Глава шестая. Люди (1/2)

Когда Коннор, натягивая пальто поверх чуть влажного пиджака, вышел из спальни, его накрыли звон и стук, обильно пересыпаемые матом. Он немного постоял, пытаясь на слух определить, что за апокалипсис начался на кухне, не определил, и осторожно выглянул из-за угла. Взгляд тут же уткнулся в большой мусорный пакет в центре стола.

— На хуй, — в очередной раз вздохнул Хэнк, выпрямляясь от шкафчика под раковиной, скинул в пакет полупустую фляжку шерри от 85 года и замер, обнаружив зрителя. Пойманный, Коннор вышел из-за своего укрытия и огляделся, неловко покачивая руками. Половина шкафов была уже открыта, дверь холодильника распахнута и подоткнута стулом. Все горизонтальные поверхности заняты посудой, продуктами, всем тем, что помешало при поиске. Груда бутылок в пакете — непрозрачном, но не для его сканера — впечатляла, даже если он и так знал, сколько всего здесь попрятано. Хэнк смущённо потёр шею, разглядывая одетого на выход андроида.

— В сервис? — спросил он, когда молчание стало совсем невыносимым.

— Да… да, — Коннор как очнулся и, тоже смущённо, поправил и так идеально лежащий воротник рубашки.

— Хорошо, — Хэнк не без волевого усилия поднял взгляд от этого воротника к глазам, — И если у них опять чего-то не будет, ты скажешь мне сразу, ладно?

Коннор коротко кивнул. Второй раз за пару дней попадаться на таком было бы совсем глупо.

— Мини-холодильник, — сказал он вдруг, — С пивом. В спальне, у окна.

Нет, он не настаивал. Но Хэнк ведь сам начал?

— Точно, — Хэнк с облегчением отвёл глаза и прищёлкнул пальцами, — Спасибо.

Коннор проводил взглядом напарника, разглядывающего пол под ногами с таким тщанием, как будто там был разлив радиоактивных отходов. Кажется, быстрым разговором здесь было уже не обойтись. А ведь он почти ничего Хэнку не сказал. Люди, и их феноменальное воображение. В другое время Коннор позавидовал бы.

Дотащив портативный холодильник до выхода из спальни, Хэнк малодушно дождался, когда хлопнет входная дверь, и только после этого поволок груз дальше. Жалкие пять банок пива были отправлены в общую кучу, Хэнк присел на стул и огляделся сам. От вида разъёбанной кухни противно засосало под ложечкой. Что он будет делать вечером, когда вернётся в дом, где не останется алкоголя? Теперь скрутило ещё и желудок. Сколько лет он уже пил? Методично заливал все свои проблемы безотказным средством с единственным недостатком — если оно и убивало, то слишком медленно. И вот теперь оказалось, что бьёт это не только по нему. Но если и было что-то страшнее вечера без баночки, так это тот избегающий взгляд андроида, объясняющего, почему на нём нет форменного пиджака.

Хэнк тяжело вздохнул, рассеянно выудил банку из пакета и застыл с пальцем на кольце. От крохотного движения банка издевательски зашипела. Блядь. Медленно, как бомбу держал, он опустил руку, поднялся и дошёл до раковины. Перевернул, сжал и закрыл глаза, дожидаясь, когда, мучительно медленно, выльется содержимое. Пустая банка влетела в пакет, Хэнк с ожесточением затянул завязку. Он не был уверен, что зачистил всё, но хотя бы от уже собранного надо было избавиться быстрее. И надеяться, что к ночи он не докатится до того, чтобы копаться в мусорном баке.

***</p>

— Господи, Люс. Если его коротнёт от твоих слюней, сама будешь писать объяснительную копам.

— Тише ты!

Шёпот Люсиль Томпсон, старшего инженера прозвучал так близко, что Коннор не выдержал и открыл глаза. Он стоял, откинувшись на ремонтном стенде, и наконец-то прогонял полную диагностику. По сетчатке бежали приятно зелёные строчки отчётов, в голове не осталось ни одной внесистемной мысли. Глаза он держал закрытыми из вежливости, чтобы не смущать сотрудников-людей эффектом «зловещей долины», пока не услышал перешёптывание.

Она действительно стояла близко — Коннор легко мог отсортировать веснушки на её носу по оттенку и радиусу. И торопливо отступила на шаг, едва заметив, что он «проснулся». Коннор удивлённо осмотрелся. Светлый зал выглядел как обычно. Десять стендов, в двух видно было серые фигуры «пациентов». Несколько андроидов-техников, и два человека для контроля на смене.

— Что-то не так?

— Нет-нет, всё в порядке, — веснушки проступили отчётливей на фоне покрасневшего носа, — Просто ты… забыл убрать скин?

