Глава 3. Птица в клетке (1/1)

Ночной Штормград выглядел почти что зловеще, особенно в такую темную ночь, когда Лунная леди скрылась за большими грозовыми тучами. Мрак прокатился по широким улицам, окутывая их тьмой, и лишь несколько фонарей едва-едва освещали улицы и переулки. В порту было совсем немного кораблей, в основном торговые, но было и несколько каперских. По пристани бродили несколько стражников с длинными алебардами, которые должны были внимательно следить за происходящим, но на деле же они просто мечтали рухнуть на один из ящиков с грузом и уснуть.— Ну, который корабль нам нужен? — Малагис наблюдал за кораблями с безопасного расстояния, надежно укрытый каменной стеной. Его голову закрывал темный капюшон, а доспехи скрывал длинный плащ. Он нетерпеливо повернулся и посмотрел на Трэя.— Слушай, я знаю не больше, чем ты, — проворчал Кейдж, который почти сливался с темнотой благодаря своему черному костюму и темному платку на лице. — И на этот раз я говорю правду. Хм... никогда раньше не видел пиратского корабля. Как думаешь, сможешь его отличить от других в порту?— Но ты ведь у нас такой известный в городе, — рыцарь вздохнул, — Публика на таких кораблях обычно очень своеобразная... Нужно подойти поближе, отсюда я вижу разве что корабли.Он медленно зашагал по лестнице вниз, стараясь держаться ближе к стене, почти сливаясь с ней. Слава всем богам, стражникам было слишком лень подниматься по лестнице.— Известность для моей профессии — ненужное бремя, — ответил ворген, следуя неслышной тенью за рыцарем. — К тому же, с пиратами я никогда дел не имел. Как-то не слишком люблю воду... что странно для гилнеасца, но так оно и есть. Может, спросить у стражников? — попытался пошутить он.— Валяй, — негромко отозвался рыцарь, — Видишь какие у них игрушки в руках? Их сталь, конечно, не такая крепкая, как наша, лордеронская, но проткнет такого мягкого живого как ты на раз-два, поэтому постарайся не спрашивать у стражников о пиратских кораблях ночью, — немертвый скользнул вперед и скрылся за одним из ящиков. Даже удивительно, как он умудрился двигаться так резво в тяжелых доспехах.— Ну, тогда выкладывай, какой у тебя план, — пожал плечами Трэй, — Потому что у меня нет плана. По крайней мере, сейчас. У нас не так много времени, помнишь? Корабль должен отплыть через полчаса.— Мы найдем корабль, зайдем на него и... не знаю, решим на месте... Импровизируем, — хмыкнул рыцарь, вглядываясь в темноту, — Так... Вон, третий слева, видишь? — он осторожно, чтобы не быть обнаруженным, указал на довольно большой корабль, — Это наш корабль, зуб даю.— И почему ты так решил? По-моему, обычный корабль, — проворчал ворген, принюхиваясь к пропитанному порохом и солью воздуху. — Как будто пираты будут вывешивать свои знаки отличия в штормградском порту... Проклятие, этого я не предусмотрел...— Потому что там пахнет страхом, страхом и ромом, к тому же, ну посмотри, — он едва кивнул в сторону корабля, — Видишь того здоровяка? Который с татуировками, так вот, он пират, я видел его в Бухте несколько лет назад, тот еще отморозок.— Что ж... похоже, от тебя все же ЕСТЬ польза, — хмыкнул ворген, скалясь в своей мерзкой ухмылке, и шмыгнул вперед. — Постарайся не отставать.— Постарайся не упасть в море, — отозвался немертвый, шагнув вслед за Трэем, на ходу поправляя свой капюшон и проверяя, легко ли вытаскивается меч.Похоже, что они пришли как раз вовремя — несколько людей, которые не выглядели, как портовые рабочие или стражники, переправляли на корабль какие-то грузы, и тот уже готовился к отплытию. Стражники же, к удивлению Трэя. старались не особенно вертеться у корабля и вообще смотреть в его сторону.— Ну что, идем на корабль? — Мал посмотрел на Трэя.— Пожалуй. Я так понимаю, что ты снова предпочтешь устроить заварушку прямо на глазах у стражников? Я бы не рекомендовал. — Трэй прищурился, оценивая корабль. — Я мог бы проскользнуть внутрь незамеченным... А вот насчет тебя я сомневаюсь.— Вот именно поэтому я хочу устроить заварушку, а ты проникнешь внутрь, по-моему, все пройдет прекрасно.— Хм... ладно, тогда я постараюсь вытащить мальчишку прежде, чем сюда сбежится половина города, — вздохнул Кейдж, закрывая глаза. — Похоже, драки все равно не избежать, но я предпочел бы сделать это по-тихому. Ты отвлечешь пиратов, а я поищу наш ценный груз.