Часть вторая. Маска по принуждению (2/2)

Лухан встала, подошла к ней, вгляделась в искореженное лицо и покачала головой.-- Нет, я не хочу просто ударить тебя… Я слышала, что ты получила чёрный пояс по каратэ… Давай устроим поединок… Я тебя не убью, но хоть раз за эти годы вымещу на ком-то свою злость…Анхела усмехнулась.

-- Хорошо. Ты сама этого захотела…… Спустя десять минут всё было кончено. Поверженная Линарес лежала на полу спортзала, не в силах поверить, что Марисса смогла побить её. Она взглянула на женщину, снова надевающую свою маску, и прошептала, плюясь кровью:-- Я, кажется, всё поняла… Я прощаю тебя…Анхела кивнула.-- А почему ты здесь? И почему ты инсценировала свою смерть?-- Меня и весь ?Эррэвэй? пытались убить… Есть три человека, которые не умеют просто молча завидовать… Они убили Мию и Канделу, а потом я случайно узнала об их намерениях и приняла огонь на себя… После моей мнимой смерти они взялись за Мануэля… Целый год они пытались убить его… Наконец, им это удалось… Я не смогла этому воспрепятствовать… Мануэль умер, а я сильно обгорела… Результат ты видишь… Я захотела посмотреть на сына… Я знала, что Пабло отдал его сюда… Теперь ты всё знаешь.

Анхела грустно усмехнулась и пошла к выходу из спортзала.

-- Подожди! –крикнула Лухан, приходя окончательно в себя.Кабрас повернулась к ней.-- Чего ты ещё хочешь?-- Ты хотела бы каждый день видеть сына?-- Да…

-- Кто ты сейчас?-- Меня зовут Анхела Кабрас.-- Анхела Кабрас, ты хотела бы работать здесь? Так бы ты каждый день видела сына.-- Хотела бы, но… Как это сделать?-- Та Марисса, которая погибла, была высококлассной музыкантшей… Я слышала, что она могла не только петь, но и обучилась игре на музыкальных инструментах…-- Да, я умею играть.-- Новая Марисса может работать в школе учителем музыки?-- Может, но… У Анхелы Кабрас нет диплома о музыкальном образовании…-- Ничего страшного. У нас уволилась преподавательница по музыке. Если я попрошу, Пилар возьмёт тебя на работу просто так.?Элитный путь? давно перестал быть настолько престижным, чтобы принимать на работу только по корочкам… Моя рекомендация решит все проблемы…… Действительно, спустя час Анхела Кабрас уже была оформлена на работу преподавателем музыки в школу ?Элитный путь?. Пилар подозрительно косилась на новые синяки Лухан, но верила ей, что сеньорита Кабрас может обучить школьников музыке, а насчёт Мариссы они объяснились. По обоюдному согласию с Анхелой, Лухан не сказала Пилар, кто такая на самом деле странная женщина в чёрном. На следующий день Анхела Кабрас должна была приступать к работе…… Анхела Кабрас, глянув в зеркало, уложила рыжие волосы в высокий хвост, пристроила получше маску и улыбнулась своему отражению. Сегодня она шла на работу. Конечно, при её-то накоплениях работа её была нужна, как собаке не то, что пятая, а 345-я нога, но поход в ?Элитный путь? в качестве преподавателя музыки давал ей возможность видеть сына всё то время, пока он тут учился. Из зеркала на неё смотрела странная пародия на существо женского пола: рыжий хвост, театральная маска и бесформенный балахон, являющийся, по сути, самым обыкновенным плащом. Только глаза были живыми… Правда, там только лишь едва теплилась жизнь, ведь слишком много страдания пережила в своей жизни теперешняя Анхела Кабрас, и та череда смертей, который пронеслись американским торнадо через жизнь женщины, сожгла когда-то весёлый, почти детский, огонёк в карих глазах бывшей Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ. Под плащом был строгий серый костюм, представляющий собой мрачно поблёскивающую блузку и юбку; жакета ввиду наличия плаща не наблюдалось. Хотя, учась в ?Элитном пути?, Марисса никогда не обувалась в ?барбиобразные? шузы на чём-нибудь тонком и высоком, жизнь в образе самодостаточной певицы приучила Анхелу Кабрас обувать чисто ?женские штучки?. Даже спасая от смерти Ману, она бегала в миленьких таких чёрных туфельках на пятнадцатисантиметровой шпильке с оранжевым бантиком. Собственно, эти самые многострадальные туфельки, умудрившиеся уцелеть в автокатастрофе, и сейчас с тихим недоумением выглядывали из-под плаща на свет Божий. Никаких украшений Анхела Кабрас не одела. В одной из её двадцати банковских ячеек хранился комплект драгоценностей, которому позавидовала бы любая ?новая русская?, но Кабрас не спешила их оттуда забирать. Ни к чему, во-первых, изумлять огарок престижного колледжа воистину королевским сверканием, а, во-вторых, обыкновенно украшения надевают те особы женского пола, которые стремятся кому-то понравиться, а Анхела уже давно даже не думала об этом. Во-первых, она прекрасно знала, что её любит Пабло, пусть и только те воспоминания, которые остались после взрыва машины Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, а, во-вторых, 7 шрамов не давали Анхеле Кабрас возможность хоть как-то попытаться наладить личную жизнь, пусть и в расплывчатом образе непонятно откуда взявшейся женщины со странным именем (примечание автора: имя героине дано не просто так, примерно ближе к концу этого фика я подам объяснение, почему Марисса назвала себя именно Анхелой Кабрас!). А ещё она любила Пабло. Этим, в принципе, сказано если не всё, то, по-моему, очень многое…… На входе в ?Элитный путь? Анхела Кабрас увидела Лухан. Вопреки всем ожиданиям, сегодня она не курила и даже умудрилась пригладить свои многострадальные светлые волосы. Правда, как оказалось, не всё так радужно: здороваясь, Линарес дыхнула на Анхелу километровым перегаром, сквозь запах которого едва пробивалась мятная жвачка.

