Растаявшая снежинка (2/2)
- Не в нём дело. Я предпочел бы доживать свои дни в дурном порядке, нежели в грядущем хаосе.- Откуда такая обречённость, Северус? – удивился Люциус. – Полно тебе. Расслабься. Выпей вина. Уж не постарел ли ты, мой друг? Или разочаровался в идеях Тёмного Лорда?- Ты сам желаешь войны? – парировал Снейп. – Тебе, пожалуй, есть, что терять гораздо в большей степени, нежели мне.
- Есть только один способ избежать потерь в жизни. Не жить вовсе, - пожал плечами Малфой. – Но раз уж мы существуем, сидеть и ждать худшего – не самый разумный вариант поведения.На сей раз Снейп криво усмехнулся:- В особенности, если худшее уже случилось. Ты знаешь, я иногда мечтаю взяться за хроноворот и внести пару коррективов в былое. Возможно, это позволило бы избежать некоторых ошибок…Люциуса на мгновение охватило ощущение дежавю. Нечто подобное он уже слышал от друга раньше. Только это было лет двадцать назад.- Так значит, будь у тебя возможность пройти всё заново, ты отказался бы от своего прошлого?
- Лишь от той его части, которая заставляет возвращаться назад, - Снейп послушался-таки совета Люциуса и потянулся за бокалом вина. – Иногда плата за ошибки слишком высока. Ты спрашивал, разочаровался ли я в наших идеях. Пожалуй, это уже не имеет значения. Они, эти идеи, затронули совершенно не связанные с ними сферы. До этого доводить не стоило. Точнее не стоило даже начинать.Люциус с непритворным удивлением смотрел на крёстного своего сына. Безусловно, после успешного претворения в жизнь задумки с подменой воспоминаний (осуществлённой, кстати говоря, не без труда) он ждал, что Снейп изменится. Но такой разницы между тем, что было, и тем, что стало, предположить было невозможно. И Северус ещё говорит что-то о хроновороте и перемене прошлого….. Кстати, ещё одна дичайшая идея. Этого закладывать в голову Снейпа не предполагалось. И едва ли такие рассуждения были плодом творчества Аларума или Леоны, насколько Люциус успел узнать последних. Значит, это собственные измышления господина профессора?
- Если бы я знал тебя чуть хуже, - Люциус решил получить последнее подтверждение успешности своего плана, - я бы сказал, что тебя подкосило что-то вроделюбовной неудачи. Иных поводов для впадения человека в подобные настроения я, признаться, не могу придумать. Но последний подобный случай я припоминаю за тобой лишь в связи с…- Я полагаю, стоит закончить этот разговор, - Снейп довольно резко отставил бокал. – Не стоит ворошить давно умершую память. Сейчас есть куда более существенные заботы. К примеру, Тирон Нотт. Ты знаешь, что он снова подбивал всех устроить беспорядки?...Люциус на мгновение отвернулся, пряча удовлетворённую улыбку. Такой Северус его абсолютно устраивал.После маминого дня рождения время полетело ещё быстрее. Весна расцвела в мгновение ока, и хотелось уже считать дни до наступления летних каникул. Увы, от последних нас ещё отделяло столь неприятное событие как экзамены, поэтому приходилось пока наслаждаться хотя бы относительно спокойными перерывами между учебными часами.Я не терял времени даром. Небольшая интрижка с Шанталь стала приятным ежедневным развлечением. Меня, честно говоря, не столько интересовали отношения, сколько игра под названием ?Не попадись Паркинсон?.Впрочем, и сама француженка оказалась довольно любопытным существом. Когда она наконец перестала терять дар речи и способность стоять на ногах, оставаясь наедине со мной, а я вдоволь наигрался в кошки-мышки и позволил Шанталь наверняка решить, что я всё же неравнодушен к ней, у нас завязалось увлекательное общение.Шанталь была похожа и непохожа на меня одновременно. Она ухитрялась соглашаться со мной в важных вещах, при этом имея совершенно отличное от моего мнение в ситуациях менее принципиальных. Оказалось, что француженка бывает весьма остроумна и обожает словесные дуэли. Последние часто затягивались у нас довольно надолго, доставляя удовольствие обеим сторонам.
