Глава 4. (2/2)

Маша помчалась к тому самому место, где два дня назад назвала Альберта своим другом. Милатова боялась, что забудет дорогу к поляне и заблудиться. Придётся идти напролом. Девчонке не очень хотелось делать это, на ради подобной красоты можно и рискнуть.

Милатова оглянулась по сторонам, вроде бы из вожатых и вышки никого нет, значит можно идти. Маша пошла прямиком по тропинке, которая вела в чащу леса. Что-то внизу живота неприятно сжалось, должно быть, девчонка переживает? Ей было страшно что кто-то её засечёт или она потеряется. Маша проверила карманы шорт, нужны оставить что-то, что бы не потеряться. Только вот что? В карманах было пусто, даже старого фантика не нашлось.

Вдруг сзади девочки раздался хруст ветки, а та, не оборачиваясь сиганула в самую чащу, куда глаза глядят. Сердце бешено колотилось. Казалось, что сейчас оно разорвётся. Дыхание стало тяжелым и таким больным. Маше было страшно останавливаться, но недосып дал о себе знать и Милатова обесиленно упала на колени. В глазах начало темнеть, казалось что сейчас она потеряет сознание.

Может быть так и случилось, но до девочки докоснулась чья-то тяжелая и мягкая рука, приводя её в сознание. Маша тут же, будто вынурнув из воды, вздохнула воздух. Руки слегка потрясывались, а глаза всё так же слипались. Обернувшись, Милатова увидела Стаховского. Парень обеспокоенно разглядывал девчонку, пытаясь понять что с ней происходит. Его зелёно-карие глаза метались по лицу Маши.

– Маша, что с тобой? Как мне тебе помочь? – говорил Альберт, казалось, что он даже прикрикивал. Неужели Алик так напугался?

Маша начала мотать головой из стороны в сторону. Сейчас Милатова не могла вымолвить и звука.

– Встать можешь? – Стаховский взял конопатую за локти и попытался приподнять. Маша тоже пыталась встать и у неё это получилось. Правда, девчонка вся тряслась, подобно брошенному котёнку. Казалось, что сейчас она рухнет вновь, поэтому Альберт держал Милатову настолько крепко, насколько смог.

– В...Вроде бы стою, – заикавшись, усмехнулась Маша.

”– Должно быть, я выгляжу жалко”, – промелькнуло в голове у девчонки.

– Возможно у тебя стресс или шок? Ты так сильно испугалась меня? – Стаховский заглянул в карие глаза Маши, будто там он найдёт какой-то ответ.

– Я...Я не спала всю ночь, а потом...Бекля...Кристина защитила меня...Я вспомнила про поляну, а потом испугалась хруста ветки за...За спиной и побежала, на...Наверное это от недосыпа, – пыталась построить предложение Милатова, но пока что она не могла связать ни одного предложения.

Альберт отвёл взгляд. Он явно думал о чем-то, его нахмурившиеся брови давали понять, что ему что-то не нравится. Парень закусил губу и продолжил исследовать глазами местность.

Стаховский глубоко вздохнул, после чего резко и неожиданно заключил Машу в объятия. Милатова опешила от такой близости со стороны Альберта. Приятное тепло разлилось по всему тело, согревая и даря ощущение, будто ты под теплым пледом. Хоть на улице и стояла теплая погода, в объятиях Алика было совсем не жарко. Его большие и мягкие руки обвивающие Машину талию, давали чувство защищённости, будто ты за каменной стеной.

Тело Милатовой начало успокаиваться. Руки и ноги больше не тряслись, а от паники осталась лишь сонливость. Дыхание стало более или менее ровным.

Маша отпрянула от Альберта, слегка отталкивая его в грудь. Посмотрев на парня, Милатова увидела его красные щёки, от чего девчонка улыбнулась. Стаховский улыбнулся в ответ. Мда, ну и дуэтик глупо улыбающихся подростков в лесу.

– Так вот, – начала говорить Маша своим прежним, не заикающимся голосом, – Я всю ночь уснуть не могла, поэтому и выгляжу как сонная муха и тебя я испугалась потому что думала, что это кто-то из старших. Вот так вот. Сейчас всё хорошо, спасибо большое за помощь.

– Так вот оно что. Ты извини меня, я увидел что ты идешь в лес и понял, что ты решила навестить ту самую поляну. Мне захотелось пойти с тобой, ведь место просто волшебное! Я не хотел тебя пугать, честное пионерское, – Альберт неловко отвёл взгляд.

