extra: with you (1/2)
날 바라보는 희미한 미소 뒤편에</p>
아름다운 보랏빛을 그려볼래요</p>
***</p>
Чонгук влетел в дом, чуть не сбив с ног Юнги, который в тот момент шел с какими-то документами. Мин хотел уже прикрикнуть на младшенького, мол, здесь ему не магистраль, но увидев букет в его руках, тут же расхотел это делать. Шуга прекрасно знал, для кого эти цветы и какой подтекст они в себе несут.
«Надо бы тоже Чимину цветов заказать…»
Слегка помотав головой, Юнги решил сделать это вечером, а пока стоит заняться бумажками. Тэхён, кстати, к бумагам не имел никакого отношения: его работа заключалась в практике, а не в бюрократических проволочках. В этот день у него был выходной – он, буквально, только утром вернулся с одного дела из Японии – и этот день он решил провести исключительно в кровати. Хотелось бы с Чонгуком, но он был занят.
Наверное, стоит отметить, что Ви, именно так его знали в криминальном мире, не был пассивным в отношениях, как могло бы показаться. Просто на него наваливалось столько работы, что усталость брала свое, что он превращался в «амебу», хотя Ким предпочитал назвать себя просто «ленивым человеком». Но не только усталость способствовала этому – сам Чон был той причиной, по которой Тэхён становился таким. Даже просто находясь с Чонгуком в одном помещении, парень расслаблялся физически и эмоционально настолько, что его ничего не волновало.
Сейчас же, когда он просто сидел на мягком диване и переключал список фильмов, он не ощущал себя достаточно комфортно. А все из-за того, что его организм уже просто не мог расслабиться, если в пределах пяти метров нет Чона.
- Тэ!
Громкий голос заставил парня подскочить на диване и выронить пульт от телевизора из рук. Повернув голову, Ким увидел Чонгука, слегка запыхавшегося, но с большим букетом фиолетовых роз и маленьким пакетиком.
- Ты чего, Гуки?
Но вместо ответа Чонгук лишь подошел к нему и обнял, будто бы Тэхён был самым дорогим сокровищем в его жизни. Будто без него все стало бессмысленным и мир перестал быть цветным.
- Я люблю тебя. Любил и буду любить. И никогда не отпущу, если сам не попросишь, - отстранившись от парня, Чон наконец смог спокойно вздохнуть, но это длилось недолго: румянец на щеках Кима заставлял его сердце вытворять кульбиты.