Глава 8 (1/1)

Энола Холмс ненавидела папильотки, которые считала одним из наиболее изощренных орудий пыток, придуманных мужчинами для того, чтобы держать женщин в подчинении. Ее волосы, слегка волнистые от природы, обычно не нуждались в дополнительной завивке, но предстоящее расследование требовало некоторых жертв, поэтому, скрепя сердце, девушка еще перед сном соорудила на голове башню из этих сатанинских жгутиков, провела бесконечную мучительную ночь, а теперь придирчиво изучала свое отражение.—?Рада встрече с вами, я?— мисс Мортимер,?— сообщила она зеркалу, скорчив потешную гримаску. —?Нет, не пойдет. Мисс Мортимер не скажет ?рада встрече?, она скажет ?enchantée? (1). Она будет говорить ?s’il vous pla?t? (2) и ?je vous en prie? (3) и ?quelle horreur? (4). Она будет манерно вытягивать ручку для поцелуя. Она будет…Образ мисс Мортимер рождался на ходу, и Энола сожалела лишь о том, что у нее слишком мало времени, чтобы продумать все детали.Многочасовое путешествие на поезде из Лондона в Бат, совершенное накануне, утомило девушку, но, по счастью, не привело ни к очередному приступу, ни к обмороку. Она чувствовала себя на удивление сносно и была склонна считать это заслугой Перри. Что уж говорить, сообщника она выбрала идеального. Перри не обращался к ней как с инвалидом, не унижал ее чрезмерной заботой, не задавал навязчивых вопросов о ее самочувствии. Но он был предупредителен и мил, шел на полшага медленнее, чтобы не позволить своей спутнице устать, нес ее довольно увесистый саквояж, в котором имелось несколько смен одежды на все случаи, не говоря уже о том, что брал на себя все хлопоты по организации их путешествия.В поезде молодые люди подробно обсудили детали своего плана, родившегося еще в Лондоне. От матери и сестры Перри узнал, что под Батом действительно проживала загадочная дама, скрывавшаяся под псевдонимом Батская вдова. Попасть к ней на сеанс спиритизма считалось большой удачей, поскольку все ее гости уходили от нее не иначе, как в глубоком восхищении. Духи открывали этой женщине все, но почему-то главной ее специализацией были именно мрачные предсказания, сбывавшиеся с поразительной точностью. Читали ли вы в газете о внезапной кончине лорда К.? Буквально накануне он побывал на сеансе у Батской вдовы, и она настоятельно рекомендовала ему беречь сердце. А громкое ограбление в поместье Н. —?уж о нем-то вы должны были слышать! Как бы там ни было, но хозяйка поместья также побывала у Батской вдовы, получила весьма прозрачное предупреждение, однако оказалась слишком легкомысленна, за что и поплатилась всеми фамильными драгоценностями.Энола не сомневалась, что какое-то логическое объяснение всем этим совпадениям должно было быть, и рассчитывала найти его в Бате. Разумеется, сперва ей нужно было попасть на сеанс к этому удивительному медиуму, но тут пригодились документы Перри, работавшего в ?Дейли Телеграф? (удивительно, но за время их знакомства Эноле и в голову не пришло поинтересоваться, чем ее друг зарабатывает на жизнь). Перри написал Батской вдове, воспользовавшись предоставленным сестрой Клариссой адресом поместья, в котором по обыкновению проходили сеансы, и сообщил, что хочет подготовить большой репортаж о чудесах спиритизма для своего издания. Как и следовало ожидать, Батская вдова благосклонно отнеслась к этой инициативе и пригласила ?мистера Перри и его очаровательную невесту? присоединиться к ней и ее завсегдатаям для участия в нескольких спиритических сеансах.Когда Перри показал ответ Батской вдовы Эноле, молодые люди надолго задумались о том, как именно эта женщина узнала, что репортер собирался приехать в Бат не один, но решили использовать эту легенду, поэтому в курортную столицу Великобритании Энола Холмс прибыла как мисс Оливия Мортимер, дочь издателя Джеймса Мортимера, невеста журналиста Уильяма Перри. Энола не сомневалась в том, что ?мисс Оливия Мортимер? не вызовет ни малейших подозрений ни у Батской вдовы, ни у ее возможных пособников в среде батского криминалитета, если будет в целом соответствовать их ожиданиям.