— Вот и ладушки, — Верный кивнул, — Ну все, я пошел, — он выпрямился и зашагал к кораблю пиратов, благо стражники отошли от него на довольно приличное расстояние.— Стоять! — громкий голос обращался к немертвому, — Кто такой?— Друг Джейна, — спокойно отозвался Мал.Некоторое время на палубе было тихо, очень тихо, а потом раздался низкий, хриплый голос:— Что-то я не помню таких друзей.— Ну как же так... А ведь ты должен мне двенадцать серых, — рыцарь усмехнулся и принялся медленно подниматься по трапу, который заметно прогибался под тяжестью доспехов, — Давай-ка обсудим этот вопрос...— Только не здесь! — на корабле тихо звякнула сталь, но пока на Мала никто не бросался, — Иди сюда, — Джейн, широкоплечий, рослый мужик с курчавой бородой, одетый в потрепанный кожаный доспех, ухватил Малагис за плечо и утянул влево по палубе, — Какого хрена ты сюда заявился, мертвяк?— А вот такого, где мальчишка? — в живот Джейна уперлось холодное лезвие ножа, который Верный предусмотрительно перевесил на пояс, — Говори, или я выпущу тебе кишки.— Если вы о Каллене, то он здесь, на борту, — на палубу вышел высокий, рослый мужчина лет тридцати, с коротко подстриженными темными волосами и двуручным мечом за плечами. Он был закован в тяжелые светлые латы, а на поясе, прикрепленная цепями, висела книга. Заклинания Света. — И я бы порекомендовал вам немедленно уйти. Это дело не касается ни вас, ни кого бы то ни было еще.Нож вошел в брюхо Джейна:— Я спрашивал не тебя, — рыцарь медленно провернул нож, слушая, как кричит пират, — Вы вернете мне парня, и я уйду, только так, — он спокойно вытащил нож из живота Джейна и толкнул его. Тот упал на палубу, стараясь зажать развороченный живот трясущимися руками, но было понятно, что он обречен.Паладин спокойно смотрел на корчившегося на палубе пирата. Похоже, он тоже был на этом корабле "пассажиром", и с пиратами не хотел иметь никаких дел, равно как и жалости к ним.— Я предупреждаю тебя еще раз, нечестивое создание некромантии, — он поднял руки, словно в жесте молитвы. — Уходи и оставь мальчишку в покое. Ни ты, ни граф, ни кто либо иной не получит его, сколько бы золота ни предложили тому, кто его приведет.— Не хочу тебя разочаровывать, но видимо придется, — немертвый медленно отстегнул плащ, позволяя ему упасть на палубу, обнажая саронитовые доспехи, — Я заберу мальчика и верну его отцу, а ты либо отойдешь в сторону, либо отправишься к своему Свету, — меч Малагиса полыхнул кроваво-красным светом, оказавшись в руках хозяина, — Лордеронцы всегда выполняют свои обещания.— Как и я, — ответил паладин, и вытащил из-за спины клинок. — Приготовься к очищению, чудовище.С этими словами, он поднял руки, прошептал несколько слов, и его окутало мягкое сияние Света. Он был готов вступить в бой с рыцарем смерти — во имя веры ли, или за графского сына, понять было невозможно. Но этот паладин действительно не ведал страха. И не сомневался ни секунды.Равно как и его противник. Малагис давно утратил желание ходить по земле, но и окончательно умирать не получалось, а самоубийство он считал трусостью, поэтому он не боялся вступать в бой с любым врагом... Особенно с тем, кто считал его чудовищем только из-за желтой дымки вокруг своей головы.Немертвый рыцарь вступил в бой, как и раньше — молча. Лезвие чудовищного двуручника со свистом рассекло воздух, и с невиданной скоростью устремилось к шее паладина.Кажется, даже пираты поспешили убраться с их пути — по крайней мере, ни одного не было видно на корабле. Либо они все попрятались и следили за ходом боя из укрытия, либо спустились в трюм. Паладин не уступал Малагису в мастерстве боя, а его сияние слепило глаза и отвлекало мысли. Но тут произошло то, что резко изменило ход битвы.Из входа в трюм, таща брыкающегося паренька, показался Трэй. На его лице отразилась смертельная скука и раздражение.— Ну-ну, хватит брыкаться, — уговаривал он, — Твой папочка будет рад увидеть, что ты в целости и сохранности.— Отпусти меня, грязный разбойник! — прокричал Каллен, пытаясь пнуть Кейджа в живот.Паладин же, услышав эту перепалку, на мгновение ослабил свое внимание, повернув голову к трюму.— Каллен? — спросил он удивленным голосом. И именно тогда его настиг удар клинка рыцаря смерти.Рыцарь обладал честью, но честь не говорила останавливать бой из-за того, что противник отвлекся. Клинок свистнул и прошелся по шее паладина, срубая его голову с плеч, позволяя ей пасть на палубу и откатиться куда-то в сторону. Тело паладина еще некоторое время стояло на ногах, но потом рухнуло вслед за головой:— Тащи парня на берег, — рыкнул рыцарь, помахивая своим клинком, — А то сейчас набежит толпа насекомых и будет несладко.