-- Пошли, что ли, -- потянула её за руку Лухан.-- Слушай, -- вырвалось у Кабрас, -- а как тебе Пилар даёт жить такой жизнью?Лухан пожала плечами.-- Учитывая то, что у меня было, моя дорогая подруженька рада, что я хоть на наркотики не подсела. Да и Беатрис нормально относится к тому, что от ?мапы? воняет почище, чем от городского туалета. Ей нужна не белая куколка, а тот человек, который заменит ей отца.-- А что стало с нашими комнатами? – вдруг спросила Анхела, когда они вошли в холл. – Пилар сказала, что теперь это обычная школа, а не колледж-интернат.-- Да, это так. А комнаты после ухода нашего курса закрыты на амбарный замок, как память о том, что было когда-то. Если хочешь, я попрошу Пилар, и ты посмотришь, что стало с тем местом, где жила бунтарка Марисса, настоящая блондинка Мия, плейбой Пабло и мексиканец Мануэль. Где жил чёртов ?Эррэвэй?!.. Ладно, извини. Просто вспомнила о наболевшем.Анхела пожала плечами и ничего не сказала. Лухан, взвалившая всю вину за случившееся с ней на ?Эррэвэй? и непосредственно на Мариссу, конечно, была почти во всём не права. Но доказывать ей это после вчерашних объяснений просто не было смысла.

Навстречу Анхеле и Лухан показался высокий мужчина, увидев которого, Анхела аж сбилась с шага и чуть не упала. Очень уж он был красив! Облик Пабло Бустамантэ замаячил перед её глазами, но Анхеле очень хотелось вдруг от него отмахнуться!Заметив обалдение Анхелы, Лухан горько усмехнулась.-- Марисса Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, это и есть Ваш непризнанный принц, разрушивший мою жизнь.

-- Это Маркос?!-- Собственной персоной.-- Как он изменился…-- Что есть, то есть.

В это время Маркос уже подошёл к ним. При взгляде на Линарес по его ангельскому лицу пробежала грозовая туча, а вот увидев Кабрас, он явно озадачился её появлением.-- Познакомься, дорогой, -- кивнув ему, растянула в приторной мрачной улыбке губы Лухан, -- это наша новая преподавательница по музыке. Её зовут Анхела Кабрас.

-- Очень приятно, -- тихо сказала Анхела. – А… А Вас как зовут?-- Меня зовут Маркос Агилар. Я преподаю физику в этой школе.Мне тоже очень приятно с Вами познакомиться.

-- Всё-о, -- протянула Лухан. – По-ошли китайские церемонии. Ладно, Анхела, я пошла. Попутного ветра в невыразительную спину.

