты не любила её или не доверяла. А потому что есть вещи настолько личные, что ты не готов делиться ими даже с самыми близкими людьми. Это наше с Нерией дело.

– А как она это восприняла? Что у вас не будет детей.

– Нормально, – уклончиво ответил Каллен, – у нас с ней всё нормально.

Двустворчатая дверь, ведущая в гостиную чуть приоткрылась и в проём высунулась упомянутая секунду назад Нерия. Она затрясла головой, подзывая Каллена, и скрылась.

– Я сейчас вернусь. Последи, чтобы кошка мясо не воровала, – он подлил Мие вино в бокал, пересёк гостиную, вышел в прихожую и обнаружил, что Нерия пришла домой не одна.

Эльфийка, стоящая у входной двери, выглядела точь-в-точь как его жена. Но только на первый взгляд. Со второго Каллен заметил отличия. Лицо у гостьи было чуть более вытянутым, губы полнее, форма носа отличалась, и фигура была не стройной, как у Нерии, а болезненно измождённой.

– От вас пахнет как… – он замялся, не зная, как повежливей выразиться.

– Как от городской канализации, ага, – подсказала Нерия, – мы как раз оттуда. Платье теперь придётся выкинуть. Обувь, наверное, тоже. Это Эйла – моя сестра, это Каллен – мой муж.

– Человек? – вскинула бровь гостья, совсем как Нерия, не оставив Каллену никаких сомнений, что они родственницы.

– А ты что, расистка? – огрызнулась Нерия. – Давай сразу перечисли, кто тебе не нравится. Маги, люди, кто ещё?

– Раз вы с ней сёстры, думаю, ей не нравятся дворфы, – глупо пошутил Каллен, надеясь, что это немного охладит пыл жены, – давайте вы обе примите ванну, а я пока рагу в печь поставлю. Ты морковь принесла?

– Нет.

– Забыла? Я же просил.

– Да не забыла я! – Нерия схватила сестру за руку и поволокла вверх по лестнице. – Я всё объясню, клянусь. Просто сделай без моркови.

Каллен вернулся на кухню, где кроме Мии уже нарисовалась Роз.

– Что там? – одновременно спросили они.

– Нерия привела сестру, – честно ответил Каллен.

– У неё есть сестра? – удивилась Роз.