ЧАСТЬ 10. Клон-3, или В лабиринтах любви (1/2)

ЧАСТЬ 101. Глава 1. ЧАСТЬ 10. Фанфик Клон-3.Фатима в развалинах.

Саид двигался к касьбе следом за дядей Абдулом,спешившим к появившемуся в пустомдверном проеме мужчине. Пожилой бербер в синей джеллабе и черной чалме жестами звал за собой. Возле крепости толпились и другие торговцы с верблюжьего рынка, который располагался неподалеку. Именно там дядя Али нашел людей, согласившихся участвовать в поисках пропавшей родственницы сида Али.- Нашли? Вы нашли эту одалиску? Где она? – возбужденно вопрошал сид Абдул, вертя по сторонам головой. Старик переступил каменный порог и оказался внутри одного из помещений нижнего этажа старинной крепости.Войдя вслед за ним, Саид осмотрелся: вокруг только глинобитные стены, с которых осыпался песок и мелкие камешки.Коридор с многочисленными арками уходил вправо и влево, образуя живописную перспективу в обе стороны.

И вот по этому коридору двое мужчин вели вырывавшуюся изо всех сил Фатиму.

- Отпустите меня! Саид! Где Саид? Отпустите! Немедленно! Где мой муж – донесся до Саида голос разгневанный жены.

Сид Абдул оживился, сжав кулаки и направляясь к ним навстречу.- Одалиска!Держите ее крепче, чтобы она не смогла от вас вырваться. Сейчас мы к вам подойдем, пусть ее муж увидит всё собственными глазами, - суетился старик.Саид ничего не понимал. В чем дело? Почему Фатиму насильно тащат по узкому коридору крепости? Неужели она пыталась скрыться,сбежать?! Этого не может быть. Нет, это какое-то недоразумение!Тем временем Фатима заметила Саида и снова попыталась вырваться, изворачиваясь и пинаясь.- Саид! Забери меня, прикажи, чтобы они меня отпустили! – пытаясь выдернуть из крепких мужских рукто одну, то другую руку. Но ничего не получалось.- Одалиска! Одалиска! – едва не подпрыгивал вокруг пойманной женщины и схвативших ее мужчин сид Абдул. – И не пытайся вырваться, тебе это не удастся!- Саид! Помоги мне! Я не знаю, что им от меня надо, не понимаю!

Саид подал знак.- Отпустите мою жену, - медленно произнес Саид, с недоумением оглядывая испачканную одежду Фатимы. И волосы, и лицо тоже были покрыты песчаной пылью.- Саид, разберись с ней, разберись! Спроси, что она вчера здесь делала, одна, в коридорах этой крепости? Разве это такое место, где может прогуливаться замужняя женщина, имеющая уважаемого мужа?- Дядя Абдул! Перестаньте... Иди ко мне, Фатима! – приказал он, протягивая ей руку.

Фатима, хромая, тут же сделала несколько шагов в его сторону,едва берберы её отпустили. Она прильнула к груди мужа и жалобно сказала:- Саид, почему меня схватили, как преступницу? Я заблудилась и могла погибнуть. Я несколько часов бродила по этажам крепости и никак не могла найти выход. Разве меня не искали?Вместо того, чтобы помочь мне выбраться из этого ужасного места, настоящего лабиринта, меня грубо схватили какие-то люди и поволокли неизвестно куда!- Не переживай больше, я с тобой, - успокаивая Фатиму, проговорил Саид, гладя ее по волосам.

Рядом стоял дядя Абдул, удивленно раскрыв рот. Он силился что-то сказать, но, видимо, от возмущения не мог подобрать нужные слова.- Аллах! Это видят мои глаза? Он ее ещё и жалеет, вместо того, чтобы наказать, и немедленно!- Саид, я так испугалась.Даже решила, что мне никогда не удастся вновь выбраться из развалин, - вглядываясь в лицо мужа, продолжала жаловаться испуганная Фатима.

- Для чего ты отправилась в касьбу? Фатима, объясни мне! – спросил он, заглянув ей в глаза.- Саид, мне стало любопытно. Старинное сооружение, древняя крепость…. Но я и представить не могла, что она такая огромная, а внутри всё настолько запутано. Переходы, комнаты, лестницы вверх-вниз с этажа на этаж… А там, где я хотела пройти, в некоторых местах оказывались на пути провалы, и мне становилось страшно от мысли, что пол подо мной может провалиться в любую минуту.Дядя Абдул тут же приблизился к ней и обличительно погрозил пальцем.- Лгунья! Нам сказали, что тебя ищут уже с вечера! Тебя громко звали по имени, но ты не отзывалась! Ты затаилась, сделала это специально, чтобы тебя не нашли!

После слов дяди у Саида тоже закрались подобные подозрения. Но он молча смотрел на женщину, пытаясь понять, так ли это.- Неправда! Всё было не так, - сердито отозвалась Фатима, оторвав голову от груди Саида. - Я не слышала ничьих голосов, потому что сама пробиралась по длинным коридорам, а под ногами шуршали камни, и эхо шорохов гуляло по внутренним помещениям. А когда я решила выглянуть в оконный проем, то едва не вывалиласьс огромной высоты и очень испугалась. Я заметила внизу нескольких мужчин, и это тоже меня испугало: я ведь не знала, что они прибыли к крепости для того, чтобы найти меня. Я долго брела по коридорам, переходя из одного в другой. Несколько раз оказывалась в тупиках.

- Но почему ты не кричала? Не звала на помощь? Если не услышала ты, могли услышать тебя!- не унимался сид Абдул.- Я боялась кричать! Сначала я не понимала, что заблудилась, верила, что ещё немного – и я смогу выбраться. Но потом выбилась из сил, увидела из окна мужчин внизу и испугалась. Вдруг это оказались бы … бандиты?- И поэтому ты решила остаться на ночь в развалинах? Хорошее решение! – кипятился старик, тряся руками, в одной из которых были зажаты четки.- Но что мне оставалось делать? Саид, я не смогла выбраться не только из крепости, но и спуститься хотя бы на второй этаж. Я забрела на самый верхний этаж и оказалась в башне. И пока я бродила по комнатам, на улице стало стремительно темнеть. Уже не было и мыслей возвращаться по ночнымулицам незнакомого мне Феса.

- Да! А ночевать в развалинах среди холодных стен тебе было не страшно? – язвительно поддел ее Абдул.

- Мне пришлось там остаться.Куда же я могла пойти? В темноте я боялась оступиться и упасть в какой-нибудь провал. Поэтому не решилась двигаться дальше, осталась в одной из комнат, из оконного провала которой был виден Фес.

Абдул недоверчиво фыркнул, а Саид внимательно всматривался в лицо Фатимы.

- Саид, знаешь, я видела ночной Фес. Город лежал передо мной как на ладони, весь залитый светом уличных фонарей.Я стояла у окна и смотрела на море огней среди каменных домов, утыканных тарелками антенн. И только тогда я заметила, сколько в Фесе мечетей – с высоты крепости видны были многочисленные минареты, иглами проткнувшие ночное небо.

Саид выслушал ееи сказал:- Тебе не следовало приходить сюда, Фатима. Всё могло закончиться очень плохо. Ты могла пострадать…- Я и пострадала: подвернула ногу.На рассвете я проснулась от того, что мне показалось, будто откуда-то доносятся голоса. Ядаже различила своё имя. Поэтому так резко вскочила с места,что подвернула ногу. Боль была такой сильной, что я задохнулась и долго стояла, прислонившись к стене. А потом, сколько бы я не прислушивалась, ничегоне слышала.

- Но как же тебя смогли найти?- Я начала осторожно двигаться к лестнице из башни. Ты не представляешь, как мне было больно! Не пошла по коридору, а с трудом спустилась вниз по крутой лестнице на самый нижний этаж, надеясь только на то, что не окажусь случайно в подземелье, если оно здесь имеется, конечно.

- А потом? – спросил Саид, поглаживая Фатиму по волосам.

- На нижней площадке я осмотрелась: мне показалось, что я стояла на середине длинного коридора, можно было идти в обе стороны. Но я побрела в ту сторону, где, как мне показалось, должен быть выход.- Саид, пусть она скажет, для чего пришла в крепость? Как тебе в голову пришло, одалиска? – прервал женщину Абдул. – Для чего ты сюда отправилась? Отвечай, ты об этом нам так и не рассказала! Саид, она не ответила на этот вопрос!Видя, как злится сид Абдул, тем не менее, Фатима продолжила рассказ, проигнорировав вопрос старика:-Потом я почувствовала, что у меня всё сильнее болит лодыжка, и идти становится всё труднее из-за разболевшейся ноги. Я прислонилась к стене и решила немного отдохнуть, но как раз в этот момент в коридоре показались люди, которые, увидев меня, начали что-то кричать, подбежали ко мне, схватили, поволокли…

Фатима наклонилась, приподняла край платья и вытянула ступню.- Саид, у меня болит нога. Кажется, она распухла ещё сильнее. Как быть? Я не смогу идти так далеко – через весь город.- А о чем ты думала, когда собралась прогуляться по развалинам? Харам!– тут же упрекнул сид Абдул, резко повернулся к племяннику и сказал:- Саид, выясни, наконец, что твоей жене понадобилось в этом месте?- Фатима, отвечай, - потребовал и Саид, насторожившись после того, как жена проигнорировала вопросы дяди Абдула.- Саид, я же ответила на твой вопрос, - сказала женщина, удивленнопосмотрев на мужа. - Я всё уже объяснила: мне стало любопытно взглянуть на это романтичное место. Хадижа привезла фотографию крепости, куда, оказывается, они с Каримой ходилиещё в прошлый наш приезд в Фес. Мне так понравилась касьба, захотелось испытать те же чувства, которые пережила Хадижа, о чем она мне и рассказала.- С кем ты собиралась здесь встретиться? – закинул хитрый крючок старик. – Что это за мужчина вышел из касьбы, едва люди сида Али подошли к крепости?- Мужчина? – удивленно спросила она. – Какой мужчина? Откуда мне знать, кто бродил по крепости, кроме меня?- Абдул, это был местный пастух, - вмешался, наконец, сид Али, до этого момента дипломатично хранивший молчание. - Мне знаком сид Ясир. Его овцы то и дело забредают в коридоры касьбы, и он каждый день ищет их здесь. Он-то и подсказал, где могла быть Фатима. Только поэтому её так быстро и нашли сегодня.- Он подсказал? – живо подхватил Абдул. – А откуда он мог знать, что Фатима в крепости? Он видел её с кем-то? Это харам.- Фууууу…Абдул!Как с тобой трудно говорить! Ну с кем сид Ясир мог видеть жену Саида? Он пастух, крепость знает хорошо, потому что прожил рядом с этим местом всю жизнь. Он сказал мне, что заметил вчера вечером женщину в одном из окон и предположил, в какой части крепости следуетискать Фатиму,подсказал,куда она могла начать двигаться утром. Зачем ты высказываешь предположения, которые похожи на клевету? Когда у тебя нет доказательств, то твои слова становятся клеветой.

- Али, не вмешивайся! Аллах! Мне кажется, что не всё так просто. А помня, какое отношение имеет эта крепость к твоей племяннице Жади, боюсь предположить, как бы здесь не обошлось опять без какого-нибудь очередного Лукаса, которому взбрело в голову забрести в касьбу.- Дядя Абдул, прекратите! – вмешался Саид, испугавшись, что их спор слышит слишком много чужих ушей. – Моя жена нашлась – это главное. Ни о чем другом я не желаю знать. Не стоит строить пустых предположений. Пойдем, Фатима!

Он потянул женщину за руку, но стоило ей сделать пару шагов, как она тут же охнула и присела.- Моя нога!- Надо перевязать, а потом я найду для тебя осла, чтобы можно было добраться до дома.- Тебе не нужно искать осла, Саид. Ты сам – самый настоящий осел!Твоя жена не ночевала дома, а ты ее жалеешь! Мне стыдно за тебя, племянничек. Что за нравы у нынешней молодежи? Нет, каким бы жуликом не оказался Хасан, но я не могу не одобрить его отношение к женам.

- Абдул, клевета похожа на ком грязи: когда бросаешь его в кого-то, то и твои руки оказываются запачканными! – не мог успокоиться сид Али. Приятель Абдул предположил, что он, сид Али, может покрывать женские грехи? Заниматься сводничеством? Почему Абдул упомянул Лукаса?

Сид Али нахмурился и стоял, молча курил трубку, но потом развернулся и вышел из касьбы.А Саид сделал вид, что ничего не слышит. Он подхватил Фатиму на руки и тоже двинулся к выходу из крепости.

Женщина ахнула от неожиданности. Саид несет ее на руках?!- Саид, ты запачкалкостюм. Эта пыль такая въедливая, что тебе, скорее всего, придется выброситьэту одежду,как, впрочем, и мне мою, - переживала Фатима.На улице собрались люди сида Али и ждали дальнейших указаний. Сид Али что-то тихо сказал, и они начали расходиться.

Саид донес Фатиму до места, где стояли оставленные под присмотром Ахмета ослики, остановился и осторожно поставил ее на землю, а затем, поддерживая Фатиму,спросил:- Дядя Али, кто мог бы перевязать Фатиме ногу?Сид Али, успев забраться на осла, снова курил трубку. Белая ткань на его тюрбане выделялась ярким пятном на рыжем фоне глинобитных стен. Выпустив дым, старикответил:- Ахмет хорошо справится с этим. Ахмет, помоги ларе Фатиме.Пока слуга туго бинтовал женщине лодыжку платком, который она стянула с головы, появился сид Абдул и саркастически стал наблюдать за процедурой.

- Нет, Саид, тебя жизнь ничему не научила. Даже если твоя жена оказалась здесь случайно, ты обязан наказать её. А что сделал ты?- Дядя Абдул, не знаю, как Вам, но мне страшно хочется поскорее добраться до комнаты и лечь отдохнуть. Я был совершенно вымотан поездкой в Эс-Сувейру. А вместо отдыха пришлось заниматься поисками на далекой окраине города! Я устал.Что бы там ни было – потом разберусь. Садитесь на осла, нам стоит поскорее вернуться в риад.- Смотри, не пожалей потом, Саид, - предостерег сид Абдул, с помощью одного из молодых мужчин забираясь на ослика.

Потом он ткнул животное пятками в бока и, больше ни слова не говоря, направился в сторону Феса. Поэтому он не видел, как Саид нежно поцеловал Фатиму в лоб и сам помог ей сесть на мула, которого здесь же смог арендовать для поездки по медине. Счастливый хозяин животного тут же отправил с ними своего сына, который и повел его под узцы, а за ними бодро двигался сам Саид Рашид, решивший отказаться от ушастого транспорта.… Обессиливший Саид вместе со всеми добрался до дома сида Али, рассорившись по пути с дядей Абдулом, решившим в таком случае ехать прямо к себе домой, не заезжая в гостеприимный дом приятеля.

Саид, не смотря на усталость, зашел в комнату на первом этаже, где положили Фатиму, нога которой ещё сильнее опухла и покраснела.

Возле неё уже суетились служанки, и Карима была тут же. Пришла и Зорайдэ.- Зорайдэ, надо вызвать врача. Мне не нравится её нога.

- Конечно, так и сделаем, Саид. Но врач нужен не только Фатиме. У Рании поднялась температура. Она плачет от страха, опасаясь, что могла простудиться в доме Хасана так же, как его покойная жена. Но мы с Каримой сами осмотрели её – у Рании так исполосована плетью спина, что надо обязательно посоветоваться с врачом. И температуру, скорее всего, дало именно это. Карима обработала ее раны, как смогла. Но лучше пусть врач скажет, что делать дальше.- О чем ты говоришь, Зорайдэ? – нахмурился Саид. – Что значит – исполосована?

- Ранию наказали плетью. Ты не знал об этом? Она рассказала нам, что Хасан ее выпорол, как тольковывез из Феса несколько дней назад.-Выпорол?

- Да, у Рании вся спина в свежих рубцах. Они как не зажившие раны, ещё кровоточат и сильно болят.- Конечно, Зорайдэ, пусть Ранию осмотрит врач, - ответил Саид, подумав про себя, что рыбак-мужлан из Эс-Сувейры посмел позволить себе слишком многое. Но как далеко он смог зайти?- Конечно, Зорайдэ, пусть врач осмотрит обеих женщин, - повторил он. - Кстати, где сейчас Рания?

- Отдыхает в своей комнате.- Потом мне расскажете обо всем. А пока я хотел бы тоже отдохнуть.Поднимусь в комнату – я совершенно без сил.

- Конечно, Саид, тебе надо отдохнуть.Карима может принести чай и всё, что нужно к завтраку.- Нет, я не голоден, потом поем в столовой.- Саид! – позвала его Фатима с дивана, на который ее положили.

- Что,дорогая?- Саид, мы ещё вернемся в касьбу, чтобы сфотографироваться там вдвоем?

- Что?! – изумился Саид, не веря в услышанное.– Фатима, неужели тебе не хватило эмоций, если тебе хочется вернуться туда ещё раз?- Да, я ведь думала только о том, как бы мне выбраться, когда поняла, что заблудилась. Но вместе с тобой мы могли бы просто прогуляться по касьбе и всё осмотреть, рассмотреть … , сделать красивые романтичные фотографии. Почему нет?- Нет, Фатима, такие приключения не для меня.Фатима обиженно промолчала, отвернувшись в другую сторону и положив руку на живот поверх одеяла.- А где дядя Али? – спохватился Саид перед тем, как выйти из комнаты.- Сид Али отправился в красильню. Скоро сдавать товар торговцам, нужно проверить, всё ли в порядке.

- Понятно. Когда дядя Али вернется, мне надо с ним поговорить, нужно кое-что узнать о Хадиже.Он вышел из комнаты, а Зорайдэподумала: «Конечно, разговор коснется Хадижи.О чем ещё может так беспокоиться Саид? Да и Жади так часто звонит нам, что уже не знаешь, что ей ответить. Ведь мы и сами ничего не знаем о Хадиже!»На диване застонала укрытая легким одеялом Фатима.- Как больно, Карима!

- Не переживайте, лара Фатима, скоро врач придет! Она и Вашу ногу осмотрит, и лару Ранию тоже.- А что, Карима, Ранию уже привезли? Она вернулась? Она в доме?- Да, она в той комнате, где всегда останавливалась, когда приезжала в Марокко.Было видно, что обеим женщинам нестерпимо хочется посплетничать о Рании. Кариме – рассказать обо всем, что стало известно, а Фатиме – расспросить, ееразбирало любопытство. Но их чаяниям было не суждено сбыться. Зорайдэ не хотелось, чтобы Карима болтала лишнее о бывшей жене Саида. Она тут же нашла способ пресечь это:- Карима, принеси чай Фатиме. Принеси мятный чай с печеньем.- Но, Зорайдэ, я…- Иди, Карима, и не спорь со мной! Принеси чай и сладости. И скажи девушкам, чтобы принесли таз с водой и свежее полотенце – Фатима должна умыться перед приходом врача и вымыть руки перед завтраком.- Ах, какая же я грязная! Неужели я в таком виде ехала по всему Фесу? – ужаснулась женщина, осмотрев ладони. Вид был тот ещё: растрепавшиеся волосы,запылившееся платье, разбитая о камни мостовой обувь. Лицо тоже наверняка было покрыто грязью!Платком она пожертвовала, чтобы использовать его вместо бинта, а паранджуоставила в касьбе. Ехали через медину на обозрение всем жителям Феса.Фатима откинулась на подушки и тихо застонала. Опять всё не так, как ей хотелось бы. Она собиралась уговорить Саида вдвоем проехаться по побережью Марокко, только он и она… Ранию ведь теперь в расчет можно не брать: она больше не жена Саида. Но неужели нога, так некстати подвернутая, помешает ее планам? Кроме того, Фатима почувствовала, что её морозит. Видимо, ночь в развалинах не прошла для неё без последствий.«Всё равно не стоит упускать возможности побыть с Саидом вдвоем. Уговорю его поехать вместе в ту же Эс-Сувейру. Что-то мне подсказывает, что ему ещё раз придется там побывать».И ещё – ей захотелось увидеть Ранию, узнать, что с ней случилось.Она не собиралась издеваться над поверженной соперницей, но очень хотелось выяснить, какой теперь стала Рания. Ведь она потеряла всё: и мужа, и место первой жены, и дом. И судя по всему, она многое пережила. Стала ли Рания ещё злее, или жизнь изменила эту самоуверенную скандалистку?

Фатима закрыла глаза, и Зорайдэ вышла, видимо, решив, что жена Саида уснула. Но это было не так. Едва из кухни вернулась Карима с полным подносомразных блюд и чайником, как Фатима тут же села на диване и принялась за еду. Горячий чай, нарезанный сыр и нежное ореховое печенье оказались очень кстати: ведь Фатима ничего не ела со вчерашнего обеда! Она уже успела умыться и привести себя в порядок, и служанкиунесли таз с водой и грязное полотенце.

Женщины зашептались. Карима быстро-быстро начала рассказывать новости, торопясь, опасаясь, как быЗорайдэ снова не появилась в комнате и не прервала их беседу. Фатима кушала и с удовольствием и интересом внимала сплетням Каримы.- Ранию следует пожалеть, лара Фатима! Бедняжке выпало столько испытаний, прежде чем она снова стать женой сида Саида.- Женой Саида? – усмехнулась Фатима. – Никогда! Саид не женится на ней, если, как ты говоришь, он знает обо всём, что ты только что рассказала.

- Как – не женится? – заблестели от любопытства глаза служанки.- Вот так, - повела рукой Фатима. – Саиду не нужна женщина, с которой столько всего произошло. Кто знает, возможно, она окажется беременной отрыбака.

- Но она уверяет, что Хасан ее оговорил! Она так говорит! Карима слышала! Рания говорила об этом Зорайдэ, она говорила об этом и Кариме! – снова заговорила Карима, отзываясь о себе, как обычно,в третьем лице.- Если Рания беременна, то Саид сам отдаст ее рыбаку… как его имя? Хасан?- Да. Но Рания там больше не выдержит! Она сказала, что хотела даже сброситься с крепостной стены в океан, но только надежда на приезд Саида ее остановила. Нет, Кариме жалко лару Ранию!- Знаешь, Карима,Ранию ожидает не менее трудная жизнь и в доме Саида. Онне станет брать ее в жены, я в этом уверена. Но когда она вернется няней Мунира.Представь, каково ей будет, когда после статуса первой жены она окажется служанкой?- Как мне жаль Ранию! Как жаль!- Хм, Хадижа рассказывала, что Рания нисколько не жалела ее мать, когда Саид вернул Жади из Марокко в свой дом няней. Она издевалась над Жади, как могла.- Аллах наказал Ранию, Аллах справедлив! – запричитала Карима. - Карима помнит, как Рания ревновала Саида к Жади и даже прилетела в Марокко из Бразилии с грудным ребенком, когда узнала, что он отправился за Жади, чтобы снова на ней жениться. Я помню. Карима хорошо это помнит!- Вот видишь! Хадижа уверена, что это Рания в тот раз что-то сделала, чтобы отец передумал снова жениться на Жади. А ты не знаешь, что тогда между ними произошло?

Женщина пожала плечами. Она поправила край одеяла, подоткнув его под ноги Фатимы.- Вспомни! Карима, я спрашиваю потому, что Хадижа тогда была ещё маленькой, она ждала мать в Рио.Она рассказала мне, что была уверена – ее мать снова стала женой отца. Но этого не случилось. Если бы не Рания, Саид женился бы на Жади. Что сделала Рания, ты знаешь?Карима снова пожала плечами.- Не знаю, Фатима! Но я помню, что накануне дня заключения брака, когда должен был прийти шейх и совершить обряд, Жади зачем-то ходила в развалины касьбы. Это место всегда ее манило. И в тот день она тоже отправилась туда. Но дядя Али узнал об этом и пошел за ней следом. Что он там увидел, не знаю, но потом сид Али разговаривал с Саидом,и тот передумал жениться на Жади.- Карима, ты знаешь больше, чем рассказываешь. Я уверена в этом.- Нет, что Вы, лара Фатима! Я не знаю, не помню, я многое забыла, - отвела глаза в сторону служанка.- Карима! Говори! Это не просто любопытство. Я боюсь за себя. Если в тот раз Рания смогла уговорить Саида не жениться на Жади, то что ей мешает снова поступить так же: я побывала в крепости, и теперь Саид может развестись и со мной? Мне же надо знать, в чем дело? Чего мне опасаться?- Ну, не знаю. Карима плохо помнит, что было. Карима может ошибаться!

- Карима, говори! Что ты ещё знаешь?Кариму распирало желание рассказать обо всем. Она склонилась к Фатиме и прошептала:

- Я слышала разговор дяди Али и Саида. А до этого Рания кое-что сказала Саиду при Жади.

- Что она могла сказать? Ну не тяни, Карима!- с досадой попросила Фатима, откинув одеяло и поднимаясь с дивана. Но стоило ей встать на ноги, как она тут же вскрикнула от боли.

- Когда же моя нога заживет?- Вот придет врач и скажет, как лечить. Быстро поправитесь!- Карима, ну почему со мной всегда что-то происходит? В развалинах заблудилась, в Эс-Сувейру Саид меня не взял.

- Лара Фатима, не надо так говорить!Всё будет хорошо. Карима желает, чтобы всё было хорошо!

- Не верю! Ведь ты не желаешь даже рассказать мне, чем опасна Рания. Чего от нее ждать?Карима не выдержала. Оглянувшись на дверь, она быстро сказала:- Рания утверждала, что видела Лукаса. Саиду сказала, что видела, как Лукас заглянул во двор дома сида Али. Наверно, Жади искал. Представьте: Саид приехал к Жади, чтобы снова на ней жениться, а оказывается – и Лукас в Фесе.

- А это так и было?- Нет, это был не Лукас, а Лео. Младший брат Лукаса. Но тогда мы ничего о нем не знали. Разве что дядя Али знал. Карима не знала. Карима точно ничего про него не знала!- Лео? Кто такой Лео? Ах, да, - вспомнила вдруг Фатима парня, которого видела на праздникев особняке Леонидаса Ферраса.Она тогда удивилась, когда Иветти показала ей сыновей своего мужа: и двух своих малышей, и двух взрослых -Лукаса, мужа Жадии другого – Лео, который жил не с отцом, а где-то вообще в другом городе.

- Карима, при чем здесь Лео? Жади любила Лукаса, я так слышала.Или у неё ис Лео тоже были какие-то отношения?- Нет, нет, лара Фатима! – замахала на неё руками Карима. – Только о Лукасе и думала. Бедный сид Саид! Всего 10 лет и прожил спокойно с ларой Жади: когда Хадижа родилась и до тех пор, когда сид Саид решил переехать с семьей в Бразилию. А тамЖади снова встретилась с Лукасом. И всё.

- Вот как? – переспросила Фатима, впрочем, не удивившись. Знала эту историю от Хадижи.

- Но что произошло в развалинах? Тебе известно?- Не знаю. Но Жадипошла не на свидание. Проститься с развалинами хотела – это точно. Ведь это местно для нее имело особое значение. Здесь Жади встречалась с Лукасом, и не раз.

- И Саид знал об этом?- Узнал. Даже убить хотел однажды, когда Жади вернулась из крепости в костюме для танцев под паранджой.Тут уже сид Саид сам всё понял, а Жади ещё и подтвердила, что ходила в развалины и танцевала там для Лукаса, - закончила Карима почти шепотом и покачала головой.

- Жади танцевала для Лукаса в касьбе?! А в этом что-то есть…, - задумалась Фатима.- Да, танцевала. Но это раньше было, из-за этого сид Саид и развелся с матерью Хадижи, а потом и Ранию в жены взял. А ведь он так не хотел жениться, брать вторую жену.

- Нет, я всё же не поняла, что же случилось в развалинах? Должна быть серьезная причина, чтобы Саид решил отказатьсяот Жади.- Он не отказался. Просто не стал жениться, а забрал ее назад в Бразилию. Но как няню. При себе оставил. Не захотел отпускать. Карима всё поняла.

- Знаю я об этом! Карима! Ответишь ты или нет: что произошло в развалинах? Знаешь – так отвечай.

- Не знаю, лара Фатима. Карима точно ничего об этом не знает! Но Жади там могла увидеться с Лео. Думаю, они случайно там столкнулись. А сид Али увидел, как они встретились и разговаривали.Вот сид Али и решил, что Жади взялась за старое. Собралась замуж за Саида, а сама в развалины отправиласьс братом Лукаса встретиться. Не поверил он, что встреча была случайной!- Откуда ты узнала об этом? Ведь не сама же придумала, Карима?- Как можно? Карима ничего не придумывает! Карима слышала, как сид Али и Зорайдэ обсуждали . Зорайдэ сида Али просила объяснить, почему Саид отказался жениться. А так хотел, так хотел! Карима знает, что сид Саид ради этого и приехал.- Понятно! – подвела итог Фатима. Всё ей стало ясно, аразговор с Каримой ее уже утомил. С ней можно болтать до бесконечности, даже если нет темы.

- Пойду, лара Фатима, узнаю, почему врач задерживается. Или врача сначала к Рании отвели? Пойду, узнаю.- Иди, - отпустила Фатима, устраиваясь поудобнее на диване и поворачиваясь лицом к окну.Там на узорчатой деревянной полке в большой вазе стоял огромный букет. Солнце проникало сквозь забранное ажурной кованной решеткой окно и заливало светом букет. Поэтому каждый лепесток роз, выбившихся из букета, как будто светился.

- Красивые цветы. Как здорово: теперь Рания не посмеет срывать в нашем саду в Рио мои любимые розы.

Она теперь не первая жена! Кстати, раз так, то и врач должен сначала прийти к ней, а не к Рании.

Она прислушалась к голосам в соседней комнате.Вспомнила вдруг рассказ Каримы о том, как Жади в развалинахтанцевала для Лукаса.«Это отличная мысль! Почему бы мне тоже не станцевать там, но только для Саида? Уговорить его пойти со мной в касьбу, одену паранджу и костюм для танцев, а дойдя доверхнего этажа одной из башен, заведу Саида в пустую комнату, сброшу перед ним черное одеяние и начну танцевать. Представляю, какое у него будет лицо!» - Фатима едва не рассмеялась вслух, мысленно представив эту картину. «Или Саид разозлится? Вспомнит, как Жади ему изменяла в развалинах со своим бразильцем, сорвется и отвернется от меня. Еще решит, что я хочу ему напомнить о прошлом, что я издеваюсь над ним. Нет, не стоит этого делать, да и паранджу я в развалинах оставила.Потеряла где-то в той башне, когда ногу подвернула. Затея не удастся», - отказалась она от едва родившегося замысла.Потом в комнату вошла Карима, ведя за собой женщину, которая оказалась врачом.

- Лара Фатима, давайте Вашу ногу посмотрим, - предложила врач, присаживаясь на пуфик возле дивана.2. Глава 2. ЧАСТЬ 10. Фанфик. Рания в доме Али.…В это же время у себя в комнате Рания тоже лежала в постели. Из-за израненнойспины приходилось спать на животе. Это было очень неудобно. Но и днем Рания могла лежать только на боку – на одном или другом. Мазь, которой Карима смазала ей раны,не помогала. Рубцы болели и, кажется, совершенно не заживали.- Когда же придет врач? Зорайдэ сказала, что Саид велел вызвать врача для Фатимы. Она ногу подвернула. Подумаешь! Но неужели доктор сначала зайдет к этой мерзавке? У меня раны намного серьезнее, - возмущалась она по привычке, ещё не до конца осознав положение, в котором теперь оказалась.

