Глава 35 (2/2)

— А сам? — Не желая готовить, произнес я, откинувшись на

спинку стула.

— Зачем что-то делать самому, если это может кто-то сделать

за тебя? — Усевшись на привычную пустую столешницу, лицезрел меня с блестящей

улыбкой.

— Вот поэтому я отказываюсь. — Выражая недовольство, закинул

ногу на ногу и скрестил руки.

— Будешь от голода умирать? — Склонив голову, произнес Яков.

— Буду отвоевывать правоту. — Неумолимо отрезал, не

поддаваясь на уловки. Послышался смешок.

— Значит оставишь и меня умирать от голода? — С издевкой

продолжал парень гнуть свою линию. Я неловко закусил губу, но принял прежний несогласный

вид.

— А у тебя рук нет? Сам возьмешь и приготовишь. — В агатах

заиграл азарт. Нужно готовится к выпаду.

— Хорошо, — Протянул Яков, улыбаясь, и слез со столешницы. —

но если я порежусь, то это твоя вина. — Я дернулся, глядя на Якова. Такая

открытая угроза отвратительна. Глаза побежали к свежим порезам на ладони.

— Не смей так говорить. — Без намека на шутку сказал я,

глядя на Якова. Пепельноволосый закусил губу, осознавая, что слова

подействовали не так, как планировалось. Парень равнодушно сел обратно и

смотрел на меня.

— Тогда готовь сам. — Пожав плечами, произнес уже без

усмешки.

Раздосадовано поднявшись, направился к холодильнику искать

нужные ингредиенты. Яков же выглядел как обычно. То есть спокойно. Спокойно.

Как будто еще недавно это не он рассказывал о прошлом, которое. Блять. Всегда

поражало и раздражало такое поведение Якова, хоть я его и понимал. Гораздо

проще сделать вид, что ничего важного не произошло, чем устраивать драму с

трагедией. Однако за весь наш разговор Яков не показал ни намека на живую эмоцию.

Черные агаты великолепно скрывали все что нужно, показывая только то, что Яков

хотел показать. Читать его состояние было всегда сложно, а в тот момент передо

мной просто был робот. Безэмоциональный человек.

Я закусил губу, глядя в сторону парня, чей профиль освещал

яркий солнечный свет из окна. Сейчас ладони продолжали быть раздеты,

демонстрируя доверие, а на сожженной виднелась пара красноватых полос. Яков не

выглядел в последнее время убитым, как это было в прошлый раз, да и он

продолжал касаться чего-либо и писать. Как выглядели ладони в тот момент,

страшно представить. Вопросов задавать по этому поводу я пока не планировал.

Во-первых, явно не сейчас, во-вторых, убежден, что Яков после этого допроса

точно не станет снимать перчатки еще долгое время.

Замесив тесто, насыпал в стаканчик немного вишни,

размораживаться. Залив первый блинчик, ощутил на плече острый подбородок, а

краем глаза подметил, как аристократичная рука бесцеремонно подворовывала из

бокала кислую ягоду. Вторая ладонь обхватила талию.

— Нет. — Строго произнес я, поворачивая голову в сторону

пепельноволосой макушки.

— Да-а. — Нагло отозвался Яков, ухмыляясь и поглощая пару

ягод. Сок подтаявшей вишни капал с ладоней, пачкая белую футболку на мне. Я

недовольно вдохнул, пока Яков бесстыже смотрел на меня, зная, что отстирать

светлую вещь невозможно. Откуда такой садизм?! Ладонь обратно побежала к

кружке, но я ее перехватил за кисть.

— Не-е-ет. — Также настойчиво продолжал, не желая опять

перерывать полхолодильника в поиске вишни. Мое отрицание вызвало неожиданное

действие, заставляющее дернуться и отпустить ладонь. Нахально улыбнувшись, Яков

несильно укусил меня за плечо, воруя еще пару вишен, освободившись.

Сориентировавшись через секунду, перехватил запястье и губами примкнул к

пальцам, языком вытаскивая из их хватки вишни, которые следом остались за

щекой. Яков недовольно глянул на мои губы, по которым стекал кислый сок, и

посмотрел с небольшим прищуром мне в глаза. Уже на моем лице цвела

самоуверенная улыбка. — Я же сказал нет. — Радостно начал я, но под конец

фразы, став удерживаемым за подбородок, ощущал, как язык нагло бродил по моему

рту. Я распахнутыми глазами смотрел на парня, чья ухмылка ощущалась на моих

губах. Кислота ягоды заставляла рецепторы неметь, а резкие действия теряться и

млеть в чужой власти. Спустя пару мгновений Яков отстранился, самодовольно

глядя мне в глаза. Я прошелся языком по деснам, ощущая, что ягоды за щекой

пропали.

