#31 (2/2)
- Это плохая идея.
- Это хуевая идея.
Две пары глаз посмотрели на Тэхёна и Чонина, которые сидели на диванчике и до этого времени просто молчали. Они были друзьями по несчастью, если так можно выразиться – они были свидетелями не одной драки между этими двумя парнями и им обоим потом приходилось втолковывать в их головы правила приличия.
- Я пойду с тобой. Посижу за стеночкой на тот случай, если Ёнбок захочет кинуть в тебя банку с краской или машинку.
- Чонгук!
- Я знаю, что делаю, Чонин. Обещаю, что бить Хёнджина не буду.
- Серьезно?
- Твой сарказм неуместен, - кинув быстрый взгляд на Яна, Чон сделал глоток кофе и вновь посмотрел на Хёнджина: - Доставай телефон, будем план проворачивать. Он мне не особо нравится, но хотя бы будет весело мне смотреть, если ты провалишься.
- А я-то думал, что сердце у тебя доброе.
- Нельзя столько лет пробыть в криминальном мире и сохранить чистое сердце. Блядская натура человека не позволит просто, - пожав плечами, Чон взял в руки протянутый смартфон и вбил номер. Так же он написал Ёнбоку со своего номера, что он договорился с одним художником и он скоро напишет. Ответ с благодарностями от Ли прилетел незамедлительно. Так же, как и надежда к скорому сотрудничеству.
***</p>
Наверное, никто не видел Хёнджина таким довольным. Ребята только удивлялись насколько разительной была эта перемена - он буквально светился от счастья, когда активно стучал пальцами по экрану или водил стилусом по экрану графического планшета. И парни это активно обсуждали, потому что сам факт того, что киллер перестал проводить на стрельбище все свое время был удивителен. Пару раз некоторые даже подсматривали в телефон Хвана и его планшет. И если последний у них вызывал лишь восхищение, то первый вызывал любопытство, которое художник не спешил удовлетворять. Он просто хотел насладиться этими мгновениями, как вином из солнечной Италии, что несло в себе цветочные нотки вперемешку с персиком, согретым теплым солнцем.
Так прошел почти что месяц. Деревья успели примерить на себя зеленые наряды, солнце взяло на себя роль главного поджаривателя, а у Ёнбока все было по-старому: он ходил в студию, выступал на сцене, записывал видео и выкладывал их в сеть, общался с художником, который представился ему, как Джинни. С ним Ли обсуждал не только эскиз, но и музыку, танцы и моду. Как оказалось, этот человек обладал обширными познаниями в этих областях, отчего разговор с ним всегда был оживленный. Но было одно маленькое «но». Джинни никогда не скидывал свои фотографии, сколько бы Феликс не просил. Он скидывал лишь эскиз и все. Больше ничего. Это чуточку расстраивало Ёнбока, но он не унывал, ведь художник обещал прийти в тату-студию, чтобы заценить, как его эскиз будет выглядеть на коже.
Так и произошло. Нанесение татуировки заняло много времени, но Ли был очень доволен – она отражала все то, во что он верил, и напоминала о самых важных вещах. Вере в себя, любви к себе и радости к миру. Кстати, Чонгук тоже пришел посмотреть на эту татуировку – весь процесс он наблюдал, сидя на маленьком диванчике в углу.
- Что же, все готово. Будут вопросы по заживлению – можешь смело писать. Не забывай, что каждые четыре часа нужно менять компресс. И никаких нагрузок, можно подцепить заразу.
- Да, хорошо!
- Можешь пока посидеть здесь и перевести дыхание. Да и художник вроде бы уже ждет, когда можно будет войти, - выкинув перчатки, мастер протер руки антисептиком и ободряюще улыбнулся.
- А можно? Мне хочется его поблагодарить…
- Конечно, я позову его сейчас, - на этих словах мастер Чонгука вздохнул и вжался в диванчик, стараясь быть незаметным. Когда же открылась дверь, то первое, что услышал Чон, это злое шипение:
- Какого хрена…