Глава 1: Преданность (1/1)

В которой король Артур Пендрагон становиться свидетелем противостояния двух предателей разного сорта, и размышляет о метафизическом понятии близком сердцу многих людей, включая и его самого. ***- Не делай глупостей! Именно это Артур сказал Мерлину. И, конечно же, Мерлин не смог устоять перед соблазном совершить какую-нибудьглупость.Артур знал это. В конце концов, речь шла о Мерлине. Глупость шла нога в ногу с мудростью в его ненормальной голове. Поэтому, когда он вернулся назад за ним, то не удивился звуку бегущих ног. И он был так же не удивлен, когда увидел – через расщелину в стене между двумя отсеками пещеры – что Мерлин уперся в тупик.Черт побери, Мерлин! - Мёёёлин! – насмешливый голос прикатился по каменному туннелю, и человек, которому Артур с радостью врезал бы, вошел в его поле зрения. Никто, кроме Короля Зад… Артура, не имел права использовать эту вариацию имени Мерлина. И это не принимая во внимание его предательства и перехода на сторону его злобной сводной сестрицы, но…- Мерлин!Надежно скрытый, Артур наблюдал, как его слуга сжал челюсти и повернулся лицом к Агравейну.- Где Артур? – потребовал его дядя-предатель. Бывшему королю так и хотелось встать во весь рост и с криком: ?Я здесь!? броситься на помощь Мерлину. Но это было совсем не то, чего пожелал бы сам Мерлин. Мерлин бы предпочел, что бы он оставался в укрытии и больше беспокоился о своей безопасности, чем об игнорирующем приказы Мерлине. Мерлин бы предпочел, что бы он прожил хотя бы еще один день. И, несмотря на то, что одна только мысль, что он не придет на выручку своему злополучному слу… другу, посылала волны ненависти к самому себе через и так уже разбитое сердце Артура, он знал, что Мерлин пожелал бы именно этого, и что на этот раз он был прав.Если Мерлин исполнит свой долг, как его друг и слуга – а Артур знал, что так и будет – и не скажет ни слова, то Агравейн убьет его. Артур же был ранен и был бы не в состоянии противостоять своему дяде и тому количеству людей, которое тот привел с собой, даже в идеальном физическом состоянии – так что уж говорить о теперешнем. Сейчас же Артур видел только своего дядю и одного из его головорезов, но по тому топоту, что он слышал ранее, было невозможно определить, сколько людей стоит за их спинами.Артур всегда прислушивался к Мерлину – несмотря на то, что редко следовал его советам – и маленькая его часть, которая не давала ему покоя всякий раз, когда его глупый но, в тоже время, мудрый друг оказывался прав, словно разрывала его изнутри на части.Он будет уважать желания Мерлина.Он сбежит от Агравейна и из этих туннелей.Он соберет вместе всех, кто все еще предан Камелоту.Если понадобиться, он встанет на колени перед другим королем, что бы получить армию.Он заберет Камелот у Морганы.Если же у него ничего не выйдет, он сделает все возможное, что бы отомстить за неминуемую гибель Мерлина.Он сделает все это только потому, что так пожелал бы Мерлин.Он будет наблюдать, как Мерлин доблестно принесет себя в жертву ради своего короля и друзей, и запомнит это навсегда. О Мерлине будут вспоминать, как о герое, которым тот и является. Артур об этом позаботится. Бесполезный, свергнутый король, который предпочел не заметить предупреждающих знаков, когда те появились, мог, по крайней мере, сделать это.Все мысли были отброшены в сторону, когда Мерлин ледяным тоном произнес предупреждение.За всю его жизнь, Артуру многие говорили быть осторожным. Мерлин сам побуждал его к этому – и не раз. Но в этот раз от слов Мерлина, которые король слышал не единожды, мороз пошел по коже. И этот мороз не имел ничего общего с холодным воздухом пещеры.- Осторожно.Артур перевел взгляд на своего дядю. Ему было интересно, почувствовал ли предатель то же самое, что и он.Судя по всему, почувствовал.Но потом Агравейн вспомнил, что у него есть меч как и люди, вооруженные таким же смертоносным оружием, в то время, как Мерлин был всего лишь безоружным тощим деревенским мальчишкой, да к тому же и загнанным в угол.- О чем ты? Где Артур?Мерлин продолжал молчать, переступая с ноги на ногу и переводя взгляд с человека на человека. Его лицо было на половину скрыто в тени и казалось вырезанным из мрамора.Артур и раньше видел это выражение лица: у своих рыцарей, когда те имели дело с нарушителем порядка или бандитами, бросающимися пустыми угрозами. Он и сам зачастую использовал это выражение. Они как будто говорило: ?Ты не имеешь ни малейшего понятия, с кем связался, и, если не отвяжешься, я убью тебя с такой легкостью, что это будет даже не смешно.Никто не мог так убедительно использовать это выражение без уверенности, что действительно способен выполнить угрозу, которую оно несло. Мерлин использовал его, а значит, он был более опасен, чем Артур думал. Однако для него это было загадкой, каким образом Мерлин приведет в исполнение свою молчаливую угрозу.- Говори. Живо! Или я убью тебя.Мерлин молчал еще несколько мгновений – недоступный и выглядевший смертельно опасным в тусклом свете факелов. Он покачал головой.- Я так не думаю.?Я не скажу тебе? или ?ты не убьешь меня?? Или оба? Что ты имеешь в виду, Мерлин?Агравейн сделал шаг вперед, и Артуру опять захотелось иметь возможность сделать хоть что-нибудь.

