Часть 2 (1/1)

?Odi et amo??— думала Мелани в ночной тиши, лежа без сна,?— ?Ненавижу и люблю?. О, как же точно передал это состояние Катулл: ?Ненавижу?— и всё же люблю; как?— не знаю, но творится такое в душе, и терзает, и мучит меня.? Только вот он не упомянул, как быть. Так что же мне делать? Возможно, ситуация разрешится сама собой??Измучившись и не найдя ответа, под утро забывалась беспокойным сном.Но ситуация и не думала ?разрешаться сама собой?. Наоборот, становилось только хуже.Со всей несомненностью это выяснилось во время игры в прятки, которую они затеяли, чтобы порадовать сына четы Фушекур?— Тристана. Играли втроем, так как мсье Жан, по обыкновению, отсутствовал: дела фирмы требовали его постоянного присутствия в Париже, так что уезжал он рано, а возвращался поздно; иногда же его и вовсе не бывало по несколько дней. Когда Мелани и Ариана вместе оказались за торцом живой изгороди, прячась от ?водящего? Тристана?— Мелани в какой-то момент захлестнула такая ненависть, что она на миг потеряла контроль и потянулась к тонкой кисти пианистки с одним намерением?— сдавить посильнее, причинить боль, сломать хрупкие кости, чтобы эта женщина уже никогда не смогла играть… Пришла в себя, осознав, что нежно поглаживает ее пальцы… Ариана, впрочем, быстро отдернула руку, заслышав торжествующий крик Тристана: ?Нашел!? В тот день Мелани долго не могла отойти от произошедшего.… Прослушивание у импресарио из США было идеальным моментом для нанесения первого удара. Однако Мелани к тому времени была настолько сбита с толку раздирающими ее противоречивыми чувствами, что едва не отказалась от всех своих планов.Любящее сердце твердило ей: ?Она доверяет тебе и только тебе, ты должна быть рядом с ней на этом выступлении?.Сердце ненавидящее возражало: ?Это же Ариана Фушекур! Напомнить тебе, что она сделала?!?Память с готовностью представила ряд быстро сменяющих друг друга образов: Мелани десять лет, она проявляет неплохие способности к игре на фортепиано; прослушивание, успешное прохождение которого открывает прекрасные перспективы; председатель комиссии Ариана Фушекур допускает в зал постороннего, чтобы дать автограф; Мелани сбивается; выступление сорвано, прослушивание не пройдено.Эти воспоминания заставили ненависть в ее душе вскипеть с новой силой, и в самый последний момент все же устроить задуманную диверсию. Перед выступлением она просто исчезла. Не было никаких сомнений, что мадам Фушекур, уже привыкшая к ней как к ассистентке, не сможет побороть свой страх сцены и в итоге сорвет программу. Так и случилось. Мелани словно воочию видела (и слышала!) эту картину: Ариана, с трясущимися руками, допускает ошибку за ошибкой, а скрипачка и виолончелист, несмотря на все промахи пианистки, стараются ?сохранить лицо? и хотя бы доиграть до конца. Увы, господин МакГерман до конца не досидел?— ушел с середины, осуждающе покачав головой; да, такого провала трио ?Анима? еще не знало!При виде Арианы, абсолютно подавленной неудачей, Мелани должна была бы испытать торжество,(ага, теперь ты знаешь, каково это?— выступать, когда сбит весь настрой!)однако внезапно ее захлестнуло чувство вины, и всем ее существом овладело одно-единственное желание: пасть к ногам пианистки, обнять ее колени и молить, молить о прощении?— до хрипоты. Но она этого не сделала. Просто села к той в машину и мягко положила свою ладонь поверх ее?— держащей руль. ?Простите меня??— вот все, что тогда сказала Мелани. Ариана промолчала; не стала ее упрекать, не попыталась даже выяснить, где носило ее ассистентку в то время, когда она должна была бы быть на сцене; она молча сжала ее ладонь в ответ, а потом… потом поднесла к губам и поцеловала. В этом поцелуе была невысказанная мольба: ?