То, что Саид приехал за ней вместе с Фатимой, было ей неприятно. Она ждала, что Фатима вот-вот зайдет к ней, чтобы посмеяться. Но как оказалось – Фатима наказаласебя, покалечив ногу в развалинах. Это даст некоторую отсрочку.

Она очень боялась увидеться с Фатимой. Это ведь будет их первая встреча после того, как Рания потеряла свое положение в семье, но и лишилась самой семьи.Теперь Фатима - вторая жена, а Рания – никто.- Я уже слышу ее голос: «Рания, теперь ты служанка, ты няня Мунира!»- разговаривала она сама с собой, представляя возможные сцены из предстоящей жизни в доме Саида.Морально это станет даже труднее вынести, чем то, что с ней случилось в доме Хасана. Обе жены Саида: и Фатима, и Зулейка отыграются за всё.

«Аллах! Пусть Саид купит мне и моему сыну дом, чтобы не видеть этих счастливиц! А ведь начни они меня унижать, я даже ответить им как следует не смогу. Придется молчать, иначе они настроят против меня Саида, и он снова вернет меня отцу», - приходила в ужас Рания.Когда в доме Хасана она мечтала вернуться в Рио хотя бы в качестве няни, то дом Саида казался ей раем, пусть и во многом потерянным, где у неё будет очень скромное место. Страстно желала вернуться, не задумывалась над тем, с чем ей придется столкнуться. Но теперь мелочи жизни перестали казаться таковыми, и она увидела проблемы,которые могут стать трудно преодолимыми.В комнату заглянула Карима.- Как ты, Рания? Врач уже в доме и скоро поднимется к тебе.- Что с Фатимой? – поинтересовалась она вместо ответа. - Где ее нашли?- В крепости. Она там заблудилась. Карима ее предупреждала, но она Кариму не послушалась. Фатима ночью простыла и ногу подвернула.

- Но зачем она туда пошла?- Хадижа расписала ей красоты этого места, и лара Фатима решила взглянуть на развалины. Сказала: это так романтично, так романтично! Все туристы так говорят.- Карима…- Карима больше ничего не знает. Кариме за доктором надо идти. Сейчас к тебе врач придет, Рания.- А где Саид? Он так и не зашел меня навестить.- Так… эээ…, Рания, сид Саид спит в своей комнате. Он так устал. Ему пришлось идти пешком через всю медину. Он даже от мятного чая отказался. Мне пора. А тебе принести чай и печенье? Финики и орешки?- Принеси, и хочется поболтать, Карима.- Принесу, Рания, как только смогу.И женщина тут же скрылась за дверью.- Не захотела рассказывать, а ведь знает, что с Фатимой случилось, - обиделась Рания. – Я даже рта не успела открыть, чтобы задать вопросы.Интересно: как Саид отнесся к проступку любимой жены? Как он ее наказал? Или как собирается наказать?Впрочем, то, что Саид поднялся отдыхать в комнату, оставив Фатиму в другой комнате, уже о многом сказало Рании. «Не может быть, чтобы Саида не разозлило поведение Фатимы. Неужели ее поступок не напомнил ему выходки Жади, когда она то и дело по разным причинам оказывалась в старой касьбе? Мог бы и с Фатимой развестись! Она всё равно ничего не потеряет: так и осталась бы второй женой», - думала Рания, вновь втягиваясь в семейную атмосферу.***…Вечером за столом собрались и хозяева дома, и гости. Рания сидела с прямой спиной, как будто проглотила палку.Так было легче переносить боль от незаживших рубцов, пусть после обработки ран, сделанной врачом,и стало немного легче.Здесь же сидела и Фатима. Прихрамывая, она добраласьиз соседней комнаты, расположенной рядом со столовой. Спустился и отдохнувшийСаид.

Никто не согласился, чтобы Карима принесла им ужин в комнату. У каждого была причина увидеть других обитателей дома.У Рании не было сил выносить неопределенность и ждать, что же будетс ней дальше. Выпив стаканчик чая и съев несколько фиников в своей комнате, она тоже решила поужинать вместе со всеми и скромно присела к столу, зная только то, что в доме сида Али она гостья, пока ещё – гостья, а не няня Мунира, не прислуга. Она ела молча, исподволь посматривая на Фатиму. Видимо, любимица Саида успела принять ванну,потому что волосы были очень чистыми и хорошо уложены.На жене Саида было надето новое красивое платье, закрытое, но явно европейское. Оно очень шло ей. Но самое главное, что приметила Рания – это новое украшение на шее Фатимы. Ещё три месяца назад у соперницы его точно не было.Рания с горечью вспомнила собственное ожерелье, которое она потеряла из-за своей самоуверенности, хотя сестра и предупреждала ее, предлагала оставить дорогое украшение хотя бы в доме родителей.А что теперь? Ей никогда в жизни больше не видать такой красивой и дорогой вещи!Саид станет и дальше покупать золото своим женам, но она не получит ничего. Теперь она не жена Саида Рашида. Аллах! Как она могла оказаться в подобном положении? Почему не вела себя осторожно? Чего ей не хватало в семье мужа? – пришло к Рании позднее раскаяние.«Как же мне вернуть расположение Саида? Как снова стать его женой?» - мысленно терзалась она.А Фатима, едва заметив бывшую соперницу,в упор, но молча довольно долго рассматривала Ранию. Осунувшееся лицо, ставшееболезненно бледным. Потускневшие волосы. Руки в ужасном состоянии.А какая на ней одежда! Карима сказала, что у Рании совсем не осталось собственных вещей. Пришлось им с Зорайдэискать сундук, в который, как помнили женщины, очень давно – ещё до Фатимы, со времен Жади! - Рания сложила и оставила в доме сида Али ненужные платья. Ведь в то время онабыла первой женой и могла позволить себе выброситьлюбую непонравившуюся одежду,а потом уговорить мужа купить новые вещи. А вот теперь ей пригодились и эти платья.

На Рании было надето светло-зеленое платье, сшитое в стиле «под кафтан». И никаких украшений. Ничего! Ни браслета, ни сережек, ни колец.Даже обручального кольца не было – и это удивительно:Фатиме казалось, что Рания ни за что в жизни не сняла бы обручальное кольцо. Но с другой стороны теперь она не жена Саида, и носить кольцо не может. И всё-таки это было не в ее натуре. Рания не могла добровольно снять кольцо. Неужели Саид указал ей на ее положение?

Впрочем, по путииз крепости Саид в разговоре с сидом Абдуломупоминал о том, что Рания лишилась своих украшений из-за временного мужа, который у неё отобрал золото и продал его, купив лодки и ещё что-то.Фатима невольно услышала их беседу.«Могу представить, каким ударом для Рании стала потеря украшений! Правда, сейчас она не кажется озабоченной отсутствием золота», -сделала вывод Фатима из наблюдений за бывшей первой женой. «Но это так странно и так не похоже на Ранию. Может, у неё и с головой что-то произошло? Память потеряла? Забыла о том, для чего ей даны пальцы, шея и уши?»Это было так удивительно – видеть притихшую Ранию, не требующую к своей персоне внимания, не выдвигающую никаких претензий.«Рада, наверно, что хотя бы так отделалась оттого рыбака, который тиранил её почти два месяца», - решила Фатима. От Каримы она узнала, что муж Рании сильно бил её, поэтому и понадобился врач. «Что может чувствовать женщина, которую отстегали плетью? Не только физическую боль, но и унижение.Как же это страшно!»

Но женщины не толькоукрадкой наблюдали друг за другом, но и не сводили глаз с Саида. А за столом оказался и сид Абдул, который всё-таки не вынес неизвестности и явился проведатьплемянника, с которым, к тому же,ему предстояло ещё многое обсудить. Но главное – ему хотелось выяснить,наказал ли Саид жену, или так всё и закончилось. Это не давало покоя старику. То, что Саид мог простить жену, казалось ему невероятным.Стол как всегда был полон разных вкусностей.Сид Абдул налегал на лепешки и таджин. Рания ела мало, но радовалась тому, что на столе не оказалось рыбы.Фатима с удовольствием перепробовала массу блюд, а Саид и дядя Абдул поглощали кушанья, не особо обращая внимание на то, что лежит у них на тарелках, ведя между собой беседу.

Разговор за столом, как и следовало ожидать, вернулся к теме развалин, которые так манили всех жен Саида.

- Для твоих жен, Саид, касьба как медом намазана. Осталось только Рании и Зулейке там побывать. Дочь твоя тоже…. Что там такого, что они все туда стремятся? – завелся сид Абдул.- Дядя Абдул, не преувеличивайте. Только для Жади это стало каким-то притягательным местом, а Хадижа ходила туда под влиянием рассказов матери, Фатима в свою очередь заинтересовалась после разговоров с Хадижей.- Сид Абдул, Фатиме и без того там страшно было, наверно. Для чего вспоминать о происшествии? – не удержалась лара Зорайдэ. Она подала знак служанкам нести в столовую подносы с очередными чайниками и стаканчиками. Выпечку только что поставили на небольшой столик рядом.

- Зорайдэ, ты когда-нибудь ночевала в крепости? Одна? Тебе могло бы прийти в голову отправиться в касьбу погулять? – не унимался старик.Зорайдэ отмахнулась: Абдула невозможно переспорить. Но вспомнилось, как однажды из-за Жади она осталась на улице ночного Феса. О, да, было и такое.И в развалины она приходила, разыскивала Жади. Как же давно это было! Как летит время.

Карима, разлив чай по стаканчикам,не удержалась и ляпнула:- Зато теперь Рания знает, куда ей бежать, если в Фес явится Хасан, чтобы украсть её. Да, Рания, он ведь тебе угрожал, что украдет тебя из дома сида Али? Угрожал? Кариме ты об этом рассказывала!- Что? О чем ты говоришь, Карима? – встревожившись, спросил сид Али.- Рания мне говорила, что жена Хасана ее предупредила:Хасан так просто от неё не откажется. Правда, Рания? Ведь говорила?- Карима! Твой длинный язык…, - начала упрекать служанку Зорайдэ.- Нет, Зорайдэ, это серьезное предупреждение. Теперь я понимаю, что Хасан и его семья – коварные и ненадежные люди, от которых можно ждать, что угодно.- Конечно, сид Али, Вы правы: ведь люди Хасана украли Ранию и насильно увезли ее из Вашего дома!- Карима, молчи! Иди на кухню, Карима! Иди, кому говорю! – рассердилась Зорайдэ на болтливую служанку.- А что Карима? Чуть что – сразу Карима! Карима только предупредить хотела: для Рании касьба – самое надежное укрытие, ведь Хасан не знает про касьбу, ему в голову не придет ее там искать! Карима уверена, что там Ранию Хасану не найти! И ..- Карима, вот чайник, забери все пустые чайники, отнеси на кухню. Иди, Карима!Наконец, женщина вняла словам хозяйки, взяла три серебряных заварникаи удалилась из комнаты.- Не думаю, что сид Надир позволит Хасану совершить что-то подобное, - отрезал сид Абдул.- Рания, тебе не стоит никого бояться. Даже если тебе понадобиться выйти на рынок за чем-либо, пойдешь вместе с Каримой, и я отправлю вместе с вами Ахмета. Ничего не бойся, ты под моей защитой. Тебя смогли схватить, потому что ты выбежала из дома.- Выбежала! Она решила сбежать от судьбы, а от нее не уйдешь, - встрял Абдул, - потому что тебя, Рания, и так решено было вернуть временному мужу, который забрал бы тебя с собой в Эс-Сувейру в любом случае – до прояснения ситуации с Саидом.- Рания, не слушай Кариму: тебе нечего делать в той крепости. Там опасно. То, что с Фатимой там ничего не случилось – это хорошо, но что, если бы в одном из переходов рухнуло на голову перекрытие? – подсказала Зорайдэ.- Пусть Фатима расскажет, что она чувствовала ночью, когда осталась одна во всей касьбе, без мужа! – снова закинул крючок старик Абдул, надеясь направить мысли Саида в правильное русло. За своевольный поступок Фатиму стоило наказать!- Расскажи, каково это – ночевать в развалинах? – повторил он.- Дядя Абдул, ночью в крепостисамым страшным для меня была мысль о том, что в темноте рядом со мной могут ползать какие-нибудь насекомыеили даже змеи. Но при мне не былони фонарика, ни свечи, ни спичек. Я же не собиралась там задерживаться до темноты, - рассказывала Фатима, которую Абдулу удалось втянуть в разговор.

- Самым страшным для тебя должны были быть мысли о том, что скажет тебе твой муж, когда узнает о твоих похождениях, - тут же поддел ее старик.- Я думала только о мерзких пауках, которые могли незаметно переползти на меня со стен, - как ни в чем не бывало, продолжала жена Саида.

Видя, что сид Абдул приготовился ответить и на эти слова женщины, но не желая, чтобы за столом накалялись страсти, сид Али сказал:- Знаешь ли ты, Фатима, что у нас, у мусульман, пауки – священные животные?

- Как это?- Легенда рассказывает, как однажды Мухаммеду пришлось спасаться от врагов. Он бежал через пустыню, и враги могли вот-вот догнать его. И тут на пути Пророка оказался пустой колодец.Мухаммед спрыгнул в него и притаился. Вскоре у колодца собрались преследователи. Поразмыслив,решили, что другого подходящего места для укрытия в округе нет. Значит, Мухаммед прячется в колодце.- А колодец-то затянут паутиной, - заметил один из воинов. Тут все посмотрели на паутину и поняли: раз она целая, то человека в колодце быть не может. И преследователи поехали дальше.Разумеется, они ошиблись. Просто паук успел быстро отремонтировать порванные Мухаммедом тенета и тем самым спас Пророка от врагов.После этого паук был зачислен в число священных животных.

Сида Али слушали внимательно и с удовольствием, как всегда, когда он рассказывал какую-либо притчу или историю из Корана.Сколько же сид Али знал их – на все случаи жизни. Зорайдэ была рада, что всеобщее внимание переключилось на ее мужа.

Она опасалась, что Абдул умело выведет Фатиму из себя, она ответит – и слово за слово – Саид будет вынужден наказать Фатиму за всё, что произошло в Фесе: за прогулку в развалины, так печально закончившуюся для всех, за неподобающий тон в разговоре с сидом Абдулом…К чему всё это? Ещё одна семейная драма?Если сид Абдул перессорит Саида с женой, так, пожалуй,у них не получится съездить в Мекнес навестить Хадижу.Дочь Жади замужем четыре месяца! И видели ее только на празднике, совсем недолго.Зорайдэ таила надежду, что в Мекнес Саид догадается и ее захватить с собой, чтобы она, Зорайдэ, цепким взглядом приметила каждую мелочь, чтобы потом составить впечатление о том, как живется Хадиже в семье мужа. На Фатиму надежды никакой: окажись она в доме Фарида, болтала бы с Хадижей о разном, но только не о том, что желает узнать о дочери и Жади, и они с сидом Али.

- Налить вам ещё чая? – спросила Зорайдэ сида Абдула, только чтобы он снова не принялся за свои расспросы. – У нас сегодня то печенье, которое Вы так любите.

Старик кивнул.- Карима,- обратилась Зорайдэ к успевшей вернуться служанке, - скажи девушкам на кухне, чтобы принесли поднос с печеньем. А тот, что на столике – переставь на общий стол.

-Бриуты! – восхитился Абдул, едва блюдо с румяными пирожками оказалось от него на расстоянии вытянутой руки.- Угощайтесь, сид Абдул. Зная, что Вы их любите, специально пекли.– Зорайдэ, откуда берутся такие заботливыехозяйки, как ты? Моя жена Дуния не желает ничего стряпать. Если бы не Нурия, то я умер бы с голоду, - тут же не упустил случая пожаловаться старик.- Так дайте Дунии развод, - посоветовала Зорайдэ.- Нееееет, не дам! Она ещё недостаточно перевоспитана, я никак не могу достучаться до неё. Дуния ещё долго будет жить в моем доме.- Для чего, сид Абдул? – спросила Зорайдэ.- Тогда терпи! – не удержался от совета и сид Али.

- Да, дядя Абдул. Если ваша временная жена так плохо заботится о Вас, для чего продолжать с ней какие-то отношения и надеяться на что-то? – вмешалась Карима.- Слава Аллаху, у меня есть моя верная Нурия! – сказал Абдул в ответ. – Она обо мне заботится. Кормит, ухаживает, балует меня вкусными вещами.- Но разве лара Нурия не живет сейчас в доме Лейлы? – поинтересовался сид Али.- Да, я ее туда отправил. За этими девчонками нужен хороший глаз. Иначе они разорят моего племянника.

- Дядя Абдул, вот кстати: завтра мы с Фатимой, если заживет ее нога, отправимся к Лейле. Навестим жену моего брата, заодно и познакомимся с ней поближе. Фатима, ты ведь не знакома с Лейлой?Я ее тоже не видел, даже когда приезжал к вам на праздник в июне.

- Я видела только фотографию девушки, - отозвалась Фатима.- Когда мы с тобой, Саид, недавно были в гостях у твоего брата,на первом этаже на столике возле дивана стояла фотография Лейлы. Я точно знаю, что это была она, потому что так ответила Халиса, жена Амина.- Вот как, - живо спросил Абдул, - значит, Латифа не убрала фотографию второй жены Мухамеда? А ведь я боялся, что случится именно так – Латифа станет бороться не только с Лейлой, но и с присутствием в доме ее фотоснимка.

-Ничего подобного:Латифе дела нет до фотографий этой девчонки. Право слово, я очень удивилась, что у твоего брата, Саид, такая молодая жена. Это же ещё ребенок. Ей лет 18, не больше! – поморщилась Фатима.

- Завтра мы увидим ее и поговорим и с ней, и с другой девушкой, которая живет с ней в одном доме. Дядя Абдул, как зовут родственницу Лейлы?- Ариба. Её имя – Ариба. Вот кого я должен был сосватать твоему брату! Не девушка, а настоящее золото! Она такая хозяйственная, такая культурная, воспитана в правильных традициях. А Лейла только портит свою родственницу. Думаю, надо скорее найти жениха Арибе, пока этот персик не загнил рядом с такой одалиской, как Лейла.

- Абдул, - укоризненно протянул сид Али, - как ты можешь так говорить о жене племянника, которую сам же ему и выбрал?- Да, я могу так говорить, потому что признаю: я ошибся! Но теперь меня заботит то, как я могу исправить ошибку. Арибу нужно выдать замуж, пока она не стала похожей на Лейлу! … Карима, налей мне ещё стакан чая!Карима тут же оказалась возле вредного гостя и выполнила его просьбу.- Но за кого Вы собираетесь сватать Арибу, сид Абдул? Икраму в жены Вы собирались сговоритьсестру Фарида Дайнаб.- Ээээ! … Икрам может взять двух жен! Ничего страшного, ведь у него есть право жениться на четырех женщинах!- Дядя Абдул,вряд ли Фарид захочет отдавать замуж сестру не первой женой и вообще- не единственной, - забеспокоился Саид.- Ариба может стать второй. Какая разница? Всё равно муж должен относиться ко всем женам одинаково во всем, чего бы это не касалось!- Абдул, оставь девушку в покое. Если Мухамед решит перевезти в Бразилию Лейлу с ребенком, когда он родится, то без помощи Арибы Лейле не управиться с домашними делами. Ты же сам говорил, что она ничего не умеет делать. А там – довольно большой дом, маленький ребенок, а если и Латифа настоит на разводе и уйдет жить в другой дом, то в каком положении окажется Мухамед? Арибе пока не стоит искать мужа, - сделал вывод Али.

- Эээээ, - снова возмущенно протянул сид Абдул.- Почему ты, Али, так уверен, что Латифа получит развод? Как ты можешь хотеть этого?Разве женщине хорошо жить одной, без мужа?

- Я не могу заставить Латифу снова полюбить твоего племянника, Абдул. А если Латифа от него уйдет, то и Амин с Халисой переедут жить в дом, который Мухамед купил для моей племянницы в качестве махра.- Что такое? Я ничего об этом не знаю! – удивился старик.- Я звонил Латифе, разговаривал с ней, она мне сказала о желании Амина и Халисы жить с ней вместе, и что сам Мухамед не против. Так Латифа не окажется одна в доме, а у Мухамеда будет шанс на примирение с Латифой. Он надеется, что сын уговорит мать помириться с отцом.

- Аллах!Что происходит за моей спиной?

Рания притихла и внимательно прислушивалась к разговору за столом. Вот сколько событий произошло в ее отсутствие. Она никак не могла принять то, что сама больше не принадлежит к этой семье. Теперь она – няня собственного сына. А значит – служанка. «Бимилляхи рахмани рахим! Аллах! Помоги мне снова стать одной из жен Саида!» - взмолилась Рания, не желая мириться со своей новой участью, а мечтая вернуть утраченное положение.

После ужина Саид отвел Ранию в сторону и сказал:- Я знаю, Рания, что ты лишилась всех вещей из-за Хасана. Я дам тебе деньги, чтобы ты вместе с Каримой могла сходить на рынок и купить в лавках медины всё, что тебе понадобится в те три месяца, когда ты будешь жить здесь, в доме дяди Али.

- Спасибо, Саид. Но меня беспокоит, как мой сын? Я хотела бы позвонить в Бразилию. Как я могу это сделать?

- Звони, я не стану тебе препятствовать в этом. И ещё – я куплю тебе сотовый телефон и положу на счет столько денег, чтобы ты могла звонить и Муниру, когда сочтешь нужным, и мне – если здесь, в Фесе, что-то случится. Я имею в виду – появление Хасана, или услышишь что-то о Хадиже. Ты должна мне об этом сообщить, поняла?- Да, Саид. Я всё поняла и буду делать так, как ты скажешь.- Я рад, что мы поняли друг друга. Деньги я занесу тебе утром, перед тем, как мы с Фатимой отправимся в дом к жене Мухамеда.

Саид кивнул ей и отошел к наблюдавшей за ними Фатиме. А Рания, оставшись одна, в смятении пыталась понять,как воспринимать то, что Саид решил дать ей деньги на покупку вещей. И как велика окажется сумма? Сможет ли Рания купить достойные ее платья, или она вынуждена будет ограничиться кафтанами из лавок медины? Но что интересно: Саид ни слова не сказал о золоте, без которого она осталась. «Мог бы возместить мне хотя бы деньгами сумму за утерянное мною золото. Я могла бы сама купить в ювелирной лавке украшения, которые меня устроили бы. Ведь Саид теперь не может покупать и дарить мне золото», - переживала она.- Карима, сможешь уговорить Зорайдэ, чтобы она отпустила тебя завтра со мной на медину?

- Знаю, Рания, я уже знаю: Саид дает тебе деньги на одежду.Конечно, дядя Али и Зорайдэ меня отпустят. Не волнуйся, Карима пойдет с тобой на медину, всё тебе купим! Карима любит ходить по рынку. Я люблю медину!Ночью Рании впервые после побега от Хасана приснился кошмар. Но в этот раз она была в крепости. Рания никогда не была в той касьбе, где так привычно когда-то чувствовала себя Жади, где ещё вчера побывала Фатима. Но столько лет прожив в доме родителей, она, конечно, видела развалины издали, не имея возможности побывать внутри.

Теперь, в ее странном сне, она с любопытством заглядывала во внутренние помещения разрушаемого временем старинного дворца. Только во сне касьба была не цвета песка, а белоснежной, как крепостные стены Эс-Сувейры. Как она оказалась в развалинах, Рания во сне так и не поняла, но в коридорах, по которым она пробиралась, клубился молочно-белый туман, сквозь который Рания шла неизвестно куда.Вдругпо левую руку из тумана вырисовалась дверь с красивой ручкой и изящной медной резьбой на пластинах, которыми дверь была украшена.«Откуда в развалинах- дверь?» - только и успела подумать она, как дверь распахнулась и на пороге возник Хасан и, схватив ее за руку, заволок в комнату. Рания пыталась вырваться, изо всех сил выкручиваясь от ненавистного мужа, не помня во сне, что Хасан дал ей развод, что слово «талак» было трижды произнесено им в присутствии четверых свидетелей. В ней было только желание вырваться и убежать от Хасана. И ей это почти удалось. И тогда она повернулась спиной к временному мужу и устремилась к двери, надеясь выскочить в коридор и скрыться в ближайшем переходе. Но Хасан настиг ее и ногтями впился в спину… Рания закричала от дикой боли. Хасан раздирал ей кожу на спине, а она кричала – всё громче и громче….- Рания, что с тобой? Проснись, Рания!- тормошила ее Карима. Зорайдэ тоже стояла рядом.

Наконец, мечущаяся, кричащая, отбивающаяся от приснившихся врагов Рания открыла глаза. За окном начинало светать. А возле ее постели стояли женщины.- Что случилось? – едва придя в себя, спросила Рания.- Ты так кричала, Рания, что мы с Каримой услышали дажевнизу, когда спускались по лестнице.- Мне приснился страшный сон, - с досадой пояснила женщина.- Зорайдэ, она повернулась во сне на спину, и рубцы стали трескаться, вот и приснился кошмар.- Карима, ты права. Там на простыне пятна крови. Рубцы плохо заживают и рвутся, стоит немного напрячься.- И на подушке кровь, и на ночной сорочке на спине. Рания, представляю, какую боль ты испытываешь, -сочувственно сказалаКарима.- Рания, я заварю тебе чай с ромашкой, чтобы ты успокоилась. А ты, Карима, обработай рубцы, как объяснила доктор.- Карима обработает, конечно, обработает! Рания, ложись на живот, подниму тебе ночную рубашку, чтобы можно было смазать раны лекарством.Когда Рания послушно выполнила то, о чем просила Карима, та осторожно принялась смазывать спину, продолжая болтать.- Рания, если тебе так плохо, то можем не ходить сегодня на рынок. На медине столько товара, что лавки с платьями и косметикой и прочим, что тебе нужно купить, не закроются ни завтра, ни через неделю. Карима сходит с тобой, когда ты выздоровеешь.- Хорошо, Карима, потом решим, когда пойти на медину, - ответила бывшая жена Саида, подумав, что денег у неё пока ещё нет. Саид обещал, и, конечно,дать ей денег не забудет, но пока обсуждать ничего не хотелось. А слова Каримы про Хасана, сказанные во время ужина, и вовсе отбили у неё желание бродить по лавкам медины, пусть и в сопровождении Ахмета. Что сможет сделать пожилой слуга, если Хасан, и правда, приедет в Фес, чтобы снова украсть ее?И ещё одна мысль пришла ей в голову: ей не удастся скрыть от торговцев, кто она. А про ее временный брак и побег из Эс-Сувейры знает каждый камень на мостовой Феса. И понятно, что все сплетники медины станут с интересом следить за покупками Рании. От осознания этого у Рании пропало желание идти за покупками. В конце концов, у неё пока есть, в чем ходить по дому дяди Али. А в гости ее никто не пригласит.

Даже в дом родителей зайти ей пока не хотелось. Ведь самые близкие люди держали ее в женской комнате, никто не пожалел её! Отец согласился отдать ее в руки человека, который собирался утопить в море при первом удобном случае, когда перестанет в ней нуждаться. Никто не подумал о ее безопасности. Рания осталась без своего золота, потеряла часть махра, который Саид и не подумает восстановить, ведь причиной потери золота была она сама.Семья думала только о сохранении своей чести, о репутации, но не о ней. Принеся ее в жертву, как барашка.Когда Карима обработала рубцы, и Рания вылежала положенное время, она встала с постели и решила разобрать сундук, выяснив, что в нем есть более-менее подходящего для нее в данный момент.Она подняла довольно тяжелую крышку и начала вынимать из сундука вещь за вещью, рассматривая платья и одно за другим отбрасывая их на кровать.- Здесь всё не то, некоторые вещи, наверно, мне уже малы. Вот этому кафтану лет пять-шесть. А это ткшейто мне купили родители перед моей свадьбой! Ну как его можно носить?

Она надела на себя платье и очень удивилась, когда оно оказалось ей как раз. Да, в доме Хасана ей не удалось располнеть, тяжелый труд заставил ее похудеть!

Рания стояла перед зеркалом, поворачиваясь то в одну сторону и рассматривая себя, то в другую.

- Платье не заношенное, но оно старое. Впрочем, то, что оно у меня когда-то было, могли бы вспомнить только Жади и Хадижа. Возможно – и Амина.И Саид – он внимательный, от него не ускользает ни одна мелочь. Но это и к лучшему, если мой бывший муж вспомнит это платье: вдруг в нем заговорит жалость или раскаяние, и он вспомнит всё хорошее, что тогда между нами было?Или… нет? Ведь тогда с ним рядом была Жади. Это платье может напомнить Саиду о Жади!

- Буду носить его, когда останусь в доме дяди Али после отъезда Саида в Рио. А платье ничего, и главное – Фатима и Зулейка его никогда не видели. Пусть думают, что я купила его на деньги Саида уже теперь. Ведь ткань качественная, очень дорогая, платье смотрится и сейчас очень достойно, - уверила себя Рания.В этот момент и зашел в комнату Саид.- Ты уже проснулась? Я слышал какой-то шум из твоей комнаты. Что здесь произошло?

- Мне приснился кошмарный сон:Хасан пытался убить меня, - объяснила жалобным тоном Рания, заглядывая Саиду в глаза.- Понятно: болтовня Каримы не прошла без следа. Не бойся, Рания. Я собираюсь сделать так, что Хасан и его родственники даже вспоминать о тебе побояться.- Я надеюсь на это, Саид. Снова оказаться в его руках – лучше сразу умереть!- Вот деньги, Рания, о которых я тебе говорил.Саид достал из внутреннего кармана пиджака довольно толстую пачку купюр и положил на столик возле кровати.

- Когда выздоровеешь и захочешь пройтись по лавкам, договорись с Зорайдэ, чтобы она кого-то из служанок отправила с тобой.

- Спасибо, Саид.- Телефон я куплю тебе в ближайшее время.

- Когда ты возвращаешься в Бразилию?

- Собираюсь вернуться как можно скорее. У меня очень много дел. Как только мой адвокат решит вопросы с семьей Хасана, мы с Фатимой улетим сразу же.- Саид, я так соскучилась по нашему дому, так хочу вернуться скорее домой.- Ты, Рания,сама виновата в том, что с тобой случилось, - усмехнулся Саид, заметив, как она назвала дом «нашим». -Я теперь даже если бы захотел, не могу взять тебя в жены. А если окажется, что ты ждешь ребенка от Хасана, то тебе придется вернуться в его семью, и тогда даже я ничем нем смогу тебе помочь.- Я не беременна, Саид! Как мне тебя убедить в этом? Ничего не было! – чуть не плача, взмолилась Рания.- Ничего пока не хочу знать. Время покажет. Тебе в любом случае придется прожить здесь три месяца. Даже Латифа вынуждена соблюдать трехмесячное ожидание перед разводом с моим братом.- Но я ещё три месяца не смогу обнять своего сына! Как к Муниру относятся теперь твои жены?- Мунир уже не маленький ребенок. Ему 8 лет, он идет в школу в этом году.- В школу? В какую школу ты записал его, Саид? Я хочу знать об этом!

- Рания, когда ты станешь его няней, ты каждый день сможешь делать с сыном уроки. А теперь мне пора.

