Глава 35 (1/2)

— Не хочешь… — Замялся, зная, что вероятность отрицательного

ответа гораздо больше. — поговорить? Поделиться?

Яков молчал. Я нервно закусил губу, ощущая, что совершил

ошибку.

— Да. — Негромкое слово прозвучало как выстрел, заставляя

брови подскочить, но я подавил всю излишнюю эмоциональность, включая

внимательность. Яков уперся ладонями в диван, облокачиваясь и смотрел на меня.

На тонких губах была ухмылка. — Да, я не хочу. — Запутанно… — Поэтому будешь

рассказывать ты.

— Что?

— Да, мистер шпион. Вам придется поработать головой. — С

счастливым лицемерием ответил Яков, продолжая поглощать мое непонимающее лицо

взглядом.

— Да я же…

— Буду ждать тебя на кухне с твоей теорией. — Легко проговорил

Яков и вышел с зала, прихватив сигареты. Я недоуменно смотрел в след, пытаясь

переварить произошедшее. Яков действительно думает, что я догадаюсь или просто

издевается, сворачивая тему? Откинувшись на спинку дивана, тяжело вздохнул. Что

же такого могло произойти? Если размышлять о только произошедшей ситуации, то

вырисовывается пара неблагоприятных выводов, от которых появляется тошнота.

Яков ненавидит тактильный контакт, так что… Стоп. Он этого не говорил. Это была

додумка на основе его реакции на прикосновения. Бля-я-ть… Провел по лицу

ладонью, снося тяжелые мысли и освежая голову. Размышлять было тяжело из-за

пары выстраивающихся картин на эту ситуацию. И ни одна из них не была хорошей.

Вспоминались рельефные ладони с парочкой свежих шрамов. Хорошими

картинами тут явно и не пахнет.

Сложив все «странности» вместе, получил пару вариантов

произошедшего. Кожа холодела от предполагаемого, но нужно было решить этот

вопрос. Сглотнув, тяжело поднялся с дивана и направился на кухню. Холодный пол

морозил ступни, а ветер из приоткрытого окна пробирал на сквозь. Яков сидел на

подоконнике, потягивая сигарету и смотря в окно. Как только я зашел,

заинтересованные агаты и легкая усмешка встретили меня.

— Ну что, мистер шпион? — Затянувшись, Яков потушил сигарету

об пепельницу, которая была здесь с самого начала моего заселения. Убирать ее

куда-то я не стал, и сейчас это было на руку. — Я вас слушаю. — Яков говорил

легко, будто это не касалось его самого или являлось какой-то ерундой. Данное

поведение напрягало, ведь заставляло ставить под сомнения все предположения,

обдуманные минутой ранее. В горле встал ком, мешая произносить свои выводы на

эту тему. Если Яков играючи относился к ситуации, то мне было сложно.

— Сексуальное насилие? — Негромко вымолвил я, смотря то в

пол, то на Якова, который после моей фразы выпустил смешок. Раздетые ладони

потянулись к пачке сигарет, лежащей рядом.

— Ты имеешь в виду изнасилование? — Я нервно кивнул.

Обстановка меня напрягала, в отличии от Якова, которому было по барабану. —

Немо, называй вещи своими именами. — Зажав губами сигарету, парень поджег

фитилек, заставляя горький дым разноситься по комнате. Я молчал, смотря на

действия и не зная, что говорить. Хотелось услышать, что я ошибся или еще

что-то, так как тишина ничего не давала, оставляя пустоту. Яков, смотря перед

собой, вытащил пальцами сигарету и продолжил. — И что дальше? Ты ответил на все

тебя интересующие вопросы? — Хрипло произнес парень.

— Мне нужно знать, в правильном ли направлении я мыслю. —

Опираясь на дверной косяк, проговорил я. Яков затянулся и приподняв голову,

выпустил облако дыма. Каких-либо запретов в квартире по поводу сигарет я не

устанавливал, позволяя такое. Лучше слышать этот запах, чем… не слышать.

— Приведи мне доказательства. — Кидая на меня взгляд, с

прищуром проговорил парень, что заставило удивиться.

— В смысле?

— Боже, Немо. Ты это предположение с потолка слизал? — Я

скрестил руки на груди, слегка раздражаясь. Я тут пытаюсь разобраться, а он

тренирует свое неудачное чувство юмора. — Факты, наблюдения, исследования. Ты

студент, должно быть несложно, как лабораторную писать. — Затягиваясь,

продолжил Яков, наблюдая за мной.