Лухан ушла. Маркос всё ещё разглядывал Кабрас, которая краснела и бледнела под его взглядом, в первый раз не жалея, что надела маску.-- У Вас очень красивые и знакомые глаза, -- наконец выдал Маркос. – Но я не вижу Вашего лица. Почему Вы надели маску?-- У меня не то лицо, которое можно спокойно разглядывать. Автокатастрофа перечеркнула мой лик. – сказала Анхела, глядя сквозь щелочки в маске на Агилара и недоумевая, как он смог сквозь эти самые щёлочки разглядеть её глаза.-- О, простите… Я не хотел.-- Ничего страшного. Я привыкла к подобным вопросам…Их мирную беседу прервал детский крик:-- Дядя Маркос!

Обернувшись на источник звука, Анхела увидела Анхеля, вприпрыжку летящего к довольному Агилару.-- Дядя Маркос! – снова вскрикнул мальчик, добежав до него и не обратив сначала внимания на Анхелу. – Представляешь, наша музичка уволилась. Теперь никто не будет пиликать на скрипке и мучить несчастные уши полустудиозусов музыкальным бредом, даже приблизительно не напоминающем Паганини!Анхела усмехнулась. Агилар, глядя на неё, тоже засмеялся.Тогда Анхель наконец увидел Кабрас. В этой женщине он узнал ту, которая приходила на похороны дяди Ману и показалась ему мамой. Сердце мальчика радостно заёкало. Но он не хотел выдавать себя.

-- Дядя Маркос, кто это? – спросил он.-- Это твоя новая музичка, Анхель. Её зовут Анхела Кабрас.

-- Можешь называть меня сеньоритой Кабрас, -- сказала Анхела, прекрасно поняв всю гамму чувств, за одну секунду отразившуюся на лице сына.-- А Вы не будете пиликать на скрипке? – спросил мальчик просто для того, чтобы продолжить разговор.-- Не буду. Я буду играть только на гитаре и на клавишных. Больше ни на чём я не умею.

-- Слава Богу, -- искренне образовался Анхель.Маркос бросил взгляд на часы, висящие на стене напротив, и кивнул Анхеле:-- Извините, но я, пожалуй, пойду. До звонка на урок осталось 5 минут, а мне ещё надо подготовиться. Очень уж сложно объяснять закон Бойля-Мариотта тем, кого воротит уже от самого слова ?физика?. А ты, Анхель, тоже иди в класс. Заодно покажешь сеньорите Кабрас, где ты учишься, тем более, что, если я не ошибаюсь, у тебя сейчас как раз музыка.-- Идите, -- сказала Кабрас, чей взгляд за последнюю пару минут со скоростью сбрендившего кенгуру скакал с Маркоса на сына и обратно и умудрился остановиться на Агиларе как раз в тот момент, когда тот заявил, что ему надо готовиться.

Маркос медленно удалился, свернув за угол, а Анхела проводила его взглядом и вздохнула. И почему всё так!.. Вернуть бы это чёртово время лет на… даже трудно сказать, на сколько назад!.. Очень уж давно закончились мятежные школы обучения в ?Элитном пути?, и ещё раньше закончилась та явная любовь бывшего худенького светленького очкарика Маркоса Агилара к Мариссе, обладающей тогда только фамилией ?Спирито?. Она его совсем не любила, просто жалела, что вполне подходило к её образу главного народного судьи престижного колледжа. Худенький очкарик плюнул на попытки привлечь к себе Мариссино внимание и влюбился в Лухан. Как тогда казалось, это его чувство было очень даже искренним… Если бы не Линарес, опустившаяся сейчас почти до нулевой отметки, Марисса никогда бы не задумывалась о том, что Маркос мог так умело притворяться… Ведь он защищал Лухан от Бласа, помогал ей искать след её опекуна (примечание автора: если кто не помнит, согласно сериалу ?Мятежный путь?, Лухан был детдомовкой, в колледж её устроил опекун, которого она никогда не видела и которого пыталась найти; в конце концов, опекуном оказался школьный староста-надзиратель Блас Эрредия, который практически всё время до своей смерти (автокатастрофа в то время, когда Лухан была на четвёртом курсе в ?Элитном пути?) активно втаптывал Лухан в грязь, пользуясь служебным положением), нашёл Лухан тогда, когда она ушла из колледжа, ревновал её к Диего и Мауро… Всего и не вспомнишь… И это всё было фарсом?!.. Господи, да куда же подевалась честность с планеты Земля?!.. Да, не зря сказанов одной песне: ?Мы любим тех, кто нас не любит, мы губим тех, кто любит нас!.. (примечание автора: это песня некоей личности, поражающей свет под именем DJ Дождик, и называется?Мы любим тех?; очень, кстати, неплохая композиция)? Если бы она тогда знала, что будет в этом далёком и мрачном теперешнем, быть может, что-нибудь и можно было изменить…Размышления Анхелы прервал Анхель. Он дёрнул её за рукав и вопросительно уставился на женщину.-- Что такое? – спросила она, едва освободив голову от мыслей об Агиларе.Мальчик огляделся и тихо спросил:-- Мама, это ты?Она вздохнула. И что ему сказать? Ведь она же и в школу пришла, чтобы только видеть его… Эх, была не была!..-- Да, Анхелито, это я. Помнишь, я тебе говорила, что уйду? Так вот, похороны были моим уходом, но сейчас я ещё не вернулась.

