Планы на «завтра» (2/2)
— Это вообще-то палатка командующего, — ехидно возразила Ноа. — Если ты умеешь читать, то сможешь найти на входе соответствующую табличку.
— Я командующий!
— Ты себе льстишь. Кроме того, я тоже командующая. А теперь, когда мы выяснили, что моя линейка ничуть не меньше твоей, выйди вон и не мешай переодеваться. Позже, так и быть, тебе будет выделен уголок в нашей общей палатке командующего.
Мне нечего было возразить и поэтому, пылая гневом, я вышел на улицу, твёрдо решив на ком-нибудь его выместить. Как раз вовремя из палатки вышел и Альт, которого тоже прогнали.
— Быстро найди своей командующей отдельную палатку!
К моему удивлению, несмотря на то, что я страшно пучил глаза и добавил в голос командирские нотки, это не произвело на Альта абсолютно никакого впечатления.
— Мне приказано игнорировать любое ваше распоряжение, командующий Рор.
— Я запрещаю тебе игнорировать меня! — прикрикнул я на него, но тоже без толку.
Любой мой подчинённый наверное бы уже провалился сквозь землю, стараясь исполнить приказ, но Альт лишь покачал головой.
— Это логически невозможно.
Разгадка, в чём причина такого неповиновения, была в общем-то простой. Нет, помощник Ноа не обрёл внезапное мужество и не сделал себе пересадку некоторых мужских органов. Всё было гораздо проще — он боялся её куда сильнее меня.
Мне хотелось взвыть, но упреждая такой поступок из палатки послышался голос Кейтлетт:
— Рор, прекрати там скрежетать зубами и топтать землю. Сходи лучше за ужином.
— Да ни в жизнь! Я тебе не прислуга!
Увы, мой живот был иного мнения, о чём громогласно сообщил, заставив дёрнуться от испуга несколько проходящих по своим делам солдат.
— Всё в порядке, он ручной, — прокомментировал я и отправился на поиски Миюми — она всяко лучше моего могла состряпать ужин.
Это оказалось не так-то просто: девушка словно пропала. Её не было на кухне; в штабе, где в полутьме дымил своей трубкой Лой, её тоже не видели; Леон лишь развёл руками, но поинтересовался, не организовать ли ему поиски.
Я и раньше замечал за своей помощницей умение как бы растворяться в толпе, оказываясь вне зоны внимания. Её пропускали всегда и везде, невзирая ни на какие запреты. Солдаты попросту млели от одного голоса Миюми, вырубая мозг начисто. Будь у девушки злой умысел, она могла бы стать своеобразной королевой, но к счастью, заниженная самооценка и стеснительность спасли мою армию от столь скорбной участи.
Обойдя половину лагеря и к тому времени изрядно запыхавшись, я вернулся к тому с чего начал — к своей палатке. Как раз вовремя, чтобы услышать два женских голоса, обсуждающих какие-то скучные особенности одежды. Одолеваемый смутным подозрением, что сегодня у меня украли не только палатку и достоинство, я собирался войти внутрь, но столкнулся с Альтом, который куда-то спешил с целой кипой одежды в руках.
Внутри же Ноа при активном содействии Миюми пыталась сообразить себе что-то вроде костюма. Получалось странно.
Кейтлетт и без того не могла похвастаться роскошными формами, напоминая скорее очень женственного мальчика. Нарядившись же в мужскую униформу, сходство стало ещё заметнее. Ноа выглядела словно школьник, решивший надеть костюм своего отца, а все излишки закатать и подпоясать.
— А что, вполне неплохо получилось, — заметил я, подавив в себе желание высказать всё вышеподуманное вслух.
Удивительно, но меня не облаяли со всех сторон, а лишь немного застенчиво уточнили:
— Ты и вправду так думаешь?
Я кивнул. Это было чистейшей правдой. Мне действительно нравился этот результат разграбления склада с одеждой. Парадоксально, но чем меньше Ноа старалась подчеркнуть свою женственность, тем привлекательнее выглядела. Не было ничего смешнее, чем Кейтлетт в бальном платье и на каблуках. А вот текущая сборная солянка, напротив, смотрелась вполне себе неплохо, а главное, чувствовалось, что она сама ощущала в ней себя куда свободнее.
Мне на секунду показалось, что Ноа даже покраснела. Увы, всего на секунду.