И, конечно же, ему не пришлось ничего делать.Артуру очень хотелось поверить, что Агравейн просто не вовремя споткнулся. Конкретно так споткнулся. Наступил на что-то цилиндрическое и только поэтому улетел назад. Но ему не показалось. Ни неестественный полет его дяди-предателя, закончившийся где-то за пределами его поля зрения. Ни золотая вспышка, блеснувшая в глазах Мерлина.Мозг Артура на какое-то время отключился и был возвращен в реальность только звуком судорожно втягиваемого воздуха и ликующим криком:- Ты маг!Черт бы тебя побрал, Мерлин!Его храбрый, преданный, вероломный слуга, сделавший шаг вперед, пока Артур с жаром пытался отрицать, что Мерлин использовал магию, выпрямился во весь рост, показывая, что именно он контролирует ситуацию и ответил ледяным тоном:- С рождения.С рождения?Шаркающей походкой Агравейн вернулся в поле зрения Артура, держась за ушибленную спину.- Так это ты … ты Эмрис!- Так меня зовут друиды.И если судить по тому, как слегка треснула каменная маска на лице Мерлина, выдавая выражение сожаления в его обычно дружелюбных – а в данный момент таких темных и холодных – голубых глазах, личность Эмриса была именно тем секретом, который Агравейн не должен был узнать ни при каких обстоятельствах.

- И все это время ты был при дворе? Рядом с Артуром? Как ты смог его обмануть?О да, давай, сыпь мне соль на рану.- Я впечатлен, Мерлин! Возможно, мы похожи больше чем ты думаешь.Один предатель протянул руку другому.Что бы Артур ни успел напридумывать себе до этого момента, то теперь это все разлетелось на куски. Как мог Мерлин, явно очень могущественный колдун, отказаться от предложения Морганы? Однако он отказался.Мерлин выбросил вперед руку, и Агравейн дернулся назад, понимающе кивнув.Один предатель сделал выпад в сторону другого.Руки Мерлина взлетели вверх, как будто в попытке оттолкнуть Агравейна, и именно это он и сделал.Предатель-дядя Артура, переворачиваясь в воздухе, отлетел от его лживого слуги.Агравейн приземлился с отвратительным треском за пределами поля зрения Артура. Его последний выдох вырвался белым облаком и поднялся над камнями, скрывшими от Артура его остывающее тело. А затем наступила тишина.И Мерлин.Алебастровая маска на лице Мерлина пошла трещинами. Артур уже готов был выскочить и начать кричать и орать на него, и требовать объяснений, и бросаться обвинениями, пока не бросил взгляд тому в лицо.Как он только мог сомневаться в Мерлине?Мерлину это не нравилось. Совсем не нравилось.В эту минуту он выглядел как человек, который убивал и раньше – причем не единожды – и ненавидел это, так же сильно, как и в первый раз.Не имело значения, кем еще он был – Мерлин все еще был Мерлином.Он только что убил ради Артура – сделал то, что Артур не имел права просить от него – и ненавидел это. И ему сейчас уж точно не нужно было, что бы Артур наорал на него. Он выглядел как человек, нуждающийся в утешении.