Он развернулся, чтобы покинуть комнату, и столкнулся с Фатимой.- Зачем ты пришла сюда? – недовольно спросил Саид, понимая, чем может кончиться этот визит. Только очередной ссоры ему не хватало!3. Глава 3. ЧАСТЬ 10.Фатима и Рания. В доме у Лейлы. Саид и жена Мухамеда.Фатима шла к Саиду, осматриваясь в комнате, которую занимала Рания.

- Хабиби, я уже готова и жду тебя. Мне Карима сказала, что ты здесь.На вопрос мужа она ответила:- Я тоже решила навестить Ранию.

- Как ты? – излучая улыбку, спросила женщина, поворачиваясь к хозяйке комнаты.- Мне уже лучше, - сдержанно ответила Рания, заметив, что Фатима назвала Саида ЕЕ любимым словечком. Хабиби – теперь Рания не сможет так называть Саида, пока он снова не станет ее мужем. Но когда это случится?Возможно, Саид решил, что после перенесенных испытаний Рания не станет ссориться с Фатимой, боясь очередных невзгод. Поэтому он оставил женщин наедине, бросив жене:- Фатима, я тебя жду. Скажу несколько слов Зорайдэ и выйду во двор к фонтану. Спускайся туда, не задерживайся.Саид вышел, а Фатима прошлась по комнате и оказалась возле открытого сундука. Она с любопытством заглянула внутрь.

- Что это? Саид успел купить тебе эти вещи? Он так добр с тобой! Даже после всего того, что он пережил по твоей милости…Рания быстро убрала со столика в ящик пачку оставленных Саидом денег и хотела ответить: это ОНА столько пережила из-за того, какого временного мужа нашел ей Саид. Но она побоялась высказывать при Фатиме подобные претензиии толькоспросила:

- Фатима, для чего ты пришла ко мне? Позлорадствовать? Ты не боишься, что однажды его гнев обрушится и на тебя? Подумай сама:Саид расстался с Жади, теперь – со мной.А когда-нибудьи тебя может постигнуть такая же участь.- Но я ничего не делаю такого, чтобы Саид отказался быть моим мужем. У меня нет любовника-бразильца, и я не досаждаю Саиду дурным характером, - насмешливо возразила Фатима.

- Неужели? Ему стоило бы хорошо подумать, после того, как ему пришлось искать тебя в развалинах касьбы. Жади поплатилась за это. Могу рассказать тебе, как это случилось, если ты ничего об этом не знаешь.

- Но как видишь, меня его гнев не коснулся. Он понял, что я заблудилась, а не сбежала от него, как, говорят, периодическиделала Жади.- Однажды и ты совершишь промашку, Фатима. Помни об этом, - стараясь не вспылить, ответила Рания.- Тебе не стоит беспокоиться обо мне. Как бы там ни было, но теперь мы с тобой не соперницы. Я жена Саида, ты – мать его сына, но вернешься няней. Рания, знала бы, как мне легко при мысли, что ты больше никогда не сможешь командовать в нашем доме, указывать всем, кому что делать, изводить нас разными замечаниями, ревностью.Наоборот, если ты забудешься, то сама окажешьсяв ситуации, когда тебе укажут на твое место.- Фатима, но ведь не ты стала первой женой Саида.Чему ты так радуешься? А мне кажется, что Зулейка станет ещё более требовательной первой женой, чем я.Ты ещё почувствуешь на себе ее власть. Однажды она задаст себе вопрос, почему ты не уважаешь ее положение. Она попытается поставить тебя на ТВОЁ место. Вот посмотришь.- Не пугай меня, Рания. Главное – чтобы Саид не взял ещё двух жен, не поддался на уговоры дяди Абдула. Сид Абдул уверен, что и мы с Зулейкой – одалиски. Во всяком случае,я уже очернила свою репутацию в его глазах. Если Саид снова женится, то пусть покупает каждой жене по дому. Иначе я не соглашусь жить в его семье. Потребую развод. А пока, я думаю, у нас с ним всё хорошо. Взгляни, какое чудесное ожерелье купил мне Саид в Париже!Фатима подошла поближе к зеркалу и притронулась пальцами к украшению. Она внимательно рассмотрела свое отражение, как будто прежде она этого не делала и увидела украшение только теперь, а затем отступила назад на пару шагов, покосившись на завистливо замершую женщину. Рания, и правда, не могла сказать ни слова, получив, наконец, возможностьразглядеть новый подарокфаворитке.Это было изумительное ожерелье! Даже лучше того, которое утратила Рания из-за подлого Хасана.- А что Саид купил Зулейке? – поинтересовалась она, ещё раз напоминая, что Фатима – не единственная жена Саида. -Я удивляюсь ее терпению, Фатима. Если Саид заботится только о тебе, то он поступает несправедливо. Представь, если дядя Абдул найдет Саиду двух жен, молоденьких красавиц, которым Саид будет покупать украшения в обход тебя.- Да, обидно будет, - притворно-комично поджав губы, вздохнула Фатима. - Но знаешь, Саид ещё в Рио-де-Жанейро сделал нам с Зулейкойподарки, купив по очень красивому украшению. Своим подарком Зулейка осталась довольна, а вот я своему золоту недолго радовалась: твой сын, обидевшись на отца за то, что не купил золото его матери, т.е. тебе, и испортил моё ожерелье. Он порвал украшение, растоптал его. Саид отдал в ремонт, но с тем, чтобы ювелир продал его после ремонта со скидкой. А здесь, в Париже мой муж только исправил то, что произошло в Бразилии. Купил мне украшение даже более красивое, чем то, что растоптал твой сын.- Зачем ты рассказываешь мне об этом? – заволновалась Рания.- Что ты хочешь мне сказать? Что Саид наказал моегосына? Что с Муниром?- Ничего! Саид стал теперь слишком мягким. Он теперь на многое смотрит как бы сквозь пальцы. Думаю, его так подкосило замужество Хадижи.- Я тебе не верю. Скажи, как Саид наказал моего сына? – спросила ещё раз Рания, невольно сжимая кулаки. Лицо ее раскраснелось.- Успокойся. Ничего плохого с твоим сыном не случилось. Саид наказал его, конечно. Теперь Муниру нельзя месяц подходить к компьютеру и ездить с сыном Зулейки в парк с нянями.Когда ты вернешься, расспроси нянь - будущих коллег - о том, как Мунир вел себя во время твоего отсутствия.- А что с моим золотом? – спросила Рания, до которой вдруг дошло, что после потери дорого украшения Фатима могла добраться до ее шкатулки и испортить ЕЕ, Рании, украшения. – Где моё золото?Фатима пожала плечами.

- Не знаю. Думаю, с твоим золотом всё в порядке.Я не интересовалась, где оно, что с ним. Мунир говорил, что шкатулка с твоими украшениями так и стоит в шкафув твоей бывшей комнате. А самые дорогие драгоценности – они, конечно, лежат в сейфе Саида.- Моё золото – мой махр! – напомнила Рания, боясь узнать, что Фатима в ярости выместила злость на ее шкатулке.- Мне пора, Саид ждет меня. Пока, Рания. Выздоравливай. Не знаю, смогла бы я вынести то, что выпало тебе там, с рыбаком. Но одно я знаю точно: Саид больше никогда не станет твоим мужем. Никогда! Можешь мне поверить.

- Это не тебе решать, - бросила Рания вслед выходившей Фатиме.Жена Саида оглянулась:- Он сам мне сказал об этом. Скорее он возьмет себе ещё жену, чемснова вернет тебя в семью полноправным членом. Вот увидишь.- Я тебе не верю! – ответила Рания, но Фатима уже скрылась из комнаты.- Змея! Кобра! Пусть Саид возьмет ещё одну жену, которую полюбит! Пусть Фатиме тоже найдут временного мужа! Пусть им окажется Хасан!Рания долго не могла успокоиться, швыряя платья, вынутыеиз сундука, то в зеркало, то в дверь, то в стену. Наконец, когда один из светильников, в который она попала тяжелым платьем, сорвался со стены и упал, она опомнилась.

Это же дом сида Али! Не дай Аллах, если из-за вспышки ярости ее отправят жить на три месяца в дом сида Абдула! Вот там Хасану до нее добраться будет несложно.А сид Абдул и сам может решить отвезти ее в Эс-Сувейру. Нет, только не это! «Я должна держать себя в руках! Теперь судьба не на моей стороне!».

Она села на постель и обхватила ладонями лицо.Когда-нибудь и ее обидчицам придется плохо! Она очень надеялась на это.И ещё: её комната в доме пока никем не занята, и если в шкафу стоит ее шкатулка, то и все остальные вещи никто никуда не вынес. Это может говорить о том, что кем бы Ранию не считали после ее возвращения в дом, где живет ее сын, она может надеяться остаться в своей комнате. Это будет не так унизительно, чем перебраться в одну из комнаток во флигеле, где жила прислуга.Рания встала с постели и подошла к окну. Вдруг ее остановила какая-то мысль. Она вернулась к сундуку, порылась в вещах и достала завернутый в ткань кусок ожерелья.- Точно! Теперь пришло время с этимрасстаться. Я продам жалкий остаток украшения. За золото много не дадут, но сапфиры в ожерелье крупные и чистой воды. Надо узнать у Зорайдэ, в какую лавку лучше всего обратиться, там, где оценят камни по достоинству. И тогда я смогу купить себе золото, которое можно будет носить в эти три месяца, пока Саид не вернет меня в Бразилию.

Рания мысленно представила, что именно она купит завтра на медине, когда пойдет с Каримой за покупками. Кольца, серьги, несколько браслетов. Симпатичное, но не очень дорогое ожерелье. Этого будет достаточно, чтобы не выглядеть по-нищенски. А в Рио есть очень дорогие украшения, которые никто у нее не отнимет, потому что это ее махр.- Да, именно так я и поступлю! – решила Рания, встав у окна и оглядывая то, что было за окном, рассеянным взглядом.*** После долгих блужданий по медине Саид и Фатимадобрались, наконец, до риада, в котором жила Лейла. Они долго звонили, дергая за приспособление к старинному колокольчику.

Наконец, когда на улице на них уже начали обращать внимание прохожие и соседи, дверь открыли. Женщина в парандже осторожно приоткрыла дверь и осмотрела их в образовавшуюся щель.- Кто вы?- Салам алейкум! Я брат Мухамеда.Моё имя Саид Рашид.Это моя жена Фатима. Мой брат Мухамед должен был позвонить вам из Бразилии и предупредить о нашем приходе.

- Сид Саид? Да, Мухамед звонил, и мы ждем Вас. Проходите, - распахнула, наконец, женщина дверь и впустила родственников во двор.- Я – Ариба, идите за мной, а я поднимусь в комнату Лейлы и предупрежу, что Вы уже здесь.Женщина, которую было не разглядеть из-за бесформенного черного одеяния, поспешила вперед, предоставив гостям самим следовать кдому.Они были вынуждены пробираться к входной двери по заставленному разным хламом и заваленному строительным мусором двору.Лишь его небольшая часть была уложена красивой плиткой, но не там, где было бы удобнее всего пройти.- Саид, здесь ногу сломать можно! Как они ходят? Ведь выбираются же они на рынок и в хамам. Не сидят же в доме всё время? Почему не выложили из плитки хотя бы небольшую дорожку от ворот до двери дома?- Да, и сид Абдул жаловался, что никак не завершится ремонт во дворе. Но подозреваю, что мой дядя специально задерживает процесс, чтобы женщины без необходимости не болтались по медине.

- Странная логика. Возможно, для сида Абдула это и проблема – пробираться по завалам мусора во дворе, но только не для молодых девушек, которые здесь живут.Фатима осмотрела фасад дома, и вид его тоже ей не понравился.- Саид, почему здесь всё такое облупившееся, облезлое? Я не говорю о двери с улицы – там у всех такие, но ты только посмотри, какой запущенный двор. И дом такой же.

- Фатима, если бы здесь был Мухамед, он что-нибудь предпринял бы. Но в его планы не входит ремонт риада.Всё, что можно, он сделал, как только купил дом. В спешке, косметический ремонт. Но не более. Насколько я понял, мой брат собирается продавать этот дом. Как только его жена родит, он приедет за ней осенью и заберетв Рио-де-Жанейро. Содержать дом и складочень накладно. А он живет на два дома. У него не такой высокий доход, чтобы можно было позволить себе два дома, магазин, склад.- Саид, но разве твой брат не купил Латифе дом?

- Вот именно. Ему придется выплачивать махр Латифе- датьи дом, и платить алименты до тех пор, пока она снова не выйдет замуж. Хотя я не верю, что это случится.- Почему? Она ещё не старая и очень красивая женщина.- Не думаю, что Латифа осмелится посмотреть в сторону другого мужчины. Она пока ещё не желает подчиниться обстоятельствам и признать вторую жену. Но потом она одумается. Было бы хорошо, если бы это случилось как можно скорее. Никому не нужны пустые переживания. Если бы Мухамед и Латифа помирились и стали жить большой дружной семьей, пусть и в разных домах, было бы замечательно.- Саид, ты как мужчина не можешь понять, что значит делить любимого человека с кем-то ещё, к тому же на законных основаниях. Ревность и обида сжигает душу каждую минуту.Саид некоторое время шел молча, стараясь ставить ноги там, где не придется запачкать брюки или вовсе порватьих о торчавшие железяки. Он мог бы сказать Фатиме, что как раз он способен понять описанные ею чувства. Сколько раз он испытывал подобное с Жади, зная, что она любит Лукаса. Но всё это в прошлом – старался уверить себя Саид. Жади вернуть нереально. И она не сможет разлюбить Лукаса, Что бы там не предлагала Маиза, пока Саид не мог придумать причину, по которой между Лукасом и Жади могла бы пролечь трещина, Что касается Латифы, то…Но так как Фатима выжидающе посматривала на его лицо, он сказал:- Хм, Латифа – восточная женщина, которая никогда не пойдет против нашего менталитета. Что бы она не чувствовала, но она должна принять выбор мужа, и она это сделает, вот увидишь, Фатима.- Нет, Саид, думаю, этого не случится. Я, как женщина, смогла увидеть то, чего никогда не заметить тебе. Ведь с ней я общаюсь ближе, пусть и знакома с ней меньше, чем ты.

Саид усмехнулся.- Фатима, я знаю Латифу больше двадцати лет.- Нет, Саид. Не знаешь. Латифа не любит твоего брата. Наверно, когда они поженились, у них была любовь, но не сейчас. Сколько раз я не бывала в гостях в семье твоего брата, каждый раз я видела ненависть и раздражение в глазах Латифы. И гнев.- Тебе показалось!- сказал Саид, неприятно удивленный словами жены.- Нет, не показалось. Латифа разведется с твоим братом. Как только она получит дом, она тут же уйдет от Мухамеда. А если он успеет привезти в Бразилию вторую жену, думаю, она сделает это в тот же день!- Не пугай меня, Фатима. Я не хочу, чтобы такая крепкая семья брата вдруг распалась.- Она уже рухнула, Саид. Мухамед не должен был брать вторую жену, а ещё раньше – выгонять из дома свою родную дочь.- Не будем судить моего брата. Прошу тебя: присмотрись к Лейле. Хотелось бы понять, какая она. Потом расскажешь о своем впечатлении. Если ты говоришь, что вам, женщинам, легче понять друг друга, то я доверюсь твоему мнению.- Хорошо, Саид.

Они толкнули дверь и вошли внутрь дома. Ариба, выйдя на этот раз к гостям не в парандже, а только с наброшенным на голову платком и в скромном коричневом платье с простенькой вышивкой, встретила пришедших и провела в зал, заставленный диванами.

- Сейчас я принесу вам чай, сид Саид, лара...- Ариба, а где Лейла?

- Она сейчас спустится. Лейла не очень хорошо себя чувствует, поэтому долго спала сегодня.- Что с женой Мухамеда? – нахмурился Саид. – Что говорит врач?- Сид Саид, мы врача не вызывали. Просто Лейле надо больше отдыхать. Срок уже немаленький.- Ариба, познакомься. Это моя жена Фатима. Дорогая,Ариба – родственница Лейлы, второй жены Мухамеда.- Я рада познакомиться с Вами, - вежливо ответила Фатима.- И я тоже, - ответила родственница хозяйки дома.-Позвольте помочь Вам? - добавила Фатима, угадав желание мужа.

Так Саид остался в гостиной, а Фатима отправилась вслед за Арибой на кухню.- Вы живете с Лейлойв этом доме совсем одни? И вам не страшно? – постаралась завязать беседу Фатима.- Нам нечего бояться. Мы живем не одни. Сейчас здесь живет лара Нурия. Часто навещает сид Абдул.А ещё сид Абдулпоселил здесь семейную пару, которая помогала нам с ремонтом и по хозяйству. Но сейчас они уехали на некоторое время в Тизнит к родственникам. Их сын выдает замуж дочь, и наши жильцы некоторое время будут отсутствовать.- Понятно. А где лара Нурия? Она с Лейлой?- Нет, лара Фатима. Нурия ушла на рынокпо каким-то своим делам. Когда она вернется, мы собираемся с Лейлой выйти на медину за овощамии мясом. Лейле врач посоветовала есть больше фруктов и овощей, чтобы ребенку хватало витаминов.- Понятно.Чайник, кажется, уже кипит?- Да, как только вы позвонили в дверь, я тут же поставила его на плиту. Сейчас я достану стаканы, заварку и заварю чай.Дальше Фатимамолча наблюдала, как изящно и ловко получалось у девушки готовить мятный чай. Вот она разложила зеленые листочки мяты по стаканчикам. Вот всыпала чай в тот серебряный чайник, куда до этого положила несколько ложек сахара. Достала из шкафа довольно большой,медный, похоже, старинный поднос и составила на него и оба чайника – с горячей водой и с заваркой, и несколько стаканчиков.- Пойдем, Фатима. Ах, прости, не могла бы ты захватить с собой вон ту чашку с печеньем и то блюдо с лепешками, – поднимая со стола поднос, попросила Ариба. -Аллах, как хорошо, что я догадалась выйти утром в пекарню и купить побольше лепешек с кунжутом!- А кто выпек это печенье? Лейла - такая мастерица?- Нет… Нет, это я испекла. Лейла не очень здорова. Да ещё эта жара. Она отдыхает целыми днями. Ведь ей скоро рожать.- А на каком она месяце? – спросила Фатима, подсчитав в уме, каков может быть срок, если замуж девушку выдали в начале января.- Уже на седьмом. Ей тяжело заниматься домашней работой.- Мухамед не разрешает нанять вам служанку? Ведь ты компаньонка, а не прислуга, так ведь?- Ком..пан…оока? Что означает это слово? – не поняла Ариба.- Я имею в виду, что ты – подруга, родственница Лейлы, но не служанка же?

- Да, не служанка, но я во всем помогаю Лейле.

- Вот как, - сказала Фатима, взяв со стола указанные блюда с продуктами и выходя из кухни вслед за Арибой.

Едва они поставили всё на столик в комнате, где на диване устроился в ожидании Саид, как в дверях появилась хозяйка дома – вторая жена Мухамеда Рашида.- Салам алейкум, Лейла, - после некоторой паузы приветствовал родственницу Саид.

- Алейкум салам, сид Саид, - опуская глаза, ответила увешанная золотомдевочка, которой на вид было лет пятнадцать.Фатиму поразил ее огромный живот. Возможно, такое впечатление беременность Лейлы производила оттого, что девушка была невысокой и худенькой. Впрочем, ростом она была не ниже Арибы, но казалась меньшерядом с высоким Саидом.- Лейла, я – брат Мухамеда. А это моя жена Фатима. Ты знаешь, для чего мы здесь? Мой брат Мухамед попросил меня доставить тебе деньги. Вот они, - достал Саид из кармана и положил перед родственницей пачку денег, стянутую резинкой. - Твой муж надеется, что до его приезда, т.е. до рождения ребенка тебе вполне хватит этих денег.

- Шукран, сид Саид, - смущенно ответила девушка.

Потом все пили чай, который разлила Ариба.А Саид взял на себя беседу с Лейлой. Она отвечала только «да» и «нет», поэтому разговор не складывался.Ни она, ни Ариба вопросов не задавали. Казалось, что визит родственников был им в тягость.Наконец, Саид решил, что его миссия окончена, и им с Фатимой пришло время возвращаться в дом сида Али. Быстро простившись и попросив Лейлу позвонить мужу и сообщить о визите, Саид и Фатима покинули жилище второй жены Мухамеда.- Как тебе эта женщина? – поинтересовался Саид, едва они отошли от двери не очень гостеприимного дома.- Саид, эту девчонку слишком рано выдали замуж. Она совсем не готова к браку.- Вот как? И из чего ты сделала такой вывод? – спросил Саид, впрочем, придя точно к такому же умозаключению.- Она ничего не умеет и не хочет делать. Лентяйка или растерявшийся ребенок, который не знает, как нужно вести хозяйство. Или то и другое, а учиться она не желает, свалив все дела на родственницу, превратив ее в собственную служанку. Кстати, Ариба мне понравилась. Симпатичная и внешне, и по характеру.- Это хорошо. Ариба может стать женой сына дяди Али. Пусть ему повезет с женой. Второй женой, - с надеждой сказал Саид, которого заботило, прежде всего, чтобы первой Икрам взял в жены сестру Фарида, а потом может жениться пусть и ещё на трех женщинах.- Что ещё ты можешь сказать о Лейле?- Она смешная! Наверно, она надела на себя всё золото, которое у неё есть. На ней платье, которое не носят каждый день в доме, а надевают только на праздники. Она не воспитана и совсем не имеет вкуса.- Хм, не придирайся, Фатима. Откуда ей знать, как правильно и что не правильно? Мухамед взял ее из такой бедной семьи, в которой ей не всегда удавалось досыта поесть, а золото и красивая одежда вошли в ее жизнь только теперь, когда она стала женой Мухамеда.

- Саид, у твоего брата ещё будут неприятности из-за Лейлы.

- Почему ты так говоришь? – нахмурился Саид.- Лейла не думает о Мухамеде. Он для нее – навязанная ей данность. Возможно, обеспеченная жизнь ей нравится, но только потому, что рядом нет мужа.- Но откуда в тебе такая уверенность? Что ты увидела или услышала? Расскажи мне, Фатима.- Саид, мне очень неприятно было видеть, как эта девчонка смотрит на тебя!- О чем ты, Фатима?- Саид, я не шучу. Лейла сначала с интересом тебя рассматривала, когда думала, что ты на неё не смотришь, а потом смотрела на тебя так, что было понятно: она сравнивала тебя с Мухамедом и пришла к выводу, что ты намного лучше мужчины, который достался ей в мужья, - сердитым тоном объяснила жена Саида.- Неужели в тебе говорит ревность, Фатима? -приятно удивился Саид,быстро погасив невольную улыбку. – Тебе показалось. Дядя Абдул нашел девчонку в семье знакомых близкого друга, в семье, в которой, как он говорит,«горит лампада Аллаха». Лейла должна быть покорной и верной женой, хорошей мусульманкой, которая молится положенное количество раз.- Саид, я верю своим глазам, а не тому, что тебе наговорил дядя Абдул.«Возможно, в чем-то Фатима права. Не мне ли знать, как может ошибаться дядя Абдул! - подумал Саид.- Неужели он стал так стар, что потерял чутье на невест даже для собственных родственников? У Мухамеда и без того неприятности в семье из-за второй жены, неужели и этот брак окажется неудачным?»- Что ты заметила, Фатима? Что тебя смутило? – положив руку жене на плечо, спросил Саид.- То, как Лейла смотрела на тебя, Саид!- Не преувеличивай.- Я не ошибаюсь, видела, какими глазами она смотрела на тебя. И знаешь, Саид, твой брат должен быть готов к тому, что Лейла может увлечься его сыном. Амин молод и красив и похож на тебя,а не на Мухамеда.- Фатима, ты обратила внимание на моего племянника?

Его тон Фатиме не понравился.

- Саид, я не слепая. Однажды, когда мы были в гостях у Латифы, мы смотрели фотоальбомы, и Хадижа нашла фотографию, на которой вы с Жади и Латифа с Мухамедом. Молодые. Кто-то из присутствующих заметил, что ты в юности был похож на Амина. Точнее, Амин похож на тебя в молодости. Жене твоего племянника было это неприятно. Но, кажется, это Рания проявила интерес – она уверяла, что не знает, каким ты был в возрасте Амина. Помнишь, я тебе рассказывала?- Да, что-то припоминаю.- Теперь представь, что Лейла, которая при первой же встрече загляделась на тебя, окажется по одной крышей с Амином. А что, если она влюбится в твоего племянника? Она молода, у неё не было первой любви.

- Я думаю, что у Лейлы, не смотря на юный возраст, возобладает здравый смысл.- Я так не думаю.- Не будем гадать, Фатима. Но ты заговорила о первой любви. Ты сказала так, что я хотел бы знать: ты пережила первую любовь?- Саид, конечно, я влюблялась! Не ревнуй. Я же в те времена и представить не могла, что стану твоей женой.

- В кого ты влюблялась? Если не секрет?- В разных парней. В одноклассников. В парней из университета. Но всё это было несерьезно, - неосмотрительно призналась женщина.- А ты рассуждаешь, как европейская женщина. Говоришь о любви, которая может быть позволенаженщине только в браке, - заметил Саид.- Это ты рассуждаешь, как восточный человек. Мои чувства не были серьезными, это была не любовь, а только влюбленности, которые быстро проходили.

- Фатима, не продолжай.Я ничего больше не желаю знать. Иначе я начну представлять этих мужчин, которые были в твоей жизни. Не разочаровывай меня.- Нет, Саид. У меня никого не было. Я даже лиц никого из них не помню.

- Начинаю думать, что в словах дяди Абдула есть истина. Женщины должны учиться отдельно от мужчин. Иначе девушка легко может стать одалиской, как говорит дядя Абдул.- Это Средневековье, Саид. И прошу тебя – забудь о том, что я тебе рассказала. Не стоило мне этого делать. Но могу представить, Саид, сколько в твоей жизни было женщин. Но и я предпочитаю о них не знать.Они шли по улицам медины молча, слушая шум рынка, крики торговцев,и Фатима с ужасом думала о допущенной ошибке. Что это с ней? Зачем она заговорила о прошлой жизни? Расслабилась, а Саид не тот мужчина, с которым можно откровенничать. Как бы Рания не оказалась права: однажды и ее может постигнуть горькая участь. Хорошо, что Саид уверен в том, что она досталась ему девственницей. Иначе уже сегодня на их отношениях можно было бы поставить крест. Саид и с ней может развестись. «Нет, теперь стоит думать, что можно говорить при Саиде. Иначе мне несдобровать!» - приказала себе Фатима.- Саид, а какие у тебя планы на ближайшие дни?

- Пока не знаю, - сухо ответил он.- Хочешь что-то предложить?Саид покосился на жену, и Фатима едва не прильнула к нему, но вовремя опомнилась. Здесь в Фесе это «харам»!- Хотелось бы побывать в Эс-Сувейре или в Марракеше. Как думаешь, сможем куда-нибудь съездить?- Когда вернемся в дом дяди Али, тогда решим. Сначала надо узнать новости от моего адвоката.Я не собираюсь спускать рыбаку его наглые выходки.- Ну что ж, буду надеяться на то, что появится возможность куда-нибудь выбраться. А ты не забыл, что хотел купить какие-то картины у знакомого коллекционера?

- Да, я помню. Надо позвонить и договориться о встрече.Фатима чувствовала, что у Саида испортилось настроение. Впрочем, и о себе она могла бы сказать то же самое. Теперь остаток пути они шли молча.И Фатиме оставалось только рассматривать товары, выставленные прямо на улицу возле каждой лавки.«Нет, я не могу позволить, чтобы у Саида в памяти закрепился негатив ко мне. Он должен забыть глупый разговор. Что же мне сделать, чтобы порадовать Саида? Я не хочу терять его расположение, пока я его жена», - я тревогой размышляла Фатима, двигаясь рядом с мужем по медине.*** После ухода брата Мухамеда с женой Ариба, проводив гостей,вернулась в зал, где на диване всё ещё сидела Лейла. Держась одной рукой за живот, другой она выбирала с блюда печенье.- Лейла, давай уберем деньги, пока не вернулась лара Нурия. Иначе эта женщина снова расскажет обо всем дяде Абдулу, и он начнет контролировать каждую покупку. Или вовсе прикажет отдать ему всю сумму. А если он не будет знать, сколько денег дал тебе твой муж, то не сможет указывать, как тебе тратить деньги. Как я поняла, здесь сумма намного больше, чем Мухамед выделял тебе обычно.- Саид сказал, что этого должно хватить на три месяца.

- «До родов» - так он сказал. До приезда твоего мужа.- Не напоминай мне ни о муже, ни о родах, Ариба. Мне от мыслей об этом становится дурно.- Но деньги стоит убрать в твою комнату, - настаивала Ариба.- Нет, сначала мы должны их пересчитать.- Хорошо, давай пересчитаем. Но брат твоего мужа не может обмануть. Он миллионер.- Дело не в этом. Мухамед каждый раз спрашивает, сколько я получила денег. И если я не называю точную сумму, он переживает.

- Лейла, я пересчитаю деньги. Но и ты учись арифметике. Ведь я не всегда буду с тобой рядом. Впрочем, когда Мухамед увезет тебя в Бразилию, считать деньги будет он, а не ты.- Не говори мне о Мухамеде, и о Бразилии я тоже не желаю ничего слышать, сколько можно тебе говорить!Ариба молча взяла со стола деньги, сняла тонкую резинку и начала считать купюры. Затем назвала сумму.- Это в три раза больше, чем обычно.- Хорошо, отнеси их в комнату и спрячь в мою шкатулку. Вот ключик, возьми.Лейла отстегнула крохотный ключ от небольшой связки и протянула подруге.- Неужели ты сможешь оставить меня одну в том городе, где живет мой муж?- Лейла!...

Но жена Мухамеда тяжело вздохнула.

- Я хочу еще свежего чая. Этот уже остыл.- Сейчас отнесу деньги и вернусь. Лара Нурия должна уже вот-вот вернуться.Когда Ариба снова спустилась вниз, Лейла облизывала пальцы после сладкого печенья.

- Сейчас поставлю новый чайник. Ларе Нурии тоже захочется выпить свежего чая, - с этими словами Ариба прошла мимо.Когда был готов напиток,Ариба с Лейлой принялись за обсуждение. В их жизни так мало всего происходило, что посещение родственниками из Бразилиистало настоящим событием.- Ариба, почему моим мужем стал Мухамед, а не сид Саид?- И чем же он лучше Мухамеда? – удивилась Ариба. – Он старше своего брата!- Он красивый. Он как те мужчины, которых мы видим в кино по телевизору.- Но тогда ты была бы только четвертой его женой! Или третьей, ведь сид Абдул говорил, что Саид развелся с первой женой.

- Ну и что? Лучше быть четвертой у Саида, чем женой Мухамеда. К тому же я всё равно не первая жена. У Мухамеда уже есть одна жена.

- Но он с ней разводится! Ты будешь первой и единственной. Дядя Абдул сказал так.- Он ещё сказал, что найдет Мухамеду двух жен. Но это даже хорошо. Я подумаю, Ариба, может быть, и мне развестись с Мухамедом? Если он первой жене купил дом, то и мне купит.

