Глава 5. Хаффлпафф? Рэйвенкло? Гриффиндор! (1/2)
Тишина. Тишина бывает разной. Она может быть пронзительной - и это точно образное выражение, потому что пронзительности у тишины нет. Говорят, что она может быть тяжелой или уютной. Но это все красивые слова, придуманные для того, чтобы хоть как-то назвать то, что не имеет названия. Тишина – это синоним пустоты.
Альбус Поттер слушал тишину. Слушал и понимал, что это - пустота, что это – ничто. И он был рад, необыкновенно рад этой тишине, потому что противный свистящий шепот все чаще давал о себе знать, будто некто в голове Альбуса произносит странные и непонятные слова, которые он почему-то понимает.
Кубок огня выбрал его для участия в Турнире, и это показалось странным, ведь Кубок по традиции выбирал только тех, кто готов бороться за свой факультет, бороться до конца и неистово. Его брат был именно таким. Он будет отстаивать честь Гриффиндора будто свою собственную, чего нельзя сказать об Альбусе. Если честно, то он был даже напуган выбором Кубка, напуган тем, что Слизерин – действительно его дом, и не просто дом, а воплощает то, за что он будет бороться против собственного брата. Что скажет отец? Вряд ли он мог допустить такую мысль, вряд ли он мог представить, что когда-нибудь Поттер будет бороться против Поттера, Слизерин против Гриффиндора…
Никто не объявит о начале Турнира. По сути, Турнир уже начался. Никто не знает, какие испытания выпадут на долю каждого игрока, все ли пройдут первый этап до конца, чтобы выйти вместе ко второму, который уже, как и положено, будет проходить с поддержкой трибун.
Альбус пытался представить, что приготовил для него Кубок, какое задание ему придется выполнить, чтобы защитить честь факультета Салазара Слизерина, - волшебника, чье имя до сих поминалось шепотом, а в их доме и вовсе cчиталось ругательством.
***Утро было душным, а пробуждение неприятным – сказывалась бессонная ночь. Так всегда бывает, когда не выспишься: настроения нет, веки, тяжелые и горячие, требуют закрыть глаза, поддаться сильному искушению и бухнуться обратно на кровать. Альбус резко встряхнул головой, словно отгоняя непрошеные мысли и поплелся в ванную, чтобы привести себя в порядок перед началом занятий. У него было странное ощущение того, что за ним кто-то наблюдает, словно чей-то неприязненный взгляд дырявит спину. Холодная вода помогла отвлечься, и Альбус в более или менее сносном состоянии вошел обратно в спальню.
По спине пробежался резкий холодок, будто кто-то запустил в него Айсеро (заклятие несложное, но неприятное), но ведь спальня была пуста, а кровати аккуратно застелены. Никого, кто мог бы за ним наблюдать. Никого, кто вообще мог бы сказать ему хоть слово в это невыносимое утро.
Альбус быстро собрал сумку и направился на завтрак в Большой Зал. За столом Слизерина царило оживление – там сидел незнакомый Альбусу мальчишка примерно двенадцати лет, притихший, сосредоточенно сжимающий свою вилку. И в мантии с желтыми отворотами. Цвета Хаффлпаффа.
Все еще ничего не понимая, Альбус приблизился к столу тихо, стараясь не привлекать к себе внимания, чтобы услышать, как Нотт отрабатывает свое плоское остроумие на белобрысом мальчишке. Теперь Альбус его вспомнил. Пару раз они с братом приезжали в дом Поттеров на Рождество, но это было очень давно, еще до Хогвартса, и Альбус был не уверен, он ли это вообще.
Оглянувшись по сторонам, Альбус мгновенно понял, что его насторожило – Скорпиуса нигде не было. Его не было за слизеринским столом – зато он нашелся за гриффиндорским, на самом краю, с презрительным выражением лица ковыряющийся в тарелке. Начиная понимать, Альбус быстро осмотрел зал. Так и есть. Лили приветливо помахала ему рукой со стороны рейвенкловцев, а среди желто–оранжевых ярким синим пятном выделялась мантия Индиры Кришт.
Кто думает, что Рейвенкло и Хаффлпафф, факультеты дружески расположенные друг к другу, глубоко заблуждается. Они никогда не показывали своей неприязни так неистово и открыто, как это делали Гриффиндор и Слизерин, но и о дружеско-приятельских отношениях речи не шло. Быть может, Лили повезло – pейвенкловцы всегда благосклонно относились к Гриффиндору, но в данной ситуации.. стоп! В какой такой ситуации?? Что вообще происходит?!!!- Прекратить! – Альбус громко хлопнул ладонью по столу перед носом Чарли Нотта и оглядел всех присутствующих за столом злым и угрожающим взглядом. Если бы глазами можно было бросаться Авадой, то это как раз тот случай.