Король уже было собрался обнаружить свое присутствие и поблагодарить своего слу… друга и начать разглагольствовать на тему чести и преданности и еще чего-нибудь тому подобного, но Мерлин просто развернулся и ушел. Его шаги затихли на расстоянии, и туннель снова погрузился в тишину.Мерлин все еще был Мерлином. И Мерлин был предан.***Артур обвел взглядом картину перед своими глазами.Агравейн взял с собой пятерых человек. И все они были мертвы – их шеи и, без сомнений, другие кости были сломаны. Мерлин убил пятерых, даже не моргнув глазом.Агравейн был шестым. Он был … ему не повезло. Это Мерлину повезло. Если бы Агравейн не выжил после первого заклинания, и их с Мерлином разговор не состоялся, Артур, без сомнений, выскочил бы и порвал на куски своего слугу, который так долго ему лгал.Итак, Мерлин определенно был могущественным магом. Он сказал, что родился с этой силой; Моргана же обрела свою только несколько лет назад. Был ли он так же силен, как Моргана? Возможно еще сильнее?

Это всколыхнуло другие слова, сказанные Мерлином, в его памяти.Был ли Мерлин друидом? У него было друидское имя, которое что-то значило для Агравейна и, без сомнений, для Морганы. Но даже если он не был друидом, Артур верил в то, что Мерлин не хотел причинить вред Камелоту. В этом не была смысла – с чего бы ему мириться с отвратительным характером Артура, если он мог отомстить за свой род, просто его убив.Возможно, он защищал Артура. Ну конечно же он защищал его!?Ты не имеешь ни малейшего понятия, сколько раз я спасал твою жизнь?.Гаюс утверждал, что укус Рыкающего Зверя смертелен, и при этом Артур до сих пор дышал.Корнелиус Сиган не отозвал бы своих горгулий и не вернулся бы в свой кристалл навечно без сопротивления.Бессмертные армии сами по себе не превращаются в пыль.И дракон … а что на самом деле случилось с драконом? Артур не помнил, что бы наносил ему удар перед тем как потерял сознание.Его убил Мерлин? Артур начал подозревать, что Мерлин является Повелителем Драконов и просто приказал зверю улететь. Значило ли это, что он как-то связан с Балинором? В этом был смысл.Если бы сейчас король рискнул выйти из туннелей, он, возможно, нашел бы ответ на этот вопрос, как и на следующий, возникший в его голове. Смотря на шесть смятых тел перед ним, Артур не ног не подумать…Что ты сделал с остальными, Мерлин?Агравейн вел за собой, как минимум, несколько сотен: достаточно, что бы окружить Эалдор полностью. И все же он взял с собой только тех пятерых, которых Артур видел в туннелях.Несколько мгновений он прислушивался.

Ничего.Мерлин давно уже ушел, а остальные из их команды были далеко впереди.Группа наемников производила бы много шума, а он не слышал ничего, кроме треска факелов на полу пещеры – уже бесполезных для мертвых людей, которые лежали рядом.Итак …Артур больше не был королем Камелота. И поэтому, формально, он не мог арестовать Мерлина и отправить его на плаху, и, честно говоря, он и не хотел этого делать. Во-вторых, Мерлин был как-то связан с друидами и, возможно, сам являлся друидом. Друиды были мирным народом и не хотели зла Камелоту. Уж это Артур знал и, судя по всему, раз уж Мерлин был связан с друидами, тогда и он не хотел зла.И, в-третьих, он показал, что все еще был собой; Артур мог сказать, что больше не знает Мерлина, но если честно, он теперь знал все о Мерлине. Впрочем, он не знал всего, что Мерлин для него сделал, но это он сможет выяснить в другой раз.Он сохранит секрет Мерлина до тех пор, пока его будущий Придворный Маг сам не будет готов ему во всем признаться. Он будет так же предан Мерлину, как Мерлин был предан ему. Он защитит его, во что бы то ни стало.***Артур знал о мечах все. Он с ними вырос.

И поэтому, в тот самый момент, когда его перестало распирать от чувства гордости из-за того, что он вытащил меч из чертового камня, и он внимательней рассмотрел идеальный клинок в своих руках, он понял что рассказанная Мерлином легенда о том, что этот меч поместил в камень Древний Король, была полнейшей чушью.

