18. И днём и ночью. (1/1)

И днем и ночьюЯ готов любить тебя:И в лунном свете и при свете дня. И буду верен я тебе по гроб.Прошу любви, лишь верно простираяКапкан своей безмерной доброты.И днём и ночьюЯ люблю тебя…***Мужчина, вдохновившись стихотворением рассказанным Алисой и ещё многочисленными перечитанными сборниками стихов о любви, пытался написать что-то стоящее вот уже битый час.—?Что пишешь?—?А? Э-э-э…Он нервно спрятал листок в карман брюк и посмотрел на неё как на врага.—?Ну, почему ты прячешь от меня?!—?Потому что там нет ничего такого, что тебе нужно было бы знать.—?Если это действительно было так, ты бы не прятал эту бумажонку у себя в кармане как зеницу…—?Я сказал, что тебе не стоит на это смотреть? Всё. Не обсуждается. Иди кушай тортик и играй в кукол.—?Опять дразнишься?—?Конечно.—?Бе-бе-бе!Девушка скорчила самую смешную рожицу, что могла и повертела головой.—?Ну вот, что я говорил! Ребёнок, ни дать, ни взять!—?А сам-то! —?бросила она и резко развернулась, хмыкнув.Мужчина подошёл к ней со спины и обнял, зарываясь в густые, хоть и коротенькие волосы, чувственно приоткрыв рот.—?Что ты делаешь?! Извращенец! —?она быстро выкрутилась из сильных объятий и взглянула на него злобным взглядом, в котором, на самом деле, не было ни капли злости, более того, ей совершенно не хотелось вырываться из его тёплых рук, отниматься от нежных прикосновений, подобных шелку…—?А может и извращенец! И что ты мне сделаешь, я старше и сильнее!—?А я… Ну да, я беспомощна перед тобой, но зато я знаю, что ты точно меня не обидишь, ведь так? —?она гордо заулыбалась, уже зная ответ.—?Так. Даже больше, это я постоянно проигрываю в негласном споре с твоим существом.Он вмиг погрустнел и тогда ей даже показалось, что всё вокруг окрасилось в серый.Но стоило ему вновь поднять на неё глаза, как окружение засияло золотом, с силой, пуще прежней.?— Знаешь, мне вчера всю ночь твоя подруга с её мальчиком спать не давали,?— сказал он это с таким гордым видом и интонацией, что Алиса сначала не поверила.—?В каком смысле ?мешали спать??—?Да они чё-то визжали всю ночь и носились по комнате так, будто там было не двое людей, а пара слонов.—?Боже, ну нельзя ж так людей пугать! Я думала…—?Когда они ещё визжали, я тоже так думал, но потом они носиться начали и всё прояснилось…Они оба, не сговариваясь, рассмеялись с такой силой, что, наверное, можно было услышать с первого этажа.И, отпуская пикантные шуточки в адрес другой пары, спустились вниз.—?А почему это ты встала так рано? —?его волновала эта перемена, в последнее время девушка просыпается довольно поздно, и он уже успел к этому привыкнуть, как вдруг она вернула прежний график.—?Просто я открыла глаза и увидела рассвет. Вот и решила полюбоваться с балкона. Представляешь, он оказывается у меня есть, и с очень удобными пуфами. Я по началу не заметила.—?Как интересно…На самом же деле, его не волновал чёртов балкон, нет, он думал только о том, что девушка первым делом решила навестить его.Ведь она до сих пор была в пижаме, состоящей из тонюсенькой маечки на бретелях и таких же тонких, непозволительно коротеньких шорт, украшенных кружевом. Поверх всего этого безобразия был одет халатик, к слову, такого же, как и пижамка, голубого цвета и отделки из чёрного кружева, длиной чуть выше колена.Он своим глубоким вырезом и открывал божественный вид на девичьи ключицы и даже местами на верхний контур груди, который будто стыдливо пыталось скрыть то самое чёрное кружево. Но получалось очень плохо.***Этим самым сорванцам до утра не было покоя, и окончились их своеобразные брачные игры только ранним утром, когда бедный музыкант готов был лезть на стену от недосыпа и внезапного приступа вдохновения, и посчастливилось проснуться, не слышавшей ту пару светловолосой девушке.—?Я прощена? —?девушка пыталась выдавить смущённую улыбку, но получалось крайне не похоже на раскаяние.—?Я ещё посмотрю на твоё поведение в будущем! —?этот юноша умел играть превосходно, даже не смотря на отсутствие сна и забавность позы, в которой они лежали, довольные и уставшие.Юноша склонялся над своей девой, располагая руки по обе стороны от неё. Ноги же он поставил так, что одна была между её ног, в свою очередь, одна её нога находилась между его, и таким образом девушка была распростёрта под ним.