Прошу, больше никогда, никогда не оставляй меня!? И?— Мелани почти готова была пообещать ей это.… Дни шли за днями, оговоренное время пребывания мадемуазель Пруво в поместье семьи Фушекур истекало, и вот?— наступил последний вечер. По задумке ?Мелани-ненавидящей?, это было время для подготовки и нанесения главного, самого мощного, удара. Рассчитала она все идеально. Мсье Жан находился в одной из своих очередных поездок и должен был вернуться только утром, поэтому прощальный ужин они вновь провели втроем, как и памятную игру в прятки. Просьбу об автографе?только у меня нет Вашей фотографии?Ариана исполнила именно так, как Мелани и ожидала: уже после ужина она обнаружила под дверью своей комнаты конверт с фото. Надпись на обороте, сделанная рукой пианистки, тоже была вполне ожидаема, но все равно прочитанные строки заставили сердце ассистентки учащенно забиться. Да, как оказалось, знать содержание надписи и видеть ее воочию?— совершенно разные вещи. И при виде строк: ?Мелани, я хочу снова Вас увидеть. Я Вас люблю?,?— девушка поняла, что еще чуть-чуть?— и она не сможет сопротивляться. "Махнет рукой" на свой такой выверенный план, что почти доведен до конца, и вместо этого прямо сейчас пойдет в спальню к этой фантастической женщине, что пробудила в ней сначала сильнейшую ненависть, а потом?— столь же безмерную любовь; и пусть эта ночь останется первой и единственной, что они проведут вместе, но это будет лучшая ночь в их жизни, память о которой они будут бережно хранить, как хранят дорогие сердцу любовные письма юности.Но следующая строка словно сковала сердце Мелани льдом: ?Вы вдохнули в меня новую жизнь?.И все полетело под откос.?Значит, вдохнула в тебя новую жизнь, да?! —?подумала она со все возрастающим гневом,?— а ты, надменная с*ка, сломала мою жизнь десять лет назад и даже этого не заметила!?Ненависть поглотила ее и полностью подчинила себе.… Всю ночь Мелани Пруво просидела в отведенной ей комнате без сна: она слишком долго шла к осуществлению своей мести, и не хотела рисковать успехом всей операции из-за вероятности проспать.Перед рассветом она исчезла из поместья Фушекур, не оставив никаких следов своего пребывания?— так, словно ее там никогда и не было… Кроме одного. На рабочем столе мсье Жана Фушекура осталась лежать та самая фотография его жены с надписью на обороте. Это была бомба замедленного действия, созданная с одной целью: разрушить семейную жизнь Арианы Фушекур… разрушить ее жизнь в принципе. Мелани знала, что мсье Жан, человек строгих взглядов, не простит своей жене даже помыслов об измене, и не станет терпеть подобную женщину рядом с собой, будь она хоть трижды знаменитая пианистка. А еще она доподлинно знала из подслушанного разговора, что роскошное загородное поместье, как и все прочее имущество, принадлежит господину Фушекуру, у Арианы же за душой?— ни гроша; и что та будет делать, оказавшись в буквальном смысле ?на улице??— это очень большой вопрос, особенно учитывая, что трио ?Анима? фактически прекратило свое существование.?Ничего,?— с мстительной радостью подумала недавняя ассистентка мадам Фушекур,?— будет давать частные уроки и учить сопливых детишек играть гаммы?.Мелани шла по дороге от поместья к станции.При мысли о том, что по истечении десяти лет ей все же удалось отомстить за поломанную музыкальную карьеру?— она улыбнулась.Мысль, что жестокое возмездие настигло женщину, которая могла стать величайшей любовью ее жизни?— стерла улыбку с ее лица.Но изменить что-либо было уже невозможно.