1 часть (1/1)

"Если идешь через ад - не останавливайся!"У. ЧерчилльВолновой импульс сплошным потоком прошёл по всему дому, не оставив без своего внимания ни один угол, не одну пробоину в полу, затронул каждую живую душу, закравшись к ней под кожу, растворившись в алой жидкости, что непрерывно растекается по венам, поселив волнение и чувство приближающейся опасности внутри любого, кого коснулся, задел. Ремус подскочил, сев на кровати. Потёр глаза, горящие и непривыкшие, как следует, к темноте. Под боком послышалось недовольное ворчание, от которого мужчина вздрогнул, повернув голову. Окончательно придя в себя, он прислушался. Тишина поглотила это место. Погрузила в свои теплые объятия. ?Слушая? её, невольно вновь хотелось зарыться в одеяло и ?утонуть? в её убаюкивающих волнах до утра. В ней растворилось всё в округе. Исчезло, замерло. Даже время, казалось, остановилось. Заледенело, прислушиваясь к этому неповторимому ?звуку? тишины.Медленно, стараясь не шуметь, не рушить эту лживую иллюзию спокойствия, Люпин свесил ноги с кровати, аккуратно коснувшись ими холодного пола. Аккуратно ступает, стараясь не разбудить девушку, что мирно сопит на кровати, наслаждаясь такими редкими минутами спокойного сна. Толкает дверь, запуская в комнату сквозняк, не оставляющий не один угол, ни одну щель в полу нетронутыми, позволяя ему свободно ?гулять? по своей обитель. Бросает последний мимолётный взгляд в сторону постели, после чего делает шаг, выходя за пределы теплого от человеческого присутствия помещения и погружая себя в темную дымку ночи. Отдающую синеватым отливом, отчего она кажется ещё более темной. Возвращает дверь в былое положение, мысленно проклиная всё на свете, когда та начинает скрипуче ?кричать?, грозясь разбудить последнюю обитательницу комнаты.Люпин спускается на кухню, наконец, начиная различать тихие голоса, что доносятся из помещения. Прислушивается, стараясь заглушить нарастающую тревогу, что ?грозится? поселится в груди. Берётся за ручку, желая отворить помещение. Но отскакивает, когда дверь раскрывается перед ним сама. На пороге кухни стоят двое одинаковых, ярко-рыжих парня, которых теперь можно различить. У одного из уха торчит зубная щётка.Кажется, он даже спит с ней.- Ты чего здесь топчешься? – насупившись, задает вопрос Фред, отступая в сторону и освобождая вход на кухню. Он явно недоволен тем, что пришлось вскочить в час ночи. Джордж тоже не отличается особым энтузиазмом. Хмуро отступает, подобно брату. Ремус проходит вглубь, осматривая присутствующих. Молли обеспокоено встречается с ним глазами, тут же опуская их. Позади слышится щелчок, свидетельствующий о том, что дверь в помещение заперта. Но она вновь распахивается и на кухню заглядывает Гермиона.- Мне ведь не показалось, верно? – задаёт вопрос, не ожидая услышать на него ответа.Все переглядываются, не продолжая прерванную Люпином беседу. - Нет, Гермиона, тебе не показалось, - говорит тихо, но слышат его все.Он откашливается, продолжая:- Кто-то действительно прошёл защитные чары.Мужчина устало потирает глаза, опускаясь на стул. Как бы он не хотел, чтобы все присутствующие сохраняли спокойствие, тревога уже охватила, впитала их в себя. Она тихими, неслышными шагами обошла помещение, коснувшись своими тонкими, костлявыми холодными пальцами душу каждого.- Но в дом он точно не сможет войти, - не слишком уверенно произнесла миссис Уизли.-Верно, - отозвался сонный Кингсли, - нарушителю нашего покоя придётся постучать. В противном случае он будет ночевать на улице и…- А что если это Пожиратели? – перебивает его Грейнджер, с нескрываемым ужасом в голосе.- Будь это Пожиратели, давно бы уже сожгли Нору, - лицо Бруствера остаётся невозмутимым, хотя внутри он сам не верит в правдивость собственных мыслей. - Кто бы это ни был, - вновь подаёт голос Люпин, - он постучит, - поддельная уверенность не сильно внушает доверие, но все согласно кивают, подбадривая друг друга. Ожидание неизвестности продлилось недолго. Все слишком резко обернулись, на тихое аханье Гермионы, что неотрывно смотрела на то, что находилось за спинами остальных. - Она не постучит, - тихий девичий голос заставил Люпина подскочить. Он дернулся, наблюдая за тем, как худая девушка с темными волосами и большими серыми глазами растворяется в сероватой дымке, неизвестно откуда взявшийся на кухне. Гостья закидывает голову, исчезая так же внезапно, как и появилась. - Д-Диана? - заикаясь, шепчет Ремус, невольно протянув руку в сторону места, где только что стояла его бывшая однокурсница. Он сглатывает, не моргая смотрит в одну точку.- Я думала, Джулия жива. Да к тому же её волосы… - в голосе Грейнджер сквозит замешательство, - Видимо, я…- Она жива, но… - Люпин не может привести мысли в порядок, что выходит с трудом; набирает в лёгкие побольше воздуха, откашливается, прочищая горло и произнося то, что ещё сильнее путает остальных, - это была её сестра.***От лица Джулии:Мне ели удалось пройти эту чертову защиту. Чувствую, как силы покидают меня. Вытекают, как из рога изобилия. Расщепляясь в этой удушающей кислоте ночи. Они растворяются в ней, бесследно исчезая. Достигают своей точки невозврата. И я понимаю: у меня нет шансов. Совсем. Всё бесполезно. Но я должна. Пока ещё не поздно.Борись, Джули, сражайся!Чертов Лорд!Чертово заклятие привязанности!Они, должно быть, уже почувствовали присутствие чужого на их территории. Голова разрывается от дикой боли, что преследует меня с момента первой попытки сбежать. Я уже вижу их дом. Вижу, как в окнах загорается свет. Значит, они знают о моём присутствии. Значит, рано или поздно меня найдут. Я слишком слаба. Я больше не могу сопротивляться. Не могу. Но я должна бороться. От этого зависят их жизни. Его жизнь! Мне нужно лишь дойти до двери. Лишь постучаться. Но, окончательно ослабев, валюсь на мокрую холодную траву, закинув голову. Стараюсь не моргать. Не закрывать глаза ни на секунду. Ведь если закрою, то тьма окончательно поглотит меня. Утопит в себе. Раздавит в своих объятиях. А я должна успеть!