Глава 12 (2/2)
— Я… — только и смог выдавить из себя Дмитрий, смотря то на руки, то на бездыханную Марину, которая еще секунду назад молила его о пощаде.
— «Ты молодец», — хвалил голос, ласково обволакивая тенями Диму.
— Нет… — отпрянул он, пытаясь сбросить чертовщину, но та словно прилипла к нему намертво. — Зачем мы это сделали? — обратился Дмитрий к тому, кто стоял за спиной.
— «Чтобы ты почувствовал, каково это быть всесильным! Осталось.… Осталось только найти Теплова. Но сперва нужно возвращаться домой.»
Судорожно кивая, Дмитрий вылез из хаты через окно, стараясь как можно быстрее покинуть Кручино.
Не успел он и захлопнуть входную дверь, как сзади прилетело чем-то тяжелым.
— Митя! Я на каком языке разговариваю… — хотела было начать ругаться Зилия, но увидев яркие пятна крови, нахмурилась, в ужасе осматривая друга. — Это… откуда?
— Я не хотел! Это все они! — Дмитрий, начав крутиться, указывал пальцами на разбегающихся по стенам чертей. — Они сказали мне ее ударить, и потом! А… А потом она уже не дышала…
— Кого её? — вскрикнула Зилия, кладя ладонь себе на лоб.
— Марину.
Ноги подкосились, и Зилия рухнула на пол, закрывая лицо руками.
— Что ты наделал…
— Это не я! — оправдывался Дмитрий, но вдруг, в их разговор внезапно вмешался третий голос.
— «Ты сделал все сам, как послушный мальчик. Все сам»
Закричав, Дмитрий зажал уши, присаживаясь на пол.
— Ты слышишь? Слышишь? — без конца тараторил он, пытаясь вытравить бесов из своей головы.
Но, к сожалению, Зилия никого не слышала. Она удрученно смотрела в пустоту, пытаясь собрать в голове хоть какие-то мысли. Сегодня ее возлюбленный второй раз убил человека, жалуется на голоса и каких-то чертей.… Было ясно одно — Дмитрий болен. Сглотнув, она сделала глубокий вдох, прижимая трясущегося от страха Диму к себе.
— Тише, тише, — шептала ведьма, попутно вытирая слезы со щеки. — Все будет хорошо. Главное, что мы сейчас вместе…
На самом деле, она так не думала. В голову закрадывались мысли, что если вдруг.… Если Диме прикажут убить ее — он и убьет. Не моргнув. Обняв парня, Зилия поглаживала его по курчавым волосам, зарывая пальцы в густую шевелюру.
Когда луна сменилась солнцем, Зилия окончательно пробудилась. Когда и во сколько она все-таки уснула, понять не могла, но тяжелые веки говорили только о нехорошем сне. Тревога одолевала, но при виде смиренно лежавшего в ногах Дмитрия, как-то уходила глубоко, где и оседала с концами.
— Утро уже, вставай.
Зилия ласково провела по спине парня ладонью, зная, что тот не может спать, а только делает вид.
— Нет. Я ужасный человек. Таких, как я, нужно истреблять! — буркнул Дима, зарываясь с головой под одеяло.
— Ага, а от крови тебя кто будет отмывать? Федька? Я могу позвать!
— Не надо! — резко вскочив, Дмитрий уставился на Зилию. — Встал, видишь!
Хмыкнув, Зилия вышла на улицу, маня парня за собой.
— Пойдем на Тягучку, народ туда сейчас точно соваться не станет!
Подхватив несколько тряпок, Дмитрий вышел следом, виновато опуская взгляд, словно нашкодивший котенок.
Всю дорогу до реки в голове Зилии беспрестанно крутились слова:
«Скольких людей он еще убьет? Он убил ту, с которой бок о бок жил семь лет. Просто так, взял и убил. Я не знаю, что делать»
</p>
Дружелюбно улыбнувшись, Зилия пригласительно указала пальцем на воду.
— Не бойся! Больно точно не будет! — старалась приободрить его ведьма, всячески заминая вчерашнюю ситуацию.
Когда Дмитрий погрузился в реку по плечи, Зилия набрала в ладошки воду, тонкой струйкой выливая ее на голову парня:
— Чужая слеза, как с лебедя вода! Ласково слово, что вешний день! Ласковое слово лучше мягкого пирога! Нетрудно ласково слово, да споро! Дикий зверь ласковому слову рад! Дикий зверь обратится в покорную птицу!
Приоткрыв рот, Дмитрий судорожно хватался за грудную клетку. Словно кто-то изнутри вырывался наружу, ломал и крутил кости, передергивал остатки внутренних органов, выл и кричал. По щекам парня потекли слезы. Стискивая зубы, он сжимал грудь сильнее, пытаясь как-то помочь выйти тому злу, что сидит внутри, но Великий Чернобог даже и не собирался.
Поджав губы, Зилия продолжила зачитывать:
— Добру расти, худу по норам ползти! Добро кверху, а худо ко дну!
Нестерпимая боль разрывала изнутри и, закричав, Дмитрий занырнул, ударяясь о песчаное дно, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания. Брыкаясь под водой, он словно сбрасывал с себя кого-то, но голоса в голове только усиливались, всячески обзывая парня, постепенно сливаясь в один страшный гонор, который перебивал любые посторонние звуки. Вынырнув, он обеспокоенно сел на берег рядом с Зилией, вытирая лицо сухой тряпкой.
— Они не отстали. Только хуже, — констатировал он, тяжело вздыхая.
— Ничего, родной, мы их выгоним.
Зилия, прижавшись плечом к Дмитрию, взволнованно смотрела на бурное течение реки, уносящие с собой листики, травинки и мелких жучков. Она не знала, как выгнать Диминых бесов. Но терять надежду было еще рано.