Глаза Каллена расширились от того, что он увидел, но рвануть к месту битвы ему мешал крепкий захват Трэя.— Алрик, нет! — простонал парнишка, но через мгновение обмяк в руках воргена — тот хорошенько стукнул его по темечку.— Вот таким он мне больше нравится, — проворчал Кейдж, таща бессознательного парня к трапу. — А теперь давай доставим его домой и умоем руки. Меня уже тошнит от всего этого дурацкого задания...— А меня тошнит от обилия горящих людей на моем пути, — немертвый прошелся взглядом по трупу паладина, но удержался от желания покромсать его на части и сбросить в реку, — Ладно, пошли, нам еще стражникам объяснять, почему мы несем куда-то графского сына, а сзади корабль с двумя трупами... Впрочем, может, они сюда не сунуться...Но, казалось, стражникам не хотелось связываться с рыцарем смерти. К тому же им ведь заплатили за то, чтобы они не обращали внимания на пиратский корабль... и на то, что и куда он везет. Поэтому Трэй и Малагис без особых проблем добрались до поместья графа... хоть и не самыми широкими дорогами.— Ну наконец-то, — облегченно вздохнул Мал, когда они ступали по дорожке ведущей к высокому и большому дому, — Как там наш ценный груз? — он усмехнулся и поправил ножны, что висели за спиной, — Не хотелось бы, чтобы он пострадал на пороге родного гнездышка.— Прекрасно, в отключке до сих пор, — хмыкнул Трэй, взвалив паренька на плечо. — Я думал, он покрепче будет. Ну, видимо, графских сыновей не слишком тренируют драться... Кстати, я заметил, что на доспехах того паладина была метка Серебряного Авангарда. Не знаю уж, что вы не поделили, но рекомендую тебе после этого задания залечь на дно. Гнев Авангарда — это уже не шутки.— Плевал я на Авангард, он сам виноват, никто не просил его бросаться на меня со своими проповедями, — рыкнул немертвый, — Да и кто в Авангарде узнает об этом? Никто, пираты туда точно не сунуться... Хотя будет забавно, если сунется наш ценный груз, — Малагис успокоился так же быстро, как и вышел из себя, даже опять усмехнулся, — Ладно, пришли уже.Рыцарь смерти громко постучал по двери. Ему открыл все тот же пожилой слуга, который сразу же узнал дорогих гостей с не менее дорогим подарком и немедленно пропустил их. Наемники быстро поднялись по лестнице, завернули налево и вошли в кабинет графа.— Вот ваше задание, — Трэй без всякого почтения сбросил парня с плеч прямо на пол. — А теперь... если вы не против, я хотел бы получить свои деньги. Боюсь, что после того, через что мы тут прошли, мне понадобится отпуск.Немертвый усмехнулся:— Да, ужасно весело было, — он повернулся к графу, — Я тоже хотел бы получить свои деньги прямо сейчас, ваше сиятельство.Граф поднял взгляд на вошедших, отрываясь от чтения каких-то бумаг:— Конечно, но вы хотя бы приведите его в сознание.— Уверяю вас, это совершенно ни к чему в данный момент, — поморщился ворген, — По крайней мере, до того, как мы отбудем. Он... кажется, не слишком хотел быть спасенным. Не мое это дело, конечно, но все-таки не хочу вновь выслушивать оскорбления этого молокососа.— Оскорбления? Чем же вы заслужили... а, ладно, — граф вытащил из стола два мешочка, перевязанных веревкой. Один поставил на стол, а второй бросил Трэю.— Приятно иметь с вами дело, мистер Кейдж, — старик чуть улыбнулся, — Вы можете быть свободны.— Благодарю вас, граф, — улыбнулся ворген, и в полумраке комнаты сверкнули желтоватым его глаза. — Я уверен, что мы с вами встретимся вновь. Всего хорошего.С этими словами Кейдж исчез, словно его никогда и не было в этой комнате.Рыцарь хмуро смотрел на графа, но молчал.— Вы ведь не так торопитесь, как он, верно? — граф улыбнулся молчаливому немертвому, — Приведите моего сына в сознание, будьте любезны.Малагис лишь пожал плечами и наклонился к юнцу, не сильно, но жестко похлестав его по щекам.Тот приоткрыл глаза, чуть мутноватые, но все же чистые. Как и следовало ожидать, они оказались светлого, голубовато-серого цвета, как и у его отца. Впрочем, на этом сходство заканчивалось. Ни мягкими чертами лица, ни рыжевато-каштановой шевелюрой почти до плеч юнец не походил на графа. Он сел прямо, застонав от боли и прижимая руку к голове.— Где... что... ?