– Да ладно тебе. Ты же не знал, что я так напугаюсь, – Маша сделала шаг назад, ещё больше отстраняясь от Стаховского, – Пойдём на поляну?

– Ты уверенна? Может тебя проводить до общежития, отоспишься? – взволнованно сказал Алик, смотря Милатовой в глаза.

– Уверенна. Пойдём уже, а то скоро нас всех отправят на процедуры и по комнатам! – Маша двинулась вперёд. Её походка выглядела намного бодрее, чем раньше.

Только была одна проблема. Милатова не знает куда идти. Возможно они уже пропустили те кусты.

Альберт взял Машу за локоть и потащил совершенно в другом направлении, со словами: ” Ты не туда идешь, дурочка”.

Пройдя пару метров, Стаховский отпустил руку Милатовой и после остановился. Перед ними были густые кусты, с слегка засохшими ветками, которые торчали во все стороны. Маша приглянулась и увидела одну поломанную ветку. Должно быть это то самое место.

Алик пошел первый. За пару секунд художник уже скрылся где-то в глубине кустов.

– Эй! Меня подожди! – прикрикнула Маша и помчалась за Стаховским.

Засохшая трава похрустывала, а небо скрыли высокие кусты. Казалось, что уже стемнело. Милатова засунула порезанную руку в карман, не желая поранить её вновь. Маша отодвигала ветку за веткой, а поляны все не было. Девчонка даже испугалась. Она опять свернула куда-то не туда? Увидев, лучик света, Маша все же поняла, что идёт по правильному пути. Теперь ветки не лезли в лицо, будто сами освобождая ей путь.

Заходящие за горизонт солнце провожала людей, слепя своими лучами. Да, это поляна. Казалось, что солнце тут светит вечно. За два дня полянка осталось нетронутой: такая же светлая и зелёная.

В центре поляны сидел Альберт. Он с усмешкой посмотрел на Машу и сказал:

– Ты чего так долго? – парень говорил как-то наигранно, усмехаясь над Милатовой.

– Ну конечно! Ты так быстро убежал, что я даже опомниться не успела! – Маша плюхнулась рядом с парнем.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Алик. Милатова скрестила руки на груди.

– Ты какой-то другой. С той девкой и парнем ты был таким приличным, весь из себя интеллигентный, а тут простой такой! – Маша в шутку скорчила серьёзно лицо.

– Пялишься на меня, да? – посмеялся Альберт и потрепал Милатову по голове.

Девчонка смутилась. Пялиться на него в столовой действительно было ошибкой.

– Д...Да нет, просто краем глаза увидела, – Маша отвела взгляд и поджала губы.

– Хах, чего это ты смущаешься? Всё же смотрела на меня? – Стаховский ухмыльнулся и сщурил глаза, делая подозревающий взгляд.

– Ну я же сказала, что нет! – Милатова шутливо толкнула друга в бок, – А чё ты тему переводишь, а?

– Ц, ничего я не перевожу, мне просто любопытно, – произнёс Альберт и так же шутливо, по детски надул губы.

– Ну да, конечно, – Милатова закатила глаза и оперлась руками в траву. Травка была мягкая и пушистая, словно ковёр или плед.

– Эх, просто...Знаешь, – парень замялся, но всё же продолжил, – Всю жизнь меня учили быть таким правильным, добрым и из-за этого мне кажется, что я теряю себя. Когда люди видят настоящего меня, то просто уходят. Типа: ”Ты не Альберт, пока”, – Стаховский горько усмехнулся, – Мне было страшно показывать настоящего себя и я всегда мечта о друге, который бы принял меня со всеми недостатками, но мне кажется что я его уже нашел! – Альберт улыбнулся и посмотрел на Машу. Девочка была в небольшом шоке от такого признание. Ей стало так жаль Алика, она даже видела в нём себя. Двое подростков, которые бояться открыться людям из-за страха что от них уйдут.

– Теперь всё понятно,– Маша улыбнулась Стаховскому в ответ. Их связь крепла с каждым днём. Откровение за откровением, – Я рада, что ты можешь доверять мне. Ты можешь не беспокоиться, я тебя не брошу и всегда буду рядом, чтобы поддержать! Всё же ты единственный человек, который принял меня. Спасибо большое, – Милатова слегка коснулась плеча Альберта, улыбаясь ещё шире.

Так они и просидели на мягкой траве, с глупой улыбкой на лице, пока не зажглась первая звезда на небе.