— Да, Немо, да. — Нарочито медленно проговорил Яков. Ехидство

плясало в агатах и на лице парня, который явно наслаждался «победой». Нос учуял

паленый запах. Я отвернулся от наглеца, спасая блин и сетуя на эту выходку.

— Поздравляю, ты поел, остальное мне. — Пробубнил, не смотря

на парня, руки которого обвили талию, а нос уткнулся в шею. Я повел плечами,

пытаясь стряхнуть, однако результата это не дало.

— Тогда мне придется выпить семь кружек кофе, чтобы

заполнить пустоту в сердце от твоего холода. — С открытым сарказмом

шантажировал Яков, ухмыляясь. — Ну и пустоту в желудке, разумеется.

— Не знал, что у тебя есть такой орган как сердце. — Недовольно продолжал я, занимаясь готовкой. Кухня постепенно наполнялась ароматом блинов, заставляя живот ныть от голода еще больше.

— Точно, я забыл о его отсутствии. — Деловито произнес Яков,

тяня лапы к оставшейся вишне в стакане. — Но ты бы мог подыграть. — Договорив и

отстранившись, парень закинул парочку ягод в рот. Голос не играл нежностью или

како-либо другой эмоцией. Перед глазами был все тот же Яков, со своими бесящими

шутками и холодным взглядом.

— Боюсь, мой испорченный кем-то аутфит явно не потянет на

актерский, поэтому тебе придется слушать правду. — Яков равнодушно посмотрел на

оставшиеся следы на белой футболке и взял еще вишни. — Ты меня бесишь.

— Ты меня тоже. — Рассматривая вишню, заключенную между

двумя пальцами, не торопясь, проговорил Яков. Фраза не вызывала удивления,

вынуждая закатить глаза.

Еще пару минут назад шел тяжелый в эмоциональном плане

разговор, а сейчас он ехидничает.

«- В пятнадцать лет, шпион.»

От безразличности в голосе в тот момент пытался прорваться

истерический смешок. Все было настолько плохо, что можно было бы забиться в

угол и рыдать, проклиная весь чертов мир за его несправедливость и жестокость.

Передо мной сейчас стоял парень, который прошел через многое и не сломался.

Точнее, продолжил оставаться на плаву, не обращая внимание на прошлое, которое

оставило нехилые следы. Сомневаюсь, что на его месте я бы смог через такое пройти.

Был бы размазан по стенке.

— И ты все еще считаешь, что у меня милое личико? — Заинтригованно

смотрел на парня, дожидаясь признания. Агаты обратно посмотрели на меня, а

брови были слегка вздернуты. Чувствовалось приближающееся ехидство.

— О да, особенно когда ты молчишь. — Усмехаясь, произнес

Яков. — Ну или молишь о продолжении. Тогда ты невероятно милый. — Я нервно и

неловко поджал губу, пытаясь скрыть смущение, глядя на самодовольного парня. Съедая

вишню, он направился к закипевшему чайнику и достал кружки.

Яков наливал чай и кофе, когда я, закончив с готовкой,

доставал мед. Вишню все же пришлось откапывать заново, что затратило немало

времени. Спасибо некоторым личностям за лишние <s>страдания</s> старания. Пепельноволосый

пил кофе, задумчиво смотря в окно, пока я наворачивал блинчики. Отсутствие

ужина отозвалось с утра зверским аппетитом. Кухня пропахла блинами, а на языке

ощущался ароматный вкус меда, смешанный с несладким зеленым чаем. Солнечный

свет все чаще озарял дни, намекая на приближение лета, которое явно должно быть

хорошим. Несмотря на приближающиеся экзамены, настроение поднималось, надеясь

на завершение этого этапа жизни. Это касается в основном учебы, но создается

ощущение, что меняется вся жизнь. Знаете тот момент, когда вы думаете, что

займетесь чем-то, и ваше мировоззрение перевернется на сто восемьдесят

градусов? Ну вот тут тоже самое, будто начало какой-то новой главы в жизни.

Однако страх, залегший на дне души, периодически о себе напоминал с помощью

снов. Возможность, что жизнь пойдет по этому течению, пугала. Поэтому иногда

хотелось отмотать время назад, на самое начало этого года. Даже не против

пережить не самые лучшие моменты своей биографии ради того, чтобы не идти

дальше. Будущее непредсказуемо, поэтому напрягаться и грызться переживаниями

бесполезно, но отделаться от этой привычки я не мог. Ловил каждую секунду

счастья сейчас, надеясь, что она повторится еще не раз.