—?А если я прямо сейчас начну приставать к тебе? —?он демонстративно спустил еле державшуюся бретель вниз по плечу и слишком медленно стал сдвигать вверх подол её, и так задравшейся, любимой зелёной сорочки.—?Насилуют, помогите! —?завизжала девушка, даже не пытаясь вырваться, происходящее слишком нравилось ей.Но тут ей грубо заткнули рот.—?Чего разоралась? Тебе никто не поможет, все ещё спят. Плюс ко всему, дверь закрыта на ключ, и это самолично сделала ты, ещё вчера.На секунду девушке стало неуютно и даже страшно, но она видела что в его глазах пылает лишь игривость, в смеси с нарастающим желанием.Она немного прикусила его руку, а затем сразу же лизнула.—?Всю руку заслюнявила! —?с нехотя сыгранным раздражением он отнял руку от ее губ, но тут же впился в них уверенным поцелуем.Девушка не имела ни малейшего желания сопротивляться, ведь лежа под ним она уже хотела начать приставать к нему сама, если он станет тянуть с этим ещё хоть минуту.Но поцелуй не длился долго и, к её невыносимому огорчению, он прервался.—?Что такое? —?она смотрела на юношу так нежно и так оскорблённо.Но вместо ответа он спустился к девичьей шейке и начал скользить по ней влажным языком, прикусывая самые нежные места.Девушка, тяжело дыша, уже не справлялась с собой и, когда он спустился ещё ниже, к утончённым ключицам, лаская нежные ямочки, девушка издала короткий, тихий стон почти против своей же воли.На мгновение его губы тронула самодовольная улыбка, которая утонула в густой копне волос девушки, с силой прильнувшей к нему, тем самым его колено оказалось головокружительно близко к девичьим пастельно-зелёным трусикам в полосочку.Но это не остановило никого из них, девушка лишь сильнее сжала его ноги меж своих ножек и прильнула к нему всей, к слову, немаленькой грудью, защищённой лишь тонкой тканью сорочки.Потихоньк,у юноша стянул и вторую бретель, нагло скрывавшую от него её тело. А девушка же скользила ручкой по его шее, спускаясь до груди и запуская руку под пижамную футболку.Они продолжали целоваться, когда юноша мягко прошёлся по её фигурке и нежно обхватил гладкую ножку, ведя рукой от бедра до самой щиколотки, и заставляя девушку закинуть на него её.Но тут он решил слегка сменить позу, в которой они нежно обнимались: теперь девушка лежала под ним с разведёнными в стороны ножками, а юноша устроился как раз между ними.После нежного стона где-то на уровне уха, девушка закинула на него ножки, скрестив их и ещё больше притягивая к себе. Она уже начала изнывать в желании прикоснуться к нему где-нибудь ещё…И не справляясь с дрожью в руках, она подобралась к краю его футболки со спины, рванула мягкую, хлопчатую ткань вверх, что сопроводилось его глухим стоном, оборвавшимся? когда она избавила его от мешавшегося верхнего атрибута одежды и начала медленно целовать каждый сантиметр шеи, затем груди, водя руками по всей поверхности его обнажённого торса…—?Я… —?мягкий женский голос потонул в громком стуке костяшек о тёмный бархат дерева.Ох, и как же хотелось разбить эти костяшки этому грёбанному человеку, что потревожил разгорающееся пламя, но продолжить эту мысль не удалось…—?Извините, конечно, что, — здесь он театрально кашлянул,?— помешал, но завтрак готов, садитесь жрать, пожалуйста!За дверью его ждало лишь гневное шипение тёмноволосой девушки и молчаливая, но вполне осязаемая ярость голубоглазого юноши.—?Так что, на вас накрывать? —?переспросил он, видимо, не удовлетворившись прошлой реакцией и решив ещё немного подпитаться чужой энергией с утра.—?Вали отсюда!—?Будете жрать в одиночестве! А в следующий раз, я скажу Элис, чтобы она вообще не готовила для таких неблагодарных потребителей!Тяжёлые, но гордо-удовлетворённые шаги за дверью были слышны паре.—?Ну что они, будут кушать?—?Они… —?он прервался на почти стыдливый смешок,?— они там… —?он не переставал смеяться. — Прости, кажется, я отвлёк их друг от друга,?— он всё так же, деланно-стыдливо опустил глаза в пол, а затем, неожиданно для Алисы, но очень аккуратно для самого Мэнсона, коснулся её руки.—?А меня-то хоть покормишь, дорогая? —?с довольной улыбочкой поинтересовался он.—?Обязательно, сладкий,?— она накрыла его руку своей в ответ.—?