- Но он не даст тебе развод! У его жены была причина: Мухамед не взял у нее разрешения на второй брак. А что сможешь предъявить ему ты, если на семейном суде у тебя спросят о том, почему ты требуешь развод? Тебе могут дать развод, но ты не получишь махр. Не будь глупой, Лейла.- Вот поэтому я и хочу, чтобы ты была рядом со мной, когда Мухамед заберет меня в Бразилию.Я с трудом выношу мысль о толстом и старом Мухамеде. Почему он не такой, как сид Саид? Пусть Саид старый, но он красивый! Ариба, не оставляй меня!- Куда я денусь, - уныло ответила Ариба. – На медине только и говорят, что Икрам, сын Дунии и сида Али, собирается жениться на девушке из Мекнеса.- Да, мы же с тобой вместе это слышали. Тебе не на что надеяться, - согласилась Лейла, несколько слукавив.

Между тем, сид Абдул и Нурия не раз упрекали Лейлу то в одном, то в другом ипри этом не упускали случая напомнить, что сын сида Али готов взять в жены не только сестру их родственницы из Мекнеса, но и сосватать Арибу второй женой. Мужчина пока ещё думает, кого выбрать. И ей, Лейле, стоит учиться быть рачительной и умелой хозяйкой, потому что, когда Ариба выйдет замуж, надеяться Лейле на чью-то помощь не придется.Хорошо, что Ариба этого не слышала, а Лейла рассказывать ей об этом не собиралась. Раз уж им выпало вместе выбраться из семьи ее отца и жить в доме мужа Лейлы, то пусть и дальше такбудет. Зачем Арибе другая семья? А в Бразилии Лейле нужна будет подруга и советчица. В том, что им предстоит вскоре переехать в другую страну, Лейле виделся только один плюс: там Арибе будет непросто найти мужа. Лейла не хотела терять верную подругу, помощницу и советчицу.- Ещё налить чая? – спросила Ариба, и Лейла кивнула.- Как ты себя чувствуешь? Сможем мы пойти на медину за мясом и выпечкой? Гости съели почти все лепешки.- Конечно, врач советовала мне не только отдыхать, но и ходить, гулять. Мне только работать нельзя.- Хорошо, тогда купим мяса и приготовим таджин из баранины с черносливом.- Не мы приготовим, а ты. Ариба. Ты же знаешь, что меня тошнит от вида сырого мяса, - капризно напомнила хозяйка риада.

- Конечно, я. Придет Нурия, мы с ней договоримся, что ещё приготовить.Затем девушки вспомнили жену Саида, то, как она была одета, какое золото на ней было, какая прическа оказалась под платком.

- Фатима сидела за столом без платка, ты заметила?- Но, Лейла, в доме нет мужчин, при которых ей стоило бы находиться в платке, а Саид – ее муж. А для тебя Саид – брат мужа, но ты по обычаю при нем должна покрывать волосы. Даже если сид Саид в Бразилии приедет в гости к Мухамеду, тебе при нем придется носить платок.- Какая Фатима красивая! У неё такое платье! А ты заметила, какие у неё серьги? Там настоящие бриллианты, я уверена. У меня нет украшений с бриллиантами.- Лейла, но муж подарил тебе на свадьбу столько золота!- Да, золота много, но все украшения только из золота, и нет ни одного бриллианта, как у жены его брата!- Ты насмотрелась глупых фильмов. И теперь грезишь о бриллиантах. Зачем они тебе? Ты получила от мужа всё, что полагается тебе по обычаю. А твой муж не так богат, как его брат. Саид – миллионер, у него сеть гостиниц, разные предприятия, фабрики. А у твоего мужа только один магазин и склад в Фесе.

- Почему сид Абдул не выбрал меня в жены Саиду? Я слышала, как дядя Абдул звонил в Бразилию и обещал Саиду найти ещё двух жен, потому что все, на ком он женат, показали себя с плохой стороны.- Ах, Лейла!- покачала головой Ариба, а затем прислушалась.

Точно! Не показалось: в дверь с улицы кто-то звонил. Колокольчик нетерпеливо разрывался.- Это Нурия вернулась, пойду, открою.… Женщина вошла в комнату, опираясь на палку. Нурия не всегда ходила с тростью, но на медине без неё не появлялась.Много ходила, а потом возвращаться ей было тяжело. В доме же она только слегка прихрамывала.- Рассказывайте, кто к вам приходил?- начала расспрашиватьженщина,едва оказавшись в гостиной.- Откуда вы знаете, что кто-то у нас был? – дерзко ответилавопросом на вопрос Лейла, с трудом выносившая старуху.

Обо всем, что происходило в доме, Нурия докладывала сиду Абдулу, от которого были одни неприятности. Если бы не Ариба, которая старалась угодить всем, и каждый раз сдерживала ставшую очень нервной Лейлу, то Лейла уже давно закрыла бы дверь перед носом и сида Абдула, и Нурии. Но Ариба уверила ее, что подобное поведение приведет лишь к тому, что сид Абдул добьется от Мухамеда, чтобы их обеих с позором вернули в дом отца Лейлы. Этого обе девушки никак не желали.- Лара Нурия, это же брат Мухамеда приходил, с женой. Сид Саид с женой Фатимой.Они прилетели по делам в Марокко и по просьбе Мухамеда навестили Лейлу. Хотели узнать, как она себя чувствует, не нуждается ли в чем-нибудь.

- Так Саид приходил не один, а с женой?

- Да, лара Нурия. С женой, мы познакомились. Она нам очень понравилась.

Лейла тихо фыркнула при этих словах. Но Ариба продолжала вежливо отвечать на вопросы лары Нурии, приставленной к ним сидом Абдулом.- Он вам привез деньги от Мухамеда? Теперь сид Абдул может спокойно жить, зная, что твой муж, Лейла, тебя обеспечил. Сколько дирхамов он передал тебе от мужа?- Не знаю, мы не считали, - солгала Лейла. – Вы ведь знаете, что я почти не умею считать, лара Нурия. А Арибе было совсем не до того: она угощала гостей чаем.

Старуха осмотрелась. Денег нигде не было видно. Значит, уже успели спрятать. Пусть сид Абдул сам выясняет, какую сумму девчонкампередалплемянник. Но ведь все равно потратят без толку, на разную ерунду. Лейла совершенно не умеет экономить! Ничего, скоро это расточительство закончится. Когда Мухамед увезет жену с ребенком (иншалла, он родится здоровым и в срок!), то в доме мужа девчонки не смогут так вольно распоряжаться деньгами, если они вообще их увидят.Нурия кивнула двум одалискам и отправилась к себе в комнату. Сейчас она отдохнет, и пора уже приступать готовить ужин. Кто знает, не решит ли вечером навестить этот дом сид Абдул. Нехорошо, если он придет к пустому столу.

- Ариба, потом мы обговорим, что купить на рынке. Пойду, позвоню сиду Абдулу – он должен знать, что у вас все в порядке.- Да, лара Нурия.

Когда женщина вышла из комнаты, поднялась и Лейла.

- Я тоже пойду немного полежу перед тем, как идти на медину.- Отдохни, конечно, - согласилась Ариба.Женщина тяжело поднялась с дивана и не спеша направилась к лестнице. Золотые монетки в украшении на груди позвякивали при каждом ее шаге.4. Глава 4. ЧАСТЬ 10. Рио-де-Жанейро.Латифаи новый дом.Едва отец Амина вышел из дома, Халиса тут же собрала в кучу шелковые подушечки с дивана, чтобы вынести их на балкон для просушивания.

- О, нет! Одной мне все сразу всё не отнести, - расстроилась Халиса, поняв, что подниматься-спускаться по лестнице ей предстоит не раз.Как тяжело одной заниматься уборкой в довольно большом доме! Это ведь не жалкая лачуга, где нужно только ковер на улицу вынести вытряхнуть и пол подмести. А в доме мужаХалиса с самого утра то паутину убирала из углов, то пыль смахивала. Лара Латифа же занималась кухней.

Но как поняла молодая хозяйка, свекровь снова куда-то собралась. Теперь, когдасемейная жизнь родителей мужа как будто повисла на тонком волосе, мать Амина часто выходила из дома, порой даже не сообщая, куда направляется и как быстро вернется. Халиса заметила, что свекровь сторонится сида Мухамеда и практически не разговаривает с ним.Такая ситуация угнетала молодую женщину, которой хотелось, чтобы в семье всё было в соответствии с обычаями. К этому она привыкла в доме родителей. Таких житейских бурь, как в семье Амина, у них никогда не случалось.А здесь всё было непросто, и иногда Халиса просто не знала, как ей себя вести, что говорить и как поступать.

Вот сейчас, например, она невольно услышала разговор свекра со второй женой. Лейла позвонила сама, и Халиса из отдельных реплик сида Мухамеда поняла, что сид Саид, дядя Амина, уже находится в Марокко, навестил молодую женщину и передал ей деньги.

Звонкий голос девчонки прорывался в трубку, приложенную к уху свекра, и Халиса, которой довелось в тот момент протирать столик возледивана, услышала несколько слов. Кажется, Лейла жаловалась на кого-то из живущих в доме… Девчонка явно вошла в роль второй жены, если говорит таким тоном с самим сидом Мухамедом.- Нет, что это я? Лейла уже не вторая жена, она – первая! Ведь лара Латифа требует развод, а раз так, то теперь в любом случаеместо первой жены ею потеряно, передумает ли она разводиться, или отец Амина не согласится дать развод и станет разными способами затягивать время. И что смогла выиграть свекровь? – недоумевала, разговаривая сама с собой, Халиса. – Теперь над ларой Латифой первой женой встанет девчонка, которая намного моложе её собственной дочери! Ведь Самира, кажется, старше Амина на три или четырегода? Как это унизительно!Халиса постаралась подхватить упавшую подушечку и водрузила на самый верх стопы,удерживая диванные подушки одной рукой. Когда она уже поднималась по лестнице, услышала шаги Латифы в коридоре второго этажа.Женщины столкнулись наверху у лестницы.Девушка мельком оглядела свекровь: длинная легкая юбка, тонкая блузка с рукавами до запястий, платок на голове повязан так, что шея закрыта полностью. На плече – сумочка на длинном ремешке. Значит, мать Амина куда-то собралась.- Халиса, я выйду по делам, а ты присмотри за таджином. Я поставила его больше часа назад, все продукты и специи уже заложены, тебе стоит только выключить, когда поймешь, что блюдо готово.- А… ээ.. лара Латифа, что мне ответить Амину, если он спросит, как скоро вернетесь?- Халиса, я и сама не знаю. Вернусь, когда получится. Я так давно не видела дочь. Так не забудь про таджин! – уже спускаясь по лестнице, закончила она.Халиса кивнула, снова уронив уже не одну, а несколько подушек. Решив отнести их не за один раз, она не сталанагибаться, а, перешагнув через расшитую бисером подушку, быстро скользнула на балкон. Собственно, это и было целью – здесь на узкой скамье она собиралась разложить принесенные вещи для просушки. Но Халиса не стала признаваться себе, что ей хочется знать,в какую сторону отправится лара Латифа.А с балконаувидеть это не составляло труда, и Халиса, прижав к животу одну из марокканских подушек, осторожно подошла к перилам балкона…Свекровь успела выйти из дома, но у дверей ее поджидал Мухамед.- Латифа, куда ты собралась? – донеслось до застывшей над их головами Халисы.- Мухамед, хочу напомнить тебе, что мы разводимся, поэтому не собираюсь рассказывать, куда я иду.- Но, Латифа, ты всё ещё моя жена, ведь три месяца ещё не прошли…- Привыкай, Мухамед. Дядя Али и дядя Абдул подтвердили, что дан развод. И я не передумаю.

- Но, Латифа…- Привыкай, Мухамед. Скоро здесь поселится твоя вторая жена, которая станет слушаться тебя беспрекословно. А обо мне тебе придется забыть. Пропусти меня.

Но Мухамед не двигался с места, не зная, что возразить на ее слова. Вероятно, это рассердило Латифу, и она решительно произнесла:- Мухамед, отойди в сторону,пропусти меня. Или я позвоню Жади, чтобы они с Самирой подъехали прямо к бару доны Журы!Если ты решил мне препятствовать, мне придется позвать мою сестру и дочь к двери твоего дома!Халисе с балкона было видно, как сид Мухамед слегка передвинулся в сторону.Латифа не стала больше ничего говорить, просто ушла.

- Козочка моя! Куда же ты? – жалобно протянул ей вслед отец Амина, беспомощно всплеснув руками.- Мустафа! Ты видел это? – воззвал он к появившемуся из «Волшебной лампы» приятелю.

Халисе не был виден муж лары Ноэмии, но она тут же услышала его густой бас.

- Мухамед, наш дядя Абдул прав:накажи свою жену! Латифа совсем распустилась! Твоя жена тебя игнорирует.- Мустафа, Латифа мне больше не жена. Я потерял мою Латифу. Скажи, зачем я поддался на уговоры и согласился дать развод Латифе?

- Брат, накажи ее, пока это ещё возможно! Твоя Латифапревратилась в одалиску!Как можешь ты терпеть подобные поступки?- Нет, Мустафа.С моей Латифой так нельзя действовать. Зачем я взял вторую жену? Зачем? А теперь я не могу даже запереть Латифу в доме, она тут же нажалуется Жади, а потом обо всем узнает дядя Али. Аллах! Меня обвинят в жестоком обращении с Латифой, которая мне уже почти не жена. Ещё месяц – и я должен буду отдать Латифе её махр, дать ей дом, - горестно перечислял грядущие семейные бедствия брат Саида.- Так не давай ей развод, и всё. Забери свой «талак» назад, - дал совет Мустафа.- Я уже думал об этом, брат, но ведь Лейлу мне всё равно придется привезти в Бразилию, и она будет жить здесь, в Сан-Криштоване. У нас с Латифой не будет мира.- Но она же станет жить в другом доме!- Нет, Мустафа. Я пропал, пропал…Если Мустафу с балкона Халисе видно не было, то в отчаянии схватившего себя за голову Мухамеда- наоборот. И необъятную, в светлую полоску джеллабу, из-под которой виднелись рукава темной рубашки, и носы кожаных сандалий, выглядывавших из-под подола- всё разгляделас балкона Халиса. Мухамед толи горевал, толи возмущался, но он явно взывал к милости Аллаха, поднимая лицо к небу, не замечая присутствия невестки.Но для Халисы это было опасно.Поднимет голову и увидит ее! Только не это! Только бы сид Мухамед ее не увидел! Снова отругает за то, что она вышла на балкон, т.е.что просто постояла, выставляя себя на показ, а потом ещё и от Амина выслушивать замечания! Но ведь это не Марокко! И балкон, за неимением пусть хотя бы крохотного, внутреннего, закрытого со всех сторон дворика, был задействован в домашнем хозяйстве. Здесь сушились вещи после стирки или выносились на солнце ковры и одеяла, или вот как сегодня – подушки с дивана из гостиной.

Но, слава Аллаху, не заметив присутствия Халисы, мужчины скрылись внутри магазина, сетуя на свободы современных женщин и их нравы.Халиса оглядела двор вокруг бара доны Журы и увидела в дальнем конце улицы мать Амина, направляющуюся вовсе не в ту сторону, куда она обычноходила. Нет, не к ларе Ноэмии шла лара Латифа. Прожив полгода в Сан-Криштоване, Халиса изучила местность, посещая рынки и магазины. Впрочем, какие рынки? Это громко сказано. Но магазинов было много, а если отправиться по той дорожке, куда свернула Латифа, то можно попасть к станции метро.- Неужели лара Латифа не побоится ехать на метро, к тому же – одна? – ужаснулась жена Амина, провожая взглядом ярко-малиновый платок на голове родственницы.Но она понимала, что чувствует свекровь. Ведь разговор Мухамеда с Лейлой слышала и лара Латифа. Можно представить, в каких чувствах она вышла из дома!Фигура родственницы скрылась за углом дома, и Халисе больше не за кем было наблюдать. Она скользнула взглядом по ставшим уже привычным видамих района вокруг бара лары Журы(«Ах, да! Здесь, в Бразилии, женщин называют «дона», когда уважительно обращаются, а вовсе не «лара», как в Марокко).Каждый день одно и то же: за столиками возле бара сидят люди, некоторые снуют туда-обратно через открытые двери заведения доны Журы. То и дело слышится ее грубоватый громкий голос. Несколько мужчин играют в бильярд в углу бара.И то тут, то там вертится любопытный парень – Базилио, который так и стреляет глазами по сторонам. Вот и Латифу он увидел и сделал свои выводы. О, кажется, он и ее заметил! Пора уходить.Халиса быстро поправила вещи на дощатой скамье и покинула балкон, возвращаясь за следующей частью вещей.… А Латифа действительнодвигалась к станции метро. Но самостоятельноехать никуда не собиралась. Просто именно там ее ждало такси, в котором сидели Самира и Жади.

Их машину она заметила издали. Ведь в приоткрытую дверцу автомобиля было видно Жади, а Самира прохаживалась по тротуару рядом, видимо, чтобы не ждать в душном салоне машины.Вдруг девушка остановилась, как будто что-то заметив,и решительно направилась к газетному киоску. Она что-то сказала продавцу прессы, протягивая деньги, и получила журнал. И, едва отойдя, тут же заметила мать. Латифа видела, как обрадовались её появлению и дочь, и Жади, ускорила шаги.

- Латифа!- Мамочка!- Самира! Жади!

- Садитесь в машину, поговорим в Торговом Центре, - предложила Жади.

Разместились быстро.Машина тут же сорвалась с места и влилась в общий поток на забитой транспортом городской трассе.Латифа, увидев, как одета дочь, всё-таки промолчала. Опятьмаечка без рукавов с непонятной надписью, короткие легкие брючки и какие-то заношенные, но, видимо, удобныебосоножки.- Латифа, ты вышла из дома без проблем? Мухамед не чинил тебе препятствий?-Жади, я учусь преодолевать сложные ситуации и решать проблемы.- Мама, как с тобой обращается отец?- Не волнуйся за меня, Самира. Твой отец не пытается обижать меня. Он не знает, как помириться со мной, как сделать так, чтобы я вернулась. Он не понимает, что я стала другой.- Правильно! – поддержала её Жади. – Тебе не стоит тратить свою жизнь на Мухамеда и ту женщину, которую он скоро привезет в Бразилию. Иначе тебя превратят в прислугу, няньку. Тебя и Халису. Зачем тебе это нужно?

- Мама, ты ведь теперь не будешь первой женой?

- Да, Самира, - спокойно ответила Латифа, скорее всего, просто делая вид, что её это совсем не задевает, потому что большееё это не касается.- Латифа, столько новостей. Я звонила Зорайдэ, но поговорить удалось и с Каримой. Обсудим всё в кафе, как только доберемся до Торгового Центра.- Мне обо всем интересно знать, Жади. Я скучаю по Зорайдэ и дяде Али.- Я тоже, - сказала и Жади.

Помолчав, она спросила у Самиры , то и дело посматривавшей на обложку журнала, лежавшего у нее на коленях:- Кто это?Твой сокурсник? Ты из-за его фотографии купила этот журнал?- Нет, конечно! - ответила девушка. – У мужчины на обложке журналавозраст не подходит для студенчества.

- Но ты его рассматриваешь с таким интересом! - заметила Жади.Латифа встрепенулась:- Дочка, расскажи, кто он? Ты знакома с этим мужчиной? Что вас связывает?- Мама! Тётя Жади! – возмущенно закатила глаза Самира. – Я не знакома с ним, это не мой приятель, и вообще – это известный латиноамериканский актер Марио Симарро! Вы не смотритесериалы, поэтому не знаете его. А вот дона Элоиза каждый вечер смотрит вместе со всем пансионом новый сериал с Марио Симарро – «Наследники дель Монте».Всев восхищении от Хуана дель Монте, и мне он, признаться, тоже понравился. Я не люблю сериалы, но былавынужденасмотреть серии, когда работала в лавке доны Элоизы, а там тоже был включен телевизор, когда шел сериал.Хуан дель Монте…- Самира! Ты интересуешься мужчинами? – почти в ужасе спросила у дочери Латифа.- Почему нет? И герой Хуан с изюминкой, и сам актер- обладатель какпризнанного таланта, так и незаурядной натуры. Меня интересуют характеры людей. Ведь журналист имеет дело, прежде всего с людьми, что бы там не происходило.Выслушав признание дочери, Латифа с облегчением вздохнула. Кажется, они с Жади всё не так поняли. Но это навело Латифу на мысль о том, что стоит ей поговорить с Жади и на эту тему: есть ли у Самирыпарень, «намораду»,т.е. близкий друг? Кажется, теперь это так называется в Бразилии у современной молодежи? Жади должна знать об этом, ведь в отличие от неё, ее сестра видится с Самирой чаще, и они о многом разговаривают. Самира наверняка доверяет тете.Такси то неслось по проспектам и авеню, то еле тащилось по участкам дороги, застревая в пробках. ТеперьЖади пожалела, что был выбран именно тот ТЦ, куда они сейчас стремились попасть. Но ведь именно этот магазин о многом напоминал им всем, Когда-то здесь любила бывать лара Назира, Саид с Жади приводили сюда гулять Хадижу и Самиру. Даже Рания с Аминой бывали в этом огромном торговом сооружении.Наконец, они добрались до места.

- Как жарко! Хорошо, что я выбрала легкий льняной костюм, - выбираясь из машины, простонала Жади. – Скорее в спасительную прохладу под крышу Торгового Центра!Женщины и Самирабыстро нашли кафе, где за удобными столиками можно провести некоторое время,наслаждаясь соками и мороженым.Впрочем, здесь оказалось и вкуснейшее кофе-латте. Самира и Жади решили не отказывать себе ни в чем. И уговорили сделать заказ и Латифу, у которой отчего-то вдруг испортилось настроение.- Жади, могла ли я представить ещё полгоданазад, что осмелюсь приехать сюда без мужа? Это казалось немыслимым. Аллах, человеку неведомы пути его судьбы, - ответила Латифа Жади о причине плохого настроения.- Но судьба зависит и от самого человека, Латифа.У тебя и сейчас есть выбор: развестись с Мухамедом, начать жить своей жизнью,или снова вернуться к нему, но уже второй женой, и всю оставшуюся жизнь терпеть над собой власть первой жены, незнакомойдевочки, которая может оказаться ещё хуже Рании.- Рания… Тётя Жади, а что случилось с Ранией? Что рассказала о ней Карима? – полюбопытствовала Самира.- Да, Жади, что с ней? Что нового в Фесе? Как Зорайдэ? – сочла нужным перевести разговор на другую тему и Латифа.- Сейчас расскажу вам все новости, - пообещала Жади, размешивая ложечкой мороженое. – Когда я вчера звонила в Марокко, Зорайдэ рассказала мне…И Жади поведала обо всем, что услышала от родственницы из Феса. Ее прерывали сестра и племянница, которым тоже было, что вставить в рассказ.

- Так значит, дядя Саид с одной из жен прилетел в Марокко? – переспросила Самира. – Интересно, они уже успели навестить Хадижу?Мекнес ведь рядом.- Нет, Самира, но Зорайдэ рассказала мне, почему Саид так срочно прилетел в Марокко. Вовсе не из-за Хадижи. Вы ведь знаете, что Рания была выдана замуж за временного мужа? Произошло так много всего, что Саиду теперь придется разбираться в ее делах.- Жади, мне тоже кое-что известно, - кивнула Латифа. – Я слышала разговор Мухамеда с дядей Абдулом по телефону: кажется, сид Абдул жаловался на Фатиму.Когда Саид уехал в Эс-Сувейру улаживать дела,Фатима отправилась в развалины касьбы. Представляешь?Она там заблудилась, поранилась, её искали почти сутки, а потом вызывали врача, когда уже доставили ее в дом дяди Али.- Вот как? Зорайдэ мне ничего об этом не рассказала. Для чего же Фатимапошла в касьбу?- спросила Жади, которой стало вдруг неприятно от мысли, что кто-то побывал в их с Лукасом развалинах. Как будто кто-то посягнул на их пространство, хотя Жади понимала, что глупо так думать.Латифа заметила:- Мухамед за столом во время обеда рассказывал Мустафе и Амину подробности её путешествия в крепость. И я тоже услышала. Фатиме захотелось там прогуляться, потому что Хадижа романтично описала крепость, вот её и потянуло на приключения. Фатима там заблудилась, не смогла самостоятельно выбраться из развалин.- Могу предположить, что бедный Саид был вынужден прочесывать этажи крепости в ее поисках. Как мне всё это знакомо! – припомнила Жади.- Да уж, Жади, Саид побегал за тобой по развалинам. Ему есть, что вспомнить. Он наказал девушку? Почему Зорайдэтебе ничего рассказала? Мухамед говорил только, что дядя Абдул требовал жесткого наказания, но как поступил Саид, я не поняла.- Нет, не стал никого наказывать. Но именно это так возмутило сида Абдула, что он решил найти Саиду ещё одну жену. Так мне сказала Зорайдэ. Она не упоминала о развалинах, но намекнула, что в доме что-то произошло.- А что ещё нового в доме дяди Али? Как здоровье у дяди Али и у Зорайдэ? – спросила Самира.- Всё хорошо, слава Аллаху. Даже лара Дуния больше не приходит скандалить в их дом,- ответила Жади.- Как было бы хорошо, если бы дядя Абдул и Дуния ужились в одной семье, - размечталась Латифа.- Сомневаюсь, что так случится. Ведь дядя Абдул скуп, он не считает нужным тратить деньги на золото. А для Дунии это очень важно – иметь золото не меньше, чем у других. Получать подарки.

- Но почему, сватая другим женихам невест, он строго следит за соблюдением обычаев?Выбранным дядей Абдулом невестам женихи покупают столько золота в лавках медины, что ни одна невеста не отказалась от мужчины, за которого перед семьей хлопотал сид Абдул, - сказала Латифа.

- То, что делается ради других, не всегда примеряется на себя, - философскивозразила Жади.

Самира задумчиво произнесла:- А я равнодушна к золоту. Если бы я встретила мужчину, который мне понравился, с которым у меня было бы много общего, человека, близкого мне по взглядам на жизнь, родственную душу, я не стала бы требовать от него золото.- Но у нас, арабов, марокканцев, так принято. И ты, Самира, тоже, когда будешь выходить замуж…, - начала Латифа. Но дочь ее перебила:- Нет, мама. Я не выйду за того, кого мне выберет отец. Никогда! И я вообще пока не думаю о замужестве. Мне нужно получить профессию – т.е. диплом в будущем году, начать строить карьеру. Семья для меня пока в туманных далях.- Самира, потом может быть поздно. Тебе уже 24 года…, - робко сказала расстроенная Латифа, не осмелившись произнести, что дочь и так уже оказалась в разряде старыхдев.

Но Самира не была обеспокоена подобной проблемой.

- Я выйду замуж только тогда, когда буду уверена, что рядом со мной тот мужчина, которого я хочу видеть своим мужем. И не иначе.

- Не будем об этом, - улыбнувшись, сказала Жади, посмотрев и на Латифу, и на Самиру. - О Рании: Карима сказала, что Саид не хочет снова жениться на ней. Она проведет три месяца в доме дяди Али на положении гостьи, а потом вернётся в Бразилию, но в качестве няни своего сына. Вот так.- Да, Жади, история повторилась, но уже с ней самой. Помнишь, как Рания вела себя, когда Саид привез тебя, чтобы ты могла воспитывать Хадижу, не став женой Саида? Похоже, теперь и ей предстоит пережить то же, что выпало тогда тебе.- Хм, не знаю, Латифа. Зулейка и Фатима, если верить рассказам о них Хадижи, вовсе не такие, какой была некогда Рания. И я нисколько не злорадствую, разумеется.- О, нет! Насчет жен Саида ты заблуждаешься. Когда Саид привозил их в наш дом, Рания постоянно ссорилась и с Фатимой, и с Зулейкой.Правда, Зулейка не считала нужным отвечать ей, но Фатима и Рания… Нет,когда мать Мунира вернется в дом Саида, его жены припомнят ей всё. Ранию ждут трудные времена.

- Не верю, что Рания смирится и станет покорно сносить их придирки и каверзы. Она снова начнет с ними ссориться, как только немного забудет о том, что с ней случилось. И знаешь, Латифа, её больше всего начнет задевать то, что Саид будет дарить золото Фатиме и Зулейке, а она не получит ничего, потому что она больше не жена Саида.- Слава Аллаху, что нас это никак не коснется. Мне так хочется спокойной жизни, Жади.

- Скоро будет готов твой дом? Или Мухамед так и затягивает ремонт? – полюбопытствовала Жади.- В том доме всё вверх дном. Не знаю, что за ремонт собирается там делать Мухамед.

- Уверена,он умышленно тянет время! – горячо сказала Жади.- И мне теперь так кажется. Но что я могу сделать?

- Латифа, тебе необходимо найти выход. Иначе ты дотянешь до тогомомента, когда родит его вторая жена, и дядя Абдул тут же привезет Лейлу в Рио-де-Жанейро. Я знаю тебя: ты начнешь жалеть если не неумелую девчонку, то ребенка, и так и увязнешь в семействе Мухамеда.

- Жади, мне тоже кажется, что Мухамед рассчитывает именно на это. Но как мне перебраться в дом, где дажеспать не на чем? И знаешь, мне невыносима мысль, что я навсегда уйду из дома, где родились мои дети, где я прожила столько счастливых лет.Уйти из дома - как будто кусок сердца оторвать, понимаешь? Как мне расстаться с домом, с вещами, со всем, к чему я так привыкла?- Понимаю. Я тоже испытала такое чувство, когда ушла из дома Саида. Моя душа рвалась к Лукасу, но не могла смириться с тем, что дом, где я столько лет прожила с Хадижей, дом, который я всё равно считала своим родным домом, вдруг стал чужим, и куда для меня оказалась закрыта дорога,даже чтобы прийти в гости к Хадиже. Я тебе понимаю.- Вот видишь, Жади, и я просто не знаю, как мне быть.- Но если ты останешься, а Мухамед приведет в дом Лейлу, тебе будет ещё хуже. Латифа, покинь этот дом с достоинством.

Самира ела мороженое, не поднимая головы. Но после слов Жади всё-таки осмелилась сказать:- Могу представить, как воспримут соседи в Сан-Криштоване вторую жену отца! Если ты, мама, к этому времени будешь жить в новом доме – это одно. Но если Лейла окажется под одной крышей с тобой, бар доны Журы будет долго бурлить от такой новости. Вам всем не раз перемоют кости.

- Меня так расстраивает всё это, - печально ответила Латифа.- Не расстраивайся, мама, а действуй! – воскликнула Самира. – Хочешь, я помогу тебе? Собери свои вещи и назначь день для переезда. Скажи отцу, что ты как-нибудь устроишься в доме.Я помогу тебе расположиться, позвоним дяде Али, чтобы он поторопил отца с ремонтом.- Думаю, что именно так я и поступлю, но не сейчас. Подожду до осени, когда Мухамед полетит в Марокко за той женщиной и ребенком. Без него и переберусь в свой дом. Или сделаю это накануне отъезда Мухамеда.

- Латифа, а когда заканчиваются три месяца, которые ты должна прожить в доме мужа?- Уже скоро, Жади. И я оказываюсь в неприятной ситуации: уйти не могу, потому что дом не готов, но остаться в доме Мухамеда – значит, дать ему повод надеяться, что я смирилась и не хочу разводиться.

