Часть вторая. Маска по принуждению (1/2)

… Прошёл год. Весь этот год Мануэля преследовали тени. Одни тени были чёрными, а вторая носила невыразительный серый оттенок. Чёрные тени активно пытались сжить Ману со свету, а серая тень всячески им препятствовала. По этой причине невыразительная женщина в чёрном была частым гостем больниц. Она, как могла, нейтрализовывала действие ядов, чуть ли не обнюхивала каждый сантиметр пространства, в котором пребывал Мануэль, на манер обнаружения взрывчатки… Пару раз её даже ранили. После этих двух раз женщина начала носить бронежилет, от которого сам Мануэль категорически отказывался. Он вообще считал, что такая забота излишня. Как говорится, чему быть, того не миновать! Но женщина не оставляла попыток защитить его…… -- Господи, да как он умудряется выкручиваться?! Что это у него за ангел-хранитель такой?!-- Это какое-то странное существо! Я ни разу не смогла рассмотреть толком, как оно выглядит, и я понятия не имею, откуда оно взялось и куда девается время от времени! Единственное, на что у меня возникли смутные подозрения, так это на то, что оно может быть женщиной!..-- ЖЕНЩИНОЙ?! Ерунда! Какая женщина смогла бы проделать такое?!-- Я знал одну. Правда, мы её уже успели убить.-- Мёртвые не воскресают! Скорее всего, Агиррэ просто сошёл с ума после смерти невесты, дочери и подруги и тайком нанял себе телохранителя!-- Да, по крайней мере, это кажется хоть немного логичным!..… Мануэль спокойно ехал по шоссе, как вдруг увидел, как на огромной скорости к нему приближаются 3 чёрных автомобиля. Из окна центральной тачки недвусмысленно высунулся автомат. Мануэль чертыхнулся. Трасса была абсолютно пустой, и это всячески способствовало таким вот чисто бандитским разборкам. Вдруг наперерез чёрным авто выскочил чёрный ?лимузин?, а за ним и белый бронированный ?БМВ?. ?Лимузин? перегородил дорогу преследователям и остановился. Из него выскочил юркий человечек, который умудрился скрыться в кустах на обочине прежде, чем в него начали стрелять. А ?БМВ? просигналило, мигнуло задними фарами и в два счёта догнало машину Ману. Боковое стекло опустилось, и водительница, кивнув ему, открыла дверь со стороны пассажира.-- Садись! Прыгай из своей тачки сюда!-- Ты с ума сошла?!-- Уже давно! А щас прыгай!-- Ты уверена?-- Господи, да некогда думать! Твою тачку они через пару секунд поднимут на воздух, а у моей есть хоть какой-то мизерный шанс на выживание!Послышалась стрельба. Пули действительно отскакивали от бронированных боков машины женщины. Пока из центральной тачки стреляли, две другие машины пытались своротить с дороги ?лимузин?.

Мануэль оглянулся на них, скрипнул зубами, схватил с сиденья сумку и прыгнул. Усевшись рядом с женщиной в чёрном, он сказал:-- Может, ты хоть щас скажешь, кто они такие?-- Ты ещё не понял? Три человека. Один ненавидит Пабло и любил меня, пока я не заставила его меня ненавидеть, второй ненавидит меня и с некоторым намёком на родственные чувства относится к Пабло, хотя всё равно его презирает, а третья ненавидит Мию и долгое время любила тебя. Кто это тогда может быть?-- Неужели…

-- О, наконец-то ты стал хоть что-то понимать. Я рада.

-- Но как могло всё зайти так далеко?!-- Они слишком долго думали об этом, и мысли свели их с ума!-- Но как ты это поняла?-- Я встречалась с одним из них. Он сам не утерпел и явился. Так я однажды случайно услышала его разговор по телефону… Он думал, что я сплю… Я не спала. Ну, а дальше всё пошло по наклонной…Она не договорила. Их ?эскорт? таки вывернул ?лимузин? на обочину и теперь в полном составе двинулся за ними, аккуратно обойдя машину Ману. Женщина чертыхнулась. Даже с бронированной обшивкой стояла угроза пробитых колёс. Она утопила педаль газа, пытаясь как можно сильнее оторваться от них. Но, как оказалось, этого хватило ненадолго. Автоматчик в чёрных очках таки достал заднее колесо, и машину занесло. Их несло прямо вниз, к обрыву, прочь с дороги.Женщина в последний раз попыталась вывернуть машину на дорогу, а потом вдруг не удержала равновесие, стукнулась головой о руль и потеряла сознание. Мануэль выругался. Это точно был конец! Машина летела вниз. Вдруг что-то треснуло, и тачка начала активно возгораться. ?БМВ? грозил взрыв. Ману глянул на почти безжизненное тело женщины в чёрном, прошептал ?души бессмертны? и, с трудом открыв дверцу со стороны водителя, вытолкнул её прочь. Он сделал это как раз вовремя. В следующую секунду ?БМВ? взорвался. Женщину охватило пламя, а ударная волна от взрыва прокатила её несколько метров по земле. Но она ещё была жива, она ещё с трудом дышала, вот только лицо её, объятое огнём, теперь больше походило на страшную маску…… -- Наконец-то! Всё-таки она не смогла соперничать против нас!-- Ты думаешь, она погибла вместе с ним?-- Конечно! А как бы она выбралась? Времени практически не было!-- Тогда хорошо!.. А с последним, пожалуй, повременим. Мальчик-то ни в чём не виноват. Он не заслуживает на сиротство…… Она открыла глаза. Над ней склонились люди в белых халатах.