- Что он, - жест в сторону мальчишки-хаффлпаффовца, - здесь делает?!Мальчишка втянул голову в плечи и отчаянно замотал головой, но ничего не сказал. Из глаз потекли слезы, и Забини издал ехидный смешок:- Да ты еще и размазня, малыш… - приторным голосом сказал он и протянул руку к пареньку. Мальчишка смотрел на его ладонь огромными светло-каримиглазами, как завороженный. Словно это – змея, которую он, неопытный и неумелый факир, должен покорить, заставить подчиниться одним усилием силы воли.
- Это – Лоркан Скамандер, - спокойно объяснила Альбусу Адель, - брат Лисандра Скамандера, участника Турнира от Хаффлпаффа. По-моему, отборочный тур уже начался, а ты стоишь и сонно моргаешь глазами. Идиот, говорю же! – рассмеялась Адель легко и непринужденно, будто сказала что-то действительно веселое и шутливое.Альбусу все стало ясно. Никто не будет ничего объяснять, он сам должен понять, в чем дело. Так… Думай, думай.. и думай быстро… Лоркан, брат Лисандра. Лили, сестра Джеймса. Индира – девушка Шицко, и Малфой - его близкий друг. В чем же заключается основное задание? Вернуть пропавшего на свой факультет? Это очевидно. Но вряд ли будет так просто, как это может показаться на первый взгляд. Вон Лисандр сидит за своим хаффлпаффским столом, прожигает глазами слизеринцев, подвергая их, наверное, сотому Круциатусу в своих мыслях, но ничего не может сделать.
Или Шицко, который вообще не сидит, а просто мечется от одного края зала к другому,и на щеках остро выступают скулы, кажется, что даже здесь слышен злобный скрежет зубов, хотя это, конечно, чушь.
Альбус неторопливым шагом направился в сторону гриффиндорцев, и зал мгновенно затих. Сотни глаз уставились на Альбуса Поттера, раздалось многозначительное хмыканье со стороны слизеринцев: было ясно, что Альбус, как обычно, что-то упустил, провалявшись в постели, и теперь все в предвкушении нового незабываемого зрелища.Скорпиус поднял голову и улыбнулся, и Альбус подумал, что если бы во всем происходящем был какой-то подвох – Скорпиус ему бы сообщил.
- Ну и что ты здесь забыл? – будничным тоном, словно ни капли не удивлённый, спросил Альбус, усаживаясь напротив и не обращая внимания на Джеймса, который смотрел так, будто задумал просверлить в младшем брате дыру.
- Собственно, ничего, что могло бы меня действительно привлечь, - в тон ему ответил Скорпиус, - но есть одна маленькая проблема. Я не могу отсюда уйти.
- То есть? – нахмурился Альбус, - как это понять? Что значит, не можешь?! – он уже почти кричал, не обращая внимания на усиливающийся гомон вокруг.- Я бы сказал, что он теперь гриффиндорец, но это явно не про него, потому что такая погань не может относиться к нашему факультету, - злобно произнес Джеймс, и его друзья послушно закивали, посылая в сторону нахохлившегося Скорпиуса выразительные взгляды.
- Я не могу уйти, Поттер, потому что не могу, - злобно пояснил Скорпиус, отодвигая от себя тарелку с нетронутым омлетом.Альбус еще раз нахмурился и сделал еще одну попытку прояснить ситуацию:- Ты мне объяснишь?- А ты не видишь? – поинтересовался Скорпиус и резко встал, - я прекращаю этот фарс, - прошипел он, наклонившись к Альбусу через стол, - надеюсь, до твоего ума дойдет, что случилось. И жаль, что я не смогу присутствовать на столь значимом событии, - Скорпиус степенно поклонился и вышел из зала, бросив Розе, которая сидела к нему ближе всех:- Что там у ва… ой, прости, у НАС? Трансфигурация?Роза молча кивнула: сострадательная и добрая, она и сейчас жалела нахального слизеринца, которому так не повезло угодить именно на Гриффиндор. Но правила Турнира жесткие, а порой и абсолютно непонятные, поэтому Скорпиусу придется быть среди гриффиндорцев, пока Альбус не найдет способа его вернуть на свой факультет.
Роза встала и хотела выйти следом, но затем вернулась к замершему столбом Альбусу.
- Ал, не тупи, - ласково сказала она, - просто придумай что-нибудь. Понимаешь, для Скорпиуса везде барьер, кроме гриффидорской башни, нашего стола и… классов по расписанию, как я понимаю. Просто барьер, понимаешь? Он действительно физически не может вернуться. Это же испытание для тебя, его лучшего друга. Кого еще было забирать? – она усмехнулась, - разве ты еще с кем-то ладишь? Да забери у вас Нотта, Забини или даже Дину, ты бы и не заметил, а здесь, видишь, занервничал… Просто думай, Ал. И я буду думать.
Альбус криво усмехнулся, смерил оценивающим взглядом оставшихся гриффиндорцев и подумал, что парa дней в львятнике Малфою не повредят. Может, он тогда перестанет так себя вести и будет хотя бы объяснять, в чем дело? Кубок или кто там, кто принимал это решение, просчитался, думая, что Альбус Поттер будет переживать из-за Скорпиуса Малфоя. Ничего. Посмотрим, что из этого выйдет, стало даже интересно.