Должна!Неотрывно смотрю на россыпь золотистых пятнышек на темно-синем полотне неба, что упорно отказываются принимать чёткие очертания. Холодный воздух ?обжигает? оголённую кожу плеч. Пускаю пар изо рта, чувствуя жжение в глазах и покалывание в носу. Мне необходимо моргнуть. Но если опущу веки, то больше не подниму их. Предпринимаю попытку подняться, встать на ноги, чтобы дойти до такой близкой, но в тоже время, недосягаемой цели – двери. Но мои усилия венчаются провалом. Я заваливаюсь на бок, ощущая, как руки начали трястись от напряжения, а глаза закатились, полностью лишив меня возможности видеть. Хочу закричать, но не могу издать никаких звуков. Лишь хриплые вздохи срываются с моих приоткрытых губ. Изо всех сил деру горло, хрипя. Но мой ?голос? не громче шипения обычной гадюки. Я не хочу с этим мириться. Не хочу! Но я кану в бездну. Прямо сейчас. Это ни с чем несравнимое чувство падения. От которого по венам растекается непонятное мне тепло. Я падаю, погружаюсь в тьму ночи. Ощущаю, как она укутывает меня в свои черные, полные спокойствия и беззаботности, одеяла. Топит, утягивая на беспечное дно. Но не чувствую внутреннего дискомфорта, позволяя забрать себя в глубины, где отсутствует сознание. Забываюсь. Теряюсь. Улетаю в неизвестность мрака. Я не чувствую себя.Не ощущаю. Но должна!***- Что это, черт возьми, значит? – растеряно переспрашивает Молли, смотря на мужчину, что сидит за столом, продолжая разглядывать одну точку, где только что была она. Явление этого фантома окончательно сбило всех с толку. Люпин трет глаза. Он понимает, что должен рассказать, объяснить. Но имеет ли он на это право, если сам не понимает, что происходит. Он не понимает, как девушка, погибшая почти девятнадцать лет назад, стояла здесь, перед ними. На кухне. Да, он читал о подобных случаях, когда учился в школе. И задавал несколько свитков по этой теме, когда работал там. Но… во всех книгах писали, что фантомы умерших людей могут являться лишь в первые несколько месяцев, после гибели. Но девятнадцать лет не были месяцами. Перед глазами у Ремуса замелькали картинки, воспоминания школьных времён, невольно заставивши улыбнуться мужчину. Он повторно трет уставшие глаза, усмехаясь в голос.[flashback]Мальчик бредет по поезду в поисках свободного купе. Ему до безумия страшно. Ведь никто не знает его тайну. Но они могут догадаться. Его пугают взгляды детей и подростков, что снуют вокруг. Его не оставляет чувство незащищенности перед ними. Ему кажется, что он один во вселенной, что все уже узнали его секрет. И отвернулись, не дав шанса на спокойное существование. Не позволив жить среди них. Не предоставив возможности доказать, что он ничуть не хуже остальных. А хотелось ли ему доказывать? Мальчик не знал. Он желал лишь быть кому-то нужным. Лишь иметь хотя бы одного друга. Мальчишка так задумался, что не заметил перед собой двух, похожих, как две капли воды, девочек. Он налетел на одну из них.- П-прости, - спешит, извиняясь, не поднимая глаз, - И-извини, я-я не хотел, - заикается. Трет о брюки мокрые ладони, желая избавиться от неприятной влаги. Смотрит на собеседницу, на чьих чуть пухленьких щечках заиграл лёгкий румянец. Темноволосая девочка улыбается во весь рот, произнося в ответ:- Ничего, - прочищает горло, откашлявшись, ведь сама понятия не имеет, как себя вести, - я сама стала посреди дороги. Так что это и наша вина, - немного писклявый голосок идеально сочетается с её ?воздушным видом?. Оглядывается на сестру, которая не меняется в лице. Лишь одаривает неожиданного собеседника хмурым холодным взглядом. Улыбчивая девочка, не обращает внимания на явно не дружелюбный настрой близняшки.- Ты тоже не можешь найти свободное купе? – обращается к незнакомцу, что продолжает тереть ладони о брюки. Он делает это машинально, не задумываясь. Просто трет, но кивает в ответ, когда понимает смысл сказанного. - Пойдем искать вместе? – предлагает, смущенно опустив лицо, так что теперь смотрит на него из-под лба. Она всего лишь старается скрыть румянец. Но получив утвердительный кивок, вновь поднимает голову, улыбаясь ещё шире, чем прежде. И такая улыбка не портит её вид. Она разворачивается, перекатывая свой чемодан. Так же поступает и её сестра, чьи светлые слегка вьющиеся волосы развиваются на сквозняке. - Я Диана, кстати, - говорит темноволосая, как бы между прочим. И Люпин замечает, как она толкает близняшку в бок, заставляя последнюю устало закатить глаза.- Джулия Хелен Ли, - без интереса проговаривает светловолосая, всем своим видом показывая, что не собирается поддерживать их беседу. - Я Ремус, - наконец подаёт голос мальчик, переводя взгляд на брюнетку, которая кажется беззаботной. Она открывает очередную дверь, и улыбка на её милом личике вновь появляется, подобно тому, как по утрам на небо восходит солнце. - Здесь свободно, - она констатирует факт, проходя в глубь.[…]В Большом Зале много народу. Там слишком шумно, что не особенно радует мальчика, который стоит в толпе будущих первокурсников. Близнецы, которых можно различать по цвету волос, стоят в стороне. Джулия старалась увести сестру от остальных.Кажется, она сторонится людей. И пытается заставить Диану делать тоже самое. Но брюнетка продолжает улыбаться однокурсникам, не обращая внимания на холодный взгляд светловолосой.Только сейчас Люпин подмечает небольшую, незначительную деталь, которой не разглядел в поезде. На свету волосы Дианы отливают рыжим цветом.