-- Что со мной? --спросила она.

-- Вы попали в автокатастрофу, дорогая. Просто чудо, что вы выжили.-- А-а-а… -- она начала понимать. – А больше там не было никого? Рядом с местом аварии не спасли ещё одного человека?-- Нет, приехавшие спасатели обнаружили в сгоревшей машине только тело. Предположительно, мужского пола.-- Чёрт! Я всё-таки не смогла его спасти!..-- Вы знаете, кто это был?-- Конечно! Его звали Мануэль Агиррэ. Он снимал мелодрамы.

-- А себя Вы помните? Документов мы не нашли, так что…-- Я знаю, как меня зовут. Моё имя – Анхела Кабрас. Вы не ответили на мой вопрос. В каком я состоянии?-- Ну… Вы можете практически свободно передвигаться, голосовые связки, как Вы поняли, тоже в норме, но вот кожа… Даже 10 пластических операций не гарантируют восстановление Вашего лица полностью. По крайней мере, сейчас это не возможно. Да и есть ли у Вас деньги, чтобы всё это оплатить…-- Деньги у меня есть, -- она вздохнула. – Вы можете дать мне телефон? Я хочу позвонить в банк, чтобы мне выдали необходимую сумму.-- Но как?..-- Просто. Есть такая штука, как голосовой пароль (примечание автора: я понятия не имею, существует ли на самом деле система выдачи денег по так званому голосовому паролю; если нет, то прошу меня извинить и считать вышеназванную систему существующей и действующей только в рамках данного произведения!). Вы дадите мне телефон? Или мои руки не могут двигаться?

-- Нет, по идее, Вы должны быть в состоянии двигать руками. Сейчас…Она набрала наизусть заученный номер.

-- Здравствуйте. Мне нужно снять деньги со счёта. Меня зовут Анхела Кабрас.-- Пароль?-- Si me vas a olvidar (примечание автора: ?Si me vas a olvidar? -- название песни Камиллы Бордонабы, сыгравшей роль Мариссы в сериале ?Мятежный путь? и фильме ?Четыре дороги?; здесь это, соответственно, название сольной песни самой Мариссы!).

-- Правильно. Куда Вам привезти деньги и сколько?

Женщина спросила у врачей, в какой именно больнице она находится и в какую сумму, хотя бы приблизительно, обойдутся пластические операции для хотя бы частичного восстановления лица. Когда ей ответили, она назвала адрес клиники служащей банка и попросила предоставить сумму в 1,5 раз больше, чем было необходимо. У неё было много денег…… Экспертиза определила, что в машине сгорел действительно Мануэль Агиррэ. Женщина сделала копию результатов экспертизы, написала внизу синей ручкой несколько слов и отправила этот листок в конверте с курьером по адресу офиса Пабло Бустамантэ…… Пабло сидел в кабинете и перечитывал только что составленный контракт с молоденькой голосистой особой, как секретарша сунула нос в комнату.-- Сеньор Бустамантэ, Вам письмо.-- От кого?-- Не знаю. Его принёс курьер.

-- Ну, ладно… Давай его сюда.

