19 дней до Хэллоуина (2/2)
― Бог отрекся от нас, ― произнес Томас, закрывая глаза сестре. ― Он никогда больше не будет с нами.
― Значит, и мы с ним не будем, ― прошептал Джейсон, целуя остывшее тело сестры.
Они взяли топоры и отправились в церквушку, расположенную неподалеку. Они громили ее, выкрикивали проклятья, разбивали стекла, рубили скамейки, скидывали и разбивали на части иконы и распятия. Братья обезумили от горя, крича, что высшие силы отвернулись от них.
И позже, стоя в руинах, братья разрезали себе руки и начертили кровью пентаграмму. Они умоляли об отмщении и обещали отдать свои души в услужение тому, кто придет им на помощь. И тогда в поруганную церковь явился демон и предложил братьям заключить соглашение. Они получали власть, становились главными в этом городке, но взамен оставались здесь навеки заключенными. А один месяц в году в этом городе жили бы демоны, творя свои бесчинства.
Братья согласились, но, спустя годы, поняли, что они натворили, и попытались отказаться от соглашения. На очередной Хэллоуин они уничтожили его, надеясь, что вся нечисть уберется в ад.
Тогда явился демон, с которым они заключали соглашение и воссоздал его из пепла. Он посмотрел на близнецов, оскалил свои клыки и что-то дописал на пергаменте своей черной кровью. С тех пор демоны являлись в Твинстаун не каждый Хэллоуин, но если являлись, то оставались в нем на год.
― Что он дописал? ― спросила Тина.
Эмили погасила фонарик и включила свет.
― Этого никто не знает, ― пожала она плечами. ― Соглашение было утеряно. Скорее всего, оно рассыпалось от времени давным-давно.
― Но демон же его восстановил! ― возразил Тайлер.
― Да, только это хэллоуинская страшилка. По официальной версии, они вообще молились богу, ― Эмили пожала плечами. ― Чай будете?
― Ты замечала, что горгульи у памятника основателям парные? ― проигнорировал ее вопрос Тайлер.
― Да? ― Эмили пожала плечами. ― Не знала. Наверное, архитектор решил, что близнецов должны охранять близнецы.
Тайлер прокручивал в голове ее слова всю дорогу до дома, но картинка все равно не складывалась. Если в городе жила нечисть, то почему они с ней не сталкивались летом, а начали видеть только в октябре? Фраза про охраняющих основателей близнецов тоже не выходила из головы и заставляла испытывать дрожь.
― Думаешь, они все-таки заключили соглашение не с нападавшими? ― нарушила тишину Тина.
― Наверное, действительно, с самим дьяволом, ― брат дернул плечами. ― Иначе я не могу все это объяснить.
― Значит пойдем к самому дьяволу.
― В церковь?
― Как ни странно, но в церковь.
― Когда? У нас впереди пять дней школы.
― Завтра и пойдем, ― буркнула Тина. ― В школе все равно одни ведьмы с оборотнями…
Тайлер посмотрел на сестру. Ее обычно ставили ему в пример. Почти отличница, постоянно хватающаяся за какие-то проекты, вечно пропадающая то в школьных лабораториях, то в библиотеке, то на каких-нибудь внеурочных занятиях. Теперь Тина шла, опустив голову, и что-то беззвучно шептала дрожащими губами.
― Наконец-то! ― вместо приветствия прошипела мама, когда они вошли в дом. ― Почему телефон не брали? Быстро переодевайтесь и в гостиную!
В гостиной уже стоял накрытый стол, за которым помимо родителей сидела пара средних лет: лысоватый мужчина с худым лицом со впалыми щеками и залегшими под глазами синяками и худая болезненного вида женщина с бледной кожей и синими венами на висках.
― Какие у вас милые дети, ― расплылась женщина в улыбке.
Тайлер пробормотал слова приветствия и ободряюще сжал руку сестры под столом. Он знал, что она видит то же, что и он. Женщина просвечивала так же, как посетители в кафе, а у мужчины исчезла кожа, оставив только желтоватый череп и круглые глаза в глазницах. Он что-то спросил, и челюсть задвигалась, то сжимая, то разжимая зубы.
― Они учатся в средней школе, ― ответил за близнецов отец, пристально глядя на детей.
Тайлер сглотнул, слыша лишь шум в ушах. Перед глазами слегка потемнело, и он глубоко задышал, пытаясь сохранить остатки сознания.
― Тина и Тайлер слегка нервничают, ― с мягкой улыбкой произнесла мама. ― Обилие Хэллоуина немного выбило их из колеи.
― Я думала, все дети любят Хэллоуин, ― недоуменно произнесла полупрозрачная женщина, воздух слегка колыхнулся, и Тайлер почувствовал леденящий холод на своем лице. В сложившейся ситуации это даже было неплохо, позволяло сохранить рассудок.
― Они любят, ― подтвердил отец, словно извиняясь за молчание близнецов. ― Точнее любили, когда мы жили в Нью-Йорке.
― Это просто период адаптации, ― сказал скелет, костлявой рукой беря в руку бокал. ― Скоро все нормализуется. И мы будем вас часто видеть на площади.
Тайлер вздрогнул, глядя на него.
― На площади? ― переспросил он, проглотив комок в горле.
― Ну да, ― мужчина снова выглядел нормально, не считая впалых щек и синяков под глазами. ― Это центр притяжения Твинстауна.
― На самом деле, просто других интересных мест у нас нет, ― улыбнулась его супруга, тоже поднимая бокал совершенно обычной непрозрачной рукой с коротко подрезанными ногтями. ― В этом возрасте остро реагируют на стрессы. Наш Пол тоже переживал, когда у нас возникли некоторые семейные неурядицы. Но сейчас все хорошо.
― Он очень сильно похудел, ― губы Тины дрогнули, когда она посмотрела на гостей.
― Это просто скачок роста, ― улыбнулся мужчина. ― Подровняется.
Тайлер с трудом нашел силы досидеть до конца ужина. Еда не лезла в горло, он внимательно изучал пришедших гостей. Еще несколько раз вместо них он видел скелета и призрака, но вели себя родители Пола вполне обычно, говорили о каких-то скучных цифрах, проектах и документах и не выказывали ни малейшей агрессии.
― Как думаешь, они понимают, что с ними что-то не так? ― спросил Тайлер по пути в комнату.
― Эмили понимает. И Мэттью. И ребята с кладбища.
― Но они дети, ― ответил Тайлер. ― Анна Браун, кажется, не понимала, а у нее на теле шерсть. И мисс Уильямс вряд ли понимает, и остальные взрослые…
Тина закрыла дверь комнаты и посмотрела на брата. В ее глазах стояли слезы, а губы дрожали.
― А что, если в наших родителей кто-нибудь вселился? ― прошептала она. ― Или в нас самих?
Тайлер приобнял ее за плечи.
― Завтра сходим в церковь, и все узнаем.