- А … ты не передумала? – осторожно спросила Жади.- Мама, неужели ты сможешь терпеть рядом с отцом эту Лейлу?- Нет, конечно, не передумала, и со второй женой мириться не желаю. Но что мне делать? И как мне решиться уйти из дома, где каждая вещь родная?

- Да, всё Лейле достанется. Второй жене. Хорошо устроилась, - презрительно сказала Самира, безумно жалея мать.- Нет, всё не так! – заявила Жади. -Какая вторая жена? После развода, Латифа, ты им – Мухамеду и Лейле – станешь никем. Если Мухамед передумает и откажется от развода, увидев, что ты не хочешь покидать дом, то тогда ты окажешься второй женой. А если уйдешь – ты будешь свободна! И ничего не бойся: мы с Самирой тебя поддержим.

- Конечно, мама. Я сразу же перееду к тебе. Нам будет хорошо вместе, - подтвердила Самира.- Латифа, ни о чем не беспокойся: я подарю тебе деньги на покупку мебели.Открою тебе один секрет, пусть даже мне придется нарушить слово, данное Кариме:дядя Али сказал Зорайдэ, что тоже даст тебе денег на открытие и обустройство магазинчика, если ты не передумаешь и не вернешься к Мухамеду. Ты не пропадешь, Латифа. У тебя будут средства на жизнь.Латифа неопределенно покачала головой.К столику подошел официант и поинтересовался, не желают ли они заказать ещё чего-нибудь.- Самира, посмотри, что там на витрине есть вкусненького, - попросила Жади. – И закажи нам всем ещё по чашке кофе.Когда Самира вышла из-за столика и ушла, Жади сказала:- Латифа, я знаю, что тебе страшно, но жить с мужчиной, которого придется делить с другой женщиной, живущей за стеной соседней комнаты – это ни с чем несравнимое унижение. Я не любила Саида, но порой и мне была неприятна мысль, что он проводит ночи с Ранией. Я не могла себе объяснить эти чувства, но они были. Если ты больше не любишь Мухамеда, для чего тебе мучить себя?

- Жади, я не хочу жить с Мухамедом, не могу представить ситуацию, когда я буду лежать ночью в своей постели и знать, что отец моих детей проводит ночь в соседней комнате с другой, чем они там занимаются…Нет, я не останусь в доме, когда там появится Лейла. Но и уйти вот так резко из МОЕГО дома мне страшно. Это означает отрезать своё прошлое, начать новую жизнь, которая меня страшит.

- Ну чем тебя пугает новая жизнь? Ты просто будешь жить в соседнем от Мухамеда доме, там же – в Сан-Криштоване,станешь по-прежнемувстречать тех же соседей, ходить в те же самые магазины, на рынок. Для тебя мало что изменится. Ты не расстанешься с сыном. Амин будет приходить к тебе в гости, если Мухамед не запретит ему это делать.

- Не запретит. Амин и Халиса, возможно, тоже переедут ко мне после возвращения Мухамеда из Марокко. Ведь вместе с Лейлой приедет и ее родственница – помогать ухаживать за ребенком. Места в доме будет мало. И Амин с Халисой не очень хотят жить в новой семье Мухамеда.- Вот видишь! Зато сколько плюсов, Латифа! Твоя дочь будет жить рядом с тобой. Мы все сможем открыто видеться в твоем доме, не оглядываясь на Мухамеда. Амин и Халиса тоже будут рядом. Кстати: Зорайдэ предположила, что дядя Абдул не пожелает смириться с неопытностью Лейлы, с её дурным характером – если верить его мнению, и найдет племяннику- уже собирается найти -ещё одну жену: более опытную, более взрослую.

- Дядя Абдул неутомим! Значит, теперь он занят поисками невест обоим племянникам? Чем увенчаются его искания?Обе женщины, встретившись глазами, рассмеялись.- Мухамед получит настоящий гарем, - усмехнулась Латифа. – В таком случае за него можно не беспокоиться: он будет сыт, ухожен и всем доволен.- Конечно, и он оставит тебя в покое, а ты сможешь устроить собственную жизнь.- Я сомневаюсь в том, что у меня будет личная жизнь, Жади. Думаю, что для меня всё кончено, и счастье мне уже никогда не улыбнется.

- Надейся, Латифа. Пути судьбы неисповедимы. Только Аллаху известно, что нас ждет.Латифа промолчала, но вспомнила, что именно нагадала ей Зорайдэ полгода назад.Встречу с незнакомцем и огромную взаимную любовь. Теперь, когда Латифе её жизнь казалась рухнувшей, предсказания Зорайдэ виделись ещё более невероятными.

- Я ни на что не надеюсь, Жади, - тихим голосом ответила Латифа.

К их столику вернулась Самира, за ней двигался официант с огромным подносом, заставленным тарелочками с кусками тортов, пирожными и чашками кофе.- Неужели всё это мы сможем съесть? – улыбнулась Латифа.Когда сладости и кофе оказались на столе, Самира вдруг спросила:- Что такое временный брак? Нет, я как бы знаю в общих чертах, но чем он оказался опасен для Рании?

Они ели и говорили об этом. Потом Латифа напомнила:- А помнишь, Жади, как тебя выдали замуж за Зейна? Он стал твоим временным мужем, но влюбился и не захотел возвращать тебя Саиду.

- Помню! Как же я тогда испугалась! Ведь счастье было так близко! Латифа, помнишь, я рассказывала тебе, чем закончилась ночь после свадьбы с Зейном?- Чем, тётя Жади? Я этого не знаю. Вы поссорились? – полюбопытствовала Самира.- Нет, но я договорилась с Лукасом и Иветти, что подсыплю снотворное в сок Зейна, чтобы он уснул, а я могла бы сбежать от него, улететь из Марокко вместе с Лукасом. Но побег не удался. Зейн заметил, как я что-то всыпала в сок, и поменял стаканы, когда я отвлеклась и отвернулась от стола. В итоге это я уснула и проспала всё на свете. Лукас не дождался меня и улетел в Бразилию, поняв, что что-то случилось.- Жади, как потом выяснилось, тебе можно было не пытаться усыпить Зейна. Ведь Саид договорился, что Зейн будет спать в другом номере. Саид снял в отеле два свадебных номера, один для тебя, второй – для Зейна. Если бы ты проявила терпение, Зейн оставил бы тебя одну, ушел ночевать в соседний номер. Ты легко могла бы выбраться из отеля.- Но я не знала об этом и решила действовать по собственному плану. И потерпела поражение. Представьте, каково мне было утром, когда япроснулась и поняла, что я осталась в Марокко, в руках временного мужа, который вот-вот передаст меня своему другу Саиду. А от него мне будет уже не вырваться.- Тётя Жади, а вы не думали, как могла сложиться Ваша жизнь, если бы побег всё-таки удался? Что с Вами и Лукасом произошло бы после того, как вы оказались далеко от Марокко?- Думала, Самира. Наверно, Зейн в конце концов понял бы меня. Онсовременный человек, в нем много европейского, и он смог бы понять меня.

Латифа покачала головой. Слизнув с ложки крем, она сказала:- Я не уверена, Жади, что Зейн не бросился бы на поиски.Охоту на вас объявили бы и Саид с дядей Абдулом, и даже наш дядя Али не остался бы в стороне. Это был бы ужасный скандал. Тебе пришлось бы долго скрываться у Лукаса от разъяренных родственников, чтобы избежать наказания.

- Но Зейн все-таки узнал и понял, что мы с Лукасом любим друг друга. Он даже стал помогать мне. Одолжил денег на билеты, и мы с Хадижей смогли улететь в Марокко.- Жади, Зейн думал, что ты летишь с Лео. Он не стал бы тебе помогать, узнай, что ты решила похитить и увезти дочь Саида. Из твоих рассказов тогда я сделала именно такой вывод.- Тётя Жади, а если бы вас поймали, что бы с вами могли сделать? В Марокко вас наказали бы, могли наказать, а в Рио?- Конечно, Самира, твою тетку обязательно наказали бы. Жади, в Фесе тебя могли вытащить на площадь и выпороть плетью!

- Да, могли, - нехотя согласилась Жади. – Зорайдэ рассказала, что временный муж Рании, Хасан - так, кажется, его зовут, именно так и поступил с ней: вывез за город и высек плетью! Её спина выглядит ужасно – сказала мне Карима. Она лечила Ранию, смазываларубцы мазью.- Какой ужас! – изумилась Самира. – Средневековье какое-то!- Да, всё так, - согласилась Жади. – Но Зейн не стал бы таким образомпоступать со мной. Наверно, он бросился бы в погоню из-за задетого самолюбия, но когда отыскал, постарался бы нам или мне помочь, чтобы до меня не добрался сид Абдул. Зейн не позволил бы никому наказать меня.

- Это было давно. Никто теперь не узнает, на что мог оказаться способен Зейн, - произнесла Латифа.- Нет, Зейна я узнала достаточно хорошо. Он не стал бы причинять мне вред. Онпорядочный человек. Из тех мужчин, которые не унизят себя местью женщине, которая их отвергла.Все молча принялись за пирожные и куски тортов.- Мама, - вдруготвлеклась от кофе Самира. – А Амин скоро станет отцом? Халиса не беременна?- Нет, дочка. Я пока не знаю, как скоро стану бабушкой.- Ты – бабушка?Но ты такая молодая, красивая! Какая ты бабушка? И мне трудно поверить, что у Амина может быть собственный сын, - подняв бровь, удивлялась девушка.

- Жизнь идет, скоро у нас с Жади будут внуки.- Меня беспокоит, что нет известий от Хадижи, - нервно сказала Жади, отделяя ложечкой кусочек торта. – Вдруг моя дочь уже беременна? Я ничего о ней не знаю. Саид сейчас в Марокко – он мог бы навестить семью, в которой теперь живет Хадижа.

- Саид так и сделает, я уверена. Не переживай, Жади.- Но Зорайдэ мне ничего об этом не говорила, - расстроенно вспомнила женщина.- Тётя Жади, но если с дядей Саидом в Фесе сейчас и Фатима, то можно было бы позвонить ей и попросить, чтобы онауговорила дядю Саида съездить в Мекнес. Ведь Фатима и Хадижа были в хороших отношениях?Жади взглянула на Латифу. И та поняла ее взгляд.- Я не смогу этого сделать. У меня нет ее номера телефона, и мне кажется, что у Фатимы нет сотового. Или есть? Я ни разу не видела у неё мобильника.- Да, это вполне в духе Саида: у Хадижи тоже не было своего телефона. Когда я жила в его доме, то сотовый был только у Рании, и пользоваться им она могла только в определенных случаях, - вспомнила Жади.- А теперь Саид удивляется, почему Фарид не позволяет Хадиже звонить отцу и родственникам в Фес. Даже телефон отобрал, - вздохнула Латифа.- И вы ещё хотите, чтобы я вышла замуж за незнакомца, который станет моим хозяином, как будто я овца? Идти жить в незнакомую семью, став женой неизвестного и нелюбимого мужчины… Нет, это не для меня. Думаю, что если бы сейчас спросить у Хадижи, вышла бы она замуж за своего мужа, она бы передумала, - уверенно сказала дочь Латифы.- Нет, увы, она не согласилась бы с тобой, Самира, - возразила Жади, беря пальцами тонкую трубочку для сока.- Почему?! Ей нравится такое обращение с ней мужа?- Хадижа его любит, она никогда от него не откажется, - через силу призналась Жади.- Любит? Хадижа влюбилась? Она любит своего мужа? – не верила ушам Самира. – Но тогда я её понимаю. Любовь - это такое чувство…- Самира, ты говоришь об этом с таким знанием дела.Что ты можешь понимать в этом? – сказала ей мать.- Я была влюблена в Зе Роберто! – возразила девушка.- Дочка, не вспоминай этого парня, - простонала Латифа.

Ведь именно с его появления в жизни дочери начались в их семье неприятности. Латифа не могла думать иначе, хотя понимала, что всё совсем не так. Мальчишка ни при чем. Но именно с истории влюбленной в парня Самирыначала рушиться их семья. И даже вторая жена у Мухамеда могла появиться в их доме уже много лет назад, если бы не находчивость и предпринятые против этой беды действия Зорайдэ, Жади и самой Латифы.

«Но от судьбы уйти не удалось», - подумала Латифа.Они ещё некоторое время провели за беседой в кафе, а потом прогулялись по огромному количеству магазинчиков на разных этажах Торгового Центра, сделав массу покупок. Жади опустошила свою кредитку, сделав множество подарков сестре и племяннице.

Они и не думали никуда торопиться, прекрасно проводя время. А незадолго перед расставанием решили, что стоит ещё раз позвонить Зорайдэ и узнать новости о Хадиже. Что, если Саид всё же решит навестить дочку в Мекнесе?- Правильно, тётя Жади! - поддержала Самира. – К телефону может подойти и Фатима, или Зорайдэ может позвать ее, и тогда можно уговорить жену дяди Саида отправиться в гости к Хадиже.- Я позвоню и попрошу Зорайдэ намекнуть Фатиме о поездке в Мекнес.5. Глава 5. ЧАСТЬ 10 Фанфик. Фес. Фатима и Рания.

Рания и Карима спускались по лестнице вниз, когда раздался телефонный звонок, и Зорайдэ тут же подняла трубку.

- Жади!... Алейкум асаллам!Я была уверена, что ты обязательно позвонишь…Всё в порядке, все здоровы…. Нет, о Хадиже нам ничего не известно… Саид…эээ…он вместе с Фатимой ушел на медину с поручением отМухамеда… Да, к Лейле. А как Латифа? Вы все вместе гуляете по торговому центру? …О!..Ааа… Как я рада!.. Хорошо, Жади. Передам. Но говорить с Саидом – не очень хорошая мысль. Думаешь, он сам не беспокоится за родную дочь? …Да, сразу же тебе позвоню, как только появятся новости… Поговорить с Латифой? Конечно!...Карима, едва поняв, кто звонит, тут де оказалась внизу, в зале, встала за спиной у Зорайдэ, стараясь поймать каждое слово.

- Чего тебе, Карима? – возмутилась, наконец, хозяйка дома. – Ты собиралась отвести Ранию на медину? Так и иди! Ты мне мешаешь разговаривать!- Но, Зорайдэ, - взмолилась Карима, - я тоже хочу узнать, как там наша Латифа! У неё всё в порядке с Мухамедом? Они помирились или нет? Я так за них переживаю, так переживаю! Зорайдэ, так и передай Латифе: Карима очень за неё переживает!- Иди, Карима, иди! Ты должна вернуться до дневного намаза! Я всё скажу Латифе, и Жади тоже передам твой«салам»!

Карима разочарованно отошлаи, кивнув Рании, позвав за собой, быстро направилась к двери во двор.

Рании очень хотелось послушатьразговор Зорайдэ с бывшей женой Саида, как и с Латифой, которая пока ещё была частью мира, потерянного Ранией по глупости. Она и сама была бы рада поговорить с женой Мухамеда, узнать новости.

Не может такого быть, чтобы Латифа так или иначе не знала, что происходит в доме Саида, как живется Муниру, что нового произошло в семьях родственников в Бразилии. Но как попросить Зорайдэ дать ей возможность поговорить по телефону, и так, чтобы об этом не узнал Саид? Ему не понравится, что она за его спиной пытается узнать о том, что происходит в его доме.

Рания изнывала от любопытства, ей хотелось столько всего узнать, расспросить, только у кого? Фатиме задавать вопросы она не станет. С Саидом придется вести себя очень осторожно…- Рания! Не отставай! – позвала Карима.

- Иду, Карима, - отозвалась Рания, поправляя никаб. Как ей повезло, что у Зорайдэ нашлась черная накидка и платок, которым удалось покрыть голову. Совсем ни к чему, чтобы соседи дяди Али узнали в ней жену Саида, т.е. даже жену Хасана! Ведь теперь ее воспринимают, прежде всего, как беглянку от временного мужа из Эс-Сувейры!

Подтянув повыше ткань на лице, Рания догнала Кариму и, глядя ей в спину, подумала: «Вот кто мог бы поделиться со мной всеми новостями, но и ей не удалось поучаствовать в беседе. Возможно, потом Карима сможет расспросить Зорайдэ?» « А потом она поделится новостями и со мной», - успокоила себя Рания.Выйдя из ворот риада сида Али, женщины,оказавшись на медине, решили сначала отправиться за одеждой. Но, добравшись до лавок, Рания была очень разочарована. О, как же давно она не бывала на рынке! Ни в одной лавке, куда они заходили, ей не приглянулось ни одно платье.

Одежды было полно – всех размеров и расцветок, с вышивкой и без. Видели множество домашних платьев, так икафтаны для праздников. Но всё не то, всё какого-то низкого качества. Как ни расхваливала Карима увиденные платья, как не восторгалась, но Рания не считала нужным даже подойти поближе к прилавку, чтобы лучше рассмотреть или даже примерить что-то из вещей. Всё не то!

Но когда они, наконец-то, набрели на лавку, где торговали действительно красивыми кафтанами и ткшейто – такими, к которым привыкла жена Саида, оказалось, что денег, выданных ей бывшим мужем, совсем мало для покупки таких вещей. Рания загляделась на многие вещи, но стоили они все очень дорого.- А что ты хотела, Рания? Ты ведь больше не жена Саида! Я так удивилась, когда сид Саид дал тебе деньги. Теперь тебе не положено покупать дорогие вещи. Саид дал тебе деньги на то, что тебе понадобится в течение трех месяцев, пока ты будешь жить у нас. Тебе ведь надо купить шампунь, средства гигиены и прочее. Мыло, например, косметику…А здесь платья стоят столько, что у тебя не хватит денег даже на одно из них.- Тише, Карима, я и сама это знаю! – прошипела Рания, радуясь, что на ней надето черное одеяние, никаб, скрывающий ее всю, кроме узкой полоски для глаз.

Но из лавки пришлось ретироваться. Рании даже показалось, что хозяин магазинчика слишком внимательно стал присматриваться к возможной покупательнице.

- Карима, прошу тебя больше не комментировать при посторонних моё финансовое положение!- Что? А что Карима? Карима только напомнила тебе, что купить надо много чего, а денег мало. Сид Саид тебе не даст больше денег, если ты потратишь их на что попало.- Карима, если будет надо, я у Саида попрошу деньги, и он даст мне, потому что не вернул мне мой махр. А это очень большая сумма!- Но пока тебе лучше купить что-то из недорогих платьев для дома. Рания, куда ты собираешься выходить, когда будешь жить в доме сида Али? Тебе придется три месяца провести здесь, в доме, сидя в комнате, почти взаперти. Тебе не понадобятся дорогие платья. На праздники ты не будешь ходить. Дядя Али не позволит тебе бродить и по медине.- Я и сама не собираюсь никуда выходить, - ответила Рания, вспомнив угрозу Хадии, что Хасан найдет способ выкрасть ее в Фесе, чтобы потом вернуть в свой дом и превратить в рабыню. От одной мысли об этом она содрогнулась. Конечно же, она и носа не высунет на медину! Она дни считать будет до возвращения в Рио-де-Жанейро!- Знаешь что, Карима, давай заглянем в ювелирную лавку. Я куплю золото в обмен на кусок моего украшения, а потом мы пройдемся по рядам и купим нужные мне мелочи. А платья – на три месяца мне хватит того, что нашлось в том сундуке, Когда-то я была так расточительна, но теперь это поможет мне казатьсяболее-менее нормально одетой.- Это точно, Рания! В том сундуке такие платья, что любое возьми – оно окажется лучше, чем новое с рынка.- Тогда не станем задерживаться, - кивнула Рания, оглядываясь, чтобы сориентироваться, в какой стороне находятся известные ей ювелирные лавки, и как удобнее и быстрее туда добраться.Один из магазинчиков, торгующих золотом, они нашли довольно быстро. Ранию порадовало то, что хозяин лавки не был знакомым ее отца. Или она об этом просто не знала. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь рассказал ее родственникам, что она вынуждена продавать часть драгоценного ожерелья, чтобы купить себе золото. Как же это унизительно – когда женщина покупает золото сама себе! Украшения должен дарить муж! Но что оставалось делать Рании?

Слава Аллаху, торговец ни о чем не стал расспрашивать или как-то комментировать продажу такого странного куска украшения. Он назвал сумму, на которую Рания могла бы выбрать в его лавке золото. Так у Рании появились золотые браслеты и серьги, несколько колец и очень скромное ожерелье на тонкой цепочке с небольшим голубым камешком.

Когда Рания вышла из лавки, чувствуя на запястьях тяжесть нескольких браслетов, а под тканью – оттягивающие мочки ушей серьги с множеством «висюлек», и то, как ее шею холодила цепочка с довольно большим кулоном, ей захотелось плакать. Золото показалось ей нищенским!

«Ну что это за кольцо, например?» – ужаснулась Рания, взглянув на палец, вспомнив то чудесное обручальное кольцо, с которым она была вынуждена расстаться в Агадире. А тот браслет, который ее заставил отдать родственник Амины, согласившийся довезти ее до Феса, но с условием, что она отдаст ему свой любимый браслет…Ах!

«Но я не стану расстраиваться! Ведь в Бразилии осталась моя шкатулка с драгоценностями, моим махром! Я не позволю Саиду прятать мои украшения в сейфе. Пусть я и стану всего лишь няней, никто не запретит мне носитьмоё золото!».

А что еслиФатима и Зулейка прикажут ей надеть униформу, как это делает вся прислуга в доме? Да, Рания и сама в свое время строго следила, чтобы и Мириам, и водители, и кухарки, и все остальные слуги выглядели, как положено.На Мириам всегда была надета форма из белой длинной блузы и темно-красного платья с прорезями по бокам и на рукавах, так что была видна белая ткань. И на голове – белоснежный тюрбан. Но не допустит же Саид, чтобы мать его сына была одета так же?

«Мой Мунир умрет от унижения, если увидит меня в одежде служанки! Нет, Саид не опустится до такого, даже если он всё ещё зол на меня. Даже если он плохо думает обо мне из-за клеветы Хасана и его семейства!»Рания с помощью Каримы быстро купила всё необходимое, не особенно придираясь к товару,думая только о том, что ждет ее вечером, когда ей придется столкнуться с Фатимой. «Эта змея непременно высмеет мои новые украшения! Может быть, лучше пока не показывать купленное золото? Ничего не буду носить, пока Фатима не уберется в Бразилию! А когда она уедет, я надену это дешевое золото, потому чтововсе без украшений мне не по себе».- Рания, о чем ты думаешь? – заговорила с ней Карима. – Ты не жалеешь, что рассталась с таким красивым камнем? Камень зеленый и такой крупный! Как он называется, Рания, скажи Кариме! Он так дорого стоил,что тысмогла купить много нового золота.

- Это изумруд, - нехотя ответила Рания, снисходительно подумав, что Кариме ее золото кажется дорогим, а вот для нее эти украшения –вовсе не тот уровень, к какому она привыкла.- А ведь твой отец - ювелир, Рания. Если бы ты отдала ему сломанное украшение, он мог бы сделать тебе кольцо или подвеску. Но тогда ты не смогла бы купить ничего другого. А как же ты сможешь жить без золота? Ты же привыкла к золоту.

- Карима, перестань!

- Когдапойдешь навестить семью? Сид Али тебя отпустит. Карима тебя отведет. И Саид тоже не будет против, чтобы ты побывала у родителей. Карима с тобой пойдет!- Хорошо, мы вместе сходим к моим родителям в гости. Но сейчас давай вернемся. Я хочу поскорее попасть к себе в комнату.Они прошли несколько длинных улиц и добрались до района, где стоял дом дяди Али.

Карима вдруг «ойкнула», прикрыв рот.

- Чтослучилось? – испуганно спросила Рания, в панике оглядываясь по сторонам. Неужели Карима заметила Хасана?! «Аллах, спаси меня от этого негодяя!» - взмолилась женщина. Но Карима, как оказалось, просто кое-что вспомнила.- Рания, я же забыла тебе сказать: звонила твоя сестра! Амина спрашивала, когда можно будет зайти навестить тебя. Зорайдэ сказала, что ты в доме не пленница, а гостья. Твои родственники, Рания, могут приходить к тебе в любое время.- Амина, - поморщилась Рания. – Что ей нужно от меня? Разве не случилось со мной всё так, как мне напророчила моя сестрица? Я не хочу ее видеть!

- Как это? – от неожиданности Карима даже остановилась. – Рания, ты не хочешь увидеть собственную сестру? Не может быть! Рания, Карима не верит в это!

- Вот так, Карима. Что-то она ни разу не приехала в Эс-Сувейру, чтобыпосмотреть, как мне там живется! Если Амина придет меня навестить, скажи, что меня нет, или даже честно скажи, что я не хочу ее видеть!- Нет, Карима не станет так говорить! Рания, так нельзя поступать с сестрой. Тем более, что у Амины будет ребенок – ее нельзя расстраивать. Карима не будет говорить Амине такие вещи. Амина может расстроиться, это будет плохо для ребенка. Сама подумай, Рания, как Амина на таком сроке могла бы поехать в гости в дом к твоему новому мужу? У Амины есть и своя семья, сын, о котором надо заботиться. Она не могла, Карима ее понимает. Но как только ты вернулась в Фес, Амина тут же стала о тебе беспокоиться.Рания выразительно посмотрела на женщину и ничего не сказала. Но Карима продолжала переживать:- Вдруг Амина пришла именно сейчас: мы ушли, а она пришла? И от Зорайдэ мне тогда попадет.Но когда они вернулись с медины, оказалось, что Амина не приходила, только Фатима с Саидом возвратились от родственницы. Визит к Лейле был недолгим.

Фатима уже сидела на диване рядом с мужем и весело рассказывала Зорайдэ о Лейле.

- Эта глупенькая девчонка увесила себя золотом, как новогодняя ёлка! В Париже перед Рождеством в каждой витрине выставлены сверкающие огнями и украшениями ёлочки. Лейла так смешно держала себя. И, кажется, она даже заглядывалась на Саида. Да, дорогой?

- Фатима, - с упреком произнес Саид, отпивая горячий чайиз небольшого стаканчика.- Хабиби, но ведь ты и сам это заметил!- Нет, тебе показалось! Лейла – жена моего брата, ей незачем на кого-тозасматриваться! Думаю, дядя Абдул научил эту женщину тому, как нужно вести себя, когда мужа нет рядом.

- Да? Сид Абдул занимается воспитанием чужих жен? Он и невест находит, и потом воспитывает их…Мухамед…- Фатима, прекрати! Не надо насмехаться над Мухамедом, как и над его женой. Помни, чтоон мой брат!- Ах, Саид! Уверена: ты ведь и сам не можешь представить брата рядом с этой… девчонкой! Она ещё ребенок, не смотря на то, что в животе она носит собственного ребенка. Лейла и Мухамед – не пара.- Откуда у тебя такие мысли? Оставь в покое моего брата и его жену, - недовольно заворчал Саид. – Мухамед и Лейла женаты. Скоро у них родится сын.

- Сын? Откуда это известно? Лейла не говорила, что была на УЗИ. Может быть, родится девочка?- Мухамед согласен только на сына. Ему хватило одной дочери – Самиры.Они продолжали спорить, а Зорайдэ знаком подозвала девушку, показавшуюся из кухни с подносом, полным разных сладостей и угощений. Пока служанка составляла тарелочки на столик, Зорайдэ спросила:- Как здоровье Лейлы? Ей не трудно заниматься хозяйством?- Зорайдэ, а разве Лейла хотя бы пальцем шевелит у себя дома? Она совершенно ничего не делает. У неё есть подруга, на которой лежит вся работа, к тому же приходит лара Нурия, как я поняла. А она сама ничем не занята.

- Фатима, не надо злословить, - снова попытался одернуть жену Саид. Но Фатима не сочла нужным отреагировать.

Зорайдэ подхватила:-Да, как говорит сид Абдул, Лейла целыми днями смотрит телевизор. Значит, он не преувеличивал. Как же Лейла станет заботиться о Мухамеде, когда окажется в Рио-де-Жанейро? Кто позаботится о ней и ребенке? Скорее, сам Мухамед будет заниматься и ею, и новорожденным,чем она станет заботитьсяо муже.Она с осуждением покачала головой. Саид не смог вынести подобного предположения. Сдвинув брови, он сказал:

- Нет, Зорайдэ,мой брат занят магазинами – своим и Амина, которому всё равно приходится помогать. Первое время, когда Лейла с ребенком окажутся в Бразилии, ей будет помогать жена Амина. Как я понял, Мухамед надеется, что и родственница Лейлы тоже согласится поехать с ними. Но если бы одумалась Латифа, то у моего брата вовсе не было бы с этим никаких проблем.

Зорайдэ не ответила Саиду. Но вряд ли ей понравилось, что Латифе хотят отвести такую роль.Рания, медленно проходила по залу, не зная, можно ли ей остаться здесь, рядом со всеми, присев на диван, например, или она должна подняться наверх, в свою комнату? Ей страшно хотелось снова почувствовать себя частью семьи Саида. Она шла, прислушиваясь к разговору, надеясь, что ее заметят и пригласят посидеть.

Но этого не произошло.Карима успела отнести пакеты и сумки с покупками в комнату и вернуться назад, когда Рания только начала подниматься по лестнице.

«А ведь они говорят о Латифе, которая по собственной воли добивается развода.Мы с ней в похожем положении – обе получили развод. Но я хочу вернуться к Саиду, а она – наоборот, не принимаетМухамеда. Я бы многое отдала, чтобы Саид снова стал моим мужем, а Латифе не нужен ее брак, но брат Саидаготов на всё, чтобы она согласилась с ним помириться. И если она это сделает, то тоже станет нянькой. Но я буду заботиться о собственном сыне, а бедная Латифа – о ребенке женщины, которая отняла ее мужа, отодвинув ее своим появлением на второе место, заняв место первой жены. Но только братья Рашиды могут думать прежде всего о том, что, заботясь о сыне другой женщины, Латифа облегчит жизнь Мухамеду.Им и в голову не приходит, чтопочувствуетпри этом Латифа, что буду чувствовать я, когда вернусь в дом Саида няней».«Только Жади с радостью стала нянькой Хадижи. Её совсем не тяготило такое положение. Если бы не я, Жади могла оставаться в нашем доме до сих пор. Скорее всего, Саид снова взял бы ее в жены. Не знаю, что для меня было бы лучше: Фатима с Зулейкой или одна Жади. Я сама подтолкнула ее к желанномусчастью, к желанной семье. Сейчас она имеет всё, о чем только мечтала, а я потеряла всё», - никак не могла успокоиться Рания, разозлившись, что ее не пригласили в своё общество Саид и Фатима. Даже у Каримы есть повод побыть внизу рядом с гостями. А она весь вечер проведет в одиночестве.Рания зашла в свою комнату, присела на край постели. Как ни хотелось ей броситься спиной на кровать, но боль от рубцов давала о себе знать.Она успела снять никаб, расчесать волосы и умыться после пыльной медины, когда в комнату вошла запыхавшаяся Карима.- Рания, спускайся к столу. Сейчас все будут пить чай. Зорайдэ велела и тебя позвать. Или ты не хочешь?Принести ужин в комнату? – выжидающе посмотрела на неё Карима.

- Я сейчас спущусь, - с достоинством ответила женщина, злясь на Кариму.

