Глава 11. Корона для сударя Занзаса. (1/2)
— Нам что, весь день сидеть у вас дома?! – Гокудера Хаято пребывал в крайней степени возмущения. – Где твой брат, мелюзга?!— Витек занят делами, – высокомерно задрала носик Александра. – Он глава рода, и не тебе судить…— Мелочь, не беси меня!— Так разве ж я бешу? – захлопала глазами ведьма. – Я вообще-то тоже уходить собралась. Мне за продуктами надо, а то вас много слишком.— А нам дома сидеть?!— Ну почему остальные ваши восприняли это спокойно, и только один ты бесишься? – вздохнула девочка и терпеливо, как маленькому ребенку, начала объяснять. – Да, вам дома сидеть, на вас же нападают, за вами охота. Вы, конечно, сильные, не спорю, но с нашим искусством никогда дела не имели.
— ВРОООЙ!!! – в коридоре нарисовался варийский мечник. – Куда намылилась?— За продуктами, капитан! – отрапортовала Саша и шутливо козырнула. – На обед будет мясо, по заказу сударя Занзаса. И еще пироги с ягодами. Будете?— Буду, если ты готовишь, – оскалился Супербия. – И буду продолжать настаивать на твоем приеме в Варию. Нет никакого желания вспоминать стряпню Луса. Мусор, а ты чего здесь забыл?— Да как ты!… – Гокудера колоссальным усилием воли сдержал ругательство и нахмурился. – Нам весь день придется сидеть дома!
— Но я же объясняю! – почти простонала Саша. – Вы с нашим искусством никогда не сталкивались! Вы просто растеряетесь и не сможете правильно сориентироваться при опасности! Вы же привыкли уничтожать явных, в смысле зримых и материальных врагов, а у нас в городе ваш главный враг — вы сами, ваше подсознание! Капитан, вы же уже испытали на себе чары Баюна! А бывает куда хуже!— Мелочь права, – задумчиво обронил Скуало и нахмурился. – Я предпочту остаться дома.
Он развернулся и скрылся на лестнице, ведущий на второй этаж. Гокудера смерил Сашу гневным взглядом и удалился на кухню.
Ведьмочка перевела дыхание. О, Хозяин, как же с ними тяжело!*Василиса Вайрей-верин обнаружилась на крыльце собственного дома. Виктор мысленно собрался и окликнул ее.— Здравствуй, Премудрая.— И ты здрав будь, Феникс, – рыжая девочка, ровесница Саши и будущая великая пророчица, подняла голову. Глаза у нее были ярко-зеленые с золотыми искрами, красивые и пока еще зрячие. – Зачем пожаловал?
— Много знаешь ты, Василиса. Спросить хотел.
— Спрашивай, Виктор.
Грей-верин опустился рядом с пророчицей на крыльцо, подставил лицо солнечным лучам и прикрыл глаза.— А расскажи-ка мне, Премудрая, о Непролитой Слезе Ар-верин и о Ведьме Ветров Исстар-верин.
— На что тебе? – Василису просьба колдуна не слишком удивила, что, впрочем, было вполне ожидаемо. – Думаешь, правду болтают? Ну, про то, что истории повторяются, но в этот раз круг все же замкнется? Все этого страшатся. Взбаламутили народ эти приезжие…— Это верно, – хмыкнул колдун. – А правда это или нет, ты лучше всех знать должна.— А я не знаю, – вздохнула девочка. – Ладно, слушай. Про Ар-веринов, что Повелители Рун, есть такая сказка: однажды, уже будучи Проклятым, Старший Ар-верин встретил девушку. Она была хороша, как весенние звезды, и горда, словно рыцарский клинок. Но с первого взгляда полюбила она Старшего, и тайно клялись они друг другу быть вместе, пока смерть не разлучит их. Однако недолгим было их счастье, через шесть месяцев девушка поняла, что беременна. Знала она о проклятии Ар-верин и устрашилась, что умрет любимый в мученьях, если сын родится у нее. Слишком сильно любила она его, не могла позволить случиться подобному. Стиснула зубы девица и ночью темной вышла из дому да пошла на скалу высокую, морю синему душу отдать и свою и дитя нерожденного. Глянула вниз и устрашилась бушующих волн, но вспомнила взгляд любимого, и ни слезинки не скатилось по ланитам бледным. Вдохнула поглубже и прыгнула. Только когда воды темные над головой ее сомкнулися, звездный свет навечно скрывая, заплакала девушка горючими слезами солеными, но не видела ни одна живая душа ее слабости, слезы горючие с морем соленым смешалися. Мертвую ее нашли русалки, волосы жемчугом украсили, кровь в воду, тело в пену обратили. Так и стала девица слезой одной океана великого, а души детей ее нерожденных, девочек-двойняшек, так и не живших никогда на свете, поймали в бесконечный хоровод свой блики и отражения, и пролились они дождем на зеркальную гладь. И явилось миру Зеркало Истинное, страхом и любовью девицы той порожденное.