Одним словом, общение мне нравилось, а ситуация с Паркинсон придавала отношениям с Шанталь остроты. В конце концовя убедился в том, что хочу выйти с Себир далеко за рамки как дружбы, так и лёгкого флирта.
Поначалу Шанталь противилась такому повороту событий. Даже фактически признавшись мне в любви, она продолжала повторять, что не желает быть второй после Пэнси, не желает быть заменой Пэнси, потому что никто не должен забывать, что он для кого-то может стать единственным и неповторимым…..- Но ты и есть неповторимая, - улыбнулся я однажды в ответ на эти слова и больше уже не обращал внимания на вялые попытки меня оттолкнуть со стороны Шанталь.Возможно, та история заставила бы меня в конце концов пересмотреть своё отношение к полукровкам. На поверку из почти одинаково безразличных мне на тот момент Пэнси и Шанталь я всё чаще предпочитал француженку чистокровной Паркинсон, и Лорд знает, чем бы всё закончилось, но….- Оно и правда исчезло! – возмущался Крэбб, выворачивая карманы брюк.- А ты чего хотел? – фыркнул я. – Тебе говорили, что это золото лепреконов.
- Думаешь, я слушаю этого великанского выродка? – огрызнулся раздосадованный Винс.
- На твоем месте, - с усмешкойответил я, - я бы лучше обратил внимание на самих нюхлеров. Если тебе так уж хотелось прихватить с собой что-то полезное с этого урока, взял бы себе одного из них в качестве домашнего питомца.- А какой от него смысл? – округлил глаза недалёкий приятель.- Тебе нужно золото? Нюхлер приносит золото, - у меня было настолько хорошее настроение, что я даже был готов втолковывать Крэббу полезные сведения. Впрочем, хватило меня ненадолго. - Ладно. Я отлучусь по делам. Возвращайтесь в замок без меня.Оставшись в одиночестве, я перекинулся в анимагическую форму и побежал по направлению к бобатонскому экипажу.
Проскользнув внутрь, я не застал Шанталь в её комнате. Превратившись снова в себя, я присел на кровать, ожидая, пока вернётся француженка.Она задерживалась. Сидеть стало скучно, и я принялся оглядываться в поисках чего-нибудь, чем можно было бы себя занять. И тут взгляд мой упал на розовую тетрадку с колдографией на обложке, с которой улыбались Шанталь с какой-то подругой. Решив, что это альбом с колдографиями, я принялся листать находку.Картинки там и правда были. Но были и записи. Дневник Шанталь, который, не удержавшись, я, разумеется, принялся читать.Француженка писала нечасто и, видимо, лишь о самых интересных для неё событиях. Я с удовольствием прочёл описание нашего первого настоящего свидания – оказалось, я довольно точно угадал её состояние и мысли. Мне понравилось, как она говорила обо мне – в её словах были и сомнения, и восхищение, и осуждение, и снова восхищение… в целом всё это я воспринял как несомненный комплимент собственной персоне.Увы, последняя запись испортила всё впечатление.
?Сегодня я видела Мариуса, - писала Шанталь по-французски. – Он прошёл мимо меня, неожиданно тепло улыбнувшись, и я на мгновение взглянула в его глаза. Какой же у него необыкновенный взгляд! Он словно обжигает, в нём хочется утонуть и раствориться. Но дело даже не в этом. В глубинеего удивительных карих глаз плескалась настоящая боль. Я слышала, что он несчастен в любви уже несколько лет. Он и сам говорил, что отказывает мне не потому, что у него есть другая, что он вечный одиночка, которого нельзя любить. Ах, Мариус… я так злилась на тебя, даже не догадываясь, что на самом деле ты просто боишься. Боишься однажды причинённой тебе боли. А я… я не поняла этого. Я злилась, я почти ненавидела тебя – а может, мне просто стоило дать тебе чуть больше тепла? Впрочем, теперь уже в любом случае поздно. Теперь у меня есть Драко… Странно. Они настолько непохожи – и всё-таки я восхищаюсь ими обоими. Драко успешен, непредсказуем, опасен – разве можно устоять перед ним? А от Мариуса я чувствую затаённое тепло, словно от домашнего огня. Как я могла забыть о нём? Как я могла предать его? Особенно зная, что ему так больно. Наверное, я слишком эгоистична и слаба. Нет, я не стану добиваться его снова. Только самая неумная девушка могла бы отказаться от Малфоя, когда он сам обратил на неё внимание. А Мариуса я буду любить тайно, как любят недосягаемую мечту, которой не суждено исполниться…..?Я отложил дневник, не дочитав. Обиды я не чувствовал – наверное, потому, что сам Шанталь не любил. Но запись меня разозлила.