А что здесь за обмен любезностями? —?плюхнувшись на свой присвоенный стул с крайне недовольным лицом спросил Андрей.—?И тебе доброе утро, солнышко,?— отозвался Мэнсон.—?Добрей видали. Что у нас на завтрак?—?Есть свежеприготовленная глазунья с зеленью, либо вчерашние салатики и торт,?— она старалась играть при нём хорошо, даже почти забыла, что он сделал, пока он не взглянул на неё…Этот взгляд… Она будто пережила всё снова. Будто снова мило ?болтала? с ним, пока он потихоньку осуществляет задуманное…—?Дорогая, что-то не так?—?А? —?девушка обернулась на уже присевшего на свой стул мужчину.—?Ты стоишь так уже несколько минут.—?Простите, задумалась. Так что ты будешь? —?она старалась не смотреть ему в лицо и не произносить его имени, но положение уже ничего не спасёт, леденящая паника закралась в душу.—?Конечно, глазунью! —?он сказал это слишком громко и ?с выражением?. Девушка настолько испугалась, что разражаясь слезами в гробовой тишине убежала из кухни.—?Элис!***—?Ну, чё ты там, скоро? —?после того, как те двое ушли из кухни, тёмноволосый парень остался там один, и решил позвать с собой своего ?друга?…—?Да скоро, не ори. Чего разорался?—?Давай быстро поедим и пойдём!—?Ага,?— согласился кучерявый.— Ты всё взял? —?тёмноволосый умудрился запихнуть в рот целую половину яичницы разом, поэтому из его слов выходило несвязное мычание.—?Да, я собрал нам рюкзаки, а ты взял палатку?—?Угу,?— тому только и оставалось одобрительно помычать в ответ.—?Хорошо, но, может, стоит предупредить кого-то, куда мы идём? —?рыжик ел спокойно, не торопясь, орудуя вилкой и ножом, как хладнокровный убийца.—?Не-не, нахрен мы им не сдались, да и не до нас сейчас,?— Андрей уже успел более-менее разжевать пищу.—?Как знаешь.Уже через 10 минут они оба стояли около входной двери и совершали последние приготовления, так и не встретив никого из остальных жителей дома. Ну конечно, какое им дело до несостоявшегося насильника и его гениального дружка?!И всё же, тот факт, что это были двое парней, позволил им собраться без единого спора, не сговариваясь, и при этом затратив, в общей сложности, не более часа, но большинство времени было занято на поиски тех или иных предметов для похода.Получилось спонтанно, но очень интересно.Следующим шагом было выйти за пределы дома и участка, что они сделали весело что-то обсуждая.—?Говорю тебе, пойдём на ту полянку возле озера: и искупаемся, и будет где палатку поставить.—?Да нет, ну не вариант, пошли лучше подальше в лес, там очень… уединенно и… никто не будет мешать… —?рыженький слегка смутился говоря это, но кареглазый собеседник лишь пожал плечами, игнорируя все намёки.— Ну, решили! Пошли дальше в лес.—?А комары? Живьём сожрут!—?Смотри, чтобы я тебя живьём не сожрал, сладкий!—?Откуда такая смелость? Я буду защищаться!—?Ах так! —?тут рыжий укусил своего оппонента в самое плечо, где под кожей и, безусловно, мышцами, находился плечевой сустав.— Ой-ой-ой! Больно же! А ну, брысь под лавку!—?Какую лавку? —?не отпуская его плечо проговорил Никита, уже заливая слюной страдальный рукав.—?Не знаю, так говорят. И отпусти мою руку, всё заслюнявишь!—?И не подумаю. Что ты мне сделаешь? —?пара успела дойти до какой-то светлой полянки и прямо там, скинув с себя походный рюкзак, Андрей в два счёта повалил наземь своего дружка, зажимая его под собой.От неожиданности Никита отпустил Андрея и теперь его придавливали к земле, держа за запястья, как девчонку.—?Что ты делаешь?! А ещё говорит, что не голубой!—?Тихо ты. Молчи.—?Я не стану молчать! Меня держат в заложниках! Помо… —?но он не успел договорить это слово, ведь рот ему заткнули поцелуем, таким же жестким, беспринципным, какими были все действия кареглазого юноши.—?Мудак.—?Я знаю.***—?Элис, что такое? Опять паническая атака?—?При нём всегда так! Я просто хочу уйти, спрятаться, пожалуйста, спрячь меня, защити меня, я не хочу! —?девушка продолжала тараторить бессвязные слова, когда с такой силой прижалась к нему, что мужчина удивился, как в таком маленьком и слабом существе было столько силы…—?Лис, успокойся, сейчас всё хорошо. Ты здесь, со мной, в безопасности. Смотри, видишь? —?он отцепил её от себя и заставил оглядеть её собственную комнату.—?Вижу, да… Вижу, а ты точно защитишь меня? —?