— Что-то я не вижу у тебя с собой подносов с едой, — раздражённо заметила Кейтлетт.
— Ты же сама забрала у меня Миюми!
Оправдание было так себе, чем Ноа не преминула сразу же воспользоваться.
— А что, без неё бутербродное дерево найти у тебя не выйдет? Ути-пути, не волнуйся, через годик мама будет оставлять тебе спички, — ещё раз осмотрев в зеркале результат и явно им удовлетворившись, Кейтлетт сжалилась. — Ладно, отбой, сама найду пищу. Ты же, будь добр, приведи себя наконец в порядок.
— Да пофиг. Я уже, можно сказать, прирос к этой одежде…
— Угу, и это чувствуется даже в метре от тебя. — Ноа показательно стала загибать пальцы: — Помыться, побриться, причесаться, найти себе новый комплект униформы. Иначе спать будешь на улице. На всё это у тебя час.
Не давая мне и слово вставить, Кейтлетт удалились, уведя с собой и Миюми.
— Раскомандовалась тут! Между прочим, это я тут командующий…
Поворчав немного в пустоту и поразмышляв над тем, как так получается, что гениальные планы придумывает моя голова, а командует всё равно Ноа, я принялся возвращать своему телу признаки цивилизации.
***</p>
Всё же надо отдать должное Ноа, она периодически оказывалась права. Вымывшись и одевшись в чистое, я почувствовал себя обновленным, словно сбросившим какой-то тяжкий эмоциональный груз или пару кило грязи.
Может, это было моральное удовлетворение от того, что тяжкий путь через горы наконец окончен, и хоть впереди ещё были трудности, но самая сложная часть пути позади. Возможно, радость от возвращения домой, если так можно было назвать военный лагерь вокруг. Не стоит забывать и про Ноа, которую мне удалось вытащить из пучины печали.
Скорее же всего, это было всё сразу, причудливым образом перемешанное в неповторимый коктейль «передряги жизни».
— Неплохой пиджачок, — ехидно заметила возвратившаяся Кейтлетт, которая красовалась точно в таком же, позаимствованном угадайте у кого.
Помимо сарказма она принесла с «собой» — в том смысле, что всю работу сделали Альт и Миюми — целую кипу еды. В любой иной ситуации мы бы не управились со всем этим богатством и за два дня, однако после недельного путешествия впроголодь этого едва ли не оказалось мало.
Закончилось всё бутылкой вина, которую Ноа, как заправский фокус, где-то раздобыла.
— Выменяла у Леона, — пояснила она. — Ты мне будешь должен.
— Помнится, в моей старой палатке был тайник с точно такой же бутылкой… — разглядывая напиток, припомнил я.
— Ну и где она сейчас, твоя платка? — ехидно уточнила Ноа.
— А то ты не знаешь!
Ноа только отмахнулась от меня и приступила к вину. Разлив его по бокалам, которые тоже явно были у кого-то выменяны, она вдохнула аромат напитка и с мечтательным выражением лица сказала:
— Тираширское креплёное. Шикарное вино. Такого в Тофхельме не найдёшь.
Увы, в этом я не разбирался абсолютно. Как по мне — вино как вино, разве что крепкое и слишком уж терпкое. Ноа слегка улыбнулась, следя за моими потугами насладиться напитком, и покачала полупустым бокалом.
— Что думаешь делать после этих Игр, а, Рейланд?
Взглянув ей в глаза, я понял, что за этим простым вопросом стоит куда большее, чем праздное любопытство.
— По правде говоря, я был бы не прочь повторить недавнее путешествие. Не сразу, конечно, но вот так бродить по миру в поисках, эм, интересного, мне понравилось.
— А как же Игры? — ехидно уточнила Кейтлетта.
— К чёрту Игры, — сделав большой глоток, ответил я и, заметив, что был непонят, добавил: — в Занзебал их! — сделав ещё один глоток, у меня, несмотря на выпитое, даже получилось продолжить мысль, — думаю, все как-нибудь переживут моё отсутствие. Некоторым, конечно, будет тяжело участвовать без меня.
Судя по лёгкой усмешке, тронувшей её губы, Кейтлетт поняла намёк.
— Не думаю, что явлюсь на следующие Игры. Чем бы это ни закончилось — с меня хватит.
— Значит, спокойная жизнь во дворце?