Поднявшись, я не стал расправлять примятое покрывало. Дневник в раскрытом виде я положил рядом. Достал носовой платок – на нём были вышиты мои инициалы- и бросил рядом с кроватью, стараясь создать впечатление, что тот был выронен случайно. Вышел из комнаты, из экипажа и не оглядываясь направился к замку.Апрель выпал на редкость сырым. Когда весна наконец-то милостиво соизволила прекратить бесконечные дожди, и с утра на идеально чистое небо поднялось слепящее солнце, уставшие сидеть в четырёх стенах ученики Хогвартса при первой же возможности хлынули на улицу. Было ещё довольно-таки прохладно, но это никого не смущало. Кутались в мантии, но распологались с уроками или бездельем на начинавших покрываться зеленью берегах озера.Я щурился от удовольствия, глядя на утренние солнечные лучи, блестящую воду, свежую зелень под ногами, почти прозрачные молодые листики на деревьях...
- Драко, здравствуй, - это подошёл Блейз. Я поморщился – Забини редко когда начинал разговор без того, чтобы за этим стояла какая-нибудь пакостная причина.- И тебе доброго утра.- Похоже, квиддичу в школе пришёл конец, - сообщил Забини. - На месте стадиона строят лабиринт.- Какой ещё лабиринт? – я удивлённо поднял бровь.- Для третьего испытания турнира.
- Аа, - понял я. - Крытый?- Да. Опять ничего не увидим, - посетовал Блейз. -Можно не ходить.
Забини увязался за мной, продолжая говорить о турнире и прочей ерунде. Мы спустились к самому краю воды и тут заметили, что за нами наблюдают.Чуть выше того места, где мы стояли, собралась довольно разнопёрая стайка девчонок. Я заметил пару галстучков Равенкло и Хаффлпаффа и даже – о ужас - один гриффиндорский. Девушки хихикали, делая нам какие-то знаки руками и подмигивая.- Это всё твои поклонницы, Драко? – насмешливо поинтересовался Забини, оценив обстановку.- Нет, это твои, - в тон ему сообщил я. – Они на тебя смотрят.- Все мои?! - Забини схватился за голову, изображая ужас. - Меня на всех не хватит! Их много! Забирай половину.- Чисто из моего всегдашнего расположения к вам, - я подмигнул ему и повернулся на каблуках так, чтобы солнце светило мне в лицо. Затем я лёгким движением головы откинул чёлку со лба, расстегнул мантию и позволил ей соскользнуть с моих плеч на землю. А затем резко оглянулся и послал воздушный поцелуй кокетничающей стайке. Кто-то взвизгнул, девчонки шарахнулись назад, прячась друг за друга.Забини расхохотался.- Кстати, - не к месту припомнил он через несколько минут. – Тут профессор Снейп очень интересовался вашей с Пэнси бобатонской знакомой. Знаешь, это не очень хорошо, что на территорию Слизерина ходят посторонние….- А ничего, что она уже год к нам ходит, и профессор Снейп об этом прекрасно знает? – сдерживая раздражение, возразил я. С тех пор, как я прочёл дневник француженки, Себир ухитрилась ни разу не попасться мне на глаза. Мне было абсолютно всё равно, что и как будет с ней, но Забини всегда интересовала исключительно моя персона, значит, в разговоре со Снейпом мой бесценный доброжелатель не преминул свалить всю пусть даже сомнительную вину на меня.- Ну…ладно ещё, что она ходит в гостиную… но говорят, ей кто-то из наших открыл секрет одного из слизеринских тайников, и она теперь частенько там бывает.Я отвернулся, ничего не ответив. Да, во время нашего недолгого романа с Шанталь я разрешил ей пользоваться тайником со змеёй – француженка ухитрилась что-то понять из тетрадки кэльпи и теперь экспериментировала с расшифрованными зельями. Но я едва ли предполагал, что у неё хватит наглости пользоваться моим секретом после расставания. (А тайник я считал чуть ли не своей собственностью). Забини, конечно, мог и солгать. Но… проверить было проще простого.Когда-то мама объяснила мне, что под полом коридора змеиного тайника живёт хищное растение, которое надо зачаровать определённым образом, чтобы оно признало тебя хозяином и не причиняло вреда. Вот только в дополнение к собственной безопасности колдовство давало право в определённой степени управлять лианой.