Итак, как могла выглядеть дочь столичного издателя? Обеспеченная, но не баснословно богатая девушка, получившая неплохое образование в пансионе где-нибудь на юге Франции, пустышка и кокетка, пересыпающая свою речь галлицизмами (5), время от времени играющая в эмансипированность, но в глубине души придерживающаяся совершенно консервативных убеждений и верящая в то, что вступление в брак и рождение детей?— первейшая обязанность каждой женщины.От Перри требовалось не только поддерживать эту легенду своим поведением, но и, по возможности, изображать этакого очаровательного пройдоху?— провинциала, делающего карьеру в столице и влюбившего в себя дочь издателя, разумеется, лишь с тем, чтобы получить от брака с ней нужные ему выгоды. Вместе они должны были производить впечатление совершенно типичной буржуазной пары. Именно эта типичность, по предположению Энолы, и должна была стать их щитом, обеспечив им возможность проводить расследование у всех на виду.В Бате молодые люди остановились в респектабельной, но недорогой гостинице недалеко от центра. Перри зарезервировал им раздельные комнаты, да еще и на разных этажах, как того требовал нравственный закон времени, а также на месте нанял для своей спутницы горничную?— немногословную ирландку лет тридцати, которая должна была в гостинице играть при них роль ?третьей лишней? и зорко следить за тем, чтобы жених и невеста не переступали в общении друг с другом норм приличия. Энола была против этой последней меры, однако Перри сумел убедить ее в том, что многоуважаемый лондонский издатель Уильям Мортимер не позволил бы дочери рисковать своей репутацией и путешествовать наедине с молодым человеком, еще не ставшим ее законным мужем. Эноле пришлось признать, что в этом был здравый смысл, и смириться с тем, что теперь, находясь в гостинице, она не могла открыто говорить с Перри о деле.Воспользовавшись тем, что Мэри О’Лири?— нанятая Уильямом горничная?— вышла, чтобы принести для своей юной госпожи таз с горячей водой, Энола отрабатывала перед зеркалом жестикуляцию и мимику ?мисс Мортимер?. Получалось довольно убедительно.Для первого визита в поместье Батской вдовы Энола выбрала свое самое нелюбимое платье?— напыщенный туалет цвета гнилой вишни с черной кружевной отделкой. Аксессуарами к платью должны были стать черная шляпка с вуалью, черные же сатиновые ботинки, вопиющие лайковые перчатки персикового цвета, а также подаренный Тьюки корсаж?— последний штрих. Этот наряд, дополненный безумной завивкой, делавшей Энолу похожей на пуделя, с легкостью превращал семнадцатилетнюю сестру Шерлока Холмса в двадцатилетнюю лондонскую фифу, недалекую настолько, чтобы согласиться на брак с жиголо.Закончив приготовления, Энола спустилась в холл отеля, где ее уже ждал Уильям Перри. Подав ему руку отточенным жестом, девушка манерно сказала:—?Перри, надеюсь, мы с вами успеем посмотреть город и пообедать прежде, чем отправимся по известному вам адресу.Последние слова она выделила так, чтобы привлечь внимание администратора отеля: пусть как можно больше людей в Бате смогут поддержать их легенду в случае необходимости.Перри был бесподобен. Он с чувством поцеловал протянутую ему ручку в лайковой перчатке и, сияя не очень искренней, но совершенно обворожительной улыбкой, произнес:—?Моя дорогая, я надеялся, что вы это предложите. Я уже заказал извозчика, который провезет нас по основным достопримечательностям города, а затем доставит в чайные комнаты.—?Перри, вы?— просто прелесть! —?жеманно улыбнулась девушка, незаметно подмигивая другу. Все складывалось чудесно.***К семи вечера, насладившись прогулкой по городу и чудесным обедом не в скучных чайных комнатах, а в уютном пабе, Энола и Перри прибыли в загородный особняк Батской вдовы. Этот дом был гораздо больше похож на обитель таинственного спирита, чем респектабельный особняк мадам Доротеи в Блумсбери. Увитое плющом здание серого камня было почти полностью спрятано за окружающими его деревьями, так что с подъездной дорожки разглядеть его было невозможно. Оказавшись внутри, Энола обратила внимание на избыток безвкусных аксессуаров в восточном стиле?