- Сейчас я буду называть ваши имена, - говорит женщина в изумрудной мантии, держа в руках свиток и смотря на всех поверх очков, - Услышав свое имя, вы должны выйти вперёд и надеть на голому вот эту, - указывает ладонью на табурет, - шляпу. Как только она произнесёт ваш факультет, вы должны отправится за один из этих столов…Женщина говорила ещё что-то, но мальчика завлекло то, что сестры о чем-то рьяно спорили. Из-за шума вокруг, он не слышал о чем именно. Но его удивление забыло все пределы, когда он увидел на лице светловолосой теплую улыбку. Он знал девочку всего несколько часов, но уже мог биться с кем угодно об заклад, что она со всеми одинаково холодна.Он не отвел глаз, даже когда Джулия заметила, что он наблюдает. Тогда улыбка ?сползла? с её бледного лица, а взгляд пропитался равнодушием. - Ли, Джулия Хелен, - профессор МакГоногал называет одну из сестёр. Светловолосая гордо ступает к табурету, надевая шляпу, которая тут же скрывает её глаза. А буквально через несколько секунд выкрикивает:- Слизерин!Девочка уверенно шагает к столу своего нового ?дома?. А в Зале повисла абсолютная тишина. Впервые маглорожденная попала на змеиный факультет. Но, кажется, блондинке всё равно на эти странные взгляды со всех сторон. Она садится на длинную скамью, оборачиваясь. Смотрит на сестру с еле заметным… волнением? - Ли, Диана Джун, - эту непонятную, немного гнетущую атмосферу рушит голос декана Гриффиндора.Брюнетка, подобно всем остальным, осторожно ступает к шляпе, надевая её.Кажется, на этот раз шляпа не задумывается, тут же вопя:- Слизерин![the end of flashback]- Ремус, - кто-то отчаянно щелкает под носом у мужчины, который задумался, канув в бездны своей памяти, - приём, - очередной щелчок по носу, от которого Люпин дергается, повернув голову в сторону рыжего парня.Молча все уставились на бывшего преподаватель Защиты от Тёмных Искусств, ожидая объяснений. Мужчина окидывает всех взглядом, тяжело вздыхая. Но так же сохраняет тишину, не начиная рассказ. Его глаза становятся шире, когда он вспоминает одну важную деталь. Бросается в сторону двери, широко распахнув её. Впуская в дом холодный ночной воздух, который обдаёт нездоровым холодом, заставляя всех ежиться и сильнее запахивать ночные халаты. - Ремус, - Молли бросается за ним, но мужчина не обращает внимания.Люпин выскакивает на улицу, доставая палочку.- Люмос, - шепчет, наблюдая, как на конце загорается небольшой огонёк.Не обращает внимания на то, что его домашние тапочки давно насквозь промокли, от растаявшего от человеческого тепла, инея. Двигается в сторону того, что лежит на земле, не шевелясь. Быстро перебирает ногами, переходя на лёгкий бег.Фантомы приходят, чтобы предупредить об опасности, которая подстерегает одного из живых.***От лица Джулии:Зажимаю, красивую на вид, брошь в левой руке, разгуливая по коридорам школы. Интересно, какого чёрта я здесь делаю? Я же вроде… А что я? С некой тревогой осознаю, что не помню, что делала до этого момента. Продолжаю идти, понимая, что брошь попросту возникла из не откуда. Разжимаю ладонь, внимательно рассматривая предмет. Где-то я её уже видела. Это странное ощущение дежавю внезапно охватывает, путая мысли. Оно заставляет напрягать мозги и вспоминать. Но сил на это не хватает. Не знаю, откуда взялась это апатия и скованность движений. Будто моё тело погрузили в не совсем застывшую, вязкую жидкость, приказав двигаться. А я, как послушная кукла, беспрекословно выполняю. А ведь действительно. Куда я, мать вашу, иду. У меня такое чувство, будто я только что проснулась, попав в другую реальность.Облокачиваюсь на холодную каменную стену, наконец, заставив себя остановиться. Медленно оседаю на пол, сильнее сжимая украшение в ладони. Так, будто она для меня что-то значит. Я не понимаю своих действий. И дежавю не проходит. Словно это уже было. Словно я уже поступала так раньше. Черт! Не помню когда. Внезапно ныряю в бездну, буквально через несколько секунд возвращая себя обратно в коридор. Что это было? Распахиваю глаза, осматриваясь. Зрачки судорожно мечутся по помещению, пытаясь найти предмет, за который сознание могло бы ухватиться. Но с ужасом понимаю, что такого не имеется. Вновь ныряю. На этот раз задерживаясь в неизвестности дольше, чем в первый. Размахиваю раками, когда до меня доходит, что я падаю вниз, подобно камню, брошенному с высоты. Резко поднимаю веки, шумно втягивая носом воздух. Как такое могло произойти? Я ведь не закрывала глаза. Не закрывала ведь?Сижу, уставившись в противоположную стену. Ни разу не сжимая веки. От этого глаза начинают ?гореть?. Ощущаю, как непреодолимое желание – закрыть их хотя бы на секундочку – растекается внутри. Но сражаюсь с собой и с болью, что так отчаянно режет мои глазные яблоки.Чувство падения накрывает меня снова. Я не понимаю. Я ведь не закрывала глаза. Ощущение полета прекращается, но я больше не в школьном коридоре. Это лес. Ветер шумит, ласково играя с вершинами вековых елей. Но птиц не слышно. Не смотря на поразительную разницу в количестве звуков там, в школе, и здесь, все равно ощущение, будто я тут одна живая. Делаю осторожный шаг вперёд, тут же замирая. Медленно начинаю двигаться. Брошь всё ещё сжимаю в руке. Вторая инстинктивно нащупывает палочку в кармане, что, к счастью, оказалась на месте. Пройдя метров двадцать, вновь торможу, различая еле слышимые шорохи. Сглатываю, делая вид, что мне показалось. Но снова останавливаюсь, когда они становятся громче. Оборачиваюсь, силясь разглядеть в сгущающихся сумерках хоть что-то. Но там пустота. Лишь мрак ?смотрит? на меня своими огромными глазами, угрожающе стягиваясь, становясь плотней. Резко отворачиваюсь от него, переходя на легкий бег, игнорирую боль и скованность.