Я приготовил всё заранее, вытащив побеги растения из щелей между камнями, заменявшими пол в коридоре. После этого мне оставалось примерно раз в сутки проверять ловушку.
Птичка попала в клетку дня через три. Я сразу понял, что обстановка в тайнике изменилась. Воздух был необычно спёрт, и факелы горели словно бы тускнее обычного. Вырвавшаяся лиана заполнила собой полкоридора, а в глубине переплетения стеблей я увидел нечто, похожее на огромную куколку бабочки.
Когда я освободил Шанталь из объятий растения, девушка уже почти потеряла способность двигаться после суток неподвижного висения в неудобной позе.
- Eau… Donnez-moi l'eau… - хрипло попросила она.Я наколдовал стакан воды, опустился на одно колено рядом с Шанталь и, поддерживая её голову, помог девушке напиться.- Разве я не предупреждал тебя, что тайник опасен для всех, кроме меня? – равнодушно спросил я её, убирая стакан. – Особенно для тех, кто пользуется им, не имея на это право. Скажи спасибо, что я успел вовремя. Иначе бы растение тобой просто пообедало.- Драко… - из глаз Шанталь полились слёзы. – Спасибо…. Прости меня…
- Простить? За что? – пожал плечами я, поднимаясь на ноги и глядя на француженку сверху вниз.
- Мне надо было… закончить с зельями, - всхлипывала она. – Я думаль, не будеть страшно, если я снова воспользуюсь тайникомь…- Будет, - возразил я. – Другу я мог бы это разрешить.
- Драко…почему? – она смотрела на меня покрасневшими от слёз глазами, вызывая ещё большую неприязнь – я терпеть не мог женских рыданий.- Что почему? – я почти огрызнулся.- Почему ты так восприняль записи в моём дневнике?... – тихо спросила Шанталь. – Я ведь… я ведь сказала, что не стану пытаться снова завоевать Мариуса… Просто я к нему хорошо отношусь… на расстоянии. Это что-то вроде несбыточной мечты…. У нас же с тобой было всё хорошо! Почему?!Я снова присел возле неё и достал палочку. Произнёс заклинание, и в коридоре похолодало. Тогда я наколдовал снежинку и поймал её на рукав мантии.- Смотри, - я показал снежинку Шанталь. – Видишь, это застывшая капелька воды. Она изящна, тонка. Узор её радует глаз и вызывает восхищение перед совершенным творением природы. Неправда ли, она удивительна? Ты смотришь на неё снова и снова, любуясь каждой чёрточкой этого чуда…. Увы, у неё есть один недостаток. Она существует лишь до тех пор, пока вокруг холодно. Тебе же постепенно становится неуютно. Ты замерзаешь. Кутаешься в одежду – но это не спасает тебя. И тогда у тебя появляется выбор…. Ты можешь смотреть на снежинку и ради её красоты и волшебства терпеть небольшое физическое неудобство. А можешь… - я взмахнул палочкой, и температура в тайнике вернулась к своему обычному состоянию, - поддаться собственной слабости и вернуться в тепло. Только снежинку ты потеряешь навсегда.Капля воды скатилась по ткани рукава и упала на каменный пол.Я поднялся и, не оглядываясь на вновь зашедшуюся в рыданиях Шанталь, вышел из тайника.