Пабло просмотрел листок в конверте и даже ущипнул себя, не в силах поверить, что то, о чём было там написано, было правдой. А там официальным текстом с печатью было заявлено, что Мануэль Агиррэ признан тем человеком, который разбился в белом ?БМВ? за городом. Внизу официального текста печатными буквами было написано: ?Пока что живи спокойно?. Что это значит? Угроза? Да нет, вроде не похоже… Просто констатация факта плюс… Плюс непонятно что…Пабло знал, что в последнее время, вернее, в этот последний год после смерти Мариссы Мануэль замкнулся в себе ещё больше, чем даже после смерти Мии. И тут его смерть… Кто послал ему это письмо? И что вообще происходит?! Из всей мятежной четвёрки остался он один! Мия, Марисса, а теперь ещё и Ману!.. Господи!.. А ведь Марисса действительно что-то знала!.. И где она теперь? На кладбище! Души бессмертны… Господи, да где же они, души-то эти?! Куда делся практически весь ?Эррэвэй??! Кому понадобилось сжить со свету, в принципе, никому особо не докучавших людей?! Голова, отмахнувшись от этой кучи нагромождённых друг на друга вопросов, выдала чисто шекспировское и страшно банальное: ?Что делать?? На это раздражённый мозг ответил в чисто Мариссином стиле: ?С пальмы ляпнулся, супермен?! Снять, блин, трусы и бегать!? Всё. Хватит. Ещё немного такого мысленного бреда и он начнёт продюсировать зелёных человечков и белочек в психушке!Зазвонил телефон. Пабло мотнул головой и взял трубку:-- Алло.-- Здравствуйте. Вы Пабло Бустамантэ?-- Да, это я.-- Ваша секретарша звонила нам. Мы уже всё приготовили.-- Приготовили? К чему приготовили?-- Как к чему? К похоронам Мануэля Агиррэ. Останки уже забрали с места аварии и гроб нашли… Мы понимаем, что у Вас траур… Извините, если помешали. И спасибо за то, что оплатили вдвойне заказ.-- Оплатил заказ?-- Ну, да. Курьер от Вашего имени принёс деньги. Мы ценим таких щедрых клиентов, как Вы, сеньор Бустамантэ. На сколько желаете начать церемонию похорон?-- Э-э-э… А можно на завтра? Часа на три дня?-- Вообще-то мы думали сегодня… Но слово клиента для нас закон. Мы всё сделаем в лучшем виде! Завтра в три часа на кладбище №1 Вы сможете по-человечески проститься с Вашим другом. Всего доброго!-- Ага, всего…Пабло положил трубку. Нет, это уже переходит все границы! Кто от его имени распорядился насчёт похорон Ману?! Дурдом, блин! Ну, вот, он снова начинает думать в стиле Мариссы!.. Господи, Марисса Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, и почему ты умерла так не вовремя?! Хотя, разве можно умереть вовремя?.. Всё, на сегодня хватит! Контракт контрактом, но та молодая дурочка может и подождать… до послезавтра! А щас надо бы поехать домой, ?обрадовать? сына!..… Пабло, слегка пошатываясь, ввалился в дом. Анхель, сидящий перед телевизором, бросил на него угрюмо-ироничный взгляд.-- И по какому поводу ты напился?-- Я не пил, -- покачал головой Пабло. – Просто новость сегодня узнал такую, что чуть меня не свалила с ног.

-- Новость?-- Да… Сынок, трагедия случилась. Твой дядя Ману погиб.Мальчик вперил взгляд в одну точку и пробормотал:-- Мама говорила… Но почему так быстро?..-- Ты о чём? – удивился Пабло.-- Да так… Просто мама говорила, что с дядей может что-то плохое случиться, если плохие люди окончательно сойдут с ума!..-- А она говорила, кто эти люди?-- Нет. А ты не знаешь, кто они?-- Не знаю и не понимаю, что происходит!.. Кто-то организовал похороны Мануэля от моего имени… Сынок, мама тебе что-нибудь говорила обо всём этом? Расскажи, пожалуйста, всё, что ты об этом знаешь!Анхель пожал плечами.-- Да не знаю я ничего! А то, что мама сказала, она просила тебе не говорить! Я и так проболтался!.. А когда похороны дяди?-- Завтра. В 3 часа дня.-- Хорошо…… Когда на следующий день к Бустамантэ подходили люди, представляющиеся знакомыми Ману, и говорили, что он большой молодец, что всё это организовал и позвал их, Пабло уже даже надоело удивляться. Он просто стоял вдали от всех, наблюдая, как закрытый гроб опускают в могилу. Неизвестный, организовавший всё это, даже позаботился, чтобы Ману был похоронен рядом с Мией…Анхель с угрюмым интересом разглядывал незнакомых ему людей. Его детский взгляд выделил женщину в чёрном, стоящую возле самой могилы. Почему-то она напоминала ему маму, хотя лицо её было скрыто чёрными очками и шарфом. Женщина не подходила к ним. Она стояла, обхватив плечи руками и слегка склонившись над могилой. Очевидно, заметив взгляд Анхеля, женщина повернулась к нему и чуть заметно махнула правой рукой. Анхель улыбнулся. Теперь он был уверен, что мама жива! Он хотел было подойти к ней, но женщина в чёрном, словно угадав его намерение, предостерегающе подняла палец. Анхель кивнул и застыл на месте, снова расплывшись в улыбке.Его манёвры наконец заметил Пабло:-- Кому ты там улыбаешься?Анхель не ответил. Он смотрел на ту, которая, по его мнению, была его мамой. Когда Пабло, проследив взгляд сына, повернулся туда, то там уже никого не было. Женщина в чёрном исчезла так быстро, как и появилась…… -- Ну, вот и всё!.. Больше я не смогу Вам ничего сделать! Дальнейшее вмешательство в ближайшие полгода может вообще повредить Вам кожу!..-- Куда уж больше, -- угрюмо отозвалась женщина, разглядывая себя в круглом зеркале.Ну и ну! Не физия, блин, а маска из фильма ужасов! Семь бугристых шрамов – всё, что осталось от лица бывшей шоу-дивы!-- Не скажите, дорогая. Я видел и похуже за всю свою практику. Просто поменьше бывайте на людях, и всё будет в порядке! Благо, денег у Вас для этого предостаточно!