Он не был … достаточно старым. Просто не был.Во времена первого короля Камелота мечи были, всего лишь, заточенными кусками метала с рукоятью и гардой. У них не было такой золотой отделки и причудливой рунической надписи, или изогнутой гарды, или позолоченной круглой головки эфеса. Это был превосходный меч, но далекий предок Артура никак не мог поместить его в этот камень.Сделал ли это Мерлин?Он знал, где найти его. Он вел Артура настолько уверенно, как будто бывал здесь тысячи раз до этого. И, конечно же, не стоит упускать тот факт, что меч был в камне. Мечи ведь обычно не оказываются в камнях, а Мерлин был магом, но Мерлин не знал, что Артуру известно об этом.И еще одно: сам клинок был явно магическим.В тот самый миг, когда меч был освобожден от каменного плена, что-то обвилось вокруг сердца Артура и не собиралось исчезать. В тот самый момент, когда он поднял оружие над головой, он осознал, что никакой другой меч не будет достаточно хорош – не может быть так же хорош – как этот. Он был навеки связан с клинком, и тот пел для него.Этот меч всегда будет ему предан.В стали, которая сияла как спокойное озеро, было спрятано пламя – пламя, которое горит вечно, непотухающее и всепобеждающе. Это оружие было создано для власти: оно обещало и жаждало ее в равной мере. Артур чувствовал, что способен на все с этим мечем.Сам меч был новым, но его сила была древней, старше деревьев, укрывающих камень. И она имела вкус – если только необъяснимое покалывание неба можно назвать вкусом – свежего, прохладного воздуха и приятно обуглившегося на костре мяса.В нем также было что-то знакомое – а у молнии есть вкус?Потому что это, решил Артур, был вкус Мерлина. Если бы Артур мог назвать легкое покалывание в затылке звуком, тогда это был звук Мерлина-молнии, подталкивающего его вперед, но предупреждающего об опасности, исходящей от клинка.Он никому не должен позволять орудовать им. Этот меч был сделан для него, и в чужих руках он принесет только зло.Что-то уступило ему в самом клинке, и у Артура перед глазами появилось видение двух рук с длинными пальцами, и знакомая комната в Камелоте, а так же полет золотой чаши, разбрызгивающей кровь на каменные плиты стены. И завершал этот поток видений картина человека, до этого вне досягаемости смерти, превращающегося в пыль… Я так и знал!Когда Мерлин, наконец, признается ему, Артур устроит ему столько почестей, что либо Мерлин наконец наберет некоторый вес от всех банкетов и пиров, либо растает от смущения, вызванного хвалебными речами. Впрочем, сейчас Артур забегал вперед. Еще будет время для пиров и заявлений о дружбе, но потом. Сейчас его магический слуга предоставил ему ту единственную вещь, которая требовалась ему, что бы вернуть свой трон – сила воли и желание, чтобы сделать это.И все это только благодаря Мерлину.***- Но вот Моргана … Ее сила велика, и нам ответить нечем.Артур краем глаза заметил, как какое-то чувство промелькнуло на лице Мерлина.Ну, давай же, Мерлин. Доверься мне.И все-таки было немного больно осознавать, что Мерлин не доверял ему. Хотя Артур и понимал, что Мерлин доверяет ему. Он доверял ему во всем, кроме этого секрета, потому что так было проще: Артур – слепая задница, и Мерлин – удирающий, что бы все поправить и привести в норму, пока никто не смотрит.К тому же, Артур не давал ему повода, что бы Мерлин мог довериться ему в этом. Сколько раз Артур кивал на слова отца, повторял за ним слова, в которые сам верил лишь на половину, что бы заслужить отцовское одобрение, говорил Мерлину в лицо, что он является чистым злом? Скорее всего, Мерлин был более напуган, чем Артур мог осознать. И при этом он ни разу не предал его или свернул со своего пути. От этой мысли у Артура слегка кружилась голова.У него была абсолютная преданность человека, который мог порвать его на кусочки одним лишь взглядом – Мерлин не лгал при их первой встрече.***Артур уже понял, что Мерлин нес чепуху, когда рассказывал ему о мече, и почему тот находится в камне. Но, судя по всему, третья часть ?легенды?, которой Мерлин ?