***</p>

Попрощавшись с Альбертом, Маша медленно пошагала к своему общежитию. На улице уже зажглись фонари, а небо обсыпало яркими звёздами. Как же так быстро стемнело? Буквально час назад солнце только опускалось за горизонт. Или пришёл не час? Время летело слишком быстро. Было страшно, ведь пару ночей и смена закончится. Жаль что людям неподвластно время. Маша хотела остаться в этом лагере навсегда. Зачем ей дом, когда тут есть её подруги и Стаховский. Все они подарили ей кучу разных эмоций. Милатова никогда так не открывалась людям, как сейчас. Родители были правы - лагерь пойдёт ей на пользу. Альберт тоже был прав, теперь Маша не хочет уезжать. Что же девчонке делать, когда смена закончится? Так страшно опять сталкиваться с одиночеством. Вернётся старая Маша Милатова - замкнутая, тихая и скромная. Обладательница веснушек только начала раскрепощаться. Осталось совсем ничего. 3 недели ничтожно мало по сравнению с целой жизнью.

Альберт стал для Маши чем-то важным. От его прикосновений сердце стучало так, будто Милатова пробежала кросс. Его голос разливался в сотни нот, заставляя конопатую таять. Может она влюбилась? Страшно об думать, только сегодня её тошнило от любого упоминания слова ”влюбленность”, а сейчас она краснеет от этого слова и вспоминает улыбку Стаховского. Наверное Маша себе всё накручивает. У Милатовой никогда не было друзей парней, поэтому она и напридумала себе всякого от незначительных жестов. Всё это казалось в полне логичным. Лучше не заполнять себе голову подобными вещами, а то так никогда не получится разложить все по полочкам.

Милатова зашла в общежитие. В коридорах было ни души. Маше это только на руку. Можно не выслушивать нотации вожатки и спокойно зайти в комнату.

”– Твою мать. Я пропустила водные процедуры!” – девчонке хотелось прибить саму себя. Если сегодня не было выговора, значит завтра он точно будет. Гарантия 100%.

Кинув себе обещание, что завтра утром она приведёт себя в порядок, Маша залетела в комнату. На Милатову тут же уставились удивленные взгляды сожительниц. Все девочки были одеты в пижамы, а свет был выключен, лишь фонарик освещал комнату. Походу Маша сильно разгулялась с Альбертом, что пришла так поздно.

– Ты где была, Милатова? – полушепотом возмутилась Верка, – Тебе ещё повезло, что до комнат девочек не дошли, чтобы пересчёт сделать.

– Слава Богу, – улыбнулась Маша и плюхнулась на кровать, – Я гулять ходила, время не рассчитала и вот.

– Да и хер с этим. Самое главное что тебя не спалили, что ты ночью шастаешся, – Валя отмахнулась рукой и устроилась поудобней на кровати.

– Прикинь что было, пока тебя не было! – пролепетала Оля, – Альберт Стаховский, ну, который у вас в худ. кружке, за Машкой ухаживает, которая Корупченко!

Милатова не слышала ни одного звука. Да, её предположение оказалось верным. Это были лишь дружеские жесты, которые Маша восприняла слишком серьёзно. Ему нравится Корупченко, а не Милатова. На душе остался какой-то осадок. Хотя что ожидать от первой любви? Да какой там любви, просто симпатии!

Маша перевела взгляд на Корупченко. Та смущенно отвернула голову и слегка улыбалась. Ну какая же эта Корупченко омерзительная.

– Ничего себе! Странно что Алик мне об этом не сказал, – хмыкнула Маша и устремила взгляд на Олю. Ну уж нет, Милатова утрёт нос этой Корупченко. Пусть за ней он и ухаживает, за то с Машей он настоящий?

– Алик? Ты общаешься с Альбертом? – Корупченко посмотрела на Машу хмурым взглядом.

– Ну да. Можно сказать что мы лучшие друзья! – Милатова невинно улыбнулась.

Корупченко намеривалась что-то сказать, но её перебила Кристина.

– Да заткнитесь вы, соперницы! – грозно сказала Крис и все разом замолкли. Когда Власова говорит таким тоном, сразу понимаешь, что если не сделаешь так, как она просит, то тебе пиздец.

Стало ясно, почему Кристина приказала молчать. За дверью раздавались невнятные голоса. Все девочки сразу навострили уши и с любопытством смотрели на дверь. Власова слезла с кровати. Босые ноги стучали по полу, пока не добрались до двери. Кристина приложила ухо к выходу и нахмурилась. Пару раз её лицо менялось на различные эмоции, пока наконец оно не определилось. С шокированным лицом Кристина медленно повернулась к сожительницам и прошептала:

– Мальчик пропал. Лёва Хлопов!