Часть 16 (1/2)

— Ничего не говори, — Рыжий скривился и попытался, не вставая, дотянуться до любимых зеркальных очков на столе, но Рекс отодвинул их подальше.

— И всё же я хотел бы знать, как ты дошёл до жизни такой? — Рекс скупым жестом повёл рукой, подразумевая дом, на веранде которого они сидели, грядки с луком и борозды картошки, уходящие за горизонт, корову, пасущуюся на лужку, десяток кур, роющих лапами землю, и криволапого белого кобеля, похожего на поросёнка, что спал, вывалив язык, у крыльца. Не говоря уже о том, что Рыжий — безудержный трахтельмейстер и кутила, за время его отсутствия обзавёлся женой, двумя детьми и ожидал третьего, судя по округлому животу своей супруги, весьма простецкого вида женщины. Это тот самый Рыжий, который обожал ярких и необычных девиц, не обременённых интеллектом и социальной ответственностью. Одна Габи чего стоила, Рекс до сих пор вспоминал её с трепетом и содроганием.

Рыжий сопел, качал на колене морковно-рыжую девчушку, которая играла со своей соской, норовя уронить её на пол, но он был начеку.

— Погоди, отнесу малую, ей уже спать пора, и поговорим, — Рыжий встал и пошёл в дом, на ходу напевая какую-то колыбельную.

Рекс остался сидеть, созерцая деревенскую пастораль. Он был в шоке.

— Только не ржи, — Рыжий вернулся с пивом и тарелкой со здоровенными ломтями хлеба и колбасы.

— А ты и корову умеешь доить? И кур щупаешь?

— Иди в жопу, — беззлобно отозвался Рыжий, вскрывая бутылки. — Как там Макс?

— Чудесно, — не сдавался Рекс. — Так что с бурёнкой, дёргаешь вечерами за сосцы-то?

— И осеменяю на пару с местным быком, — Рыжий громко захохотал и тут же осёкся, виновато оглянувшись на дом. — Пошли в сад, там поговорим. А то мелкая плохо спит, зато старшую пушкой не разбудишь, хоть над ухом ори.

Они уселись под яблонями на брошенные там деревянные ящики, за ними увязалась грязно-белая курица, пытающаяся склевать блестящую заклёпку на ботинке Рекса.

— Пни её, наглая — посоветовал Рыжий. — Значит, ты вернулся. Планируешь продолжать или так заскочил?

— Планирую. А ты?

— Я больше не у дел. Так что тебе будет нужен новый посредник, можешь, конечно, пойти под Слепого и Сфинкса, но они не фанаты тонкой работы. Зачем им все эти сложности, когда можно закопать любого без лишнего шума и свидетелей?

— Рассказывай, не юли, — поторопил Рекс.

— Ох, Стервятник, что тебе рассказать? — Рыжий намеренно употребил рабочую кличку. — Я не стал ждать и спрятался заранее, ты же мне сказал, когда вы улетаете. По чесноку, я не верил, что ты завалишь его. Мой паренёк присматривал за тобой. Да ты его знаешь, Белобрюх.

— А он твой? — Рекс слегка удивился, хотя и подозревал, что его агентурная крыса не была автономной единицей.

— Да. Кстати, хороший мальчик, ответственный и не болтун. Надумаешь работать через него — обсудим. Белобрюх мне сказал, что ты влип в того мужика, как муха в мёд, и задание провалишь. Либо расколешься перед ним, либо кинешь всех, просто уехав. Но спросили бы с меня, ты же понимаешь. Я же тебя подогнал, как исполнителя. А потом такая тема пошла, что только успевай поворачиваться. В той общине, ну ты помнишь, главным был один дед. Мудила ещё тот, но меня принял, а потом внезапно сдох. Подавился рыбной костью, никто и сделать-то ничего не успел. А эти, прихожане его, они совсем овцами безмозглыми оказались, а тут ещё конкуренты подъехали, хотели землю отжать. И тот пацан, что у них за ангела был, с ним тоже не всё чисто оказалось, плюс он ещё и эпилептик. Короче, я вписался во все эти разборки, земля-то почти моя была, да старый хрыч откинулся, не успев подписать договор. Надо было подтверждать, что обрабатываешь землю, что не просто так, пришлось сесть за трактор, ну и вот.

— Зашёл на сеновал и вышел уже папой.

— Так и было, — ничуть не обиделся Рыжий.

— А что с заказчиками, у тебя были проблемы?

— Вы улетели, и несколько дней было тихо. Деньги они провели как-то мудро, что нигде не видно, от кого поступил платёж, но вопросов не возникло. Твой гонорар мы промыли через несколько контор, а потом скинули на твой банк. Там тоже всё чисто, не подкопаешься.

— У меня не было проблем с пользованием счётом, — подтвердил Рекс.

— Соломон знает своё дело, — осклабился Рыжий. — И вообще слишком много знает, пора бы его уже и того. Может, возьмёшься, по-дружески?

— Могу, — Рекс всё же пнул курицу, когда оборзевшая птица осмелела настолько, что решилась клюнуть его в ногу через штанину. — Позови меня на чай, когда соберёшься пообщаться со своим бухгалтером.

По прошествии всего лишь часа Рыжий уже не казался инородным телом, каким-то чудом оказавшимся посреди полей, садов и грядок, и вполне себе органично смотрелся на фоне чёрной коровы и бурых овечек, запаха навоза и кошеной травы.

— Ты не у дел, но связи и контакты-то у тебя остались?

— Смотря что ты хочешь? — заплетающимся языком отозвался Рыжий, он уже ощутимо захмелел, допив вторую бутылку. Стервятник, сделав глоток, больше пить не стал, портер никогда не был его любимым сортом пива.

— Хочу кое-что узнать. Может, посоветуешь, к кому обратиться?

— Я передам через Белобрюха, — сказал Рыжий, выслушав объяснения. — Ты не обижайся, что не предлагаю остаться, жена нервничает, когда здесь кто-то появляется из моего прошлого.

— Я понимаю, — Рекс поднялся, пора было уезжать.

Они не спеша поплелись к воротам, где Рекс оставил свою машину, дорога тут была такая, что он не рискнул подъехать прямо к дому.

— Мог бы взять приличную тачилу, а не эту фекалину, — Рыжий сплюнул, рассматривая транспорт. Рекс попросил подобрать ему подержанный, неприметный автомобиль в хорошем состоянии. — Деньги же у тебя есть, чего ты жлобишься?

— Это мне говорит человек, который с Гелендвагена пересел на трактор!

Рыжий отмахнулся от подколов в свой адрес и со скептической миной продолжал ходить вокруг авто, пиная колёса и заглядывая в салон.

— Скажи, Рыжий, — Рекс стоял, покручивая на пальце ключи, — может быть так, что Ральф жив?

— В смысле? — Рыжий оставил в покое колёса. — Ты что, не дал ему препарат?

— Дал, но...

— Погоди, — Рыжий опёрся ладонями о капот и потряс головой, желая разогнать хмель. — Тебе ж Белобрюх могилу нашёл? Или ты думаешь, что нам такие бабосы за просто так отвалили?

— Могила — это ещё не тело, — возразил Рекс. — А вот деньги, тут ты прав. Но всё равно странно, что нигде не упомянули о его смерти.