Мне надо бежать. По руке кто-то ползет, так, что волосы на затылке зашевелились. Но одергиваю себя, не глядя, смахнув неведомую тварь. Но она возвращается. Чувствую, как по телу начинают бегать толпы этих существ, поэтому приходится остановиться. Задираю рукав своей синей длинной кофты, желая разобраться с ними, но моё сердце пропускает удар, когда я понимаю, что если оно и существует, то невидимо. Неожиданно даже для себя самой, я начинаю прыгать в бесплодных попытках прекратить это безумие. Я ношусь по лесу, как ненормальная. И в итоге оказываюсь на прежнем месте, а ощущение чего-то чужого на теле проходит также внезапно, как появилось.Но страх, уже засевший в глубинах сердца, теперь разъедал меня полностью, не давал покоя, нанося болезненные удары где-то внутри, отчего казалось, что меня сейчас вывернет наизнанку.К чертям! Пусть всё исчезнет!Я не понимаю, мать вашу, что со мной такое.Сзади послышался рык, что прервал все мои ругательные мысли. Я медленно, через чур осторожно, поворачиваю голову на звук. И, кажется, это моя самая огромная ошибка. Надо было просто нестись, как сумасшедшей отсюда, не проверяя своих догадок.Эта огромная черная псина смотрит на меня своими большими, до безумия темными глазами и рычит так, что по коже бегут миллионы мурашек. Делаю тихий шаг назад, в ту же секунду резко разворачиваясь и летя на всех парах в чащу леса по узкой тропинке. Слышу, как это исчадие ада несется за мной, протяжно воя. К этому противному звуку примешивается шипение. И я уверена, что это змеи. Бегу, не защищая лица от веток, что безжалостно хлещут меня по лицу. И… ну, конечно, спотыкаюсь. Как же иначе?! Эта ситуация походит на какой-то банальный фильм ужасов.Переворачиваюсь на спину, полу сидя наблюдая за тем, как змеи и собака надвигаются на меня. Шансов нет!Жмурюсь, отползая, как можно быстрее перебирая ногами. Но беда не приходит одна, верно?Буквально через пару секунд передвижения ползком, я врезаюсь спиной во что-то твердое и ледяное. Зрачки мечутся. Понимаю, что это огромный булыжник, который не обойти. Его краев не видно. Смотрю на преследователей, которые, кажется, осознают, что загнали жертву в ловушку, поэтому тянут с нападением. Зажмуриваюсь, по инерции сжимаясь.Но в миг всё прекратилось. Я перестала слушать рык, перестала ощущать страх, когда почувствовала что-то теплое, разливающиеся в моей груди. Это заставило меня открыть глаза. Небольшой шар, резко вырвавшийся из моей грудной клетки, кремового цвета, светящийся, подлетел к моим ?обидчикам?, заставив их сжаться. Они будто растворились в воздухе. Их просто не стало. Они исчезли, вашу мать. И меня осеняет! Эмоции. Я ведь могу ими управлять. Наблюдаю за тем, как объект возвращается, остановившись в нескольких метрах от моих ног. Он растет, превращаясь в арку, сквозь которую ничего не видно. Она белая внутри. Но меня это не останавливает, не пугает. Я поднимаюсь, делая уверенный шаг в сторону ?этого?. Прохожу сквозь неё, оказываясь… дома?Что, мать вашу?Он же сгорел. Значит, это все не реально. Это лишь в моей голове. Это моё безумие.Старое фортепиано. За которым сидит темноволосая девушка, играя знакомую мелодию. Но я вновь не могу вспомнить, где слышала её. Звук вызывает разъедающее чувство ностальгии. Смотрю на девушку, вдруг понимая.- Д-Диана? - зову дрожащим голосом. И она прекращает игру, оборачиваясь. Смотрит на меня, со свойственной только ей улыбкой. И я не могу не улыбнуться в ответ. Делаю шаг в её сторону, а она поднимается со стула. - Т-ты… К-как ты… - заикаюсь, чувствуя, как моё дыхание сбивается, - Что происходит? – спрашиваю на выдохе, смотря на неё во все глаза.- Тише, - брюнетка шепчет в ответ, прикладывая палец к губам, и я странным образом успокаиваюсь, - Помни, - её глаза становятся серьёзными, - Если идёшь через ад – не останавливайся! – и она растворяется в воздухе, подобно всем предыдущим моим попутчикам в этом хаосе. Я начинаю вертеться на месте, хватаясь за воздух. Но это не приводит ни к чему.Понимаю, что по моим щекам текут крупные слёзы, оставляя солёные, еле различимые дорожки на лице, поэтому грубо растираю кожу.И вдруг осознаю: я хочу играть. Не знаю, откуда взялось столь непреодолимое желание. Да и не хочу в этом разбираться. Поэтому просто сажусь за инструмент. Подношу влажные руки к клавишам, надавливая на них. Знакомый мягкий звук разливается по комнате, заставляя почувствовать приятное покалывание от удовольствия во всем теле. Я играю ту же мелодию, что только что исполняла моя сестра. И где-то на её середине начинаю нырять, но не останавливаюсь, продолжая свои действия. Последние ноты, и я кану в бездну. Пропадаю в ней.***Девушка ворочается на кровати, то прижимая колени к груди, то вновь распрямляясь. Её голова постоянно закидывается, а лицо покрывают крупные капли пота. Пряди светлых волос, прилипли ко лбу. Она широко распахивает глаза, приподнимая голову. Выглядит так, будто её душат. Судорожно хватает ртом воздух, обхватывая руками свою шею. Словно пытается скинуть удавку.Глаза рыжего парня ?лезут на лоб?, когда он видит темно-синюю борозду, стремительно проявляющуюся на горле девушки. Она начинает откашливаться, втягивая носом кислород. Дергает ногами. Размахивает в воздухе руками. Резко садится на старой деревяшке, что служит кроватью. Из её груди вырывается яркий белый шар, с треском разбивающийся о противоположную стену.- Что происходит? – парень смотрит на мужчину, который листает старую потрепанную книжку, шелестя страницами, - Что с ней? – повышает голос. - Ей совсем не больно, - спокойно отвечает Ремус, не поднимая глаз, - ну, или она просто отлично контролирует эмоции даже в бессознательном состоянии, - всё же бросает короткий взгляд в её сторону, продолжая, - Она борется, Фред. И, что странно, она не орёт, как все, не бьётся в конвульсиях, пуская пену изо рта, - замолкает, откашливаясь, - Это невозможно. Априори. Но я не знаю, что она такое, поэтому… - вновь опускает голову, уткнувшись в книгу, и вдруг восклицает, - Нашёл! Мужчина отходит к столу, раскрывая нужную страницу. Смотрит то на парня, то на девушку, как-то спокойно произнося:- Лучше будь рядом с ней, - сглатывает, - её нужно будет держать при необходимости, хотя сомневаюсь, что это понадобится, - последние слова бурчит под нос.