-- Да уж, мой банковский счёт Вы знаете, пожалуй, лучше, чем клятву Гиппократа! – усмехнулась женщина.-- А почему бы и нет? Иной раз бывает полезно запоминать длинные серии чисел.-- Ладно… А что Вы ещё мне можете посоветовать? Что я должна делать, чтобы меня не пугались люди, не так привыкшие к физическому уродству, как Вы? Я уже пару раз надевала очки и шарф, но не могу же я носить их вечно!-- А Вы попробуйте носить театральную маску! Есть же такие, похожие на кукольные!..-- Маску, говорите?.. А почему бы и нет! Хоть гардероб как-то обновлю!.. Спасибо Вам, доктор.

-- Не за что, дорогая. Попробуйте наведаться ко мне месяцев через 7-8. Авось, рискнём и сможем Вам ещё какой-нибудь шрамик удалить!-- Вот это было бы неплохо… Хотя… Мне, в принципе, уже не так и важна моя внешность.-- О чём Вы говорите, дорогая?! Да для каждой особы любого пола внешность – первое дело!

-- Это если эта самая особа кому-то нужна. А я не нужна уже никому. Я похоронила друзей, а любовь оставила ради его же блага.-- Зря Вы так, дорогая, зря… Впрочем, я не психолог, а пластический хирург и не стану докучать Вам нотациями по поводу того, что Вы можете делать, а что – нет.

-- Вот это правильно. Каждый должен заниматься своим делом, -- женщина улыбнулась, нацепила пресловутые шарф с очками и вышла из кабинета врача.На похороны Ману она рискнула явиться полностью обезображенной, скрыв всё тело одеждой. Даже на руках были длинные чёрные перчатки. Но после похорон она решилась на пластику. Больше всего пострадало лицо, хотя, если говорить честно, от души вообще практически ничего не осталось. Когда-то была Марисса Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ – бунтарка и кривляка, смешливая девчонка, а теперь от неё осталась только рваная оболочка, маска с ярлыком ?Анхела Кабрас?!.. Ну, ничего… Когда-нибудь всё это кончится, а вот благополучно или нет, одному Богу известно. Но она постарается сделать так, чтобы у этой запутанной истории таки наступил хэппи-энд, пусть и не для неё, но хотя бы для Пабло и Анхеля – самых дорогих ей людей, оставшихся в живых. Дорогими для неё были и Мартин с Соней, и даже Фабрицио, но все они уже успели уйти в мир иной. Соня это сделала в день её похорон, скончавшись от инфаркта, Мартин тоже не выдержал известия о её смерти и попросту спрыгнул вниз с высотки, а Фабрицио, даже не зная ни о чём, был убит киллером, которого нанял его соперник по бизнесу. Господи, пусть простят ей её поступок отец с матерью! Она хотела, как лучше!.. Примерно полгода Анхела Кабрас выбиралась в свет только в случае крайней необходимости. ?Жучок?, надёжно установленный ещё при официальной жизни Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ, позволял ей следить за главным, так сказать, злодеем, не выходя из дома. ?Прослушка? была высококлассная! Как могла понять Анхела, в ближайшее время Пабло не собирались ликвидировать. Просто из-за сына. И это было хорошо. Сеньорита Кабрас потихоньку свыкалась с театральной маской, позволяющей ей вызывать у людей только лишь лёгкое изумление, а не чисто животный испуг. Она только не могла свыкнуться с тем, что не видела Анхеля. Весь тот год, когда некая мстительная троица охотилась на Ману, она не думала о сыне просто из-за нехватки времени. Если бы те сволочные твари не решились пойти ва-банк, то она до сих пор бы и не задумывалась об Анхеле, просто удовлетворяясь пониманием того, что с ним всё хорошо, ведь Мануэль жив, а мстительная троица от своего никогда не отступается. Но, к сожалению, она тогда еле успела помешать им просто пристрелить Агиррэ на месте… Да и то!.. Миссия осталась не выполненной. В принципе, Анхела подозревала, что Ману просто сам решил спасти её. Она притворилась мёртвой ради того, что осталось от ?Эррэвэя?, а Ману решил, что ей надо всё-таки жить!.. Знал бы он, как она теперь живёт… Кабрас мотнула головой. Надо что-то делать! Как она может увидеть сына? Не у дома же его сторожить! Заподозрят ещё чего… Во! Есть вариант! Наведаться в его школу!.. Мысли о школе вызвали ностальгию. Собственно, из-за этой самой ностальгии, очевидно, Анхель и оказался в бывшем элитном колледже ?Элитный путь?. Анхела знала, что Пабло отдал его туда, хотя, в принципе, такое его деяние явно и абсолютно не соответствовало его статусу. Но не только он так сделал. Многие из бывших выпускников сего когда-то невероятно престижного заведения отдали своих детей туда. Да, о школе они помнили… А вот о людях, как это не странно звучит, забыли… Толи зависть, толи личные проблемы, толи ещё какая-то чепуха помешали бывшим однокурсникам Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ общаться с ней. Смешно сказать, но они даже на похороны к ней не явились! Впрочем, точно такой же была явка на прощание с Мией и Мануэлем. Нет, Анхела не обижалась. Она просто устала это делать… Глянув на часы, Кабрас решила прямо сейчас наведаться в ?Элитный путь?!..… Женщина в чёрном не спеша подошла к воротам бывшего своего учебного заведения с блёклой вывеской ?Elite way?. Интересно, носят ли здесь до сих пор форму?.. Она спокойно вошла в распахнутые настежь ворота. Охранник сидел в будке возле ворот и мирно подрёмывал. Да, дисциплиной вперемежку с Бласовой паранойей тут и не пахло!.. Женщина в чёрном уже подошла к крыльцу парадного входа, как дверь широко распахнулась и, чуть не сбив её с ног, по ступенькам вниз поскакала некая лохматая особа, отдалённо напоминающая представительницу женского пола. Лохматая личность помчалась вон, чуть не врезавшись в будку охранника. Анхела обалдела. Вот уж не думала, что кто-то ещё будет тут прыгать, да и ?крольчиха? было явно не девочкой, по крайней мере, по внешнему виду!..Следом за ней показалась чёрноволосая женщина в очках. Анхела предусмотрительно посторонилась, но женщина не стала прыгать по ступенькам. Увидев Кабрас, женщина повернулась к ней. Под толстым слоем макияжа и лёгким налётом морщиноказалась… Пилар Дуноф! Правда, сейчас, насколько знала Анхела, Пилар была замужем за Томасом и носила громкую двойную фамилию Дуноф-Эскурра.