— Ты избегаешь тактильного контакта, носишь постоянно с

собой револьвер и… — Я замер, не желая развивать мысль.

— И? — Насмешливо спросил Яков, не отрывая взгляда.

— И ты меня испугался. — Прошептал я, опуская взор и уходя в

себя. Перед глазами продолжал играть тот страх, увиденный в черных агатах в

первый раз. Дыхание становилось сдавленным, говорить было сложно. Что-то неприятно

било по ребрам, нагоняя ужас, смешанный с болью.

— Видишь, Немо, не такой уж ты и плохой детектив. — С

усмешкой произнес Яков, затягиваясь.

— Но как? Почему? — Воскликнул я, поднимая взгляд на парня и

жестикулируя. На лице Якова появилось ехидное выражение лица.

— Подумай. — Слегка приподняв брови, беззаботно прошептал

пепельноволосый. Кроме пожирающего шока, появлялась небольшая злость на данное

поведение. Я с Яковом не говорил сейчас о погоде или учебе, почему он так

поступает?!

— Ну… Револьвер ты мог начать носить после…

— Нет. — Перебил Яков, не меняясь в выражении лица.

— Тогда… — Проскальзывающая мысль убивала, но звучала

реалистично. — Это был кто-то, кому ты доверял. — Осознав, удивленно произнес

я.

— Факты, Немо, факты. — Скучающе проговорил Яков, делая

затяжку.

— Ты не расстаешься с оружием и явно не подпустил кого-то

настолько близко, если бы не был уверен в человеке. — Уверенно ответил я,

поднимая на Якова взгляд. Сердце стыло от такого разворота событий, но мозаика

в голове складывалась, принимая все черты в поведении парня.

— А вдруг на меня напали в подворотне? — Ядовито улыбаясь,

произнес Яков, выдыхая светлый дым. — Прижали к стенке и изнасиловали. —

Продолжил парень, растягивая слова, будто получая удовольствие от них. Я

закусил губу, размышляя.

— Ты однажды притащил меня на кладбище ночью. Ты не боишься

выходить на улицу или ходить по темноте. — Задумчиво отстаивал я, ища истину.

— Неплохо. У тебя больше вопросов не осталось? — Безразлично

проговорил Яков, глядя на мои попытки думать.

— Почему кто-то так…?

— Не, не, не, Немо. Так не пойдет. — Расслабленно проговорил

парень, туша бычок. Яков слез с подоконника и подошел ко мне на близкое

расстояние. На тонких губах продолжала играть улыбка, а агаты смотрели с

прищуром, будто охотясь. — Не забывай, что это твоя теория, которую ты

развиваешь. К несчастью, в жизни мы не на все вопросы можем получить ответы. —

Я непонимающе смотрел на Якова, который подхватил мой подбородок, слегка

приподнимая. — Но так и быть, я тебе помогу.

— Из-за чего это случилось? — Серьезно спросил я, но Яков

медленно покачал головой в жесте нет.

— Неправильный вопрос. — Ехидство полностью накрыло агаты. Я

пристально смотрел на Якова, но менять правила игры он не собирался.

— Я не могу…

— Можешь. — Насмешливо отрезал Яков с убедительностью в агатах.

— Верные вопросы-твои друзья, мистер шпион.

Я замолчал, рассматривая Якова. Глаза искали ответ или

какую-нибудь зацепку, на найти не могли. Пепельноволосый наблюдал за моими

мыслительными потугами с привычной злорадностью.

— Когда ты начал носить револьвер?

— Мимо.

— У тебя были прежде отношения? — Яков усмехнулся.

— Мистер шпион, вы тут дело расследуете или играете в

«угадайку»? — Парень по-кошачьи склонил голову, изучая мои черты лица.

— У тебя явно был кто-то, кому ты доверял. — Рассуждал я,

глядя в черные агаты. Ладонь так и продолжала держать за подбородок, не давая

отводить взор. Мягко усмехнувшись, Яков заглянул мне в глаза.

— Был. — Тихо произнес, не отдаляясь.

— И это точно было больше трех лет назад. — Знание о попытке

отношений с Лиеном пригодилось. Брюнет еще в самом начале получил ультиматум,

что может только попробовать.

— Гораздо раньше, мистер шпион. — Наглый голос перешел на

шепот, делая ситуацию более интимной. Возможно, приоткрывались настоящие

чувства, но утверждать я не мог.

— Когда? — Хрупко спросил я, пытаясь выведать ответ. На

губах появилась небольшая усмешка.