Рыжий щурит глаза, внимательно разглядывая Люпина, который принялся что-то нашёптывать на непонятном языке. Девушка дернулась, закашлявшись. На её белой коже стали проявляться темные пятна, но она не шевелилась больше. Просто лежала с закрытыми глазами, часто дыша. ***От лица Джулии:Резко подскакиваю на кровати, щурясь от яркого солнечного света, что нагло пробрался сквозь открытое окно. Завороженно смотрю на явно хорошую погоду. Давно такого не было. Взгляд скользит по комнате, которую оглядываю без особого интереса, ведь мне хорошо известно, где нахожусь. Единственная деталь, сумевшая привлечь мое внимание – высота кровати. Точнее её странного подобия. Это жесткая деревяшка, подвешенная на приличное расстояние от пола. Что-то мне подсказывает, что без магии здесь не обошлось. Хотя, о чем это я? Иногда абсолютно забываю о том, в каком мире живу. Моргаю, желая избавиться от неприятного жжения, вызываемого сухостью, в глазах. Сгибаю ноги в коленях, ставя один локоть на них. Потираю ладонью лоб, повторно осматривая комнату. Да я ещё здесь и не одна! Рыжий парень мирно посапывает в кресле, что стоит возле окна так, что лучи на него не попадают. Невольно улыбаюсь, переводя взгляд на свои ноги. И с поддельным интересом изучаю их. Хотя, он тут же становится реальным, ведь они сплошь покрыты синяками. Осматривая своё тело, с ужасом понимаю, что ?живых мест? на мне практически нет. Руки сплошь покрыты такими же темными отметинами и ярко-алыми порезами. Касаюсь шеи руками, ощущая небольшую ?вмятину?. Будто меня душили. Судорожно глотаю ртом воздух, силясь привести себя в нормальный невозмутимый вид. Я ведь здесь не одна.Пазл складывается в единую картинку, доходя до моего сознания. Кто-то снимал заклятие привязанности! И, кажется, использовал для этого самый распространенный метод средних веков.Но, кто бы это ни был, я всё равно благодарна. Пусть лучше так, чем те муки, через которые мне пришлось пройти, пока добиралась сюда.Странно, но я впервые за долгое время не ощущаю потребности в физической боли. Мне охота просто сидеть вот так. В этой спокойной тишине, что не пропитана страхом и ощущением неизвестности, которая прерывается лишь тихим сопением парня. Бросаю на него взгляд, и моё лицо вновь озаряет светлая улыбка. Это не свойственно для меня, но не могу остановиться. Просто пялюсь и улыбаюсь, как дурочка, склонив голову на бок. Вытягиваю ноги, которые затекли, неприятно заныв, и опираюсь руками на деревяшку, продолжая наблюдать за парнем. Он завозился, будто почуяв, что за ним наблюдают. Резко выпрямляется, растирая глаза руками. Поспешно отвожу взгляд в сторону, скрывая улыбку за стеной светлых волос. Делаю вид, что совершенно не заинтересована в его присутствии. Фред откашливается, спрашивая хриплым, после сна, голосом:- Все нормально? – чувствую, как он прожигает во мне дыру глазами, - Ничего не болит?- Да, - поворачиваю голову обратно, старательно стирая свое расслабленное выражение лица, за привычным – хмурым, - все в порядке, - смотрю ему в глаза, после чего опускаю их в пол, теребя одной рукой край белой простыни.Молчим. Не знаю, чем именно вызвана неловкость между нами: моим уходом, после смерти Сириуса или же всем тем, что было. Хотя может это чувство накрыло только меня?Краем глаза замечаю, как он поднимается на ноги, подходя ближе. По-прежнему не смотрю на него. Уизли останавливается у моих ног, немного наклоняя голову, чтобы заглянуть мне в глаза. Сердце забилось быстрее, а дыхание сбилось вовсе. Смотрю на него из-под лба, чтобы не выдать настоящих эмоций. Не разрываю зрительного контакта, ощущая, как по коже разбежались мурашки, и прошёл электрический заряд, когда его пальцы осторожно коснулись моих ног ниже колен. Он обхватывает голень одной и второй ноги ладонями, резко дернув на себя, отчего пришлось согнуть их. Теперь наши лица находятся гораздо ближе, чем всего несколько секунд назад. Но близость не опасна. Пока.Сглатываю, произнося тихим, осипшим голосом:- Мне надо идти, - аккуратно дергаю ногами назад, но он не отпускает меня, продолжая смотреть в глаза. Он слегка разводит мои ноги в стороны, подвигая меня ещё ближе к краю. Сокращает расстояние. Поднимаю на него взгляд, распахивая и округляя веки. Закусываю губу, пытаясь восстановить окончательно сбившееся дыхание. Наши лица находятся слишком близко, внутри разгорается пожар, который я не в силах затушить.- Что ты… - замолкаю, когда он касается носом моей щеки. Проглотив воду во рту, продолжаю:- …творишь? – он не отстраняется, не прекращает своих действий, лишь тихо шепчет в ответ, растягивая слова:- Я понятия не имею, - скользит носом к моим губам, отчего шумно втягиваю кислород, но не выдыхаю, ибо парень целует меня раньше. Этот поцелуй короткий, но такой приятный. Парень тут же слегка отстраняется, смотря в глаза своими синими безднами, в которых я не могу ничего прочесть. Он спокоен? Какого черта мы делаем?Какого черта делаю я? Почему не отталкиваю его?Он вновь накрывает мои губы своими, тут же углубляя поцелуй. Отголосок разума, буквально, орет, что мне нужно остановиться, и я не могу его игнорировать, поэтому аккуратно давлю Фреду на плечи, заставляя отодвинуться, но это расстояние мизерное. Всего каких-то жалких пару миллиметров. - Это нужно прекращать. – Что это? Почему я шепчу? Да ещё и так не уверенно? Он молчит, не отодвигаясь. Смотрит в глаза, вновь опуская взгляд на мои губы. Приближается ко мне, впиваясь в меня очередным поцелуем. Но я не отталкиваю, лишь выдыхаю ему в рот:- Фред, - одно только имя заставляет мой разум заглохнуть, но продолжаю, - я ведь серьёзно!