Разорвав блин пополам, протянул половинку погруженному в

свои мысли пепельноволосому, который за десять минут еще ничего не съел. Черные

агаты, выйдя из размышлений, стали осознанными и посмотрели на меня. Яков молча

взял, однако есть не спешил. Свернув свою половинку, обмакнул в мед и надкусил,

однако это действие тоже не дало какого-то эффекта. Парень так и продолжал

задумчиво сидеть.

— Мне начинать тебя с ложечки кормить? — Пытаясь снять

загруженность мыслей, пошутил я и посмотрел в черные агаты, мысленно взывая к

их вниманию. На лице появилось наигранно вымученное выражение, указывая на

глупость моей фразы.

— Нет. Не хочется смотреть, как ты запихиваешь блин в ложку.

— Сделав глоток кофе, произнес Яков, искрясь небольшой ехидной надменностью. — Такое

извращение крайне неестественно для тебя, мистер шпион, ты не заболел? — Изображая

переживание, с сарказмом произнес Яков. Я раздраженно выдохнул. Как после этого

делать добро, получая вот это?

— Заболеешь ты, если не будешь нормально есть. — Пробурчал

я, возвращая взгляд к еде.

— И когда же я рассказывал такое? Или ты это проходил в

школе? — Облокотившись на ладонь подбородком, с прищуром спросил Яков. Кажется,

теперь от меня не отстанут.

— Человеческий организм не может существовать без еды. —

Смирившимся тоном произнес я, копируя позу собеседника.

— И?

— А ты ничего не жрал со вчерашнего дня, а то и больше. —

Яков безразлично закатил глаза.

— Немо, я, по-твоему, похож на голодающего или анорексика? —

Пристально глядя на меня, спросил пепельноволосый, заставляя закусить губу.

Ощущаю себя курицей-наседкой.

— Нет, но… — Я отвел взгляд, не зная, что ответить. Точнее, формулируя

фразу «я волнуюсь» на что-то более-менее нейтральное. Реакция Якова на данные

фразы всегда была не самой благоприятной, поэтому лучше говорить их в другой

форме. — Но это не мешает тебе им стать. — В агатах играла смешанная с

внимательностью прозорливость, заставляя себя ощущать пойманным преступником, а

на тонких губах продолжала существовать легкая ухмылка, принуждающая

сомневаться во всем.

— Поверь, устраивать голодовки или становиться моделью я не

собираюсь. -Усмехнулся парень, продолжая поглощать меня взглядом. Хмыкнув, я

закусил губу, смотря на отложенный блинчик.

— Тогда почему не ешь?

— Откуда такое желание накормить? — Я досадно выдохнул.

— У меня нет желания тебя накормить. — Спокойно объяснял я,

глядя в черные агаты. — Просто, — Отвел взгляд, зная, какую реакцию увижу. — блядь,

давай просто сходим в магазин, и ты купишь то, что тебе нужно. — Устало

выдохнул и вернул взгляд на сосредоточенного парня, который меня слушал. Однако

следом появилась привычная усмешка.

— Думаешь, я боюсь, что ты накачаешь меня наркотиками? — С

прищуром спросил Яков, показывая ехидство. Я нервно сглотнул от данной фразы, а

в горле появился неприятный ком. Виноватым я себя не ощущал, но какое-то

неприятное чувство располагалось в душе, сдавливая легкие.

— Может быть. — Негромко произнес я, смотря куда угодно, но

не в черные агаты.

— Немо, ты это чисто теоретически не смог бы сделать сейчас.

Учитывая то, что ты только узнал об этой ситуации, а также то, что запретных

веществ у тебя в квартире нет, легко понять, сделать ничего такого ты не

можешь. — Самоуверенно объяснял парень, будто говоря о чем-то обычном. — А еще

я все время был на кухне, поэтому так рисковать ты бы не стал.

— А то, что я бы вообще так не поступил, ты не

рассматриваешь? — Удивленно произнес я, ища ответ в агатах, покрытых мраком,

однако увидеть его там было нельзя. Яков закусил губу, сохраняя молчание. Я все

еще ждал подтверждения своих слов, но его не было. — Ты ведь не рассматриваешь,

верно? — Уже более сомневаясь, спросил я. Яков на меня не смотрел. Ответ был на

лицо.

Вырвался тихий смешок. Он действительно такое предполагал.

Да что там предполагал, предполагает. Под нижним ребром что-то сжалось. Стало

больно. Я понимаю, что, опираясь на прошлый опыт, Яков не может испытывать

искреннего доверия, но после стольких событий, ситуаций, моментов, полагал, что

он мне верит. Надеялся, что он мне, мать твою, верит! Во все свои самые худшие

моменты за этот год я спасался у Якова, доверяя свои проблемы и мысли, но он

всегда все переживал один. Практически никогда с его стороны не было

искренности.

А, точно, я же забыл, что мы просто спим и ничего друг

другу не должны.