-- А когда ты вернёшься окончательно?-- Пока не знаю. Может быть, никогда. Слишком многое случилось, мой хороший. Мама пытается со всем разобраться, но у неё это не очень-то и хорошо получается.

-- Мама, ты у меня большая умница! Я уверен, у тебя всё получится!.. А почему ты носишь маску?-- Анхелито, это и есть последствия, так сказать, моих разборок. Когда я спасала дядю Ману, то сама пострадала. Теперь у меня нет того лица, которое ты привык видеть, а у дяди Ману остановилось сердце.

-- Да, я был на его похоронах… Это ведь ты организовала всё? Пабло чуть с ума не сошёл, пытаясь понять, кто это сделал…-- Конечно, я… А как сейчас себя чувствует твой отец?Мальчик дёрнулся.-- Никак… Пьёт частенько… Мама, и почему именно он стал моим отцом, а? Почему не дядя Маркос? Дядя Маркос говорил мне, что учился вместе с тобой, что любил тебя… Почему же ты выбрала не его, а Пабло?Анхела пожала плечами.-- Есть такая штука, Анхелито, которая называется судьбой. Вот она и распорядилась так, что ты – сын Пабло Бустамантэ, а не Маркоса Агилара. Да и Маркос в те далёкие времена не был таким уж паинькой.

-- Я знаю, он говорил мне о том, что очень долго пытался создать семью с нашей физручкой…

-- Вот именно. Сердце этой, как ты говоришь, физручки теперь разбито. Она с тихим презрением относится ко мне и почти ненавидит Маркоса… И ещё у неё нет детей. Она считает дочерью дочку твоей директрисы, но вот своих детей у неё нет и, скорее всего, не будет. А ведь в этом виноват Маркос.-- Мама, но ведь надо уметь прощать!

-- Странно, ты считаешь, что Маркоса должны простить за практически искалеченную жизнь, а сам до сих пор не можешь простить Пабло за его измену мне.-- А ты простила?-- Да.

-- И ты теперь будешь с ним?-- Нет. Я не могу быть ни с ним, ни с Маркосом, даже если бы мне очень этого хотелось.-- Это из-за того, что случилось с твоим лицом?-- Да, но не только из-за этого. Просто плохие люди, убившие Ману, Мию и Канделу, ещё живы. И я должна быть настороже. Всегда настороже…… Прошло 2 урока. Чуть больше 90-а минут, если учитывать перемену. Анхела всё это время с удивлением перелистывала выданный ей библиотекаршей учебник по музыке в ярком твёрдом переплёте. Она даже и не знала, что на то, чтобы описать, как нужно держать в руках гитару, требуется целая страница, причём это не считая экскурсов в историю по поводу того, как человечество пришло к тому, чтобы выступать на публике с гитарой именно в такой позе. Такого Анхела и в страшных снах не могла представить. Правда, уроки ей удалось провести, причём сравнительно спокойно, пользуясь выдержками из учебника, разные главы которого были рассчитаны на разные возрастные категории учеников. После ?крольчихи?, мучающей, по словам Анхеля, несчастных школьников скрипкой, Анхела Кабрас показалась ?полустудиозусам? идеалом преподавателя. Вдобавок ко всему, под конец первого урока Анхель попросил её сыграть на гитаре, которая легко нашлась среди школьного инвентаря, как и вышеупомянутая скрипка. Анхела, уже года три не бравшаяся за этот романтический инструмент, тем не менее, смогла выдать на нём довольно-таки сносную мелодию. Если честно, это была мелодия её собственной песни, песни Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, и являла собой прецедент того, как Марисса, рвавшая и метавшая после измены Пабло, проявила фантазию. Школьники, ожидавшие чего-то нудно-спокойно-классического и замершие в ожидании момента, когда надо будет затыкать уши руками от безобразной какофонии звуков, которую им тут устроила ?крольчиха?, аж заулыбались, услышав композицию. Кто такая Марисса Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, они знали. И не только из-за того, что песни Мариссы слушали их родители, что, в принципе, могло быть характерно для певицы, выступающей уже более 10-ти лет. Многие из них сами слушали эти песни. Что не говори, это было невероятно приятно.На втором уроке Анхелу также попросили сыграть. Видно, тут не обошлось без рассказов довольных первокурсников. И она снова исполнила мелодию своей песни. По щеке покатилась запоздалая слеза… Анхела беззвучно плакала, радуясь, что лицо скрыто маской.После второго урока Анхела Кабрас набросила плащ и собралась домой. Сегодня у неё уже не было занятий. Из соседней комнаты вышел Анхель, держащий под мышкой портфель.