- Я тоже, - не отрывается, не отдаляется, продолжая действовать. Но я и не настаиваю больше на завершении, окончательно ?лишаясь рассудка?. Его рука скользит вниз, вдоль моей спины и дальше по бедру, направляя ногу к его талии, заставляя обхватить его торс ногами. Запускаю одну руку ему в волосы, другой надавливая на шею. Поворачиваю голову в разные стороны, отчего поцелуй приобретает немного иной оттенок, даря другие ощущения. Притягивает меня ещё ближе к себе. Потребность в кислороде уменьшилась в разы. Мне необходимо вдохнуть, но не делаю этого, не желая прекращать. Но Фред сам переключается на мою шею, покрывая её короткими поцелуями, покусывая кожу. Останутся отметины. Запрокидываю голову, давая парню больше пространства, сильнее обнимаю его ногами. Он вновь поднимает голову, накрывая мои губы. Сердце стучит слишком сильно и быстро, бьётся о рёбра, принося приятную боль в районе груди. Она разливается, поглощает меня полностью, заставляя поддаться эмоциям.***- Люпин, - Миссис Уизли распирает от негодования, - что, черт возьми, произошло с девочкой? И почему мой сын сидит с ней в одной комнате? – она искренне не понимает, что происходит. Ей охота разобраться во всем том, что случилось. Её одолевает дикое желание – разузнать о том, что творится между её сыном и слизеринкой, неизвестно как появившейся в их доме, да и в их жизни в целом. Она смотрит на своего друга, ожидая объяснений. Молли надеется, что он сумеет внести ясность в её запутавшиеся мысли. - Это заклятие привязанности так подействовало, - спокойно отвечает мужчина, - а Фред сам вызвался помочь, - врет, не моргнув глазом. Кормит её правдоподобной ложью. И она верит, успокаивается. Отводит взгляд, тут же вновь смотря на него.- Кто она, Рем? – сглатывает, озвучивая то, что тревожит её сильнее, чем что-либо другое, - Почему у меня такое чувство, словно я её уже видела, словно… я её знаю?Мужчина изнеможденно поднимает голову, устало вздыхая. Он понимает, что придётся рассказать. Рассказать им всем, но имеет ли он право?Это ведь жизнь Ли. Да и к тому же, он мало что знает. Но замечая взгляд Молли, полный надежды, сдаётся.- Послушай, Молли, - он понятия не имеет, как следует начать, - я сам ничего толком не знаю. Она… Джулия появилась так же внезапно и для меня, но… - он замолкает, не зная, как преподнести нужную информацию, прочищает горло, откашлявшись; шумно втягивает носом воздух, продолжая, - ты её знаешь потому, что вы учились вместе, - произносит на выдохе. Резко отводит взгляд в сторону, не выдерживая пристального внимания Миссис Уизли.Женщина смотрит на него, как на сумасшедшего, умалишённого человека. Её мозг не способен ?переварить? данные. Поэтому она молчит, ожидая продолжения.- Помнишь, когда я только поступал в Хогвартс вместе с Сириусом и Джеймсом, - снова откашливается, подбирая слова, - тогда две магглорожденые девчонки – близнецы – попали на Слизерин? – замолкает, ждёт кивка.- Да, - тихим, сбившимся голосом, соглашается Молли, - подожди, - абсолютно белый лист её непонимания постепенно заполняется яркими красками ясности, - ты хочешь сказать, что…- Да! Да! Да! – не выдерживает Люпин. Срывается, подскакивая со своего стула.- И я, чёрт возьми, абсолютно сбит с толку её появлением. Я не меньше твоего хочу понять, как она… - тянет, растягивает слова, - Она ведь умерла в 1978, - мужчина устало трёт глаза, отвернувшись от всех к окну. Последняя сказанная фраза выбила присутствующих из колеи. Никто не мог понять, что происходит. - Так, может, вы расскажете о ней поподробнее, профессор? – тихий голос Гермионы вытягивает всех из раздумий.- Я попробую, - Ремус оборачивается, возвращаясь к столу.***От лица Джулии:Мы спускаемся по лестнице. Надеюсь, на моем лице не написано, что моё тело горит огнём от боли. Мне охота скорчиться, но нельзя. Он не должен знать, что мне больно ходить. Чёртово заклятие!Фред заставил меня спуститься на кухню. Люпин напел ему, что мне нужны силы для полного восстановления. На самом деле, мне ничего не нужно. Я пришла, чтобы поговорить с Поттером. Только с ним. Торможу перед входом, слыша голоса. Моя рука дергается, сжимая ручку, но тут же отпускаю её, слыша голос Люпина:- Они были, как две разные вселенные. У Дианы был ?миллион? друзей. Она была лучом света на змеином факультете, - мужчина кашляет, - Она всегда улыбалась, здоровалась… - он замолкает, а я отступаю назад, натыкаясь спиной на Фреда.- А Джулия её полная противоположность. Мне кажется, она абсолютно подходит под описание идеальной слизеринки, но это не мешает ей быть отличным другом… Я не слушаю дальше, просто сглатываю. Фред осторожно качается пальцами моего плеча, заглядывая в глаза, изловчившись, и шепчет:- Всё в порядке, не обращай внимания, - но я не злюсь! Нет, правда. Меня это не раздражает. Наоборот, я хочу объяснить им все. Только…Распахиваю дверь, заставляя Люпина прервать свой рассказ. Все поднимают глаза на меня. О, и Гарри здесь – отлично!- Могу я внести ясность в ваш разговор относительно себя? – это совсем не звучит, как вопрос. Прохожу вглубь комнаты, подходя ближе к двери, ведущей на улицу. Поворачиваюсь, окидывая всех спокойным, равнодушным взглядом. Молчу несколько секунд, отчего всех обитателей кухни охватывает неприятное ощущение неловкости, коего не испытываю сама. Звук моего голоса разбивает тишину на крупные осколки, когда начинаю говорить.