Глава 4. Изменить все. (1/2)

- Повтори.Стакан вновь наполняется золотисто-коричневой жидкостью, непроизвольно напоминающей мне глаза Теи. Никогда не замечал, что они похожи цветом на игристое виски. Надо же.Откуда-то из глубины души вырывается смешок. Чертов хриплый смешок, способный передать все то, что сидит во мне. Те противоречивые чувства и эмоции, что борются где-то в сердце, пока я напиваюсь в этом гребаном клубе.

Что-то хорошее во мне, какая-то нежность, просыпающаяся лишь в присутствии Теи и исключительно для нее, старается подавить мои низменные инстинкты. Взять верх.

В кои-то веки голос подает даже совесть, с которой мы расстались слишком давно без какой-либо надежды на примирение. Оказывается, так думал только я, она же все это время отсиживалась так глубоко, что я не мог ее чувствовать. Выбирала подходящий момент, чтобы напомнить о себе, и вот теперь, когда я хочу слышать ее меньше всего, проснулась, прихватив с собой чувство вины. Слишком сильное.

А ведь я еще ничего не сделал, чтобы чувствовать себя виноватым. Уверен, малышка уже простила мне мою несдержанность, найдя ей тысячи объяснений. И готов спорить: верного среди них нет. Да и откуда ему взяться? Она слишком чиста, слишком невинна, чтобы предположить даже намек на какие-то чувства к ней, превышающие братские. И это обнадеживает. Она словно раз за разом дает мне еще один шанс на сохранение ее реальности, где нет той грязи, о которой грежу я. Дает мне шанс не рушить и ее жизнь, но я слишком эгоистичен.

К черту всех, кто кричит о настоящей любви, при которой ты можешь отпустить любимую. Не верю в подобные чувства. Как можно жить, понимая, что та, кто тебе нужен, счастлива с кем-то кроме тебя? Как, черт возьми, можно радоваться, понимая, что она не рядом? Не с тобой? На такое способны либо мазохисты, либо те, кто не любит по-настоящему. Так, что каждая минута не рядом убивает. Так, что каждый раз, закрывая глаза, кажется, чувствуешь ее рядом, ее касания, улыбку… даже запах. Так, что в каждой встречной видишь только ее.

Я так не смогу. Даже пытаться не стану. Какого хрена? Почему я должен отдавать свою девочку кому-то? Черта с два.«Решил покалечить и ее жизнь?» - проносится мысль в голове, заставляющая вздрогнуть.

Черт, да ведь я ничего не сделал.«Но сделаешь».Твердая убежденность, с которой бесполезно спорить. Бесполезно спорить с самим собой. Силы не равны. Ты все равно проиграешь своим желаниям. К черту самообман.

«Ты ведь поэтому сбежал. Понял, что еще минута, и ты сделаешь шаг, наплевав на последствия».Чертова правда вызывает лишь злость. Воспоминания о том, что я испытал пару часов назад, почувствовав доверчиво прижатое тело, пугают. Мысли, что крутились тогда в голове, слишком неправильны. Все неправильно. Я был зол, нет, не зол – взбешен. Ее слова дезориентировали, выбили почву убежденности в том, что она еще маленькая, из-под ног.

Надо же, так слепо верить, что Тее нужно повзрослеть, и при этом трахать ее одногодок, если не младше. Глупая ошибка.

«Мне уже шестнадцать, а не еще», - словно в насмешку над моей глупостью проносятся ее обиженные слова.Она сама не понимает, на какую опасную дорожку ступает, дразня зверя внутри меня. Видимо, девочка и в самом деле взрослеет, раз готова спорить со мной из-за парня. Из-за обычного знакомого, показавшегося ей милым.

Только я встречу его… А я встречу. Непременно встречу. И враз выбью всю его милость, как и желание приближаться к Тее. Моя ревность опасна для окружающих. Для всех, кроме ее виновницы. Во всяком случае, пока она не сделает чего-то, что я не смогу простить. Хотя нет, простить я смогу все, но не забыть. Надеюсь, что Теа не станет делать лишнего. Лучше ей меня услышать.

А Итона я найду.- Пьешь в одиночку?- Имеешь что-то против? – поднимаю предупреждающий взгляд на появившегося из ниоткуда друга.- Мне-то похрен, травись, спивайся. - А я ведь знаю, что за безразличным тоном кроется обеспокоенность моим состоянием. - Вот только как твоя принцесса к этому отнесется? Не боишься разочаровать Тею?Чертов ублюдок. Он точно знает, в какое место бить, и беззастенчиво пользуется этим.- Что тебе нужно, Кай?- Мне - ничего. А вот тебе не мешало бы проветриться. От тебя несет, как от алкаша со стажем, знаешь ли.- Иди на хуй.Какого черта он приперся?

- Мы не настолько близки, Эйд.Ржет, сука. Вмазать бы ему, да только он прав. Теа вряд ли обрадуется моему пьяному состоянию. Да еще и синякам в придачу. А они точно появятся. Кай не даст себя лупить просто так даже мне. И мое пьяное состояние его не смягчит.

- Еще слово, и я забуду, что ты мне друг.- Серьезно, - лицо его мгновенно меняется, становясь внимательным, - ты с ней поругался?- Чуть не сорвался.- Может, хватит себя мучить? Либо забей, либо своей сделай.- Как все легко у тебя. - Очередной злой смешок. – Ты бы совратил свою сестру?- Ей пять, и у меня на нее не стоит.Стоит. Если бы дело было только в желании… Я бы ее не тронул. Даже позволил бы тронуть кому-то другому, тому, кто сделает ее счастливой. Но я хочу не столько ее тело, сколько душу. Всю без остатка. Чтобы мысли только обо мне. Чтобы готова была идти за мной на край света, потому что я на это готов. За ней я пойду, куда она скажет.

