#20 (2/2)
Одного удара хватило, чтобы Хван осознал то, что он сейчас сделал. Он ударил Чонгука. Рассек ему бровь. Его кровь, алая, как роза, сейчас находилась на бледных костяшках Хёнджина. Терпел ли это Чон? Скорее Юнги простит карточный долг Джину в несколько десятков тысяч долларов, чем Чон не пропишет в ответ Хвану.
- Заткнись нахуй.
Сказано – сделано. Губа Хёнджина разбита менее, чем за пять секунд, и он не может говорить. Но даже так, Хван не собирался успокаиваться, сжав кулаки вновь, он накинулся было на Чона, но что-то его остановило. Это что-то – стетоскоп, прилетевший Хвану в лоб.
- Хватит пиздиться в моей больнице! Здесь людей лечат, а не крошат ебала в решето! Прекращайте, пока я вас в морг лично не отправил, - угроза, сорвавшаяся с губ доктора, была вполне реальная. И Хван знал об этом - в свободное время Ким постоянно практиковался в боевых искусствах, находя это полезным не столько для физического, сколько для психического здоровья – а потому, нехотя разжал кулаки и отошел от Чонгука на несколько метров.
- Что, ради всего святого, вы тут устроили?! Своими драками вы ему лучше не сделаете. И не надо смотреть на меня такими глазами, мистер Чон, я здесь врач, а значит на мне лежит ответственность за жизнь парня. Хотите, чтобы я запретил вам навещать его? Отлично, я это сделаю сию же минуту, - подняв стетоскоп с пола, Ким сначала посмотрел на него, а затем бросил предмет в мусорку.
- Вонпиль! Парню плохо, пульс подскочил, и температура повысилась! – Джэ пулей вбежал на крышу, чтобы сообщить новость.
- Господи, дай мне терпения…Иду, а этим обработай раны и вколи транквилизаторы, чтобы не выебывались и не бесили меня, - круто развернувшись на пятках, Вонпиль быстрым шагом направился в палату.
- Идите за мной и только попробуйте опять поцапаться, мое терпение тоже не резиновое…
***</p>
В то утро, когда Чонгук и Хёнджин ввязались в драку на крыше больницы, Чонин, как обычно в последнее время, вышел на прогулку с Кками. Его рука уже зажила, лишь иногда принося дискомфорт. Да и прогулки эти были полезны для его восстановления. Сейчас же, шагая по дорожке сквера, что был недалеко от дома, парень прокручивал в своей голове то, что утром заставило его удрученно покачать головой:
«-Я беспокоюсь за Хёнджина. Столько пачек и окурков сигарет я никогда не видел, - Джисон уже закончил завтракать и теперь допивал кофе, когда Ян зашел на кухню за водой.
- А что мы можем сделать? Все наши беседы с ним вообще никакого толка не дали… Даже Чан бессилен, - Минхо, хоть и говорил по фактам, но его голос передавал ту боль, которую он испытывал из-за невозможности помочь своему брату.»
И то правда: количество никотина, поглощенное киллером за последние недели, увеличилось в три, если не в пять раз. Из-за этого лисьи глаза Йены стали внимательно наблюдать за Хваном в те редкие моменты, когда тот приходил домой, - в таком состоянии до злоупотребления алкоголем и наркотиков рукой подать.
Вновь покачав головой, Ян повернул обратно домой, подзывая собаку к себе и сильнее укутываясь в теплый шарф и куртку, чтобы холод не смог пробраться и украсть его тепло. Однако стоило ему вернуться и раздеться, как глазам предстала картина, которой он был не рад.
- Вернулся. Чонин, у нас тут гости, - Чанбин, что выглядел как никогда серьезным, кивнул в сторону двух людей, расположившихся на диване.
- Давно не виделись, Чонин. У нас тут небольшие неприятности….