она посмотрела на него так умоляюще, с настолько жалким взглядом, что даже если бы ему не хотелось защищать её, он бы всё равно это делал.Но так как происходящее ему изрядно льстило, то он на сто процентов был уверен в том, что вот теперь его девочку не сумеет обидеть никто, они просто не достанут её, он берёт её под полную, безоговорочную защиту.—?Я клянусь тебе,?— он также смотрел ей в глаза, произнося это совершенно серьёзно.—?Спасибо,?— такое простое слово, оказывается способно растопить любое сердце, нужно только знать как и кому это говорить. А если уж ты так искренне говоришь это любящему человеку — его сердце становится подобно поленьям в камине, оно просто сгорает от любви и трепета…Девушка вновь прижалась к нему, с неровным, успокаивающимся дыханием, но внутри у мужчины всё ещё полыхало пламя и оно было чуть ниже сердца…Он всегда старался не показывать своё вожделение девушке и, кажется, каждый раз, когда она прижималась к нему вот так, ему даже удавалось это. В его глазах всегда было лишь спокойствие и желание помочь.Однако сейчас он позабыл о предосторожностях, или же просто наплевал на них, не желая больше скрывать от неё вполне естественное.Когда дыхание девушки и вовсе выровнялось, мужчина перестал трепетно поглаживать её плечики и переместил руки ей на талию.Алиса же не придала этому значения, хотя в глубине душе и закралось волнительное подозрение.Но вскоре волнение усилилось, когда он начал одними пальцами поглаживать девичью поясницу, скрытую шнуровкой летнего платья и нежно, на грани чувствительности, одаривал поцелуями светлую макушку, всё так же пропитанную ароматом лимонного шербета.Этот самый аромат был не слащавый, а скорее с кислинкой, что добавляло пикантности к сладкому десерту.Пока он старался не перейти какие-то границы, хотя очень даже хотелось…Он не хотел думать о том, во что это может вылиться и ссылал всё на природу.Мужчина лишь сильнее обнял её за талию, притянув к тебе так близко, насколько это вообще возможно, и вновь взглянул в её глаза, но уже с ясным оттенком того, чего он хочет.—?Я… не хочу тебя отталкивать, но…—?Нет-нет, у тебя уже не получиться этого сделать, ведь я всё равно никуда не денусь,?— после этих слов в душе обоих наконец появилось чувство облегчения.?…Это была полная победа по всем фронтам. Только что она сама признала, что принадлежит мне?. Но девушки не были бы девушками без сомнений и опасений…?…Не было ли это слишком… быстро? Вдруг я поторопилась? Сморозила же… Может, ему это уже не нужно?..?—?Я очень рад,?— он продолжал смотреть на неё, пытаясь разгадать её чувства во взгляде и что-то сказать своим и, кажется, это подействовало успокаивающе, потому что в следующую минуту девушка приблизилась к нему, одной рукой обхватив сильную шею, а другой прикоснулась к нежной коже щеки и быстро, но не без нежности, чмокнула его прямо в губы.Это было так неожиданно, но так приятно, что музыкант на секунду потерял связь с внешним миром, а девушка, воспользовавшись этим, подарила его губам ещё один маленький, почти невинный поцелуй, но на этот раз задержавшись дольше, что и стало её желанной ?ошибкой?, и вот уже сам музыкант успел подхватить инициативу и теперь она не могла ничего сделать…Этот мужчина вновь мастерски овладел её губами, как и контролем над ситуацией, нежно врываясь в её ротик. И на этот раз ей совершенно не хотелось отталкивать его, наоборот, хотелось просто поддаться этому сладостному искушению, испытать весь спектр ощущений, наполненных экстазом от прикосновений любимых рук и не только…Но всё так скоро закончилось…Нет! Она хочет ещё! Ей мало! Плевать сейчас на всё, на всех, лишь они есть в этом мире, что, в принципе, было почти правдой, и она не может больше грустить и нервничать из-за присутствия рядом любого человека мужского пола!Этому пора кончиться и уступить место чему-то… Любви? Страсти? Да!—?Брайан,?— простонала она и сделала чувственную паузу так, что мужчина чуть не сошёл с ума от восхищения и нетерпения,?— я люблю… тебя.—?Я знаю, Лис, я знаю, — он забавно улыбнулся, но ту улыбку никто кроме него никогда не увидит, ведь в комнате не было никого, кто мог её заметить, а они?— всего шесть людей на весь белый свет,?— я буду любить тебя и днём, и ночью. Всю свою жизнь.