-- Простите, -- обратилась к ней Пилар, бросив несколько удивлённый взгляд на маску, -- Вы, вероятно, хотите поговорить о поступлении Ваших детей в ?Элитный путь?? Вы не смотрите, что у нас тут люди, как сумасшедшие, бегают… У нас, знаете ли, знаменитости учатся! Вот, к примеру, сын Пабло Бустамантэ…

-- Простите, а кто была эта кроликообразная лохматая личность? Просто интересно.-- Пилар вздохнула.-- Что ж… Всё равно ведь узнаете… Это была наша преподаватель по музыке. Она не выдержала общения со школьниками и не выдержала сравнительно небольшого количества зарплаты. Теперь преподавателя по музыке у нас нет. Но Вы не думайте… Школа хорошая… Когда-то это был престижный колледж… Я тогда ещё тут училась…-- Если я не ошибаюсь, в Вашей школе училась и Марисса Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ…Лицо Дуноф-Эскурра на секунду исказилось.-- Что-то не так?-- Да нет, ничего особого…-- Тогда почему Вы так насупились при упоминании Мариссы? Вы же забыли о ней! Даже на похороны не пришёл никто!..Пилар осенила смутная догадка.-- Вы поэтому пришли сюда? Из-за неё? Хотели посыпать, как говорится, соль на рану?! Вы знали её?-- Отвечаю по порядку. Я пришла не совсем поэтому и не совсем из-за неё. Истязанием Вашей тонкой натуры я заниматься, в принципе, не собиралась. Да, я её знала. Я… э-э-э… некоторое время пела у неё на бэк-вокале. Я, знаете ли, музыкант. Хотя образования у меня музыкального нет. А если уж заговорили о Мариссе, то я, пожалуй, хотела бы получить ответ на один вопрос: почему? Зачем вы все, бывшие одноклассники-однокурсники Мариссы, так с ней обошлись?! Да и не только с ней… Ни Мия, ни Мануэль не удостоились чести лицезреть вас с небес на своих похоронах! Что случилось?!-- А Вы много знаете…-- Я, можно сказать, была лучшей подругой Мариссы в её последние 15 лет жизни, поэтому, да, она мне многое рассказывала. И я была на похоронах Мии, на похоронах её дочери Канделы… Я, в образ не зная, кто такой Мануэль Агиррэ, всё равно пришла на его похороны, ведь он был другом Мариссы! Это понятно?!Пилар понурила голову.-- Хоть как мне не больно всё это слышать, но я понимаю, что Ваши упрёки абсолютно справедливы… Да, весь курс, на котором учился ?Эррэвэй?, отказался от общения с ним. Наверное, это была просто зависть. Своей поездкой они поставили себя выше других…-- И при всём этом лицемерии Анхель всё же учится тут…-- Да… Пабло сделал это, как он сказал, в память о Мариссе и о тех счастливых минутах, которые были у него с ней здесь. Да и ?Эррэвэй? сложился здесь…-- И здесь же произошло одно из главных предательств в жизни Мариссы!..Пилар вдруг подняла голову.-- А знаете, Марисса не была совсем уж невинным ягнёнком. Есть поступок, несколько оправдывающий наше отношение к ней.-- Неужели?-- Да. И не надо сарказма.-- А чего надо?-- Ничего особенного. Просто пойдёмте со мной. Есть человек, который лучше меня знает всё то, что я хотела бы Вам сказать.-- И кто же это?-- Вы должны были слышать это имя от Мариссы, если, конечно, действительно были её подругой. Это Лухан Линарес.