- Спускайся, иначе тебе придется самойпосле всех пить чай на кухне. Карима устала, Зорайдэ велела уйти отдохнуть пораньше. Тебе всё самой придется делать: чайники доставать, воду кипятить, мяту и чайную заварку настаивать. Лучше идти сейчас…- Хорошо, Карима, идем немедленно! – ответила Рания, радуясь, что успела снять все украшения. Ей вовсе не хотелось услышать от Фатимы, что у Лейлы золото лучше, чем теперь у неё.В столовой за столом собралась вся семья. Вернулся сид Али. Рядом с ним Рания с неудовольствием заметила сида Абдула. Никто не обратил внимания на появление Рании, скромно разместившейся с краю стола. Но, вероятно, что-то случилось, все мужчины были увлечены обсуждением происшествия.- Дядя Абдул, поверьте, я так этого не оставлю. Пусть отец и дед Хасана – ваши приятели, но затронута моя честь, мои финансовые интересы. И мой авторитетсреди знакомыхдля меня важнее потерянных денег! – кипятился Саид, а Рании едва не стало дурно, когда было произнесено имя ненавистного Хасана.«Неужели этот человек всё ещё не ушел из моей жизни? Он дал развод! Не может же он требовать данное слово назад, пожелав вернуть меня в свой дом?» - лихорадочно пыталась сообразитьона.Но оказалось, дело не в ней. Сиду Абдулу позвонили пару часов назад из Эс-Сувейры и сообщили, что ночью в порту загорелись лодки, купленные Хасаном на деньги от продажи золота Рании. Грузовик тоже пострадал, потому что именно на нем Хасан пытался скрыться от полиции, заподозрившей поджог и явившейся его арестовать, а в результате погонимашина врезалась в ограждение, свалилась с небольшого обрыва, перевернулась, упав на крышу кабины. Хасан чудом не пострадал, он уже доставлен в полицейский участок, а вот машину будет трудно восстановить…«Почему Аллахне отнял жизнь у подлого Хасана?» - сокрушалась Рания, не показывая своего отношения к услышанному, стараясь оставаться незаметной.- Саид, теперь всё зависит от тебя: если ты потребуешь, Хасана накажут по суду, но если не станешь предъявлять претензии на машину и лодки, то…, - выразительно поиграл бровями сид Абдул.- Дядя Абдул, это же очевидно: рыбак сам поджег лодки!

- Разве ты видел, как он совершил преступление? Ты не можешь утверждать, если не был свидетелем преступных действий внука Надира! Если ты станешь настаивать, можешь ошибиться, а ложь, лжесвидетельство– это грех,Саид. В Коране говорится, что…- Я знаю, о чем говорится в Коране!Что Вы предлагаете, дядя Абдул? История с рыбаком мне не нравится всё больше!- Не кипятись, Саид, - дал совет сид Али. – Здесь надо действовать хладнокровно. Абдул прав: нельзя обвинять без доказательств. Лодки могли поджечь из зависти. А Хасан сбежал потому, что понял: подумают на него.

- Но он уехал на машине, которую должны были арестовать по суду!- Но ведь грузовик пока ещё не успели арестовать? Хасан спасал грузовик, который могла постигнуть участь лодок, или решил скрыться от погони.- Кому нечего скрывать, тот не побежит! – стоял на своем Саид.- Поезжай в Эс-Сувейру, Саид, и разберись на месте, - сказал спокойно сид Али.- Саид, я поеду с тобой! – заявил Абдул. – Хочу ещё раз взглянуть с глаза этим людям!- Нет, дядя Абдул, в городе меня ждет мой адвокат. Вамтуда не стоит возвращаться.

Спор продолжался весь ужин. И Рания, и Фатима, кушая, прислушивались к деловой беседе мужчин. У каждой из них была собственная причина желать того, чтобы дядя Абдул остался в Фесе, а Саид поехал один в Эс-Сувейру.

Фатима увидела в случившемся хороший знак: если бы старика удалось уговорить остаться, Саида можно было бы уговоритьвзять с собой и её. Поехать на побережье вместе! Фатима просто горела желанием увидеть древний город, пристанищесредневековых пиратов.Рания же опасалась, что из-за активности старика ее привлекут к судебным разбирательствам как свидетельницу, и ей вновь придется увидеть лица тех, кто продолжал приходить к ней в ночных кошмарах. Аллах, почему адвокат не может разобраться во всем сам, без Саида и дяди Абдула?!Когда дядей Абдулом с последней лепешкой был съеден таджин, выпит чай из нескольких стаканов, вымотавшийся за последние дни старикотправился назад к себе домой. Сид Али решил проводить приятеля, с верным Ахметом снарядив несколько ослов в путь по медине.Рания осталась сидеть за столом, запивая мятным чаем разные сладости, в изобилии находившиеся на больших серебряных блюдах.Зорайдэ и Карима составляли засидевшимся гостям компанию.

- Саид, возьми меня с собой в Эс-Сувейру! – в которыйраз за вечер повторила Фатима. – Или объясни, наконец, почему ты не желаешь брать меня в поездку?- Фатима, я еду туда по делам! И собираюсь решить их как можно скорее.- Но, Саид, чем я могу тебе помешать? Разбирайся с делами, а я подожду тебя если не на медине, прогуливаясь по торговым рядам, то в номере отеля. Я могла бы пройтись по старинной крепости, погулять вдоль берега океана... Почему нет?- Одна? Ты одна собралась прогуливаться по медине?- И что? Я прочитала в Интернете, что медина этого города совсем небольшая, а одна из улиц Эс-Сувейры превращена в картинную галерею под открытым небом: там выставляют картины современные художники. Их работы можно даже купить. Я хотела бы привезти из Марокко на память о поездке хотя бы небольшую миниатюру с видом старинной крепости. Ну,Саид..., - уговаривала Фатима мужа.- Я никуда не отпущу тебя одну. Снова искать тебя, бегая по чужому городу,у меня нет никакого желания. Если ты согласна сидеть и ждать меня в номере отеля – я возьму тебя с собой. Или тебе придется сопровождать меня везде, куда только не понадобится пойти: в полицию, в дом Хасана, в порт, где сгорели лодки. Не думаю, что всё это может быть интересно молодой женщине.- О, Саид, мне это интересно, и ещё как интересно! – горячо ответила Фатима, успев бросить на Раниюмногозначительный взгляд.

Рания тут же поняла,чем чревата поездка Фатимы в город, где ей пришлось пережить столько страшных и мучительных недель.Мало того, что зловредная жена Саида украла у неё поездку, о которой мечталось самой Рании, так ещё эта женщина узнает, как Рании жилось в доме временного мужа, увидит жуткого рыбака, убеждавшего всех на семейном суде в близости с ней, а он непременно повторит гнусные измышления при Фатиме! Какое оружие для будущих насмешек получит жена Саида, когда окажется на рыбном рынке и поймет, чем занималась Рания, стоя у столиков с разделочным ножом в руках, среди рыбьих потрохов и валяющихся под столом рыбьих голов!Рании вдруг едва не стало плохо – голова закружилась, в глазах потемнело…- Что с тобой, Рания? Тебе нехорошо? – тут же раздался голос Каримы.И кто только просит эту женщину лезть в дела, которые ее не касаются?- Нет, всё в порядке…- Но ты побледнела! – никак не могла угомониться Карима, заботливо заглядываяв лицо сидевшей рядом Рании.

- У меня спина болит, - вынуждена была соврать жертва нежданной заботы. Рания заметила, как нехорошо отреагировал на этот диалогСаид. «Он же решит, что у меня недомогание может быть вызвано беременностью,которую придумалХасан! О, Аллах, почему всё против меня?» - едва не застонала женщина. Единственное, что ей сейчас хотелось сделать- заорать Кариме прямо в ухо, чтобы отстала от неё! Так подставить перед Саидом! Рания почувствовала, как загорелись щеки, а внутри неё всё заклокотало от ярости, которую она не могла выплеснуть, сидя совсем рядом сСаидом.- Рания, я могу завтра сходить с тобойк врачу, - продолжала добросердечная Карима. – Зорайдэ, ведь ты меня отпустишь с Ранией? Или врача лучше на дом вызвать?

- Карима, давай завтра решим вопрос, не сейчас, - ответила хозяйка.Рании захотелось взять со стола чашку и стукнуть Кариму по голове. Сколько можно?!- Зорайдэ, если Рании станет плохо и понадобится врач, вызовете, пожалуйста, попросил Саид. - А мы с Фатимой встанем рано утром и на такси доберемся до Эс-сувейры. Мой юрист уверяет, что дело рыбака не займет много времени, хотя и придется побегать. Главное, что с нами не поедет дядя Абдул, а именно он мог бы затянуть и запутать дело так, что понадобилось бы несколько дней, чтобы во всем разобраться.

- О, Саид! Хабиби!Я буду ходить везде вместе с тобой, ни в чемтебе не стану мешать, превращусь в покорную тень. Но когда ты закончишь с делами, ты покажешь мне медину и порт.Если верить фотографиям, выложенным в Интернете, Эс-Сувейра- сказочно красивый город! Хочу увидеть чаек над зубчатымистенами белоснежной крепости, которую омывают волны океана.Хочу на медине накупить разных сувениров, шкатулочек, симпатичных восточных безделушек…

- Купишь всё, что тебе понравится. Но чтобы не проспать утром, надо пораньше лечь спать. Я отправляюсь наверх, чтобы немного отдохнуть, а потом пораньше уснуть, чтобы утром встать без проблем.

- Саид, я ещё немного посижу здесь. Хочу показать Кариме журнал, который ты разрешил мне купить по пути от Лейлы.

Саид ушел, а к Фатиме пересела Карима. Ранию жена Саида как будто не замечала, и женщина осталась за столом, помня о том, что она здесь всё-таки гостья. Рании хотелось узнать, о чем пойдет речь между Каримой и Фатимой. Что, если журнал – всего лишь предлог?

Но она оказалась не права. Женщины принялись увлеченно листать журнал.- Карима, ты знаешь турецкий? …Нет?Как жаль! – расстроилась Фатима. – Я так люблю журналы о кино, о светской жизни. Наконец, мне попался номер турецкого журнала с потрясающими фотографиями. А я могу лишь догадываться, о чем там идет речь.- Что тебя так заинтересовало,Фатима? Я же говорю на арабском! А в турецком языке много общего с арабским. Скажи, что тебе надо перевести?- Вот, смотри…В Турции начались съемки сериала о Султане Сулеймане Великолепном, который правил Турцией в 16 веке.

- Так ты тоже любишь сериалы? Фатима, ты любишь смотреть сериалы? Я их обожаю!- обрадовалась Карима. - Но турецкий сериал, если он исторический, то, скорее всего, будет о войне. Я не люблю смотреть сериалы о войне. Нет, не люблю.- Нет, Карима, не знаю, о чем написано в статье, но судя по фотографиям, это сериал об истории любви турецкого султана и рабыни Роксоланы. Я однажды что-то читала об этом. Султан дал ей имя Хюррем, т.е. «та, которая красиво смеется».- Ну не знаю, - с сомнением пожала плечами Карима.- Нет, только посмотри, какие украшения на героинях сериала! Диадемы, кольца, серьги! Какие браслеты! – ахала Фатима.- Аллах, и правда – какая красота! Похоже, это настоящие драгоценности, а не бижутерия для съемок.

- Да, Карима, я этот журнал купила только потому, что увидела украшения. Я тут же сообразила, что как-нибудь при случае попрошу Саида заказать для меня такое же кольцо, как на пальце этой актрисы с рыжими волосами -смотри! Огромный зеленый камень в форме сердца, окаймленный бриллиантами. Необычное кольцо, но на первый взгляд ничего сложного: изумруд и бриллианты.

- Фатима, Саид тебе купит такое кольцо, я уверена.- Смотри, какие украшения на волосах женщин из гарема султана Сулеймана! Нет, я никогда не видела таких изумительных вещиц! Как оригинально! «Ха-ди-дже-сул-тан», - прочитала Фатима подпись под одной из фотографий.- Это имя героини, точно, - подсказала очевидное Карима.- «Ва-ли-дэ-сул-тан»… Красивая женщина! Арядом,наверно, имя актрисы, которая будет исполнять эту роль.Только взгляни, Карима, какое изумительное ожерелье у неё на шее!- На голове диадема тоже … роскошная!- Смотреть на фотографии – только расстраиваться! Вернусь в Бразилию, попрошу Саида заказать для меня украшение, один в один с этой фотографии. Даже Зулейка не смогла бы придумать лучше, а она всё-таки ювелир-дизайнер.

- Фатима, если Саиду придется заказывать украшение для тебя, то он сделает заказ и для Зулейки.- И что?- Ты разоришь Саида! Представляешь, сколько будут стоить такие драгоценности?- Представляю! Но ведь Саид всё равно сделает нам с Зулейкой подарки на праздник после окончания Рамадана. Так пусть это будут красивейшие диадемы или кольца. Главное – не потерять журнал, чтобы Саид понял, что именно я хочу от него получить. Словами объяснять у меня не получится – он просто не поймет. Открою страницу и ткну пальцем.Фатима протянула руку за стаканчиком, где оставалась только половинапорции чая, сделала несколько небольших глотков и встала из-за стола.

- Всё, Карима, я ухожу к себе. Скажи Зорайдэ, что я отправилась спать.- Хорошо, передам. Фатима, оставь мне журнал. Я перед сном почитаю. Попытаюсь разобрать, что написано в статье о сериале. Вдруг его когда-нибудь будут показывать и у нас?

- Хорошо, Карима. Но не забудь вернуть мне его – украшения мне так понравились, что я обязательно хочу иметь у себя такие же.Жена Саида ушла, а Карима даже не успела пролистнуть несколько страниц: раздался негодующий голос Зорайдэ.- Карима, где ты пропала? Почему никто до сих пор не убрал со стола посуду? Почему в печи погас огонь? Я собиралась поставить тушиться таджин. Ведь Саид с Фатимой едут рано утром, да и сид Али собирался отправиться на рынок верблюдов. Им всем надо хорошо позавтракать.

- Иду, Зорайдэ, иду! Карима, только одна Карима работает в доме!- Можно мне взглянуть на журнал? – попросила Рания.- Возьми, но оставь его на диване, чтобы я не забыла отдать его Фатиме.Едва женщина исчезла за занавесями, скрывавшими коридор, ведущийна кухню, Рания схватила пухлый журнал и быстро нашла страницы, которые вызвали такой интерес Фатимы. Она впилась глазами в фотографии, пытаясь угадать, какое именно украшение привлекло внимание любимицы Саида, нисколько не сомневаясь,что если Фатима попроситего сделать ей такой подарок, она его получит, пусть это даже драгоценности, достойные жены самого султана Сулеймана…, или как там звали того турецкого правителя?!А вот и фотография кольца… Огромный изумруд и множество бриллиантов по окружности.До Рании дошло,что в её руках находился такой же камень, пусть не настолько крупный… Она могла иметь кольцо, как у героини сериала. Почему она поторопилась?! Не отдай она обломок ожерелья взамен никудышного золота, то через некоторое время на её пальце могло появиться кольцо, которому позавидовала бы Фатима. А ведь Карима на рынке напомнила, что отец Рании – ювелир. Мог бы из золота и изумруда сделать кольцо для своей пострадавшей дочери.Увы, Рания упустила свой шанс. Ну почему журнал попался на глаза Фатиме, а не ей, когда они с Каримой бродили по медине? Настроение испортилось совершенно.

Если бы Рания посмела, она разорвала бы журнал на мелкие кусочки. Но она была не в том положении, чтобы отважиться на подобное. Она понимала, что для неё главное сейчас – осторожность. Поэтому ей пришлось пересилить себя и всего лишь отшвырнуть журнал прочь на другой конец дивана.

Потом Рания поднялась, схватила расшитую узорами подушку и изо всех сил помяла ее руками, чтобы вымесить дурное настроение. Отбросив назад на диван и ее, она отправилась наверх, в комнату, где ей предстояло прожить ближайшие месяцы.6. Глава 6. ЧАСТЬ 10. Рания и Амина.Рания проснулась поздно и поняла, что Саид и Фатима уже давно уехали и, скорее всего, уже подъезжают к Эс-Сувейре. Она поморщилась, отгоняя неприятные мысли.

Отбросив легкое покрывало, она выбралась из постели, надела шелковый халат, нашла расческу и остановилась у зеркала.- Кажется, я знаю, что сделаю! Сначала побываю в комнате Саида и Фатимы, а затем позвоню Муниру. Саид ведь разрешил мне разговаривать с сыном.

Она быстро умылась, переоделась и, не теряя времени, вышла из комнаты, но не в коридор, ведущий к лестнице внутри дома, а через дверь на галерею, проходившую по второму этажу вокругвнутреннего двора.Рания подошла к перилам и огляделась. Внизу у фонтана никого не было.Видимо, для уборки дома время ещё не наступило. Никто не чистил ковры, не менял лепестки в воде фонтана, не поливал растущие в больших вазонах кусты с гроздьями алых цветов, не подметал двор.Для Рании это означало, что путь свободен, и она мгновенно оказалась на пороге комнаты, где ночевали Саид и Фатима. «А когда-то это была наша с ним комната! Теперь же мне приходится жить в бывшей комнате Жади», - с обидой подумала она.Понимая, что может быть в любую минуту застигнута Каримой или кем-то из служанок, Рания быстро прошла к шкафу и распахнула дверцы. Наконец-то она могла удовлетворить любопытство, увидев, сколько новых вещей появилось у соперницы за то время, пока Рания отсутствовала.- Аллах,какие красивые вещи у Фатимы! Я не виделась с ней несколько месяцев, а у нее появились новые платья,костюмы…Она поспешно перебрала вешалки с одеждой и добралась до рубашек Саида. Но теперь она уже не сдержалась: сняла рубашку и поднесла к лицу. Втянула носом запах. Новая. Повесив обратно, Рания осмотрелась. Саид как всегда был аккуратен, но возле кресла на полу лежала брошенная рубашка.

«Наверно, Фатима положила так, что одежда Саида сползла на пол. Она всегда была небрежной даже с вещами нашего мужа», - поднимая рубашку, подумала она.

Да, от рубашки пахло её Саидом. Теперь для Рании это был запретный аромат. Его дорогой парфюм, такой знакомый. Саид не любил изменений. Поэтому запах сандала с какой-то терпкой ноткой много лет ассоциировался у Рании с мужем.

Она глубоко вдохнула воздух, зарывшись лицом в рубашку, и ее охватило странное чувство: не может быть, чтобы Саид больше не принадлежал ей! Всё как страшный сон, наваждение! Этот знакомый аромат не может стать для неё чужим, а Саид-перестать быть ее мужем.«Не верю, что я уже чужая женщина Саиду, и он мнебольше не муж.Не могу в это поверить!» - переживала она.Где-то вдоме что-то упало, и после раздавшегося грохота послышались голоса. Только тогда Рания смогла оторваться от рубашки Саида.

- Где же Фатима держит украшения? Так хочется порыться в ее золоте, раз уж я оказалась в ее комнате. Не стоит упускать такой случай, - разговаривая сама с собой, Рания огляделась в знакомой по прошлым проживаниям обстановке комнаты.На видном месте ничего не было, а искать Рания побоялась. Как бы Карима не проявила инициативу и не пришла узнать, не надо ли Рании чего-нибудь.- Жаль, что не удалось подержать в руках ожерелье, которым она хвасталась. Неужели Фатима отправилась в поездку с такой драгоценностью на шее? Жаль, что Хасан арестован. Если бы только он польстился и украл бы и у Фатимы ее украшение! Пусть купит хоть караван лодок, я не буду против, - зло думала Рания, выходя из комнаты, так и не найдя самого главного, ради чего решилась рискнуть, забравшись в чужую спальню в отсутствие хозяев.Ей повезло: она успела отойти довольно далеко от двери комнаты Саида,когда из её комнаты вылетела Карима, видимо, не обнаружив Рании внутри. А женщина уже стояла у ажурного ограждения, положив ладони на перила. Рания вдруг пристально всмотрелась в темную полосу улицы, частично видимую со второго этажа риада.- Рания, к тебе гостья спешит. Слышишь, Рания? Амина только что позвонила. Сказала, что уже подходит к риаду, вот-вот будет здесь. Позвонила по сотовому. Спросила: встала ты уже или ещё спишь. Я ответила, что не знаю. Ты ведь не спускалась завтракать. Карима с утра так занята, что не успела добраться до Рании. Везде Карима, только Карима…- Я уже знаю, что Амина спешит в гости. Видишь, вот там идет по улице беременная женщина в сиреневой джеллабе? Это моя сестра. Лучше бы дома осталась, так нет…

- Что такое, Рания? Тебе не хочется увидеться с сестрой? Рания, как можно?- Карима, я даже чай не пила ещё, какие мне гости?- Так я тебе сейчас всё принесу. И тебе, и Амине. Вместе позавтракаете. Или ты вниз спустишься? Так будет лучше – ведь Амине тяжело подниматься на второй этаж, она же беременная.- Нет уж, я что-то неважно себя чувствую – спина болит. Принеси мне завтрак в комнату, и Амина пусть поднимается, если пришла. Раньше думать надо было, зная, куда идет, - откровенно завредничала Рания.- Ладно, я передам на кухню, чтобы вам с Аминой принесли еду в комнату.... Когда в дверях появилась сестра, Рания лежала в постели, укрывшись почти до подбородка легким одеялом.- Как ты, Рания? Карима сказала, что ты неважно себя чувствуешь. И вечером у тебя было недомогание.Сестра выглядела такой обеспокоенной, что даже забыла поздороваться, хотя сестры не виделись почти два месяца.- И тебе «салам алейкум»! – ответила на её слова Рания, встретив сестру презрительно-обиженным взглядом.

Тем не менее, она успела заметить, что на сестре симпатичное широкое платье, скрывающее живот на большом сроке беременности. В ушах Амины, стянувшей в комнате платок, сверкали золотые серьги, достававшие до плеч. На шее было не роскошное, но изящное ожерелье с жемчужинами и бусинами из бирюзы.

Ранию охватило чувство зависти, когда поняла, что у сестры всё хорошо, нет никаких проблем. А скоро и вовсе она родит ещё одного ребенка. «Пусть это будет девочка! У Амины и так всё складывается прекрасно. Не как у меня!» - зло подумала Рания, вспомнив, как обошлись с ней и родители, и Саид, а вот хитрая сестра никогда бы так не подставилась.- Что с тобой, Рания? – тихо переспросила Амина. – Неужели это правда? ты ждешь ребенка от временного мужа? Ты такая бледная. Какое несчастье, да простит меня Аллах!- С ума сошла? – подскочила на постели Рания. – Не будет никакого ребенка! У меня ничего не было с Хасаном! Всё ложь!- Рания, не стоит так нервничать. Все прекрасно понимают ситуацию...- Ничего вы не понимаете! – залилась вдруг злыми слезами бывшая жена Саида Рашида. - Никто и представить не может, что мне пришлось пережить, но если я говорю, что ничего не было между мной и Хасаном – значит, не было.- Но он готов был поклясться на Коране, что ты принадлежала ему как жена. Рания, это страшный грех, клятвопреступление. А Хасану незачем брать на себя такой грех.- Да ты и представить не можешь, на что способен этот человек. Амина, он на моих глазах лишил жизни законную жену, чтобы потом жениться на молодой и сильной дочери соседа.- Убил? – с ужасом сказала Амина, невольно положивруку на живот.- Он сделал всё, чтобы Юми умерла! Юми – одна из жен Хасана. И меня он собирался утопить ночью в океане, надеясь, чтоСаид откажется от меня, и собирался избавиться от меня, когдавсё успокоится, и никто не станет больше узнавать обо мне. Он хотел, чтобы лодки и машина …- Нет, Рания, я не могу слушать об этом. Дядя Абдул приходил к отцу и в подробностях рассказывал о твоем временном муже. Я как раз была у матери, оказалась в соседней комнате и невольно всё слышала. Тебе тяжело пришлось, но главное – чтобы слова Хасана оказались ложью. Или чтобы никакой беременности у тебя не было, если всё-таки он и ты…- Амина, замолчи! Или я тебя выгоню. Почему мне никто не верит? Почему все поверили словам этого негодяя? Я успела сбежать прежде, чем он ко мне прикоснулся. Неужели так трудно в это поверить? Он бил меня, унижал и издевался надо мной. Украл моё любимое ожерелье, но насилие он не успел совершить. Как мне доказать это?- Рания, у тебя под грудью родинка… Я её прекрасно помню, мы столько раз вместе были в хамаме.Она ведь и сейчас никуда не делась.- Вот именно – в хамаме! Ты видела родинку в хамаме! И первая жена Хасана видела меня в хамаме, и жены его братьев тоже! Они ему и рассказали о родинке.

- Возможно, так и есть,- нерешительно согласилась Амина, всматриваясь в лицо сестры.- Это точно так! Амина, но ведь у тебя тоже есть родинка. Сказать, где она у тебя находится? А если я заплачу несколько дирхамов нищему, чтобы он сказал кому-нибудь, что знает, где у тебя растет родинка в форме фасолины, то ведь люди тоже могут подумать, что нищий видел тебя голой? Подумают, что мужчина был с тобой… Как тебе это?- Рания, не шути так! – побледнела Амина.- Нет, отчего бы и мне так не пошутить, если мне не верят?

- Рания, я пришла к тебе с миром. Я тебе не враг, пойми.

- Амина, если бы вдруг Хасан изнасиловал меня, и я после этого забеременела бы, неужели ты думаешь, что я оставила бы этого ребенка?!- А что бы ты сделала?! Рания, не пугай меня! Избавиться от дитя – смертельный грех! Аллах никогда не простит такого!- Успокойся, Амина. Мне не придется этого делать, потому что со мной ничего подобного не произошло. Но если бы такое несчастье на меня свалилось, я отправилась бы к шуафе и отдала бы ей всё, что бы она ни попросила, но избавилась бы от плода негодяя, женой которого меня вынудилистать, пусть и временной.- Даже говорить такое – ХАРАМ! Рания, опомнись! – ужасалась Амина.Но тяжелую обстановку разрядило появление Каримы и двух служанок, каждая из которых несла по полному подносус едой, чайниками с заваркой, стаканчиками с зеленеющей сквозь прозрачное стекло мятой.- Рания, ешь в комнате. И ты, Амина, присоединяйся. Если у вас нет сил спуститься вниз – ешьте за столиком в спальне. Кариме не трудно принести в комнату. Рания, Зорайдэ спрашивает, как ты себя чувствуешь. Что ей передать? Нужно вызвать врача или нет? Она вызовет, ведь Саид тоже просил позвать врача, если тебе станет хуже.- Карима, я здорова. Мне намного лучше. Даже спина не так сильно болит. Видишь – я даже лежать могу немного, если не долго или боком.- Хорошо, я так ей и скажу. Рада, что тебе лучше.

- Спасибо, Карима, - поблагодарила женщину Амина, при том, что Рания этого не сделала.Карима не спешила уходить. Ей очень хотелось пообщаться, узнать новости.- Амина, тебе Рания показывала спину? Ужас какой! Её муж так избил плеткой, что даже смотреть страшно. Я еле смогла смазать рубцы на спине твоей сестры. Это кошмар!- Рания?! Что с твоей спиной?Но женщина не стала отвечать, она сложила руки на груди и сердито отвернулась, не желая поддерживать неприятный разговор. Карима вскоре ушла, перебросившись с Аминой несколькими вежливыми фразами.

С облегчением вздохнув, Рания придвинулась к подносам с едой.- Присоединяйся! – предложила она сестре.Женщины принялись за еду. Видя, с каким аппетитом поглощает завтракАмина, Рания тоже решила не отставать.После вкусного обеда настроение у неё явно улучшилось. Наконец, Рания откинулась на подушки, которые были подложены под спину.- Амина, как бы я хотела вернуться на пять лет назад.- Что?Ты забыла, что Саид тогда страдал по Жади? А ты изнемогала от ненависти к ней? Уж извини, что так прямо тебе напоминаю о тех событиях.- Знаешь, дядя Али был прав, когда говорил, что, не узнав ада, рай не будет казатьсяраем.

- Что ты имеешь в виду? – беря печеньице с блюда, спросила Амина.

- Саид любил Жади, но не мог добиться от неё взаимности. Но при этом он хорошо относился ко мне, потому что видел, что мне он нужен, а ей – нет. Когда я избавилась от Жади, она обрела счастье, а я – одну за другой двух соперниц. Сначала Зулейка стала женой Саида, потом появилась Фатима. И в конце концов – вот где я оказалась. Если бы я только могла представить, что меня ждет, я изо всех сил удерживала бы Жади возле Саида.

- Что теперь сожалеть об упущенном? Рания, думай, как тебе вернуть Саида.- Я только и делаю, что думаю об этом! Но я не знаю, что мне предпринять, чтобы Саид снова на мне женился. Мне остается только ждать, когда он сам решит вернуть меня в семью. Амина…- Рания, будь терпеливой и веди себя осторожно.

- Что я могу сделать?- У тебя есть способ приблизить возвращение к сыну, но не как няня, а хотя бы четвертой женой его отца. Три месяца пройдут, и ты улетишь в Бразилию. Но тебе уже сейчас надо действовать.- Постой, о чем ты говоришь? Какой ещё четвертой женой? – изменилась в лице Рания.Амина с жалостью посмотрела на сестру.- Разве ты ничего не знаешь? Дядя Абдул ищет жену Саиду.

- Как? Я ничего не слышала об этом. Кого дядя сватает Саиду? Тебе что-нибудь известно об этом?- Нет, мне не всё удалось расслышать, о чем дядя Абдул говорил нашему отцу. Но я поняла, что Саид решил наказать Фатиму за ее побег в развалины. Ведь ее полгорода там искало. Такой позор!- Фуууу, Амина! Это сплетни. Вымыслы дяди Абдула. Никто не собирается наказывать Фатиму. И Саид – прежде всего. Наоборот – он взял ее с собой в Эс-Сувейру и разрешил ей на рынке купить всё, что она захочет.- Но дядя Абдул всерьез занят поисками невесты.- Амина, дядя Абдул может сколько угодно искать Саиду невесту, но если Саид не захочет жениться ещё раз, его никто не сможет заставить. Я хорошо знаю мужа.

- Пока ещё он не стал твоим мужем, Рания. Тебе придется очень постараться, чтобы вернуть его, - тихо сказала Амина.- Я всё сделаю, чтобы это случилось, -уверенно ответила Рания.- Но если дядя Абдул убедит Саида снова жениться, я буду только рада: пусть и у Фатимы появится соперница, которую Саид будет предпочитать ей. Пусть и она тоже страдает! А потом Саид вернет и меня, пусть даже я стану всего лишь четвертой женой. Иншалла!- Иншалла, Рания! ПустьСаиду не придет в голову взять ещё двух жен. Тогда для тебя не останется места. Но если ты станешь всего лишь няней Мунира,тебе плохо придется. Вспомни, как ты обращалась с Жади. Хорошо, что ни Жади, ни Хадижи нет больше в доме Саида, и они не смогут тебе мстить. Но с Зулейкой и Фатимой ты тоже всё время ссорилась. Они тебе всё припомнят.- Я тоже боюсь, что так и случится. Но Саид дал мне понять, что я не стану служанкой в его доме, мой статус будет выше. Я, как Жади когда-то, буду просто жить в его доме, чтобы воспитывать нашего сына.- Саид говорил Жади то же самое, однако тебе удалось избавиться от неё. К Зулейке и Фатиме он тоже может прислушаться.