— свитков с иероглифами на стенах, арабских курильниц для благовоний, ваз с ориентальным узором и прочих безделиц. Внимательно посмотрев на бронзовую с патиной статуэтку богини Шакти, Энола внутренне поморщилась: ?Дешевая подделка с блошиного рынка?.Мрачный как призрак дворецкий провел Энолу и Перри в продолговатую комнату на первом этаже, очевидно, прежде служившую столовой. Здесь было темно и душно, пахло сандалом и пачули, и Эноле почти сразу захотелось извиниться перед другом и убежать, но, кажется, ретироваться было уже поздно. За большим овальным столом сидели несколько человек, явно пришедших на сеанс.—?Вдовствующая герцогиня Бофорт,?— прошептал Перри на ухо Эноле, незаметно указывая на величественную даму лет восьмидесяти. —?Несколько лет тому назад она овдовела и теперь проматывает выплачиваемое сыном содержание на разного рода гадалок, мистиков, восточных гуру и тому подобное.—?А я, кажется, знаю того господина,?— микроскопическим жестом Энола дала понять другу, что говорит о джентльмене в черном сюртуке, сидевшем в дальнем краю, почти у самого окна. —?Это фабрикант из Ливерпуля, мистер Стонтон. Он неприлично богат, но у него до сих пор нет законного наследника. Однажды он обращался к моему брату по одному делу…—?Думаете, он сможет вас узнать? —?тихо спросил Перри.—?Нет, вряд ли.Энола и Перри заняли свои места за столом. Девушка поздравила себя с тем, что их маскировка работала блистательно. Гости Батской вдовы скользнули по ним взглядом, но явно не заинтересовались обычной молодой парой из Лондона?— смазливым хлыщом и его пустоголовой жеманницей-невестой.В начале восьмого, когда все участники сеанса заняли свои места, словно из ниоткуда появилась и сама столовращательница. Батская вдова оказалась женщиной удивительно экзотической внешности?— миниатюрной, белокожей, с азиатским разрезом черных глаз-угольков. Энола заподозрила, что в роду у нее были китайцы или японцы. Одета Батская вдова была в строгое черное платье. Голову ее венчал вдовий чепец.—?Мы собрались сегодня для того, чтобы приоткрыть завесу, разделяющую наш мир и мир бессмертных духов,?— замогильным голосом произнесла вдова. —?Но прежде, чем приступить к таинству, я вновь оглашу правила, неукоснительного соблюдения которых требую от каждого из вас. Ваши помыслы должны быть чисты. В них не должно быть места скепсису и неуважению к бесплотным духам. Если же вами движет исключительно любопытство и желание опровергнуть мистерию спиритического сеанса, то я прошу вас покинуть этот дом сейчас же.Вдова обвела взглядом собравшихся.—?Теперь я попрошу каждого из вас снять кресты, медальоны с изображениями святых и прочие религиозные атрибуты, которые могут быть у вас при себе, и отдать их моему дворецкому мистеру Кауперу,?— величественным жестом Батская вдова указала на своего мрачного дворецкого. —?После сеанса вы получите их обратно.Очевидно, для всех собравшихся этот сеанс не был первым, поскольку ни на ком не оказалось ни крестов, ни медальонов, ни ладанок.—?И наконец,?— продолжила Батская вдова. —?последнее объявление. Сегодня наше скромное общество украсит собою особенный гость. Предупреждая ваше удивление, заверю вас, что, несмотря на свои прежде строго научные взгляды, этот человек в недавнем времени стал свидетелем удивительных явлений и уверовал в реальность мира духов, поэтому сегодня он с полным правом займет одно из мест за этим столом. Встречайте нашу столичную знаменитость, неподражаемого детектива с Бейкер-Стрит?— мистера Шерлока Холмса.(1) Enchantée?— досл. фр. очарована вами, аналог русского ?приятного познакомиться?(2) S’il vous pla?t?— фр. пожалуйста, будьте любезны(3) Je vous en prie?— ?фр. пожалуйста, не за что(4) Quelle horreur?— ?фр. какой ужас(5) Галлицизм?— заимствование из французского языка.