Пыльная тетрадь с вытертой кожаной обложкой, найденная на чердаке одного старого дома. Джон, старший на пять минут и, возможно, на целую вечность цинизма, смотрел не в звездную высь, а под ноги — в грязь, кровь и пыль. Его кошмары о жестокости, которая стала рутиной, о несправедливости, защищенной законом, и о человеческом безразличии, возведенном в абсолют. В его мире справедливость — наивная сказка, а человек — самый страшный хищник.

Он боялся мира, слишком понятного, чтобы его принять.