— В пятнадцать лет, шпион. — Если до этого, допускать такое

предположение было больно, то сейчас будто камень упал на грудную клетку,

разбивая и ребра, и легкие, и сердце. Вся моя теория оказывалась верной, и от

этого было тошно. Хотелось всеми силами сорвать, соскоблить эту информацию с

себя ногтями, разрывая кожу до крови. Я продолжал смотреть в черные агаты, в

которых было пусто. Ничего. Никакой эмоции. Будто Яков рассказал какую-то

лекцию или тупую шутку. Это ужасало еще больше, заставляя поджать губы и

контролировать свою реакцию. Раздетая ладонь продолжала держать подбородок,

запрещая отводить взгляд или отстраняться. Яков смотрел, и я уверен, видел мой

шок, и это усугубляло положение.

— Почему? — Яков закатил глаза, но возвратил свой взор на

меня.

— Не захотел гнить в тюрьме. — Усмехаясь, ответил Яков,

вводя в ступор. Что? Как? В смысле? Однако одна мысль убивала больше.

— Он не сидит? — Удивленно воскликнул я, глядя распахнутыми

глазами на Якова, который, ухмыляясь, продолжал смотреть на меня.

— Поверь, лучше бы сидел. — Сказано легко и беззаботно,

принуждая нервничать еще больше.

— Ладно, но… — Большой палец лег на нижнюю губу, заставляя

замереть.

— Немо, ты скоро лопнешь от передозировки информации,

передохни. — Мягко произнес Яков, намекая на то, что пора отступать.

— Хорошо, но объясни, как так получилось, что… — Меня

перебили.

— Передоз, Немо, передоз. — Тихо проговорил, объясняя

маленькому ребенку. Фраза натолкнула на мысль, которая оправдывала еще одну

странность в поведении. Яков заметил, что я подвис, и усмехнулся. — Немо, я не

наркоман и никогда им не был.

— Однако это не мешает принять наркоту под видом чего-то

другого. Или с чем-то другим. — Протянул я, уходя в размышления. Повадка Якова

не есть отлично вписывалась в такой расклад событий, но и утверждать что-либо я

не мог. Ледяные ладони легли на щеки, а лицо Якова стало более серьезным. Он

буквально рассматривал меня, как какой-то экспонат.

— Почему… — Я замер, пока Яков задумчиво продолжал меня

изучать. Такое поведение было непривычным.

— Что? — Кротко спросил, вырывая парня из мыслей. Яков же

никак не отреагировал, продолжая действие.

— Почему у человека с таким содержимым такое милое личико? —

В голове было пусто, мысли просто испарились от такого вопроса. Я продолжал

пялиться на Якова, не зная, что сказать. Это можно было принимать за комплимент

или оскорбление? Спустя несколько мгновений я отмер.

— Каким таким содержимым? — Изображая недовольство, но не

отстраняясь, спросил я. Яков усмехнулся, отодвигаясь и поднимая на меня взгляд.

— Ты слишком сложный, Немо, но твоя физиономия заставляет

окружающих верить тебе. Довольно опасное оружие, от которого нет спасения

многим. — Спокойно проговорил Яков, скрестив руки на груди. Я молчал,

разбираясь со своими мыслями по этому поводу. Пепельноволосый вернулся к

подоконнику, доставая еще одну сигарету. Привычка курить иногда удивляла. Будучи

преподавателем химии, он знает, что никакого успокоительного или какого другого

эффекта от сигарет нет, но продолжает их курить. Если это как-то повлияет на

навыки в постели, он их больше не увидит.

Я сел на стул, осознавая пройденное, пока Яков, отбросив

пачку сигарет, полез за кофе. В голове была пустота. Не бессвязный поток мыслей

и не какой-либо вопрос, а пустота. Поражало спокойствие Якова в этой ситуации.

Да, это дело минувших дней, но при разговоре о них, какие-то эмоции должны были

проявиться.

Урчащий желудок испортил все рассуждения и вызывал ухмылку у

пепельноволосого, обозначающую предстоящий нескончаемый поток «юмора». Я

невольно закатил глаза.

— Даже не смей. — Протянул, смотря в насмешливые спокойные

агаты.

— Только за блинчики с вишней. — Негромко ответил Яков,

рисуя наглую улыбку. В морозилке по неизвестной причине стало много кислой

ягоды. Вначале иногда вместе с продуктами привозил парень, но следом я тоже

начал закупать, бывая в магазине.