пренебрег? не была выдумкой. Мерлин действительно верил, что Артур Пендрагон будет самым великим из королей.Но был один вопрос, который не давал Артуру покоя – и тот факт, что он думает о Мерлине, когда должен полностью сосредоточиться на предстоящей битве, уже начинал раздражать – кем тогда является Мерлин?Теперь мотивы Мерлина стали кристально ясны: он хотел, что бы Артур стал величайшим королем за все времена, объединил Альбион и, если повезет, вернул в него магию. Все в свое время. Но тогда какова была судьба самого Мерлина? Несомненно, о ком-то столь могущественном, как Мерлин, тоже будет упоминаться в легенде, не только о короле.Было ли предназначено Мерлину судьбой быть, лишь скрытой силой за завесой на протяжении всей его жизни? Или же он будет стоять рядом с Артуром как равный ему, и будут ли они вместе карать своих врагов? Или же Мерлин и впредь будет незаметно избавляться от врагов Артура у него за спиной?Был ли он проводником или защитником? Или обоими?Артур решил, что даже если сама судьба будет пытаться навсегда привязать Мерлина к роле обезличенного защитника, он вытащит своего смехотворно преданного слугу на свет божий и сделает из него то и другое.***Артур наблюдал, как Мерлин сидит у костра в центре лагеря, раскинувшегося посреди леса и состоящего из сил, преданных Камелоту, которые Мерлину каким-то образом удалось собрать воедино. Тот сидел с задумчивым видом, возможности проскакивали в его голове так же быстро, как взгляд, мечущийся с одной точки к другой. И затем небольшая мрачная улыбка появилась на его губах, после чего Мерлин вскочил с места и направился прочь из лагеря – в сторону Камелота. Артур направился за ним следом, делая вид, что просто хочет убедиться, что с его людьми все в порядке.Он наблюдал, как Мерлин пригнулся и начал красться через лес отработанной бесшумной походкой.***Артур наткнулся на узел из черной кожи, завернутой в поношенную красную мантию, под деревом на границе лагеря, когда с утра отошел по нужде. У него появилось устойчивое ощущение, что если бы Мерлин захотел, то смог бы в одиночку отвоевать Камелот.***- Знаешь, а этот меч не так уж и плох.- Подумал, что тебе может понравиться.Уж ты должен знать. Ведь ты победил армию с его помощью, Мерлин.***- Не вини меня за грехи отца.Ведь именно этим они и были. Грехами. Преступлениями, которые, в конце концов, оказались основой данной проблемы.- Поздно. Ты ясно дал понять, что думаешь обо мне и мне подобных. – Артур промолчал. Возможно, раньше он ясно давал понять, как к этому относился. Но и объяснять, что сейчас все было по-другому, было не время. Прошло всего несколько дней. Недостаточно долго, что бы король мог так кардинально поменять свою точку зрения и поведать об этом миру.- Я убью тебя, Артур Пендрагон.Она была бледна. Даже бледнее Мерлина. Ее глаза всегда были выразительными и пронзительными, но сейчас они были наполнены злорадным ликованием, на которое нельзя было смотреть без боли. Она потеряла в весе; ее черное кружевное платье плотно охватывало ее формы, не смотря на то, что она была вынуждена питаться только тем, что находила в лесу, где скрывалась.Она все еще была красива, и все еще опасна, особенно теперь, когда ей не нужен был меч что бы победить его. Что же с ней произошло?- Hleap on baec!И ничего не произошло.- Hleap on baec!Ведьма в отчаянии попробовала еще раз. Артур бросил взгляд назад; Тристан, Изольда, Гвеневра и Мерлин были невредимы. Мерлин отчаянно пытался побороть улыбку.Что бы ты ни делал прошлой ночью, Мерлин, похоже это сработало.- А ты не так уж и сильна.И последняя сознательная мысль, проскочившая в голове Артура перед, начавшейся незамедлительно, схваткой, было удивление тем фактом, что Гелиос предпочел остаться и защитить Моргану.Преданность – несомненно.***- Войдите, - ответил Артур на стук в дверь.Это не мог быть Мерлин; Мерлин никогда не стучал и в данный момент был занят своими делами.Это не могла быть Гвеневра; она отправилась доставить свои вещи в замок.Это был Гаюс.