И другая сказка, об Исстар-верин и о кольцах Пламени. Мол, жил на свете один царевич, и пылало его сердце золотым огнем. Как-то раз охотился царевич в лесах дремучих, силушку тешил молодую. Поймает птицу в силки и снова в небо выпустит. Подстрелит зверя стрелушкой каленой да тут же и выходит. Не лежит душа царевича тварей живых убивать. Так вот. Охотился он как-то раз в лесах дремучих, и встретил там ведьму крылатую, с ветром безумным хоровод водящую. Остудила она сердце пламенное и заново золотой огонь разожгла, другой огонь, безумной страсти и любви. Только вот ведьма та жаждала безраздельно над помыслами и сердцем золотым царевича властвовать. А у того невеста была из соседнего царства, царевна, ликом белая, волосом темная. Но не взглянет уж царевич на невесту свою. Птица среброкосая, перелетная, разум его затмила, влекут помыслы его ледяные ветра и бушует в сердце золотом буря пламенная. Обвенчался с ведьмой. Да только царь соседний, царевны отвергнутой отец, не захотел оскорбленье терпеть, войной пошел на царевича. Видит ведьма крылатая, что страдает из-за нее царство их и возлюбленный ее ненаглядный. Долго решали они, как быть, да так ничего и не придумали. Заплакала тогда горько ведьма и на поклон отправилась к тому, чье имя к ночи не поминают: ?Отдам тебе сердце свое и душу свою, смилуйся, царь зеленоглазый, защити любимого от захватчиков!? И молвил тот ей таковы слова: ?Сердце твое горячее, душа твоя чиста. Но не видать мне сердца, душа твоя ведьмина и так моею станет. Но тронули меня речи твои, смилуюсь. Отдай мне свободу свою и защищу я земли ваши?. Упала на колени ведьма: ?Бери свободу!?. И в тот же миг побелели ее волосы, ушла жизнь из лица, лишь глаза ярче еще засияли, словно огни синие. Будто призрак белый бродила она по лесам, и на кого ни взглянет, тот тут же слабеет и чахнет, а все то смотрит ее глазами царь зеленоглазый на мир, пьет радость, свет и жизнь. Сдержал зеленоглазый царь слово свое, царевичу безутешному, жену потерявшему, кольцо подарил и наказал: ?Придет время, потомок твой, сердцем пламенный, душою чистый, ведьму мне даст сильней жены твоей. Ведьма та за всех твоих потомков ответ понесет и за твои деяния. Сердцу ты потакал, не разуму, обрек и себя и Невесту мою нынешнюю, жену твою, на страдания. А пока кольцо возьми, оружие непревзойденное, по образу его потомок твой другие семь создаст, да восьмое, цвета ночи, вместе с ведьмой мне отдаст!?.
Василиса замолчала. Виктор, внимательно слушавший щедро приукрашенный старословянскими оборотами бред наконец смог незаметно перевести дух. Нет, безусловно, во всех ?сказках? было некое рациональное звено и Грей-верин даже смог провести параллели с нынешней ситуацией… но он считал, что пророчица могла бы обойтись и без такого количества пафоса.
— Спасибо, Василиса.— Так что ты думаешь? – девочка очень серьезно на него посмотрела. – Ты же говорил с приезжими, так?— Говорил, – не стал отрицать колдун, – но не знаю, что тебе ответить. Скажем так, я думаю, что все возможно. Осталось только кое-что проверить.
— Ладно, – вздохнула Ваерей-верин, – проверяй. Я лишь наблюдатель. Но совет тебе дам, колдун: остерегайся бабки моей и времени тоже остерегайся, здесь и сейчас не на вашей оно стороне. Прощай.— Прощай, Василиса, – улыбнулся Виктор. – Спасибо тебе.Уже сегодня ночью все должно было встать на свои места.*— Можно тебя попросить? – Александра Грей-верин умоляюще смотрела на Супербию Скуало большими-пребольшими серыми глазищами.
— Чего тебе? – буркнул мечник. К девочке он испытывал некое расположение, хотя и сам не мог толком объяснить его причину.— Сегодня ночью ваша Вария должна пойти со мной. Это касается сударя Занзаса.— Чертова босса? – капитан нахмурился. – Что за дело?— Важное, – насупилась девочка. – Я бы не стала просто так просить.
— Мелочь, – Скуало протянул руку и осторожно сжал плечо маленькой ведьмы. – Мне. Нужно. Знать.