Лухан? Странно… Причём тут она?..Но Пилар не ответила не немой вопрос Анхелы. Она требовательно взглянула на неё, готовая просто потащить за собой. Кабрас пожала плечами. Потом она кивнула ей и пошла за ней вглубь школы. Они шли медленно, и Анхела имела возможность увидеть то, какой стала школа после того, как она оттуда ушла. Ничего особого, никаких особых изменений во внутренностях заведения она, в принципе, не заметила, хотя и не особо присматривалась. Её покалеченную голову одолевали мысли о том, какое отношение может иметь Лухан к всеобщему презрению со стороны её бывшего курса. Ничего умного в голову не приходило. Правда, одна мыслишка всё же грызла, но женщина в чёрном отказывалась поддаваться влиянию этой мысли. Тоненькая ниточка в её голове тихонько выстукивала азбукой Морзе, что вся эта катавасия, если она касается Линарес, может быть связана с Маркосом Агиларом. Маркос – худенький очкарик, влюблённый в Мариссу ещё тогда, когда она была просто Спирито… Потом, правда, он, кажется, одумался… Остаётся только надеяться, что голова после автокатастрофы отказалась мыслить здраво чаще, чем раз в сутки, и мысли о Маркосе – всего лишь тупые пережитки прошлого…

Пилар дошла до спортзала и открыла тяжёлую дверь, являющуюся, по сути, ещё одним спортивным снарядом, слабо доступным для таких хлюпиков, как ботаник Агилар. Всё, хватит!.. Анхела мотнула головой и вошла вслед за Пилар. Спортзал был практически пуст. Только у дальней стены его теплилась жизнь… Анхела аж вздрогнула, увидев, какой была эта жизнь. Когда-то это была невысокая дворовая девчонка с идиотскими косичками и наивным взглядом записной хулиганки, а теперь… Время было практически не властно над Пилар, но вот, видимо, над Лухан Линарес оно решило потрудиться, пусть даже и угробив самое себя. На полу, скрючившись, сидела насквозь прокуренная личность из тех, о которых говорят, мол, морда кирпича просит. Невинные замечания насчёт Лухан, когда она была школьницей, о том, что она напоминала парня, сейчас были настолько правдивы, что Кабрас даже хотелось зажмуриться от такой правды. Правда, парня Линарес не особо напоминала. Скорее она была похожа на ?бычью шею? из фильмов о русской мафии. Анхела как-то смотрела один такой. Он назывался ?Бригада?. Лухан напоминала того боксёра средней руки, которому так и не удалось победить. Кажется, его звали Фил. Правда, непонятно было, кому предана Лухан. Не было заметно в её глазах верности хоть кому-нибудь. Казалось, у неё не было ни своей бригады, пусть и пропитанной слегка напускным криминалом, ни вообще каких либо идеалов… Вместе с тем существо, сидящее на полу спортзала, несло слишком тяжёлый для него, приторный и слегка насмешливый, отпечаток женственности. От Линарес несло не только дешевым табаком, но и тонкими и слегка пошловатыми духами от какого-то француза с трудно произносимым для коренной аргентинки, не учившей один из самых распространенных, после английского, язык Старого света, именем. На скуле красовался не только синяк, но и белый след от крема, призванного закрашивать такие вот ?последствия жизни?. Тонкие губы, посиневшие от такой практически животной жизни, стыдливо прикрывали свою синеву несколькими мазками дорогой помады. Тени, больше, правда, похожие на следы от удара, вызывающе сверкали на невыразительных веках. Волосы, растрёпанные до невозможности, тем не менее, очевидно, знали, что такое шампунь и гель для волос. Сквозь грязь на обкусанных ногтях пробивался ненавязчивый розовый лак, выдававший своё присутствие хмурым насмешливым блёском, что было особенно заметно возле кутикул, едва, правда, подозревавших о том, что их могут ровнять и обрезать. В ушах хмурились потемневшие от времени тяжёлые золотые серьги. Но всё это напускное ?великолепие? перечёркивали глаза. В тёмных блёкловатых зрачках горел звериный гнев. Гнев не только к посторонним, нагло ворвавшимся в её мир, но и к самой себе. Ещё там был страх… Он пробивался сквозь тяжёлую броню средневекового разбойника, которого в те времена почему-то называли рыцарем. В уголках глаз, едва выглядывая в просветы между страхом и гневом, жило страдание. Оно было искренним, слишком искренним для этого жалкого подобия русского боксёра-бандита из фильма вперемежку с потерянной для высшего общества особой подчёркнуто женского пола… Лухан сидела на полу и курила. В тонких её, хоть и слегка грубоватых, пальцах ходором ходила дешёвая сигарета малоизвестной обществу марки. Другая рука была отброшена в сторону за ненадобностью и безжизненно висела плетью, прислонившись к так званой ?шведской стенке?. Ноги в замызганных кроссовках лениво вытянулись на деревянном покрытии спортзала, готовые в любую секунду вскочить и продемонстрировать какой-нибудь малоизвестный для непосвящённых приёмчик в стиле, например, капоэйры (примечание автора: капоэйра – боевое искусство, при котором руки не участвуют в схватке, использовалось, в первую очередь, рабами бразильских колонизаторов и, собственно, было придумано ими).