— О, — Коннор удивлённо посмотрел на свою голую грудь. Он был так загружен анализом произошедшего ночью и утром, что и правда забыл. Ещё одна дань вежливости людям, которые практически всегда неадекватно реагируют на обнажённую натуру.

— Извини.

— Да я и не…

Она разочарованно проводила взглядом исчезающую кожу.

–…настаиваю.

Прикрыв глаза настолько, чтобы человеку они казались полностью закрытыми, Коннор наблюдал, как она отворачивается к своему ассистенту и что-то показательно «душит» в воздухе скрюченными пальцами. Люди. Захотелось самому развести руками, но захваты стенда надёжно удерживали от непроизвольных движений.

Он-то с трудом успевал разбираться в одном Хэнке. В каком-то смысле с людьми вроде Рида или Джимми было даже проще. Инженер Томпсон относилась к нему хорошо. Слишком хорошо, как он быстро понял ещё в свой первый регулярный осмотр, проанализировав десятый брошенный на него взгляд. А от того, как она произносила «девиант», все без исключения ассистенты, попадавшие в смену, закатывали глаза. Убирать скин было ещё и чем-то вроде инстинкта самосохранения, хотя в случае с ней Коннор не был уверен, что это действует на сто процентов. Хэнк, пришло в голову. Хэнк никогда не видел его без скина. Не руки, или отдельные повреждённые участки, а вот так, полностью, когда он походил скорее на анатомического болванчика на столе художника — он как-то видел такого у Маркуса. Может быть, чуть более детализированного болванчика. Изменилось бы отношение человека, который всего месяц, как начал без иронии называть своим напарником андроида, если бы он увидел его как… андроида?

Безмятежность растворилась в странной, буквально из ниоткуда взявшейся тревоге. Коннор открыл глаза и мрачно уставился в потолок. Какая разница-то? Он ведь и не собирался показывать. Он так редко расставался со скином, что сам себя без него не очень узнавал. Из-за стола дежурных на него всё ещё косилась Люси, но это был уже другой взгляд. Хищный взгляд специалиста, с ума сходящего по робототехнике. Ничего общего с покрасневшим лицом и спрятанными за спину руками. Дай ей в таком настроении волю, она разобрала бы его по компонентам, и потом спала бы с позвоночным стержнем в обнимку. Коннору, конечно, было всё равно, как она смотрит и о чём думает. Какая разница? Разница появлялась, но только когда речь шла про Хэнка.

***</p>

Когда Хэнк добрался до участка, к головной боли и тошноте добавилась стабильная ноющая боль в груди. Коннор педантично сообщил, что добрался до сервиса, и пропал. Обычно на диагностике андроиду становилось скучно уже через минуту, и он начинал почти бесперебойно текстить напарнику обо всём, что видит, слышит, и что просто приходит в голову, так что Хэнк даже не пытался успевать за этим потоком мыслей, и кое-как отбрасывался короткими ответами раз через двадцать. Но сегодня в их чате царила гнетущая тишина. В сотый раз проверив сообщения у входа в участок, Хэнк вздохнул. «Всё в порядке?» — спросил он всё-таки, и, сунув телефон поглубже в карман и подальше от искушения таращиться в него постоянно, шагнул в двери.

— Привет, лейтенант. А где наш мальчик на проводе? Только не говори, что ты его правда поломал.

Мастером рукопашного боя Гэвин не был, но увернуться от кулака похмельного пенсионера оказалось не так сложно, как он себе представлял. Или это удар сегодня вышел особенно вяло? Хэнк выпрямился, мрачно глядя на ублюдка, но кулак не разжал

— Ладно, ладно, — неожиданно посерьёзнев, Рид отступил, поднимая стопку бумаги в руках, как белый флаг, — Я почти извиняюсь, окей?

Нарываться на драку с утра, прямо на ресепшене, он не планировал, но явно не рассчитал, каким коротким может оказаться запал.

— Чего тебе от меня надо? — Хэнк устало скривился и помял сведённую судорогой ладонь. Он ещё турникет не прошёл, а уже налипло. Сейчас цапаться попросту не было сил. Гэвин осторожно, на полшага, придвинулся обратно. Ему бы, конечно, хотелось бы двигаться в другую сторону, и значительно быстрее, но ёбаный Фаулер и его ёбаные идеи. Он поднял глаза к потолку, посмотрел на симпатяжку на ресепшене, снова на Андерсона. Сегодня ни разу не почтенный лейтенант выглядел как-то особенно хуёво. Или это питомец его всё это время слегка приукрашивал?

— Пригласить тебя на кофе, — наконец-то ответил он и вздохнул, чуть ли не тяжелее самого Хэнка.