- Я не стану ее насиловать.- А кто тебе об этом говорит? – Тогда о чем он, черт возьми?! – Заставь ее воспринимать тебя не как брата.- Предложи мне то, о чем я еще не думал. - Кай не понимает, что своими словами нещадно танцует на больной мозоли.Я пытался заставить ее посмотреть на меня иначе. Но ничто: ни мое практически голое тело, ни мои касания, ни моя слишком странная для брата ревность, ни даже рассказы о моей сексуальной жизни, которые она постоянно слышит от других, на нее не действуют. И что мне прикажете делать? Просто подойти и поставить ее перед фактом, раз намеков не понимает?Подобная мысль имеет право на существование.

- Плохо стараешься, раз не реагирует. - Умник хренов. И что б я без его советов делал?- Закрыли тему, Кай. Я не стану обсуждать с тобой, как мне вести себя с Ти, понял?- Друг, ты последние десять минут именно это и делаешь. - Наградил Бог другом, ничего не скажешь.

- Брат, ни одна девушка не стоит того, чтобы из-за нее напиваться.А это еще что за умник голос подал? Что ж всем меня учить жизни-то вздумалось? Зубов слишком много, что ли?- Тебя спросить забыл, - оборачиваюсь к новоявленному собеседнику.Обычный парень лет двадцати. Слабее меня – факт. Но не сильно - тоже факт. Трезвый, и это удивляет. Обычно советы раздают изрядно выпившие личности, резко открывшие в себе нереализованных психологов.- Я серьезно. Забей на эту шлюху и найди нормальную, которая доводить не станет.Как он сейчас Тею назвал? Ну все, скотина, ты себе смертный приговор подписал.- Зря, - выдыхает Кай, подскакивая с места в надежде предотвратить еще не начавшуюся драку. – Лучше б молчал.- Да что я сказал-то такого?Прилетевший кулак ясно показывает, что что-то лишнее он определенно сказал. И я нихрена не благородный, чтобы дать ему оклематься. Какое благородство, о чем вы? Я не стесняюсь пускать в ход ноги, попадая четко по почкам. Моралистов попрошу удалиться, здесь нет им места. Срать я хотел на чьи-то глупые правила приличия. Они для стада, готового выполнять их беспрекословно, я же стадным инстинктом не страдаю. В драке я безжалостен. С кем бы ни дрался. Костяшки стираются в кровь о чужое тело, и это сложно назвать дракой, скорей уж избиением. Но он сам виноват. Не стоит лезть к незнакомым людям. Они могут оказаться психами. Могут быть в подвешенном состоянии. Да много чего может быть.В данный момент я могу причислить себя к психу, неожиданно ставшему получать извращенное удовольствия от саднящих ран. Уже не столько бью так не вовремя открывшего рот парня, сколько выплескиваю свою ярость.Даже в этом плане моя девочка лучше меня. Она всего лишь рисует, в то время как во мне просыпается жажда уничтожить мир.- Эйд, мать твою, прекрати.Голос Кая где-то на периферии сознания. Беспокоится? Кто-то отрывает меня от скорежившегося парня и отводит, безжалостно впечатывая в стену. Кровь бурлит, жажда разрушения никуда не исчезает, хочу продолжения. Какого черта мне мешают?Фокусирую взгляд. Кай. Чертов ублюдок вечно портит мне все веселье, вытаскивая из передряг до того, как я успеваю сделать что-то лишнее.

- Ты хоть понимаешь, что чуть не грохнул его? Совсем идиот?Его крик привлекает к нам внимание. Умудряется перекричать даже музыку, стараясь вразумить меня.

- Какого черта, Кай?

- Вот именно. Какого черта, Эйд? Ты дружишь с головой вообще? Забыл, что нам нельзя светиться?!- Сука. - Пробирает истерический неконтролируемый смех. Черт, я и впрямь становлюсь психом. – Ты за меня или за дело переживаешь?- Совмещаю приятное с полезным. Валим отсюда, пока копы не приехали.Здравый смысл во мне просыпается. С ужасом понимаю, что чуть не подставил нас. Тело действует без участия мозга, следуя за Каем.Меняем клуб на бар в паре кварталов от него. Весьма символично, ничего не скажешь. Друг не спускает с меня предупреждающего взгляда, да только он лишний. Я успокоился. Правда. С каждой минутой злость потухает, уступая место логике и осторожности, необходимой нам сейчас.- Я погорячился.- Я бы на твоем месте поступил также.Извинения приняты. Он понимает. Конечно, понимает, ведь знает меня лучше меня самого. Хотя, нет. Все же многие переживания остаются только моими. Не делюсь всем даже с лучшим другом. Это лишнее. Мужики не льют слезы, размазывая сопли. Они просто констатируют очередную херню, произошедшую с ними, и закрывают тему, переваривая недосказанное в себе. Это правильно. Так должно быть.- Зачем ты меня искал?А он ведь искал. Как иначе объяснить его появление в захудалом клубе, где наливают без вопросов и тусуются сомнительные личности?- Дейв звонил. Он предлагает дело.- У нас уже есть дело. - Никогда ни во что не ввязываться, пока не закончу начатое, - является моим принципом, и Кай это знает.

- Эйд, оно того стоит. К тому же, мы почти закончили. И время есть.На моем лице появляется заинтересованность, и Кай выкладывает все, что знает, прельщая меня возможными перспективами. Это и впрямь жемчужина. От одной мысли о предложенном по телу прокатывает дрожь возбуждения. До решающего момента есть два месяца. Полно времени, чтобы подготовиться и закончить все начатое.

- Ну?- Кто в теме?Это важно. Если хоть кто-то мне не понравится, я откажусь.