Целых три секунды Лухан Линарес разглядывала вошедших. Прищурившись, она с трудом опознала Пилар. Гнев в её глазах несколько смягчился. Но вот вторую особу, чьё лицо было скрыто театральной и такой ненавистной для Линарес маской, она не знала. Почему Пилар привела её? Задавать этот вопрос не хотелось, но Пилар сама сказала, решив не испытывать терпение Лухан.

-- Лухан, это… э-э-э… знакомая Мариссы. Она хочет узнать, почему ты не пришла на её похороны.

Всё три чувства, светившиеся в глазах Линарес, взорвались и начали кричать дикими голосами. Вот!.. Наступил этот момент…-- Пилар, уйди.-- Лухан, ты уверена?-- Я сказала, уйди.-- Хорошо.

Пилар кивнула Анхеле и ушла, негромко хлопнув дверью. В голове вновь застучали пресловутые точки-тире… Нет, успокойся! Всё может быть совсем по-другому!..-- Кто ты? – спросила Лухан, выпуская серую дымовую спираль изо рта.-- Моё имя тебе ни о чём не скажет. А кого ты сама видишь перед собой?-- Маску. Я вижу только чёртову насмешливую маску и больше никого.-- Хорошо. Значит, я – маска. А ты кто? Мне сказали, что ты можешь объяснить, почему Мариссу игнорировали однокурсники.-- Да, могу… Ты её знакомая, верно? Что ты знаешь о некоем Маркосе Агиларе?

Неужели всё-таки Маркос?..-- Что я о нём знаю? Марисса говорила, что это был умненький блёкловатый паренёк, влюблённый в Лухан Линарес. Получается, он был влюблён в тебя. Правда, некоторое время ему нравилась сама Марисса, но, к счастью, это быстро прошло…Лухан захохотала. У неё был грубый хриплый смех. Отсмеявшись, она затянулась и пробормотала:-- Неужели она и правда не понимала?..-- Ты о чём? – спросила Анхела, смутно уже догадываясь, что имела ввиду Линарес.Чёрт! Это же надо так!..Лухан докурила сигарету, бросила окурок в стоящую рядом пепельницу и шумно вздохнула.-- Всё просто… Всё слишком просто для того, чтобы быть таковым… Я так и не вышла замуж за Маркоса… Мы хотели пожениться после рождения ребёнка, а я не могла забеременеть… Слишком долго!.. А он смотрел по телевизору выступления Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ… Он с самого начала всё время включал её песни, её клипы…По началу вообще-то была просто обида на весь ?Эррэвэй? за то, что они так поступили… Мы-то все учились в школе весь пятый курс, а они… Но это было сначала… Маркос смотрел на меня – спортсменку, в перерывах между соревнованиями консультирующуюся со всеми возможными докторами насчёт того, как мне забеременеть – и переводил взгляд на яркую картинку, на которой скакала Марисса… Потом он мне сказал, что, оказывается, всё это время любил Мариссу, а я – так… Мол, он понимал, что Марисса его не любит, поэтому и решил обратить внимание на объект, активно пускающий слюни при его, Агилара, появлении… Он так и выразился… Он сказал то, что сказал, словами этой бунтующей певицы, и я сама повнимательнее пригляделась к экрану, на котором высвечивался очередной концерт сеньориты Спирито-Колуччи-Андрадэ… Она в это время уже успела развестись с Пабло и стала сеньоритой… Матерью-одиночкой с огромной энергией… А Маркос посмотрел на моё лицо, где высветилась крайняя степень растерянности, и снова это сказал… Ещё он сказал, что Марисса не такая мужеподобная, как я… Она ведь смогла родить ребёнка… Как мне было больно… А он, вблизи никогда не видя сына Мариссы, уже заочно любил его… Мальчик рос кудрявым блондином, в нём явно просвечивалась порода Бустамантэ, а Агилар заявил, что, оказывается, в этом ребёнке есть что-то и от него… Он ведь был другом Мариссы в школьные годы, вот и отложилось, так сказать… А он ведь был умнейшим человеком… Мы по-прежнему жили вместе, но уже, можно сказать, по привычке… Он не скрывал того, что хочет быть с Мариссой… Но он боялся… Он боялся поехать к ней и признаться… Марисса вела разгульную жизнь, обращая внимание только на племянницу и сына, а он боготворил её… Он говорил, что все эти гулянки – просто признак того, что Марисса – тоже человек… Я стала ненавидеть её… Ненавидеть просто за то, что Маркос, ложась в постель со мной, держал перед собой портрет Мариссы, вырезанный из журнала… Я ненавидела Мариссу Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ за то, что она тогда, на третьем курсе, влюбила в себя умненького блёкловатого паренька, как ты говоришь… Я верила, что она во всём виновата… Я обо всём этом рассказала нашему курсу… Они, отчаянно завидуя всему ?Эррэвэю?, включая даже погибшую Мию, переняли мою ненависть на себя… Правда, у них она превратилась просто в подлое безразличие… А потом я узнала, что таки забеременела… Я обрадовалась, я думала, что ребёнок сможет отвратить Маркоса от Мариссы… Я была уже на чётвёртом месяце… Я пока не говорила Маркосу, я боялась, что, не дай Бог, ещё сглажу… По фигуре ничего не было заметно… Я спускалась вниз… У нас был большой дом, настоящий особняк из тех, что показывают в сериалах… Лестница была большой и удобной… На ней лежал красивый персидский ковёр… Маркос сидел перед телевизором внизу… Там говорили о смерти Мариссы… Меня, спускающуюся по лестнице, он не замечал… Он сказал, ни к кому не обращаясь: ?Она даже умерла красиво…? Я, глядя на его мечтательное враз погрустневшее лицо, стояла, не в силах что либо сказать… Голова вдруг закружилась и я упала… Как потом оказалось, я потеряла ребёнка… Выкидыш… А Маркос стоял рядом и просто смотрел на меня… Он не винил себя в смерти нашего ребёнка… Он говорил, что я сама виновата… Он был со мной, пока я находилась в больнице… Он пропустил из-за этого похороны Мариссы… Я уже начала на что-то надеяться… Когда меня выписали, он привёз меня домой, потом пошёл наверх и собрал свои вещи в большой чемодан… Он сказал, что это – всё… Конец нашим и так невероятно натянутым отношениям… А я была готова на всё, лишь бы он был рядом… Раньше я ещё что-то говорила, пыталась скандалить, когда он в очередной раз глядел на скачущую по экрану Мариссу, но теперь я была согласна даже на то, чтобы он устроил дома святилище Мариссы Пиа Спирито-Колуччи-Андрадэ… Лишь бы он был рядом, лишь бы рядом… А он ушёл… Ему было наплевать на мои чувства…