- Нет, Саид любил Жади, но она, перестав быть женой Саида, получила свободу, и, живя в его доме, позволяла себе встречаться с Лукасом. Саид не мог этого терпеть, как и дядя Абдул. Я же не собираюсь вести себя, как Жади, и у меня нет любовника. Я буду заботиться о Мунире, и только.- Думаю, ты ошибаешься, Рания. Как ты видела в Жади соперницу, боясь, что Саид снова женится на ней, так и Зулейка с Фатимой будут знать, что твои намерения – вернуться в семью, стать женой Саида. Они с азартом будут чинить тебе препятствия в этом!

- Амина, для чего ты говоришь мне такие вещи? Ты меня расстраиваешь!- Ладно, не будем больше об этом. Но я хотела сказать тебе, чтобы ты по возможности сблизилась с Хадижей. Ты ведь три месяца будешь жить в Фесе в доме дяди Али. Тебе повезло, Рания. Вот если бы тебя отправили в риад дяди Абдула, тебе никто не позавидовал бы. Но семья дяди Али общается с Хадижей. Она наверняка приезжает к ним в гости, и они – к ней.

- Но мне-то что? Хадижа только позлорадствует, что ее отец не стал вновь брать меня в жены! Ты же знаешь, какие у нас с ней были отношения.- Рания, то, что между вами было раньше, это в прошлом. Теперь она сама вышла замуж и вошла в чужую семью. Кто знает, как ее приняли там, как к Хадиже относится муж. Я кое-что слышала о семье Фарида, чьей женой стала дочь Саида.

- И что? – никак не могла сообразить Рания.- Как это – что? Ты можешь сочувствовать ей.Предложить помощь.

- Какую помощь? Я могу с ней даже не увидеться за три месяца!- Надейся на Аллаха! Если бы тебе удалось сблизиться с Хадижей! Рания, ты могла бы выслушивать её, сочувствовать, давать советы. Впрочем, ты такая несообразительная – какой совет ты смогла бы дать? Но только одна Хадижа может повлиять на отца, чтобы он вернул тебя в семью женой.

- Как я могу убедить Хадижу в этом?- Это проще всего: напомни ей, как унизительно она себя чувствовала, когда ее мать вернулась в дом служанкой, няней, которой не нашлось места даже за столом.- Ты что, Амина? Хадижа вспомнит и разозлится, наоборот – она ещё и напомнит отцу о той истории. Я тоже не забыла, как мы отказались сидеть с ней за столом. Хороший совет ты мне даешь!- Рания, но Хадижа не такая злопамятная, как ты думаешь! И тебе стоит упирать на то, что теперь ее родному братику будет так же плохо, как и Хадиже когда-то. Она ведь любит Мунира? Разве она захочет, чтобы Мунир страдал?

- Не знаю, Амина, я не уверена, что Хадижа станет мне помогать, просить отца, чтобы он снова на мне женился.- Да, это сложно и ненадежно. Вот если бы только Хадижа жила не в Мекнесе, а в Фесе, а ещё лучше – и вовсе в доме сида Али. Тогда всё было бы намного проще: ты могла бы оказать Хадиже услугу, за которую она захотела бы тебя отблагодарить.- Какую услугу? – простонала Рания, которую нервировали пустые проекты сестры.- Рания, если я расскажу тебе кое-что о том, что стало мне известно, обещай, что будешь держать язык за зубами, но воспользуешься случаем, чтобы помочь дочери Саида, за что и она, и Саид будут тебе благодарны.- О чем ты говоришь?Амина начала рассказ, так Рании и стало известно о том, что у мужа Хадижи была жена Зухра, но вот расстался ли он с ней в самом деле, или у Хадижи есть и сейчас счастливая тайная соперница?- Амина, как я могла забыть об этом? Я что-то слышала на свадьбе Хадижи.Как же я могла забыть?- Не удивительно, тебе выпало пережить столько несчастий. Впредь, Рания, веди себя осмотрительно.- Можешь не говоритьоб этом. У тебя нехороший язык, Амина. Ты мне уже напророчила неприятностей.

- Рания, не я напророчила, а ты ко мне не прислушалась! Всё! Не будем ссориться! Давай обдумаем, как тебе действовать. Пока ты в Фесе, а я ещё не родила, мы можем видеться, обсуждать, вместе обдумывать всё, что будет происходить вокруг тебя. Наши родители очень беспокоятся за тебя. Дядя Али, конечно, отпустит тебя к ним в гости.- Я обижена на них. Отец готов был отдать меня в жены старику, а потом согласился сделать женой Хасана. Он и не попытался меня защитить.

- Но ты же должна понимать, что могли сделать для тебя родители, а что – нет. Иначе позор лег бы на их головы.Сестры говорили долго. Только после звонка мужа Амины, обеспокоенного ее долгим отсутствием,женщины расстались.- Я буду тебе звонить, Рания. Карима сказала мне, что Саид купил тебе сотовый телефон или собирается купить. Будем перезваниваться, ведь мне с каждой неделей всё трудней передвигаться по городу. Фес очень неудобен для беременной женщины. На осле ехать опасно. А по узким улицам идти пешком тяжело и очень далеко.Рания, встав с постели, чтобы проводить сестру, спросила:- Амина, у тебя всё хорошо? Я рада за тебя.- Надеюсь, что ты говоришьот чистого сердца. Рания, я добилась мира в семье, частью которой стала, потому что я всегда думала, что можно и надо говорить, а что не стоит. Я всегда думаю, как правильно поступить, как вести себя. А ты никогда даже не задумывалась над своими поступками. И вотк чему это привело.- Конечно, ты же такая умная! – с горькой усмешкой сказала Рания.

- Я пойду, мне пора, - заторопилась Амина, боясь, что Рания начнет ссору вместо того, чтобы попрощаться до следующей встречи.Амина ушла, а Рания осталась в комнате одна. Она вышла на галерею, увидела, как уходит Амина, провожаемая Каримой. Судя по тому, что Карима вышла из дома вместе с ее сестрой, Рании стало понятно, что Зорайдэ отправила женщину проводить Амину, а потом уже пройтись по рынку в поисках зелени, специй или ещё чего-нибудь нужного.

«И, конечно же, Карима должна выведать у моей сестры новости обо мне. Но Амина всё понимает и не станет говорить лишнего. Кариме ничего не удастся выяснить», - усмехнулась Рания, возвращаясь в комнату.

Теперь она пожалела, что сама не напросилась проводить сестру. Упустить такой шанс: сегодня она могла без страха пройтись по медине. Ведь Хасан арестован, и значит – нечего бояться его появления в Фесе. А потом его, возможно,отпустят, и Раниибудет страшно выходить из дома сида Али. Иначе, идя по городу, она всё время будет опасаться, что Хасан и его люди могут снова похитить ее.

Но Ранию беспокоило ещё кое-что. Фатима и Саид в Эс-Сувейре! Когда Рания ждала Саида в доме Хасана, она только и мечтала о том, чтобы он скорее забрал ее из ада. И когда второй раз оказалась в рукахмерзавца, Рания надеялась, что вот-вот явится Саид и спасет ее. А вот теперь до неё дошло: и Саид,и Фатима, наконец,увидят, в каких жутких условиях она находилась два месяца.

Нет, они не станут ей сочувствовать! Фатима наверняка потом много раз подколет ее тем, что увидит.Она ведь вместе с Саидом побывает в доме Хасана, а на рынке поймет, чем Рания занималась - чистила рыбу. А что она подумает, когда столкнется с Хасаном, если его отпустят до приезда Саида в Эс-Сувейры? Ей пришлось жить рядом с отвратительным типом, который имел наглость утверждать, что был ее мужем во всех смыслах! Фатима не раз об этом напомнит! Сколько раз Рании придется оправдываться и доказывать, что всё не так? Но Фатима всё равно станет смеяться над ней, это же понятно.А потом она мысленно представила, как Хадия выносит Саиду и Фатиме узел с ее грязной, пропахшей рыбой одеждой, предлагая вернуть это Рании, и ей стало дурно. Покажет им каморку, где спала Рания, жуткую постель и ящик вместо столика.- Аллах! Я пропала! – заметалась Рания, прижимая ладони к горящему лицу. - Фатима не оставит меня в покое. Когда я вернусь в Рио-де-Жанейро, эта женщина не раз найдет способ посмеяться надо мной. Аллах! Спаси меня от ее насмешек.Прошло несколько дней. Рания всё больше накручивала себя в ожидании возвращения Саида и его младшей жены. Её раздирали противоречивые желания: хотелось знать, что происходит в Эс-Сувейре, но и охватывал страх при мысли, как изменится отношение Саида, когда он ещё раз увидит бесчестное семейство, частью которого поневоле два месяца была и Рания. Реакции Саида она опасалась даже больше, чем насмешек змеи Фатимы.Но день их возвращения настал: утром раздался звонок, и Зорайдэ сообщила сиду Али о том, что Саид с женой добрались на такси до Феса, и через некоторое время они будут в риаде. Потом позвонил и сид Абдул, чтобы сказать: они с Дунией торопятся к ним в гости, чтобы узнать новости из Эс-Сувейры. Отец Рании тоже звонил, но, как оказалось, прийти не мог, так как был в отъезде.У Рании нервы не выдерживали напряжения от ожидания, и она попросила Зорайдэ отправить её на медину за покупками для кухни.Все женщины были заняты домашней уборкой, и свободных рук не было. Карима как раз искала, кто мог бы ей помочь.

А когда они вернулись, нагруженные многочисленными пакетами, сумками и корзинками, оказалось, что все уже собрались в гостиной. И сид Абдул уже о чем-то спорил с Саидом и дядей Али, и Зорайдэ тихо разговаривала с Фатимой. Дуния, непонятно из-за чего надувшись, сидела отдельно в кресле.

Карима, заглянув в комнату, чтобы сообщить Зорайдэ о возвращении, тут же обнаружила, что на столах перед гостями не стоят подносы с чаем и угощениями.

То, что обед не готов, это и так было понятно, но чтобы даже чай не подать?! Это было просто немыслимо, если только что-то не случилось в отсутствие Каримы… О чем она тут же поделилась с Ранией, громко удивляясь и возмущаясь. Рании же совсем не хотелось привлекать внимание. Чтобы Саид увидел ее с кучей пакетов и авосек в каждой руке? Как будто она простая служанка в доме!Но Зорайдэтут же направилась к ним, едва завидев появившуюся в дверном проеме Кариму.- Наконец-то! Карима, без тебя этот дом однажды рухнет. Никто на кухне не догадался поставить заранее чайники для чая, хотя и слышали, что вот-вот появятся и сид Абдул с Дунией, и Саид с Фатимой. Если я или ты не проверим, так всё пойдет наперекосяк.- Зорайдэ, как же это? Я же велела всем быть внимательными, распределила обязанности – кому что делать. Даже чай не готов? Карима, одна Карима всё может делать, как следует!- Карима, отнеси скорее покупки и управься с чаем. У дяди Абдула скоро язык отвалится от жажды – он так сказал. Так ему пить хочется.- Уже бегу, Зорайдэ, уже иду! Как же так? Как же можно?! Оставить гостей без чая?!Рании вдруг стало очень неприятно. И она опять не знала, как быть: подняться в комнату? Или зайти в зал, где ей страшно хотелось оказаться. Она стояла в нерешительности, пока из кухни не появилась служанка и не забрала всё у неё из рук.

- Рания, пойдем, будешь с нами завтракать. Кариме некогда тебе наверх еду носить, - велела Зорайдэ к большому облегчению женщины.Разведенная Рания с замиранием сердца зашла в гостиную и присела туда, куда ей указала хозяйка дома.Абдул молча проводил ее взглядом презрительно сощуренных глазок, как и Дуния, которая смотрела на неё с любопытством.Саид лишь мельком взглянул на вошедшую, а Фатима и вовсе не повернула голову в ее сторону, ища что-то в сумочке рядом с собой.Но Рания понимала, что это ничего не значит. Время придет, и Фатима обязательно ее «укусит».

«У «кобры» такое довольное лицо. Она хорошо провела время в Эс-Сувейре», - сделала она вывод.Наконец, Карима лично внесла в гостиную поднос с чаем и сладостями.

- Вот, сид Абдул. Сид Али, вот ваш чай. Сид Саид…Перед Ранией и Фатимой тоже поставили чайные стаканчики. К столу пересела и Дуния.

- Фатима, ты бы и нам с Ранией рассказала, что видела в Эс-Сувейре. Я никогда в жизни не была в этом городе. Что там интересного? Что на рынке видела? Что купила? А то сидишь, шепчешься с Зорайдэ. А ведь и мне интересно услышать новости о поездке.Рания невольно закашляла, испугавшись того, о чем может рассказать при всех за столом Фатима.- Как тебе город? Такой же огромный и пыльный,как Фес? Что там хорошего? Он ведь на берегу океана стоит? Сырость там, наверно, страшная?- Мы с Саидом остановились в отеле. Никакой сырости я не почувствовала, если не выходить на улицу. Да, сыро и свежо. И ветер сильный. Город, и правда, стоит на самом берегу – волны бьются о старинные крепостные стены города.

- Красивый город-то? – не унималась Дуния.- Да, лара Дуния, - вежливо ответила Фатима. –Небольшой рыбацкий город,не растерявший марокканской романтики – с белыми домами в пятнах синих окон, ремесленными лавками и рыбаками на ярко-синих лодках. У причала их сотни! Крепостная стена с зубцами как будто украдена из сказки. Солнце делает стены розовыми.

- Фатима, а рыбы свежей вы уж поели, конечно?

- Да, возле порта – множество гриль-кафе, где жарят свежий улов. Но хочу сказать, что рыбу жарить они не умеют: всегда пересушивают. Мы с Саидом за несколько дней много раз пробовали рыбу. А вот креветки были замечательные.Однажды в ресторанчике нам подали и очень вкусные фаршированные сардины с лимоном. И фрикадельки из сардин в остром соусе понравились.Рания медленно пила чай, прислушиваясь к рассказу Фатимы.Она не подавала вида, насколько ей неприятно слышать обо всем, что касалось Эс-Сувейры.Но она с замиранием сердца ждала, что жена Саида скажет что-то такое о поездке, что может касаться и лично её, Рании. Впрочем, она ничего не могла бы сделать, если бы не захотела слушать истории Фатимы вовсе.-… Чайки такие упитанные, лоснящиеся. Они совсем не бояться людей и позволяют снимать прямо в упор.Саид купил мне фотоаппарат. Я попыталась сделать снимки. Столько кадров получилось! Просто как открытки для туристов! Вот, взгляните: над бастионом кружит множество чаек. Надо постараться, чтобы не поймать их в объектив, настолько их много. Причина такого скопления чаек - чистильщики рыбы для распложенных здесь туристических ресторанчиков и маленький рыбный рынок прямо в порту.

- В общем, тебе запомнится поездка в Эс-Сувейру? – подытожила расспросы лара Дуния.- Конечно! В моей памяти останутся ароматы, цвета, фотографии, вкус оливок и рыбы и маленький магнитик, купленный на местной медине. Взгляните, лара Дуния: на эмалевом квадратике – город в окружении зубчатой стены, над которым кружат чайки.- Ты, Фатима, мне чем-то мою внучку Ясмин напоминаешь. У вас характеры похожи, есть что-то общее в натуре.- Мы познакомились с Ясмин в Рио на свадьбе Хадижи.Чем занята Ваша внучка?- Не знаю, я теперь редко бываю в доме моего сына. А всё из-за сида Абдула! Аллах,отбери у него покой в его собственном доме!Фатима с опаской покосилась в сторону дяди Абдула. Впрочем, случилось то, чего и добивалась склочная женщина: и сид Абдул, и дядя Али, и Саид повернули головы в их сторону. Дуния сделала тут же каменное лицо, а Фатиме пришлось взять стакан с чаем и поднеси к губам…Но разговор у мужчин был, вероятно, важнее, чем необходимость отреагировать на провокацию вздорной жены сида Абдула.Сид Али тут же что-то сказал, Саид подхватил, а дядя Абдул имсразу же возразил.

И никто не заметил, как застыла Рания, едва Фатима упомянула рыбный рынок. Она побледнела, сидела, опустив глаза.Фатима продолжала, как ни в чем не бывало:- Я когда-нибудь обязательно вернусь в Эс-Сувейру, чтобы провести несколько дней. Пожить в отеле на берегу моря, покупаться в океане, попить кофе на набережной. Ведь столько всего мы с Саидом пропустили и не увидели в этом сказочно красивом и словно нарисованном бело-синими красками городе...- Ты же сказала, что город небольшой! Что там может быть интересного? – хмыкнула Дуния, переплетая руки на груди.- Лара Дуния, ветер унес мой платок, когда мы с Саидом гуляли по берегу. Значит, я обязательно вернусь сюда. Есть такая примета.Напрасно Фатима не догадалась оглянуться на Ранию, у которой после этих слов по лицу скользнула мстительная усмешка! И было отчего: Рания от души пожелала врагине непременно вернуться в Эс-Сувейру, но только в качестве временной жены того же Хасана! «Аллах! Пусть Фатима тоже чистит рыбу на рыбном рынке, пусть Хасан заберет у неё всё золото, пусть она родит от него ребенка!» - мысленно насылала она злые проклятия.

Но Фатима погрузилась в приятные воспоминания и ничего не замечала:- Мы решили не ходить с Саидом в грязный порт, откуда неслись такие жуткие запахи, а прошлись по португальскому форту. Мы пришли туда вечером.Знаете, среди туристов принято лазить на крепостные стены. Туристы вместе с местными залезают на пушки, между зубьями, и смотрят на солнце, которое проваливается в пелену на горизонте в океане. Мне тоже очень хотелось посидеть там, слушая шум океана. Но и пушек на всех желающих не хватает, к тому же,Саид сам не захотел лезть и мне не позволил. А потом усилился и без того сильный ветер, начали носиться тучи песка, который, как известно, имеет особенность залетать даже в закрытые глаза, поэтому мы ушли, вернулись в отель.

- Говорят, там каждое утро начинается с тумана.- Это так. Вчера Саиду надо было утром попасть в полицию, где ждал адвокат, чтобы решить какие-то вопросы с тем мужчиной – поджигателем лодок. Меня Саид решил взять с собой. Так вот, когда мы вышли рано утром из отеля, Эс-Сувейру плотно укутывал густой, молочного цвета туман. Дувший с моря сильный ветер вовсе не уносил его, а, напротив, усугублял ощущение промозглости и сырости. Небо было затянуто серыми тучами, и над городом разносился сырой рыбный запах. Туман тщательно скрывал всё вокруг, и в этой пелене ориентироваться было совершенно невозможно. Проплутав с полчаса, мы всё-такидобрались до места назначения.

- Ну, Фатима, так расписала город, что даже мне захотелось там оказаться пусть на несколько дней. Ты просто художница, - вставила несколько слов Карима.

- Шукран тебе, Карима.Я вовсе не художница. Но вот в Эс-Сувейре я купила настоящую картину и привезла в Фес. Собираюсь забрать её с собой в Рио-де-Жанейро. Пусть она напоминает мне о поездке в Марокко.Думаю, и Зулейке будет интересно взглянуть на город, в котором… побывало… столько членов нашей семьи.

«Вот! Фатима показала зубы!» - мысленно простонала Рания, не отвечая и даже не бросив на неё уничижительного взгляда из опасения ввязаться в скандал, который мог бы разгореться из-за слов фаворитки Саида. «Я должна быть осторожна. Амина права. Но придет день, когда Фатима пожалеет обо всем! Клянусь!» - сказала она себе.- Купили с Саидом картину? – хмыкнула Дуния. – Вот и Ясмин такая же. Подруги ее, и мать, и сестры мечтают о золоте, а Ясмин лучше журнал купит какой-нибудь. У компьютера сидит. Убедила дядю купить ей в подарок. Какой скандал в семье был, вспомнить страшно! Тоже может картинувыбрать вместо золотого украшения. Но скажу, что лично я этого не понимаю.- Как жаль, лара Дуния, что мы с вашей внучкой живем так далеко друг от друга, ведь мы могли бы подружиться.- Ей надо думать о замужестве. Если бы Ясмин вышла замуж за того жениха, которого семья ей выбрала, то и она жила бы в Бразилии. Правда, в Сан-Паулу, с семьей жениха, но ведь это же почти рядом. Ездили бы в гости друг к другу. И мы бы не беспокоились за Ясмин – как она там.

- Буду рада поближе познакомиться с Ясмин, лара Дуния, - улыбнулась Фатима.- Иншалла! Ты мне нравишься, Фатима, - кивнула Дуния, не обращая внимания на то, как переглянулись Зорайдэ и сид Али.- Я жалею, что не попала в Эс-Сувейру в июне, когда в городе по традиции проходит фестиваль музыки хиппи - гнауа. Впрочем, я видела и диски, и футболки, и значки с символикой гнауа. Но Саид мне не разрешил ничего из этого купить, только диск с мелодиями.- А что же ты купила? Или Саид тоже так же скуп, как и сид Абдул? Впрочем, ничего удивительного – они ведь родственники. Абдул скорее подавится, чем купит мне золото.А Саид как? Золото дарит женам или тоже жмется? – с притворным пониманиемспросилаДуния, стараясь вновь «достать» временного мужа.Зорайдэ в предчувствии скандала незаметно подмигнула Кариме, прислушивавшейся к разговору женщин за столом. Любопытная, но умная служанка поняла, что от неё требуется.Она подошла к Фатиме и встала за спиной.

- Фатима, когда ты начнешь разбирать вещи после поездки? Когда решишь распаковать сумки и чемодан – позови меня. Мне любопытно, что продается на медине Эс-Сувейры, Что ты купила? Расскажи, иначе Карима от любопытства умрет!- Карима, мы можем пойти в мою комнату прямо сейчас, чтобы взглянуть на покупки.

- Конечно, я пойду. Идем, Фатима.Дуния, ты пойдешь смотреть на покупки Фатимы? А ты, Рания?

- Приглашаю всех! – вставая из-за стола, сказала Фатима. – Я много интересных вещиц привезла. Кое-чем могу даже поделиться. Сувениры для этого и существуют.- Зорайдэ, иди с нами. Зорайдэ! – предложила Карима.- Иди, Зорайдэ. Иди, побудь вместе с женщинами, - кивнул ей дядя Али.

- Сид Али, мне на кухню сходить надо, узнать, когда, наконец, будет готов обед, - с сожалением ответила хозяйка дома, направляясь не к лестнице вслед за Фатимой и всеми, кто захотел взглянуть на сделанные Фатимой покупки, а скрываясь в коридоре, ведущем на кухню, откуда доносился вкусный мясной аромат таджина с бараниной.Мужчины остались в гостиной одни, продолжая спорить, стоит ли судиться с Хасаном и требовать через суд деньги за сожженные лодки.7. Глава 7.ЧАСТЬ 10. Покупки Фатимы. Картина с видом Эс-Сувейры.Конечно, Рания мечтала увидеть, что купила себе Фатима. Что можно захотеть приобрести на медине этого ужасного города? Но Фатима явно была довольна привезенными из Эс-Сувейры «сувенирами».Женщине не пришло в голову, отчего это Фатима пригласила всех к себе в комнату. Но Рания не увидела в этом никакого подвоха – так велико было желание собственными глазами увидеть,на что Саид позволил тратить деньги. И, кроме того – хотелось знать, на что имеет право претендовать, например, Зулейка, которая должна получить подарки на сумму, равную стоимости покупок Фатимы.«Что это со мной? Я веду себя так, как будто я всё ещё первая жена Саида. Забыла, что теперь я больше не член его семьи!» - опомнилась она, но всё равно зашла в комнату Саида и Фатимы вслед за другими.

Вещи стояли у стены возле двери, там, где их поставили, когда занесли сразу после возвращения. Кроме чемодана и сумок – завернутая в ткань картина, прислоненная к стене и довольно длинный рулон, вероятно – свернутый ковер.Женщины расселись, кто куда –в кресло, на пуфик у зеркала. Рания встала возле окна. А Фатима, придвинув ближе к себе чемодан и две сумки,расположилась на кровати.Вскоре все покупки были выложены на покрывало, на ковер на полу, на столик рядом с кроватью. То и дело раздавалось «аханье» Каримы, не умеющей сдерживать свои чувства.

А зоркий глаз Дунии тут же выхватил из общей массы аметист размером с ладонь.- Фатима, я уж испугалась, что ты совсем современная девица. Но я вижу среди купленных сувениров полудрагоценный камень. Что ты собираешься с ним делать?- Ах, это…Я пока ещё не решила, как быть: подарить камень Зулейке или уговорить её придумать эскиз для оригинального украшения, которое для меня закажет Саид у какого-нибудь опытного ювелира в Бразилии. Хочу иметь кулон, похожий на тот, какой я видела у Латифы. Но у неё на груди украшение из золотых пластин, а я хочу оправить в золото аметист. Но оправа должна быть очень оригинальной.

- Это какое же у Латифы украшение? – задумалась Дуния, пытаясь вспомнить.- Вот кто по-настоящему похож на сида Абдула, так это Мухамед. Он так же скуп, как и Абдул. Поэтому несложно запомнить, какое именно золото имеется у его жены. Я вспомнила: этот огромный кулон достался Латифе в наследство от ее матери. Да, помню такое украшение. Что там ещё интересного ты купила?Женщины продолжали перебирать вещи, среди которых оказалась и небольшая, но изящная шкатулка из разных пород деревьев, и несколько глиняных тарелок с замысловатыми узорами.- Жаль, что во время перелета они, скорее всего, разобьются, - предрекла Карима.- А это что? Таджин? Фатима, он же не настоящий!- Да, это всего лишь сувенир, при готовке на стеклокерамике расколется. Но я и не собираюсь в нем ничего готовить. Хочу, чтобы просто стоял у меня в шкафу, напоминая о поездке, - ответила Фатима, повертев расписную посудину с конусообразной крышкой, держа обеими руками.- Какой красивый на нем узор, - похвалила Карима. – А это что?

- Это фески. Купила Саиду и детям – Муниру и Амиру. Рания, тебе нравится? Как думаешь, подойдет по размеру твоему сыну? – с этими словами женщина протянула Рании красную шапочку с аккуратной кисточкой на макушке. Рания вынуждена была взять в руки подарок жены Саида, купленныйдля ЕЕ сына.«Змея! Как она смеет что-то покупать моему сыну? Не нужны Мунирчику ее подарки! И мне стоит подумать, как рассорить в будущем Фатиму и Зулейку. Если они объединятся, с двумя мне не справиться, когда они вместе начнут действовать против меня», - строила планы Рания.- Это магнитики, я их много набрала. Рания, выбери, какие из них ты хотела бы, чтобы я отвезла твоему сыну как бы от тебя?Теперь Рания начала сожалеть, что поддалась голосу любопытства, что и привело ее в место, где она ощутила себя уязвленной и униженной.

Рания почувствовала досаду из-за того, что Фатима собралась привезти из Марокко их с Саидом сыну подарки. Феска, магнитики, и что там ещё?! Ничего Муниру не нужно! Тем более – из ужасной Эс-сувейры! Это же кошмар – если вдруг Мунир узнает о том, что случилось с его матерью в доме временного мужа.А ведь ей, Рании, пока ещё непонятно, что именно удалось узнать Фатиме о ее жизни в доме Хасана.Что если Фатима посмеет рассказать сыну Саида, что его мать чистила рыбу в порту?! Была прислугой в доме Хасана?

У Рании даже голова закружилась от таких мыслей, и она постаралась больше не думать об этом, помня совет Амины, что себя надо держать в руках. Надо сдерживаться.

- Это косметика с добавлением арганового масла,… эта вазочка, отделанная серебром,мне понравилась, а вообще керамика там довольно грубая, на мой вкус… Это шелковые шарфы с волокнами из кактуса агавы.Карима, выбери один из них. Какой цвет тебе нравится?- Можно? Фатима, ты даришь мне шелковый шарф?- Да! Выбери любой!- Спасибо! Тогда этот, ярко-желтый.А там что?- Кожаный пуфик, без начинки. Просто кожаная «наволочка», но какая на ней вышивка! Лара Дуния, взгляните на узор!

- Очень красивый. А это – что? – выхватывая из кучи предметов кожаный кошелек, заинтересовалась женщина.- Нравится Вам? Лара Дуния, возьмите себе. Мой подарок.

- Фатима, ты так добра, девочка. Шукран, - поблагодарила довольная жена сида Абдула.- А здесь – серебряные берберские украшения с необработанными самоцветами. Где-то в горах, как я слышала, добываютнатуральные минералы, которые на рынке продаются очень дешево. На медине оооочень много необычной и дешевой бижутерии.- Нет, Фатима, признайся, что Саид экономит на тебе. Где твоё золото? Где достойные тебя украшения?

- Дома, лара Дуния. С собой я тоже привезла немного золота – в основном то, что Саид купил мне в Париже, когда летели в Марокко, но всё остальное – в банке, в сейфах Саида. Для чего мне здесь драгоценности? Я боюсь ограбления. И вообще – мне нравится необычная бижутерия, и я не могу ничего с собой поделать.

- Тогда тебе не стоило выходить замуж за такого богатого мужчину! Он может выполнить любую твою прихоть, а ты этим не пользуешься?- Ну что вы, лара Дуния! Пользуюсь, и ещё как. Саид так и делает – всё время выполняет мои прихоти, любые. Он никогда ни в чем мне не отказывает, покупает мне всё, что я только пожелаю, - кокетливо ответила молодая женщина.Дуния вздохнула:- Звучит, как сказка. Но я рада за тебя. Пусть хотя бы жены племянника Абдула радуются щедрости мужа, и пусть Аллах никогда не позволит иссякнуть желанию Саида делать вам с Зулейкой дорогие подарки, пусть Саид и впредь осыпает вас золотом. Иншалла!- Иншалла, лара Дуния, - ответила тронутая искренним пожеланием Фатима, которая редко употребляла слова из арабского лексикона.- Рания, подойди. Выбери себе серебро, - предложила Фатима.Не ожидавшая подобного предложения, бывшая жена Саида дернулась, но быстро взяла себя в руки и только приподняла бровь, давая понять– неужели кто-то думает, что самолюбие позволит ей принять что-нибудь у счастливой соперницы?- Как тебе эти серьги? – Карима тут же подхватила одну пару серебряных подвесок, протягивая их молодой женщине. Но Рания при виде их вдруг отшатнулась.

«Не может быть!» - едва не воскликнула она. На ладони Каримы лежали те самые серьги, которые ей подарил Хасан, прежде чем украсть у неё безумно дорогое ожерелье. Во всяком случае, Рании так показалось.- Рания, что с тобой? Всё в порядке? Или нет? Кариме скажи. Карима тебе поможет. Вызвать врача? Ты же всё ещё не выздоровела. Врач сказала, что рубцы ещё долго будут давать знать о себе. Они трудно заживают, потому что в раны попала инфекция.- Какие рубцы? – встрепенулась Дуния. – Что с тобой случилось, Рания?- Лара Дуния, даже не представляете, что сотворил с Ранией Хасан, ее временный муж.- Он мне больше не муж! – резко сказала Рания, желая и вовсе прервать излияния Каримы. Но болтунья не остановилась:- У Рании вся спина в ужасных рубцах. Хасан выпорол ее плеткой. Вся спина исполосована! Сколько ударов тебе нанес этот человек, ответь, Рания? Сколько?