Чувствую эту накалившеюся атмосферу, поэтому решаю начать:- Я не собираюсь грузить вас информацией о том, кто я такая, - кашляю, видимо, простудилась, пока добиралась сюда в одной майке и шортах, - Часть истории, которую вы хотите узнать, начинается в 1965, - пытаюсь контролировать нахлынувшую ностальгию, но выходит плохо, - В это трудно поверить, но, - снисходительно улыбаюсь, - я была такой же, как моя сестра, Люпин, - отворачиваюсь к окну, не в силах совладать собой, - Наша магия проявилась слишком рано. Нам было по четыре года. Мы убежали на улицу, не спросив разрешения. Нас всегда привлекал мост на окраине Манчестера, но когда мы гуляли с родителями, они не разрешали там останавливаться. В тот день мы свалились с него, но… когда подлетели к кромке воды, то резко затормозили, плавно погрузившись в реку. Это была даже не деревня, а пригород. Нас прозвали ведьмами, и единственными, кто остались нашими друзьями – Виктория Вагнесс и Джастин Даркворд. Их родители, разумеется, не знали о нашей тесной дружбе. А наши запретили нам выходить из дома. Но на этом приключения того года не закончились. Однажды предки уехали на какой-то прием. Фред остался сидеть с нами. Он был очень добрым братом, так что не составило особого труда уговорить его – отпустить нас. Под честное слово, что мы больше не пойдём на мост. Да и не собирались, честно говоря. Нашей следующей целью был дом старухи, которую тоже считали ведьмой. Когда мы пробрались к ней во двор, через покосившейся забор, она вдруг распахнула перед нами дверь и позвала на чай. Мы были детьми, и такая любезность удивила нас. Нашей радости от удачи не было предела. Но то, что она делала – было самой огромной неудачей в нашей жизни. Видимо, старуха на самом деле была ведьмой. Просто в какой-то момент я заметила, что она подмешивает в чай что-то. Причём только Диане, - я усмехнулась, пройдясь вдоль окна и повернувшись ко всем лицом, продолжила, - Пока она не видела, я подменила наши чашки. Старуха разозлилась на меня. Стала что-то кричать. О том, что я всё сорвала, что это должна быть именно Диана. Я-я, - начинаю заикаться, - я просто хотела её защитить, а в результате… - вздыхаю, - в результате уничтожила всю свою семью. Всех тех, кто был мне дорог, - я разгуливаю туда, сюда по комнате, ибо стоять на месте в тягость, - А когда эта ведьма схватила мою сестру за волосы… я не знаю, что это было. Просто… В одну секунду из моей груди вырвался огромный белый шар, вышвырнув Диану на улицу. Старуха была в ярости, она что-то прошептала, и какой-то сферическое тело, такое тёмное, что резало глаза, врезалось в меня, отбросив к стене. А потом она просто сказала, что я проклята с того момента и до конца жизни. Таким спокойным тоном, что меня передёрнуло. Она сказала, что все те, кого я люблю, будут умирать. Отныне я могла видеть тех, кто существует лишь в сумерках. Не ночью, не днём. Именно на закате. Явление одного из Них означает, что кто-то умрёт. Сначала я не придавала этому должного внимания, но, когда события приобрели циклическую закономерность… Я закрылась, - останавливаюсь, потирая ладонью лоб, - но Диану не спасло и это. Я не могла заставить себя её ненавидеть. А после её смерти, Лили создала кулон. Она подарила мне его на Рождество. Он не спасает от проклятия, но… Эванс дала мне возможность бороться с Ними. Теперь я могла запереть их в кулоне. Лишь было нужно, чтобы Они показали себя. Но проблема в том, что Они приходят только тогда, когда кто-то должен умереть. Эта война будет длиться до бесконечности, пока я снова не умру, - останавливаюсь, вновь усмехаясь, - или пока Полу-демоны не закончатся.Смотрю на эти сочувствующие взгляды, и мне охота разнести что-нибудь. Я терпеть не могу, когда меня жалеют. Сжимаю зубы, продолжая:- Но я здесь потому, что Эванс была очень сильной волшебницей. Я жива благодаря ей. - Причём тут моя мама? – Поттер явно в недоумении. Я слишком быстро скачу с темы на тему, хотя мне всё понятно. - Рем, - я называю его так и чувствую, как что-то теплое разливается внутри, - помнишь ту схватку в Большом Зале на седьмом курсе? – он утвердительно кивает, и я продолжаю, - в тот день Эйн хотела убить Лили, - смотрю исключительно Гарри в глаза, - просто тогда Они появились раньше, чем должны были, и я… - сглатываю, - я успела выпить яд раньше твоей матери. Лили всю жизнь думала, что обязана мне, но она ошибалась. Она не должна. Она чуть не погибла тогда по моей вине. Я привязалась, прониклась к ней чувством теплоты. А Эванс перед тем, как спасти тебя, почему-то вспомнила обо мне. Заклятие Вол-де-Марта не просто отскочило, оно отразилось от меня. Твоя мать с помощью своей силы ?убила сразу двух зайцев?. Она вернула меня к жизни, что априори было невозможным. И… - запинаюсь, - и спасла тебе жизнь, - я замолкаю, как бы делая небольшой перерыв между темами, - ну а теперь то, зачем я пришла. Поттер, я знаю, что вы задумали. Но будьте осторожны. Если он догадается, то… вы развяжите войну. А мне пора, - улыбаюсь, направляясь к двери.- Куда ты собралась? – этот чертов голос. Я готова слушать его вечно.- В дом Фера, - не останавливаюсь, оставаясь довольной своим тоном. - Ты не сможешь… - но я не дослушиваю, растворяясь прямо перед выходом на улицу. Это не трансгрессия. Я использовала собственные эмоции.- …отсюда трансгрессировать! – говорит рыжий парень, но в пустоту. Я уже не в силах его услышать. ***Светловолосая девушка носилась по дому, опустошая уже пятую бутылку огневиски подряд. Она пила, пила, потом разрушала царивший в этих стенах порядок, а затем вновь подносила горлышко ко рту. Она хотела кануть в бездну небытия. Ей нужно было ?потерять голову? хотя бы на время. Ли швыряет одну из бутылок в стену напротив, сопровождая это действие громким и, вместе с тем, жутким криком отчаяния. Переворачивает тумбочку, что мирно стояла у двери. Она не слышит хлопка трансгресси. Не слышит звука открывающейся двери. Она ничего не слышит, не замечает. Слишком пьяна. Но это не помогает справиться с ?