Лухан сидела на полу такая жалкая и злобная одновременно. Она сидела, вперив взгляд в стену напротив. По щекам текли слёзы. А ведь казалось, что её глаза не способны плакать… Лухан сглотнула и продолжила:-- Ему было наплевать на всё… Он ушёл, а я осталась в пустом особняке… Я долго сидела одна… Потом мне позвонила Пилар… Она сказала, что сегодня – похороны Томаса… Томас Эскурра – её муж и наш однокурсник – работал в полиции… Его убили на задании… У Пилар осталась чёрноволосая малышка Беатрис, его дочка… Я пришла на кладбище… Пилар увидела, какая я, и спросила, что со мной произошло… Я рассказала… Мы с Пилар были двумя одиночками… Пилар предложила преодолевать одиночество вместе… Мы поехали к ней домой… Уже через месяц Беатрис называла меня ?мапой?… Она ничего не говорила, у неё для её 6 лет ещё не хватало слов, но я для неё заменила отца… С Пилар мы стали лучшими подругами… Я не боюсь, что она предаст меня так, как это сделала Марисса… У меня появился какой-то смысл жизни… Пилар была директором школы ?Элитный путь?… Она сказала, что Пабло решил отдать Анхеля, сына Мариссы, сюда на обучение… Спустя месяц об этом узнал Маркос… Он бросил работу в престижнейшем заведении страны и попросил Пилар взять его в школу на работу физика… Пилар не решилась отказать… Меня она устроила сюда физруком… Она до сих пор надеется, что Маркос вспомнит о том, что он когда-то чувствовал ко мне… Она заставляет меня хоть как-то обращать внимание на мою внешность… Ты сама видишь, что из этого выходит… У меня много денег, Блас мне оставил столько, что я и за триста лет не потрачу… Я уже давно составила документ о наследстве… После моей смерти всё достанется Беатрис… Она заменила мне моего не рождённого ребёнка…

Лухан умолкла. Руки её тряслись. Анхела смотрела на неё и пыталась переварить то, что сказала Линарес. Господи, от её, Мариссиной, внешности одни проблемы… Анхела сказала:-- Если ты хочешь, можешь ударить меня… Я ведь подруга Мариссы и способна ответить за неё, хотя она и не подозревала о том, что стала причиной трагедии… Ударь меня с такой силой, с какой хотела бы ударить её!..Лухан покачала головой.-- Я не могу ударить тебя… Ты – никто, на тебе эта чёртова маска…Анхела стащила с лица театральный кусок пластмассы вперемежку с картоном.-- Теперь ты можешь меня ударить?Лухан в изумлении уставилась на обезображенное лицо Анхелы Кабрас.-- Сейчас, как видишь, на мне тоже маска, но эту маску я, к сожалению, не могу снять! Видишь, какой я стала, Лухан?! Ты проклинала меня за своего ребёнка и загубленную жизнь, а я выжила… Так ударь меня, отомсти за то, что случилось с тобой!.. Я не буду сопротивляться!