-- А ты чего так рано, сын? – спросила Анхела.-- Ну, математичка заболела, а физручка вместе с директоршей куда-то умотали…-- И как же ты теперь домой доберёшься?-- Да просто. Пабло приедет и заберёт. А у тебя уже тоже нет занятий?-- Ага. Я свободна, как птица!.. Правда, я не думала, что можно ТАК изучать музыку. Когда я училась здесь, было хоть и гораздо строже, но и гораздо интереснее.-- Дядя Маркос тоже так говорил, -- кивнул мальчик.-- Давай я тебя провожу. Учитывая то, как ездит Пабло, он запросто может опоздать.

-- Это точно! Он умудряется попасть во все пробки города…За этой милой беседой их и застал Пабло. Он услышал только последние слова сына и усмехнулся:-- Уже посвящаешь людей в тонкости моего вождения, сынок?-- А почему бы и нет! Пабло, познакомься. Это моя новая преподавательница по музыке, сеньорита Кабрас. Она на уроке сыграла на гитаре мамину мелодию, ту самую, которую мама сама написала.Пабло вздрогнул. В голове его в очередной раз пронёсся облик гордой рыжеволосой женщины… Господи, когда же утихнет боль?!.. Он мотнул головой.-- Здравствуйте. Меня зовут Пабло Бустамантэ. Я отец Анхеля.-- Я это уже знаю, -- кивнула ему Анхела, не имея сил оторвать взгляд от этого голубоглазого блондина, сохранившего свою смазливую внешность, кружившую ей голову ещё в школьные годы. – Приятно познакомиться.-- Мне тоже.Пабло на секунду замер, вглядываясь пристально в женщину, стоящую перед ним. Не совсем сознавая, что говорит, он прошептал:-- У Вас очень красивые и знакомые глаза…Анхела вздрогнула. Те же самые слова чуть больше полутора часа назад сказал Маркос. И откуда это?! Что заставило и Агилара, и Бустамантэ узнать её уставшие от всего, еле живые, глаза?! Да, странно…Просто глаза. Едва выглядывающие в щёлочки театральной маски зрачки со слегка покрасневшими белками. Эти глаза очень сильно напоминали ему о том образе, который пару секунд назад промелькнул в его голове…Анхель переводивший взгляд с мамы на Пабло (он так и не смог себя заставить называть Пабло ?отцом?, хотя спокойно реагировал на то, как его называла так мама), застывших в форме живых статуй, нетерпеливо поглядывал на часы.Наконец, Пабло опомнился.-- У Вас на лице маска, -- сказал он. – Почему Вы носите её, если не секрет?И снова вопрос, похожий на тот, который задавал Маркос…-- Не секрет. Я попала в автокатастрофу. Моему лицу не помогла даже пластика.-- Извините… Я не должен был спрашивать Вас об этом…