- Сир. – Старый лекарь уже был практически здоров: все благодаря обильной пище и нескольким часам сна, хотя у него в руках была прочная палка, которая все время билась о его медицинскую сумку. Это было небольшим неудобством, принимая во внимание падение и валяние в коридоре, пока кто-нибудь не пройдет мимо в качестве альтернативы.- Мерлин сказал, что вы были ранены во время осады.Артур предпочел не спорить по этому поводу. И пока Гаюс осматривал его ребра, он положил небольшую подпаленную куклу из соломы на кровать, где они сидели.- Я нашел это под кроватью Морганы, когда забирал свои бумаги из ее покоев.Гаюс с легкостью закрепил бинт и, взяв в руки маленькую куклу, подошел к свече, что бы лучше ее рассмотреть.- Это марионетка, сир. Она является грубым отображением человека и привязана к определенной личности. Практически любая магия, направленная на эту куклу, будет иметь такой же эффект и на привязанную личность. – Гаюс перевел взгляд на Артура, и его поднятая бровь практически достигла линии волос. – Вы нашли это под кроватью Морганы?Артур кивнул.- А не заметили ли вы чего-нибудь необычного, когда столкнулись с ней?- Похоже, она не могла воспользоваться магией…- Это подтверждает мои предположения. – Гаюс протянул обожженную марионетку Артуру. – На нее наложено очень сильное колдовство. Оно рассеивает любую магическую силу, собранную что бы послать заклятие, после того как оно высвобождено. И заклятие не срабатывает.Артур кивнул еще раз, беря куклу в руки и поворачивая ее в разные стороны.- Значит, нам есть, за что поблагодарить Эмриса. – Гаюс посмотрел на него, Артур поймал его взгляд. – Перед тем, как она попыталась убить нас, Моргана сказала, что даже Эмрис не сможет спасти нас. Но я считаю, что к тому моменту он уже это сделал, причем не в первый раз. Его работу можно везде узнать, если, конечно присмотреться повнимательней.Несколько мгновений Гаюс рассматривал юного короля, прежде чем скрестить руки перед собой.- Так вы поняли, что я сказал вам после своего похищения?- Я думал, что понял. Но мне стоило вспомнить, что в твоих словах зачастую скрыт больший смысл, чем кажется на первый взгляд.

- Сир?Артур развернулся к окну, где по воле случайности, а может судьбы, он увидел Мерлина, идущего через внутренний двор.- Я бы попросил тебя не говорить ему об этом разговоре, Гаюс. Я хочу, что бы он сам пришел ко мне, когда почувствует, что ему нечего бояться. Когда он – величайший из них всех – больше не будет опасаться меня, тогда и остальные поймут, что я не желаю им зла.Артур отвернулся от окна и увидел, как Гаюс смахивает слезу.- Он был бы счастлив услышать это от вас, сир.- Я знаю.***- Вы хотели нас видеть, сир?Артур поднял взгляд от своего нового меча на своих рыцарей, которым он полностью доверял, пока те входили в комнату.- Да, хотел. Когда мы будем подвержены любой атаке, имеющей магическую природу, или нас просто напросто будут превосходить по численности – я вношу некоторые изменения в тактику наших действий во время подобных случаев. Я хочу, что бы вы притворились потерявшими сознание при первой же возможности.Рыцари обменялись озадаченными взглядами, и улыбка на лице Артура стала еще более самодовольной.- И если вы услышите, как Мерлин произносит что-либо на неизвестном вам языке или указывает на что-то, пока вы притворяетесь что вы без сознания, тогда не реагируйте на это и ведите себя так, как будто он не спасал наши неблагодарные задницы могущественной магией, потому что он этого не делал. Я понятно выражаюсь?Пораженные рыцари коротко кивнули и покинули комнату.Король внимательно осмотрел стопку одежды у себя на столе; кое-что новое и чистое для Мерлина, что бы тот надел это на свадьбу Артура. Артур не мог вознаградить его большим за безупречную службу, не вызвав подозрений, пока его колдун не решит выйти из тени, что бы они выполнили то, что им предрекает судьба. Одежда была не дешевой, но Мерлин заслуживал большего за свою неугасающую, непоколебимую, стойкую преданность и дружбу, но до поры до времени ему придется довольствоваться новой одеждой для него.

Артур уже подумывал о том, что бы попросить Гвен раздобыть каких-нибудь смущающих мантий.