— От судьбы не уйдёшь. Может, когда-нибудь…
Я понимал, что она хочет сказать, но ещё лучше знал, что это не более чем самоубеждение. Нельзя высвободиться из клетки, в которую ты сам себя посадил. По крайней мере, самостоятельно.
— Знаешь, в одиночку лазить по горам — это скучно…
— Только скучно, Рейланд? — уточнила Ноа лукаво.
— Ну, знаешь, всегда пригодился бы кто-то, кто за твоей спиной готовил сухари.
— Хм…
Мне явно удалось её как минимум заинтересовать. Мы оба сделали по глубокому глотку.
— Уж не предлагаешь ли ты мне обменять королевское общество и дворец на своё и холодные горы? — поинтересовалась, пьянея всё сильнее, Ноа.
— Горы — исключительно по желанию, уверен, есть множество мест, куда разумный человек никогда добровольно не полезет, — принялся размышлять я в слух. — Карты всегда содержат огромное количество белых пятен. Кто-то должен их заполнить.
— Ты и вправду считаешь, что из этого может выйти что-то дельное?
— Почему нет? Во всяком случае, не попробуешь — не узнаешь.
Не похоже, что мне удалось её убедить до конца. Впрочем, такие решения за раз ни один здравомыслящий человек не принимает. Главное начать — а там само пойдёт.
— Посмотрим. Сначала до этого нужно дожить.
Соглашаясь с этим, я кивнул и заново наполнил опустевшие бокалы.
— Ты не боишься, что у нас завтра ничего не выйдет? Что Ресс добьётся своего и… — она не стала заканчивать фразу, но что имелось в виду было для нас очевидно.
— Зачем думать о ещё не случившихся поражениях? — я отпил вина, и мне в голову пришла куда более остроумная и оптимистичная фраза. — Кроме того Рейланд Рор и Ноа Кейтлетт годами соревновались между собой, выясняя, кто сильнее, умнее…
— Красивее, — влезла влезла моя собеседница.
— Ну, тут-то всё очевидно… — я отмахнулся, не желая сбиваться с темы. — Не важно. Кто устоит против наших совместных усилий?
— Да уж, после ТАКОГО номера в Тофхельме мне ещё не скоро будут рады, — говорила она спокойно, но тон голоса у неё был грустным.
— Думаю, в Риверкроссе тоже останутся не в восторге от всей этой чехарды. Кто бы завтра ни вышел победителем, нам это ещё припомнят, и не раз.
— Хочешь сказать, мне это припомнят, — устало поправила меня Ноа. — Ты-то не менял сторону.
— Угу, не менял, — с усмешкой согласился я. — Зато успешно проморгал одного перебежчика, а затем принял тебя. Уверен, после завтрашнего спектакля мы вдвоем надолго засядем в первых полосах «Вестника Войны». «Соююз моллюска и предательницы», звучит, а?!
Откровенно пьяная Ноа подозрительно вгляделась в мои глаза.
— Тебе похоже вообще нельзя давать алкоголь. Ты и так редко бываешь адекватным.
— Ой, кто бы говорил! — возразил не менее пьяный я. — Дай сюда вино…
Завязалась борьба не за жизнь, а за бутылку, в ходе которой как-то само собой вышло, что Ноа оказалась лежащей на столе, а я сверху. Вселенная таких штучек никогда не прощает, поэтому именно в этот момент зашёл Леон Сайрас, чем-то очень взволнованный.
Установилась немая сцена: я на Ноа в характерной позе, граф, который на пару секунд забыл, зачем пришёл, в дверях палатки и витающее повсюду чувство неловкости, которое — ещё чуть-чуть — и обрело бы физическое воплощение.
— Мы просто дрались за бутылку вина, — отскочив от Кейтлетт на пару метров и оправив одежду, быстро оправдался я.
Пускай лучше Леон считает нас буйными алкоголиками, чем любовниками.
— Как скажете, — саркастично усмехнулся граф и доложил то, зачем явился в столь поздний час. — От наблюдателей пришло сообщение: в лагере «лунных» оживление. Похоже, что они собирают вещи.
— Значит, завтра утром они атакуют, — уверенно заявила Ноа, разом протрезвев.
— Значит, утро завтрашнего дня войдёт в историю, — добавил я, ощущая что меня-то вино так просто не оставит в покое.