-- Ничего страшного. Я уже давно не обижаюсь на подобные вопросы.К ним подошёл Маркос. Бросив презрительно-ненавистный взгляд на Бустамантэ, он еле заметно кивнул ему и спросил у Анхелы:-- Вы уже уходите?-- Да. У меня закончились занятия.-- Если хотите, я Вас отвезу. У меня как раз ?окно?.-- Да нет, не надо. У меня своя машина.-- Ладно, извините. Я, должно быть, прервал Вашу беседу, так не элегантно вклинившись в неё.-- Нет, мы уже обо всём поговорили. Я иду. До свиданья всем!Анхела Кабрас вцепилась обеими руками в собственную сумку и пулей вылетела из школы.Вслед ей донёслось нестройное трио:-- До встречи…Пабло и Маркос смотрели ей вслед. В их головах проносились образы Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ. Целый калейдоскоп картинок, начиная с того момента, как Марисса впервые пришла в школу ?Элитный путь?. Единственное, что объединяло их сегодняшнюю знакомую с Мариссой, это глаза и рыжие волосы. В душе на секунду даже промелькнула надежда… Но она быстро исчезла. Как могла Марисса остаться в живых после взрыва авто, если в салоне обнаружили обгоревшие останки?!.. Это уже из области фантастики или, как бы сказала Марисса, тупых америкосовских блокбастеров. Бред голодного тираннозавра!.. А жаль… В головах диким цунами прокатилась боль…Анхель переводил взгляд с Маркоса на Бустамантэ и улыбался. Они ничего не понимают!.. Как же это, оказывается, интересно, смотреть на взрослых мужчин, которые не знают того, что знает мальчик! Анхель понимал, что оба любят его маму, но вот только он не мог понять, кому из них она действительно нужна…… Анхела, вцепившись в руль чёрной ?Мицубиси Паджеро?, ехала по Буэнос-Айресу. Господи, что же это за день такой сегодня?!.. Маркос, Пабло… Один так изменился, что она аж пожалела, что встретила в своей жизни Бустамантэ, а второй заставил устыдиться этих мыслей… Оба заставили сердце скакать вверх-вниз, вверх-вниз!.. Как же хорошо, что они её не видят!.. Не дай Бог, ещё узнали бы не только глаза… Что бы тогда было!.. А ведь и понятно теперь, что Лухан всё же была частично права, обвиняя её… Может, ну её, эту работу, а?.. Нет, даже не думай!.. Ты ради кого сюда явилась? Ради Анхеля? Ну, вот и будь довольна! Сын тебя узнал, он тебя любит… Всё хорошо… А эти двое ничего не заподозрят, если, конечно, ты не будешь давать им повода… А ты не будешь, правда?!.. А так хочется… Всё, заткнись!.. Ты ещё тут сцену устройв стиле ?мыльной оперы?!.. Анхела дёрнулась, чуть приподняла маску, сплюнула через открытое окно и принялась лавировать среди потоков машин, чуть не врезавшись в вишнёвую ?Тойоту?…Прошло несколько недель. За то время Анхела Кабрас более-менее освоилась в роли преподавателя по музыке, побывала в своей бывшей комнате… Оранжевые стены навеяли воспоминания… Тупая ностальгия, в результате которой Анхела чуть не разрыдалась, сдерживаясь только из-за ехидного взгляда Лухан, вертящей в руке ключи от комнаты. Она вспомнила первый поцелуй с Пабло, их первое выступление в клубе, как она ссорилась с Мией… Всё это было таким далёким и таким спокойным… Хотя в те бунтарские времена не казалось, что кругом царит спокойствие… Тогда она была главной головной болью Марселя Дунофа и всех преподавателей, кроме Сантьяго… Тогда рядом с ней была совсем другая Лухан… Не такая, как сейчас… Всё меняется, к сожалению, и не все перемены происходят в лучшую сторону… Быть может, если бы они тогда не поехали на гастроли, а остались учиться на пятом курсе, всё было бы по-другому?!.. Кто знает?.. Анхела стиснула зубы, чтобы не выдать рыдания, накопившиеся в её душе, и вышла за дверь своей бывшей комнаты.

За это время она также не раз замечала странные взгляды Пабло и Маркоса, которые силились понять, в чём же, как говорится, тут соль. Она делала вид, что ничего не видит и не знает. Так было гораздо удобнее…… Лухан Линарес, закрывающая дверь за Анхелой Кабрас, также сдерживалась. Нет, плакать ей не хотелось. Но было больно от того, что даже в таком вот безликом виде Марисса всё равно держит под каблуком мужчин. Надо было что-то делать… И Лухан даже знала, что именно!..