накипевшей? болью внутри. Джулия в бешенстве срывает со стены один из маггловских портретов. Бежит на третий этаж. Спотыкается, ударяясь виском о ступеньку, но не обращает на это внимания даже тогда, когда чувствует теплую кровавую струйку, ?ползущую? вниз по щеке. Она не оборачивается, когда слышит сзади тихое:- Джулия?***От лица Фреда:Я бреду по лесу в сторону входа в, по всей видимости, давно оставленный хозяевами дом. Меня все время преследует ощущение, что кто-то за мной идет, кто-то наблюдает. Но не верчу головой, продолжая уверенно шагать к своей цели. Изнутри дома послушался протяжный крик и стук чего-то тяжелого. Будто шкаф упал. Это заставляет меня ускориться. Я уже практически несусь к двери, но на последних ступеньках замираю. Наверное, стоит постучать. Всё-таки, этот Фер хозяин дома. Что это со мной? Неужели я ревную?Но это же бред. Я ведь ненавижу Ли. Тогда что здесь делаю? Из обступивших меня мыслей вырывает очередной грохот, поэтому поднимаю руку, настойчиво стучась. Ответа не следует, но слышу, как кто-то бежит куда-то вверх. Я бы мог уйти отсюда прямо сейчас, но не делаю этого. И знаю, что не сделаю. Какого хрена, простите, я вообще творю? Отчего ношусь за ней, пытаюсь вернуть?Резко распахиваю дверь, прохожу внутрь, замечая знакомую фигуру, мелькнувшую на верхних этажах. - Джулия? – мой голос звучит неуверенно. Она не отзывается. Не думая о владельце, бегу за ней. Девушка тащится на третий этаж, заходя в одну из комнат. Спешу в то же помещение, проникая туда следом за ней.Ли, кажется, совсем не замечает чужого присутствия. У неё в руках бутылка огневиски. Она пьяна?- Ли, - зову её, но она по-прежнему не реагирует, носясь из угла в угол по комнате и переворачивая всё то, что попадалось ей на глаза. Замечаю кровь на её виске. Но, по-моему, ей совсем всё равно. - Джулия? – зову громче и настойчивее, но ответа вновь не получаю. Зато светловолосая вдруг спотыкается, встречаясь с полом. Спешу к ней, чтобы помочь, но она быстро поднимается на ноги сама. Пошатываясь, девушка оборачивается в мою сторону. Смотрит в упор, будто пытаясь сообразить, кто перед ней. А затем улыбается, демонстрируя ряд белых зубов.- Фредерик Уизли, - у неё заплетается язык, что свидетельствует об огромном количестве алкоголя в её крови, - какого хрена ты здесь делаешь? – делает неуверенные шаги в мою сторону.- Я пришёл за тобой, - мой голос твёрдый, что не может не радовать, - иди, говори своему Феру, что уходишь, - я что, приказываю ей, что делать? - Ты, что, - Ли медленно приближается ко мне, отчего я сглатываю. Если она заедет мне бутылкой по голове, то я её пойму. Но она улыбается, заканчивая вопрос, еле ворочая языком, - ревнуешь, Фред Уизли? – какого чёрта, она называет меня полным именем?Джулия подходит ко мне слишком близко. Чувствую, как мой пульс учащается. Её горячие дыхание обжигает мои губы. Она смотрит в глаза, улыбаясь, и говорит:- Жаль, - усмехается, на секунду разрывая зрительный контакт, но тут же восстанавливая его, - жаль, что не смогу выполнить твою просьбу, ведь, - сглатывает, вздыхая, тем самым опаляя мою кожу лица ещё сильнее, но не отступаю, не отхожу, продолжая смотреть, - Фердинанд мёртв, - на миг её озаряет грусть, тут же сменившаяся серьёзностью, - уже как двадцать два года, - моргает, а я замечаю жидкость, скопившуюся в уголках её глаз, которую она пытается свести на ?нет?, - так что, - повторно вздыхает, - увы…- Ты любила его? – вопрос срывается с моих губ раньше, чем я успеваю подумать. А она заливисто хохочет. Подносит горлышко бутылки ко рту, делая глотки, но прерываю её действия, забирая предмет из рук, - Тебе уже хватит, - объясняю и слышу в ответ недовольное мычание, но она не пытается отнять вещь назад.Отхожу к окну, чтобы поставить на него бутылку. - Любила ли я его? – она громко дышит, следуя за мной, - Да, наверное. – Подходит, останавливаясь в нескольких шагах, - так же как и ты любишь свою семью.Я в непонимании смотрю на девушка, которая вновь усмехается, ловя этот взгляд.- Представляешь, он мой брат, - сокращает расстояние, снова становясь слишком близко, отчего трудно контролировать дыхание, трудно контролировать самого себя, - И он тоже умер. Как и все, - она вновь хохочет, как безумная. Но внезапно её смех обрывается, она хватает меня за воротник рубашки, резко дергая на себя и приподнимаясь на носки. Теперь наши лица на одном уровне. Её взгляд с бешеной скоростью носится по моему лицу. Девушка выдыхает мне в губы, шепча:- И ты тоже умрешь, - теперь её взгляд пропитывается чем-то иным, спокойствие с треском разрывается, и она шипит, - поэтому я тебя так ненавижу, Фред Уизли, - по щекам вдруг скользят слёзы. Ли быстро отступает и отворачивается. Я возвращаю её в исходное положение, порывисто обнимая. Чувствую, как она носом утыкается мне в грудь, тихо всхлипывая.- Тебе нужно отоспаться, - тихо шепчу ей в макушку. Слегка отстраняюсь, чтобы заглянуть в глаза, которые она старательно прячет, - я не умру, слышишь? – она кивает в ответ, вдруг беря меня за руку и ведя в другую комнату.***От лица Фреда:Она отвела меня в свою комнату, после чего залезла под одеяло, отвернувшись к стене. Молча ложусь рядом, придвигаясь ближе.Странно она ведёт себя, когда пьяная. Джулия не шевелится, может, уже заснула? Но вдруг, словно в ответ на мои мысли, она завозилась, повернувшись ко мне лицом. Всё делает с закрытыми глазами, будто боясь их открыть. Тихо придвигается ближе, вновь утыкаясь в меня носом. Со временем её дыхание становится более размеренным, спокойным, что означает – она точно спит. Только сейчас осознаю, насколько сильно устал, поэтому тоже прикрываю глаза, предаваясь миру Морфея.