- Карима, замолчи!

- Нет, ты скажи, Рания! Ведь Хасан мог запороть тебя до смерти.Мы тебе все сочувствуем. Все! Фатима, лара Дуния, если бы вы только видели рубцы, если бы видели спину Рании…- Всё, я устала, больше не могу слушать вздор, который ты несешь, Карима! Я пойду к себе.

- А серьги? Возьми серьги, они тебе пойдут, такие красивые!- Возьми их себе. Я не ношу серебро. Только золото. Я теперь ношу только золото! – с этими словами взбешенная Рания вылетела из комнаты.Женщины непонимающе переглянулись.Только Дуния сказала:- Карима, как до тебя не дойдет, насколько унизительна для Рании была порка? Тебе не стоит ей больше напоминать об этом.

- А… Так тебе же, Дуния, сид Абдул постоянно грозит дать много ударов плетьми. Но ты же с юмором к этому относишься.- Карима, какая ты непонятливая. Грозить или выпороть – разные вещи.

Карима пожала плечами.- Я не хотела обидеть Ранию. Не хотела!- Мне показалось, что дело здесь не только в порке. Рания испугалась, увидев серебро. Серебряные серьги как-то связаны с ее поведением, - задумчиво произнесла Фатима.Но женщины не обратили внимания на ее слова, продолжив перебирать и рассматривать покупки.Только у Фатимы никак не выходила из головы реакция бывшей жены Саида.«В этом что-то есть! Серьги… Почему Рания переменилась в лице при виде украшения?» - пыталась понять Фатима. Она взяла в руки отложенные в сторону подвески и внимательно всмотрелась. «Ну конечно! – ахнула она про себя. – Та женщина, которую назвали женой Хасана, увидев у меня на шее дорогое ожерелье, не могла глаз отвести от него, а потом вдруг сказала, показывая на серьги в своих ушах, что понимает, почему Рания отказалась от подарка Хасана – серебряных сережек, которые теперь носит она. «Ваш муж дарит вам дорогое золото. Как можно сравнить скромные серебряные украшения с вашими драгоценностями?» Вотв чем дело! На медине в лавке столько похожего серебра, вот Рании и показалось, что она узнает подарок своего мучителя!»Фатима вспомниланеприятную женщину, явно испытывавшую сильную ненависть к Рании. Интересно, чем бывшая первая жена Саида смогла достать за каких-то пару месяцев женщин в чужом семействе? Впрочем, только Рания и способна на подобное!

А затем Фатиме вспомнился и мельком увиденный в тюрьме тот самый Хасан, временный муж Рании. О, Боже! Какой жуткий тип! Помнится, Фатима впервые испытала к Рании нечто вроде сочувствия. Как страшно, наверняка, было Рании оттого, чтопришлось жить рядом с таким негодяем? У него на лице всё написано, каков он! Пожалуй, теперь, увидев его, не приходится сомневаться, что с Ранией случилось самое страшное, сколько бы она этого не отрицала. Кажется, и Саид пришел к такому же выводу.Фатима припомнила, как был взбешен Саид, когда поймал взгляд Хасана, посмевшего нагло рассматривать Фатиму, появившуюся в тюрьме в платке и джеллабе, но ведь с открытым лицом! Фатима в те минуты почувствовала себя голой. А на роже наглеца было написано многое: Хасан как будто примерял к себе и вторую женщину человека, с которым ему довелось уже делить одну жену. А как хищно блеснули его глаза при виде ожерелья на ее шее? Фатима непроизвольно прикоснулась пальцами к золотому украшению, а затем, увидев в его глазах не только зависть, но и какое-то неясное животное чувство, подтянула платок так, чтобы легкая ткань спустилась ещё ниже на шею. Какой страшный человек, мерзкий, отвратительный мужлан!!! И Рания была его временной женой?!Увиденное напугало Фатиму. Она не ожидала от себя ни такой реакции, ни тех мыслей, которые вызвало в ней то, чему она стала свидетельницей. «Что если Саид однажды и со мной решит поступить так же? Как говорит Зорайдэ, никто не знает о том пути, который ему предназначен Аллахом. Вдруг судьба повернется так, что и меня отдадут в руки вот такого же типа? Нет, я хорошо понимаю, отчего Рания сбежала из Эс-Сувейры, не дождавшись нескольких дней до приезда Саида».

А ведь негодяй ещё и выпорол Ранию! Фатима никогда не видела, чтобы в доме Саида избивали женщин. Правда, Саид однажды ударил Ранию – дал ей пощёчину, когда она в истерике разбила зеркало, разодрав чудесное украшение, выполненное руками Жади. Но чтобы подвергнуться порке?!

Фатиме захотелось увидеть спину несчастной. «Дикость какая! Разве сид Али не говорил о том, что наказания в виде порке должны быть определены по суду? И не в Марокко, а в Саудовской Аравии, кажется, такое практикуется. А Хасан позволил себе самоуправство, самосуд. И ему ничего за это не будет! Похоже, что даже за порчу лодок и грузовика он тоже никакого наказания не понесет. Дядя Абдул уговорит Саида отступиться, ведь иначе он рассорится с многими семьями в Эс-Сувейре, а Саид там собирается строить отель, целую сеть отелей на побережье. Хасан уйдет от ответственности!»- Фатима, Фатима, о чем задумалась? Мы с ларой Дунией уже несколько раз спросили, что там за картина, что за ковер, а ты не отвечаешь, возишься с серебром.- Ах, прошу прощения, задумалась. Вспомнила Хасана. Как Рании, бедняжке, плохо пришлось в его доме. Мне сказали, что она даже рыбу чистила на рынке. Я не верю в это, но нам много чего рассказывали люди из семьи, в которой жила Рания. Если бы всё это с ней действительно случилось, вряд ли она там продержалась два месяца. Сбежала бы на второй день!- Кто знает, что Рании пришлось перенести? – философски произнесла Дуния, будучи наслышана о перипетиях судьбы несчастной.- Ну покажи картину-то! -с нетерпением подгоняла Карима.- Сейчас, - ответила Фатима, стараясь освободить раму с холстом от импровизированной обертки как можно осторожнее. – Художник, написавший этот пейзаж, предупредил, чтобы с картиной обращались как можно бережнее, чтобы краски не размазались. Написана картина буквально на берегу, не просохли ещё масляные краски. Впрочем, я в этом не разбираюсь.Фатима отбросила последнюю часть ткани, и все устремили взгляд на холст.Как описать то, что там было изображено? Женщины увидели нарисованную Эс-Сувейру. На лазурном фоне океана и неба стояли белые домики с окошками в синих ставнях, старинная крепость со стенами цвета охры, оранжевые ковры Медины и вездесущие чайки.- Как красиво!Едва я увидела эту картину, уже не смогла оторваться от неё, стояла и рассматривала нарисованный океан с пронзительно-синими деревянными рыбацкими лодками.Видите: чуть выше, на берегу художник изобразил шумный и пестрый рыбный рынок. Там загорелые мужчины в длинных джеллабах и женщины в разноцветных платках торгуются из-за розовых пупырчатых осьминогов, голубовато-перламутровых скатов и длинных серебристых угрей.Точно! Картина срисована с жизни. Над рынком летают крикливые чайки – и это тоже верно, сама видела орды чаек. И на полотне – их много, сколько смогло поместиться.

- Хорошая картина, жизненная, - кивнула Карима. – А почему стены нарисованы не краской, как будто ее не хватило у художника?

Фатима и Дуния прильнули к картине. Мелком цвета высохшей на солнце красной глины были нарисованы высокие городские стены с прямоугольными зубцами, а выше стен - прилепленные друг к другу ослепительно-белые на солнце домики.- Нет, это техника рисования такая, уверенно ответила Фатима.- А я думаю, художники – народ небогатый. Заработок зависит от удачной продажи. Нарисовал – продал. Я не удивлюсь, если какие-то краски закончатся. И купить не на что.

- Нет, Карима, нет!

- Думай, Фатима, куда повесить этот шедевр. В комнате на стенах нет свободного гвоздя. Вот если на галерее на стене, так там погода разная днем и ночью. Ночью холодно, днем очень жарко.- Пусть стоит у стены. Пусть дышит, и краска сохнет.- А ковер? Это же ты ковер купила? – показала рукой Дуния на свернутый рулон. Картины ее явно не привлекали.

- Да, купили с Саидом. Он говорит, что хороший ковер. Я думаю, он настоящий, фесский. Но Саид уверяет, что это не так. Но ведь торговец сказал, что ему из Феса доставили. Удивительно, что занесло его в Эс-Сувейру,нашли его не в Фесе.

Она быстро распутала веревки и раскатала ковер.

- Нуууу… Вот это и мне нравится.

Ковер, и правда, был замечательный. По краю ковра шла широкая кайма из нескольких полос с цветочными орнаментами. А внутри бордюра на темно-синем фоне, заполненном рядами бута – в виде плодов миндаля (или зерен фасоли?) – выделялись три ромбовидных медальона, при этом углы и центральное поле ковра были оживлены цветами на прямых стеблях.

- Ковер шерстяной, старинная работа. Но нефесских мастеров. Точно говорю, - уверила лара Дуния. – В коврах я разбираюсь, и ужковер из Феса узнаю. Как и вазы.

- Да? А что не так?

- Не могу объяснить словами, что не так, но по ощущениям – не то.У сида Али столько лет красильня, где шерсть окрашивают в нужные для ковровой фабрики и одиночных ткачей цвета. Вот что-то смущает меня в расцветке. Нет, не в Фесе он соткан, Фатима.- Но это и не столь важно. Какая разница? Главное – он мне понравился. И Саид был не против купить ковер. Ведь красивый же?- Красивый, конечно, красивый! Фатима, даже не сожалей, что тебя на рынке обманули. Хороший ковер! – успокоила Карима.

- Красивый ковер, конечно, - согласилась и Дуния. – А когда ужин-то начнется? Что у вас, Карима,за порядки в доме? Куда Зорайдэ смотрит? Вот когда я была здесь первой женой сида Али – это когда мы с Зорайдэ остались его единственными женами, так на кухне было всё строго, гостей ждать не заставляли.- Так всё готово, лара Дуния. Я ещё несколько минут назад слышала, что меня зовут, но не хотелось пропустить здесь, у Фатимы, что-нибудь интересное.

Как будто в подтверждение её слов в коридоре раздались быстрые шаги, и Карима устремилась к выходу из комнаты.- Я иду, уже иду! Нечего меня искать, нигде я не потерялась. Иду, говорю же, я уже иду! – выговаривала кому-то из служанок Карима.Вскоре она вернулась с приглашением к столу. Обед был готов.Дуния и Фатима вышли на галерею, прежде чем спуститься в гостиную к столу.

- Фатима, постой немного со мной. Мне одной неудобно здесь бродить.Дом уже давно не мой. Я здесь теперь гостья.И всё из-за Абдула. Обманул меня с временным браком. Поневоле захочешь сбежать от него, как это сделала Рания.На галерее никого не было. Фатима брела за женой сида Абдула, которая странно оглядывалась вокруг, стараясь зацепить острым глазом каждую мелочь. Фатиму удивило ее поведение. Но она тут же получила объяснение этому.Дуния заговорила:- Скучаю по этому риаду. Пусть все жены сида Али и жили всегда в разных домах – каждая в своем, но все мечтали перебраться в этот, где обитал муж. А сид Али предпочитал ходить по очереди к каждой жене, а когда жены одолевали его жалобами и просьбами– сбегал от нас в свой дом, где за ним ухаживала эта хитрая змея Зорайдэ, которая потихоньку всю жизнь к нему подбиралась, и удалось ей в конце концов прибрать старика к рукам.Фатима понимала, сколь несправедливы слова лары Дунии, но решила не спорить. Ведь лара Дуния – это как Рания, тоже потерявшая не только место первой жены, но и получившая развод. Точно, как Рания. Неужели им с Зулейкой предстоит пережить такую же ненависть матери Мунира, когда Саид вновь привезет ее в их дом?«Сколько чувств будет клокотать в душе Рании! Она станет ещё опасней, чем раньше, - подумалось Фатиме. – Как сказала Зорайдэ? «Хоть волк и одряхлел, но на одну овцу сил хватит». Пусть сказано было не о Рании, но подходит к будущей ситуации. Если она захочет, то подловит момент, чтобы нанести удар мне или Зулейке. Впрочем, «скелеты в шкафу» только у меня».Тем временем лара Дуния подошла к ограждению и заглянула через перила вниз.

- Никакого порядка.Двор не выметен, как следует. Цветники неряшливые, фонтан неухоженный, - ворчала женщина, хотя Фатима ничего подобного не видела. Всё было совершенно в порядке.

К счастью, на пороге своей комнаты показалась Рания. Она нервно встала в дверном проеме, прислонившись к косяку.Фатима тут же с ней заговорила:- Рания, отчего ты так быстро ушла? А мы вот картину рассматривали. На ней запечатлен потрясающий вид Эс-Сувейры.Думаю, когда ты вернешься в Бразилию, картина будет не только мне, но и тебе напоминать о пребывании в этом необыкновенном городе.- Фатима, тебе так понравилось в Эс-Сувейре? Что же, я тебе искренне желаю прожить там долгие годы! Попроси Саида – пусть он даст тебе развод, договорится с Хасаном о твоем проживании в его доме…- Ах, нет. Даже не упоминай об этом человеке. Рания, как тебе удалось выдержать в том жутком месте? Дом ужасен, а женщина, которую представили женой Хасана…- Ты и с ней познакомилась? – скривив губы, усмехнулась Рания.

- Конечно, я всех видела, с кем тебе пришлось иметь дело.Но если ты думаешь, что Хадия передала для тебя серьги, то ошибаешься. Я серебро купила ещё до того, как мы с Саидом и адвокатом оказались в доме, где проживает семья твоего бывшего мужа.

- Фатима, ты стараешься поссориться со мной? Для чего ты упоминаешь человека, о котором я знать не желаю? И не называй его моим мужем.

- Но ведь это правда – у тебя был временный муж, - улыбаясь нехорошей улыбкой, напомнила Фатима. Она и сама не понимала, почему ей так хочется подколоть Ранию. Ведь есть пословица: если ты лев, не обижай кошку. Рания слаба, она не в том положении, чтобы посметь отвечать ей, законной жене Саида Рашида. Увы, Рания потеряла свой статус первой жены, которым так гордилась. Фатима вдруг стала противна самой себе. «Зачем я наживаю себе врага? Рания однажды мне отомстит. А я злю ее всё больше и больше!»- с опаской подумала она.- Можешь говорить всё, что угодно. Мне нет дела до твоих рассказов о поездке, о том, что ты увидела или узнала. Но если тебя так впечатлила семья поджигателя, желаю тебе вернуться туда в качестве их новой родственницы. Не забудь захватить своё золото – мужлан, который станет твоим мужем, будет этому очень рад.

- Ну что ты, дорогая! Я не хочу чистить рыбу в порту. Нет, только не это! Надо очень любить рыбу, чтобы вынести такой неприятный труд, каким занималась ты в семье мужа. И знаешь, самое главное – чтобы ты помнила о том, как тебе жилось, когда Саид решил тебя наказать. Саид, увидев картину, которая мне понравилась, даже не стал спорить со мной и отговаривать. И знаешь, почему? Я могу предположить, что он надеется на то, что картина станет для тебя немым напоминанием о пережитом и предостережением на будущее. Можно сказать, что, покупая картину, я думала прежде всего о тебе.- Хватит, Фатима! Я могу и пожаловаться Саиду!- Вот как? Тебя так задевают мои слова? Знаешь, я обдумаю, где именно повесить эту картину, когда я вернусь с ней в Бразилию. Может быть, в комнату твоего сына? Муниру будет приятно видеть у себя город, где жила его мама. Ведь ты ещё не скоро вернешься к нему!- Только посмей тронуть моего сына! Я попрошу Саида, чтобы Зулейка позаботилась о Мунире. А ты держись от него подальше!- Но Рания, он так скучает без тебя. Неужели ты не хочешь, чтобы хоть что-то ему напоминало о тебе?- Фатима, когда-нибудьтвоя жестокость вернется к тебе бумерангом. Дядя Абдул напомнил бы тебе суру из Корана, где говорится: «Кто совершает зло, тому непременно воздастся за это».- Вот как? Рания, почему же ты раньше не вспоминала эту цитату, когда сама творила зло? Ты не раз притесняла нас с Зулейкой, но считала это в порядке вещей.- Я дам тебе один совет: Фатима, купи и для себя картину – с видами развалин старой касьбы! Кажется, тебе очень понравилось там бродить? Повесь пейзаж у себя в комнате, любуйся и благодари Аллаха за то, что Саид не наказал тебя за дикую выходку.Даже Жади каждый раз расплачивалась за похождения в развалинах – так или иначе, а тебе сошло с рук. Пусть картина станет напоминать о твоем проступке не только тебе, но и Саиду.

- Правда? Ты мне решила дать именно такой совет? – подняв брови, притворно-задумчиво спросила Фатима.Рания решилась на ответный шаг:- Пожалуй, за те три месяца, что мне предстоит здесь провести, я сама отыщу нужную картину и потом привезу ее в Рио. Я найду, где ее повесить в доме, так чтобы Саид, проходя мимо, каждый раз ее видел.- Ээээ… Не забывай, Рания, что теперь ты не хозяйка в доме, и тебе придется спрашивать разрешения у нас с Зулейкой, чтобы вбить в стену даже самый маленький гвоздик, а тем более – повесить картину там, где тебе вздумается.Тут уж не выдержала жена Абдула.

- Фатима, и ты, Рания! Не ссорьтесь. Пора спускаться вниз. Иначе таджина нам не достанется, - напомнила она, стараясь не усмехнуться. Везде и всегда одно и то же: женщины делят между собой мужа, власть в семье, стараясь при этом побольнее задеть друг друга.Фатима была рада завершить ненужный спор с Ранией, начатый ею самой же, она живо повернулась и отправилась следом за ларой Дунией.

Рания, обняв себя за плечи и прикусив губу, не сразу тронулась с места. Она не могла справиться с накатившей бессильной яростью. Так вот что задумала Фатима? Показать картину Муниру и потом постепенно, день за днем, от случая к случаю травить душу сына рассказами о том, как жилось его матери в семье рыбака. А когда Рания вернется в дом Саида, то родной сын встретит ее презрением.

Что же делать? Поговорить с Саидом? Но Фатима так хитра, что сможет обернуть любой разговор против неё самой. Скажет Саиду, что всё это выдумки Рании, ни на чем не основанные. Но надо обязательно посмотреть, что там намалевано на картине. Если бы полотно потерялось в пути, не долетев до Бразилии! Если бы ей удалось как-то испортить картину! Но тогда Саид разозлится и откажется от того, чтобы Рания жила в его доме, чтобы быть рядом с сыном. Нет, так нельзя, но какже быть?

«Позвоню Амине. Она подскажет верное решение. У меня гнев бежит впереди разума. А это принесет мне только вред!» - пришла к выводу Рания, наконец-то отступая вглубь комнаты. А за ее спиной появилась Карима, войдя из внутреннего коридора.- Рания, тебе снова подавать ужин в комнату? Ты одна только осталась. Все уже собрались за столом.- Ах, Карима, нет, я сейчас спущусь.

- Так идем вместе, Рания. А то опять остановишься где-нибудь. Идем, Рания.- Карима, я уже иду, - ответила Рания, быстро меняя обувь: сбросив домашние бабуши, обула изящные туфельки на невысоком каблучке. Как же ей повезло, что когда-то она оставила в доме дяди Али целый сундук вещей и обуви! Наверно, это судьба ей подсказала тогда. Иначе сейчас ей нечего было бы надеть.8. Глава 8. ЧАСТЬ 10. Фанфик. Радостное известие от Хадижи.Фес и Ангра.- Иди, Карима, я сейчас приду. Ничего не надо приносить мне в комнату.

- Тогда поспеши. Кариму уже отругали за то, что задержалась у тебя. Если снова вернусь без тебя… Опять Карима останется виновата.-Я иду! - нервно ответила Рания в спину развернувшейся к выходу Каримы и тут же направилась следом, решив обдумать разговор с Фатимой позже.Когда она появилась в гостиной, за столом сидели не только мужчины, перед которыми был поставлен огромных размеров таджин – такой, чтобы приготовленного блюда хватило на всех, но собрались и женщины семьи.Вкусный аромат витал по всему помещению.

Сид Абдул и дядя Али уже ополоснули руки в розовой воде, а Саиду служанка ещё только поднесла сосуд и свежее полотенце.На тойчасти стола, которую заняли женщины, стол тоже был накрыт. Перед Фатимой поставилитарелку, а рядомбыли положены столовые приборы. Ведь она принципиально старалась есть только ложкой и ножом с вилкой.И для Дунии с Фатимой тоже принесли блюдо с таджином. Конусообразная крышка была уже снята, а нижняя невысокая часть посудыбыла заполнена мясными шариками из баранины с тушеными овощами. Яркие оранжевые полоски моркови чередовались с зелено-красными треугольными нарезками сладкого перца, а под ними лежали аппетитные куски картофеля, пересыпанные крупными горошинами нута. Фатима успела наложить несколько ложековощного рагу себе в тарелку. Дунии же накладывала служанка. Впрочем – как и присевшей к ним Рании. Зорайдэ была тут же, и о ней позаботилась Карима.

Женщины как-то вяло вели беседу, перекидываясь фразами и не обращая внимания на мужчин. Рания вообще ела молча и сосредоточенно, до тех пор, пока случайно не подняла глаза на Кариму и не обнаружила у неё в ушах знакомые серьги.К несчастью она задержала взгляд на них немного дольше, чем следовало, и Карима заметила ее интерес. Она тут же поспешила при всех сообщить:- Рания, видишь, это те серьги, от которых ты отказалась. А теперь Фатима подарила их мне. Правда, они очень мне идут? Ты отказалась, а мне они очень даже понравились. Зорайдэ, взгляни, какие серьги! Они серебряные! Очень мне нравятся!- Да, серьги действительно красивые, - поддакнула Зорайдэ, понимая, что иначе Карима от нее не отстанет.Но и Фатима вдруг заговорила, лукаво улыбаясь:- Я так хотела порадовать тебя, Рания. Вот и предложила выбрать что-нибудь из серебра, но не понимаю, почему ты отказалась? Ведь у тебя совсем не осталось никаких украшений!- Дуния, тебе ещё положить таджина? А мяса дать? …А лепешки к тебе придвинуть? Фатима – тебе что подать? Говорите, что надо, я скажу, чтобы принесли с кухни, если на столе нет, - прервала разговор Карима.Дуния знаком показала, что желает ещё лепешку и тот салат, который только что внесла служанка, и потом тоже влилась в беседу:- Рания, вот и я что-то не поняла, почему ты отказалась от украшений. Ведь сидишь – ни колечка на тебе, ни браслетика, ни даже скромного кулона.Так отчего же было отказываться от серебряных подвесок?

Рания промолчала, но Карима тут же ответила за неё:- Так, Дуния, Рания же ещё в комнате всё объяснила: она теперь носит только золото. Карима это сама слышала. А ты не слышала, нет? А Карима это хорошо расслышала: Рании теперь интересно одно золото, а серебро – это совсем не то…- Карима, ты о чем говоришь? – вынужденно поинтересовалась Зорайдэ. Она устала поправлять Кариму или делать ей замечания. Но ведь болтливая женщина не остановится, пока ее не одернешь,сама она ничего не понимает, и никакие намеки на нее не действуют.

- Зорайдэ, но при чем здесь я? Карима ни при чем! Фатима хотела сделать подарок Рании, а она отказалась, потому что теперь она собирается носитьтолько золото!Как оказалось, к их разговору прислушивались. Мужчины вдруг повернули головы в их сторону. Сид Абдул тут же изрек:- Главное украшение женщины – это ее скромность. А если женщина ещё и красива - красота не требует других украшений.- Мужчина должен быть щедрым к своим женам, - тут же не упустила случая напомнить о себе Дуния. – Горе тем семьям, где мужья скупы.Зачем иметь деньги, если не тратить их? К савану карман не пришьешь! Но, как говорится, жадному и могила тесна.- К чему ты сказала это, Дуния? Разве твои слова к месту? – решил поправить ее сид Али, не понимая, к чему она ведет разговор.- Ээээ! Али, оставь эту корыстную одалиску! Бог создал землю и отдыхал один день, затем он создал женщину, и с тех пор у него нет покоя, - с упреком добавил Абдул.

Дядя Али, кивнув, сказал:- Да, к савану карман не пришьешь. Не стоит стремиться иметь больше, чем нужно человеку для скромной жизни. Вспоминаю слова одного мудрого человека, с которым мы совершили однажды паломничество: неважно, какие у человека сандалии. Главное – ноги, которыми мы все идем по одной дороге жизни.- Вот именно, Али! Дуния, ответь, для чего тебе иметь золота больше, чем ты можешь надеть на себя за один раз?- Почему этот вопрос ты решил задать именно мне, а не тем женщинам, чьи мужья уже осыпали их золотом? Ты же не подарил мне даже дешевой золотой безделушки, не только золота «на один выход».Саид же, пока старики спорили с Дунией,смотрел на Ранию, медленно дожевывая то, что оказалось во рту,всё более хмурясь. Ей стало очень неловко и даже страшно. «И надо же было Каримеболтать про украшения! Получила подарок – так радуйся!»Саид проглотил пищу, воспользовался салфеткой и, отложив ее в сторону,спросил:- Рания, ты была на рынке?

- Да, Саид.

- Ты купила всё, что нужно? Тебе хватило той суммы, которую я тебе дал?- Да, Саид, вполне.Но я пока не стала покупать одежду.Поэтому у меня даже остались деньги. Я не нашла ничего, что мне могло бы подойти.И…- Сид Саид, сид Саид! Рания купила всё, что необходимо. Но она и золото тоже купила!- Карима! – тут же одернула ее Зорайдэ.Но было уже поздно – Саид тут же задал ей вопрос:- Надеюсь, Рания, ты не стала тратить на золото деньги, которые я тебе дал?- Нет, Саид. Конечно же, нет!

- Тогда как ты смогла купить золото? – подозрительно сузил глаза Саид.- Я могу всё объяснить, но не сейчас.Давай потом поговорим, - осмелилась предложить Рания, страшно не желая посвящать в секрет ожерелья сидевших за столом.Но Карима не правильно поняла намерения Рании и сочла, что стоит помочь несчастной, бывшей жене Саида. Если Рании отчего-то неловко рассказывать, то ей, Кариме, нисколько! Разве Саиду не стоит узнать правду?- Рания, почему ты не расскажешь, откуда у тебя деньги? Сид Саид, всё просто: у Рании оставался кусок сломанного Хасаном ожерелья, совсем небольшой…Вот так просто Карима выложила историю, которую Рания вовсе не желала открывать. Но Зорайдэ не дала Кариме договорить.- Иди на кухню, Карима. Узнай, что там с выпечкой? И поставили ли ещё чайники для заваривания чая?Иди, не стой тут, не болтай разное….- Зорайдэ, я ещё не всё рассказала, что знаю…- Иди! – приказала хозяйка дома под одобрительныйеле заметный кивок сида Али.Карима ушла, обидевшись, ничего не заметив и не поняв. Но она была довольна, что наконец-то оказала услугу Рании.

А за столом ненадолго установилось молчание.Потом сид Абдул начал возмущаться.- Как это так, Рания? Ты почему нам ничего не рассказала о том, что Хасан забрал у тебя не всё золото? – прищуривая глаз, с подозрением глядя на нее, потребовал он ответ.- Почему ты молчала, Рания? – возмутился и Саид.- Рания, тебе следовало рассказать нам о таком факте: ведь мы должны быть справедливы, обвиняя Хасана в его злых или несправедливых делах,а ты ввела нас в заблуждения! –сердито упрекнул молодую женщинусид Абдул.- Я ничего не скрывала от вас! Вы меня ни о чем не спрашивали! Моё украшение порвалось до того, как Хасан украл его у меня. Он забрал бы его полностью, если бы смог. Но оно сломалось, потому что я потянула за него, когда…, - зарыдала Рания.- Отвечай, одалиска! Нечего лить слезы, - приказал суровым голосом сид Абдул.- Мы думали, что ожерелье было целым, когда Хасан его продавал, и значит, он лжет, что получил денег намного меньше, чем оно стоит. Но за испорченное украшение и дать должны были меньше. Значит, внук моего приятеля не солгал нам.А мы его обвинили в большем грехе, чем он совершил!- Хасан – вор! – бросила обвинение Рания в сторону мужчин.- Перестань, Абдул! – вмешался сид Али. - Я знал о том, что украшение было испорчено. Рания показала Зорайдэ то, что у неё осталось от ожерелья. Но я и не подумал, что это так важно для вашего разговора с семьей Хасана. Важно другое: временный муж, зная, что ему предстоит вернуть женщину, против ее воли забрал у неё золото, часть ее махра, между прочим, и продал его, потратив деньги на собственные нужды. Это харам, Абдул. В этой ситуации не стоит обвинять Ранию.Возможно, выяснение случившейся с ожерельем истории закончилось бы скандалом и очередными неприятностями для Рании, но прозвенел телефонный звонок. Зорайдэ встала из-за стола и подняла трубку.- Хадижа? – радостно воскликнула она.- Вот как?... Что?.. Каааак?... Я так рада за тебя, девочка! Передам, обязательно, Хадижа! И маме твоей позвоню…А отец здесь, в Фесе. И Фатима с ним прилетела. И Рания тоже здесь. … Скажу, обязательно скажу…. Сейчас позову его …. эээ… Что такое? – расстроенно посмотрела Зорайдэ в трубку. – Как некстати нас разъединили!

- Что там, Зорайдэ? Чему ты так радуешься? Какую новость сообщила тебе Хадижа? – сразу же заинтересованно спросил сид Али.- Саид, сид Али, Хадижа сказала, что она … ждет ребенка! У Хадижи будет ребенок! Все очень рады, и прежде всего Фарид. Он так хочет стать отцом! Завтра он устраивает праздник в честь этого события. Хадижа позвонила нам, потому что не выдержала ожидания, когда Фарид решит сделать это сам. Сид Абдул, а Вам сид Рахим не звонил?- Откуда же я знаю? – сердито ответил не остывший от спора с Ранией старик. - Меня нет дома с самого утра – то был на медине, то к вам отправился. Вернусь домой, узнаю у Нурии.- Можешь не узнавать, говорят же –Хадижа беременна! - грубо заметила Абдулу Дуния.

- Дуния! – грозно предостерег старик злоязыкую и скандальную женщину.

- Какая радость – у Хадижи будет ребенок! – произнес дядя Али. – Саид,у тебя появится внук.- Рад. Пусть Аллах пошлет моей дочери здорового ребенка. Иншалла,- ответил отец Хадижи, улыбнувшись только уголками сжатых губ.- Надо позвонить Жади, - спохватилась Зорайдэ.- Но прежде расскажи нам всё, что успела сообщить тебе Хадижа! – потребовал сид Али.- Ох, я так обрадовалась новости, что решила – вы тоже всё слышали. Фарид очень рад этому событию и собирается устроить праздник, куда ждут и нашего прибытия. Сид Али, ведь нам стоит поехать в Мекнес? – с надеждой спросила родственница Жади.

- Конечно, мы не упустим такой возможности увидеться с Хадижей! Но надо дождаться приглашенияот Фарида. Он должен нам позвонить.