Граф медленно подошел к сыну и посмотрел на него сверху вниз. Молча посмотрел, сложив руки на груди. В его взгляде читался укор.Немертвый решил, что не очень тактично в этот момент влезать с просьбами о деньгах и просто отошел назад, наблюдая за веселой семейкой.— Отец? — Каллен наконец смог сфокусировать взгляд, и тут же поднялся на ноги, хотя после удара Трэя его немного пошатывало. — Кто... зачем ты это сделал?!— Что сделал, мой неразумный сын? — негромко спросил граф, продолжая наблюдать за юношей.Тот нахмурился, и в глазах его появилась сталь. Он отвернулся, взмахнув рукой.— Я не желаю больше слушать. Как и ты никогда не желал слушать меня, когда я говорил о том, чего хочу. Поэтому я должен был попытаться сделать все сам! Они... — он вдруг опустил голову, и его руки сжались в кулаки. — Они убили сэра Алрика... моего друга, моего наставника... по твоему приказу!— Я не приказывал им убивать твоего друга и наставника, сын, — граф нахмурился и посмотрел на невозмутимого рыцаря, — Малагис, почему вы убили друга моего сына?— Потому что он не хотел отдавать нам вашего сына, ваше сиятельство, — спокойно ответил немертвый.— Вот видишь, я тысячу раз говорил тебе, что ты должен остаться здесь и занять мое место, после того, как я уйду к Свету, но ты меня не слушал.— Нет! — Каллен резко повернулся к графу, и стало видно, что он едва сдерживает слезы. — Я не хочу этого, и никогда не хотел! Вся эта власть... это грязно, отец! Когда я встретил сэра Алрика, он показал мне, что есть и другой путь. Путь веры, истинный путь Света — то, что аристократы уже давно забыли. У него не было сомнений и страха, он жил так, как говорило ему его сердце... я... — Каллен закрыл лицо руками. — У меня никогда не было даже этого... Отец, я ушел, чтобы присоединиться к Авангарду. И никакие наемные убийцы и мясники не смогут остановить меня.— Что ты говоришь?! Ты благородных кровей и хочешь уйти к тем, кто давно забыл не то, что свою родословную, но как зовут их матерей и отцов?! Да они точно такие же наемные убийцы и мясники, которые точно так же убивают, как и все остальные наемники! Ты никуда не уйдешь отсюда, это мое последнее слово, — граф побагровел и повернулся к рыцарю, — Вы согласитесь на постоянную работу, Малагис?Немертвый приподнял одну бровь, удивленно глядя на графа:— Простите?— Вы согласитесь охранять моего сына от врагов и от него самого? Сделаете так, чтобы он не покинул поместье? Я буду очень щедро платить вам, золотом.Несколько секунд рыцарь смерти переводил взгляд с юноши на его отца, а потом пожал плечами:— Если награда будет щедра, то я не против, ваше сиятельство.— Что?! — Каллен отступил, не менее разъяренный, чем граф. — Так значит, ты хочешь сделать меня пленником в собственном доме? Я так и знал, — сказал он горько, — Сэр Алрик был единственным человеком, которому было дело до того, чего я хочу, а не кто-то другой... Ему было плевать, графский я сын или бедняк, он видел во мне только человека, у которого есть свои желания и стремления. Тебе никогда этого не понять.С этими словами он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.Граф швырнул мешочек с деньгами рыцарю и взмахом руки выгнал его из кабинета:— Чтоб глаз с него не сводил.— Слушаюсь, ваше сиятельство, — немертвый поймал мешочек, взвесил его на руке и пристегнул к поясу, потом чуть поклонился графу и выскользнул в коридор, направляясь на поиски Каллена.Поместье было действительно огромно — три этажа, надстройка, конюшня, складские помещения, подвал, галереи, и столько комнат, что можно было запутаться без карты. Поиски Каллена затянулись, но в конце концов он обнаружился в библиотеке — сидел с отсутствующим видом над открытой книгой. Судя по всему, это была одна из религиозных доктрин, которую проповедовали последователи Тириона. По его щекам катились слезы, и он совершенно не замечал ничего вокруг себя.— Смерть придет за всеми, рано или поздно, — немертвый тяжело опустился на один из стульев рядом с Калленом и принялся разглядывать его своими холодными ледяными глазами, в конце концов, то время, что они были вместе, парень лежал в отключке, и разглядывать его не особенно хотелось, а сейчас Малагис должен приглядывать за ним день и ночь... Веселая работка.Глаза Каллена посмотрели на рыцаря смерти, и его губы исказило выражение ярости.— Ты... порождение тьмы, ты убило моего друга! Не смей приближаться ко мне. — Он встал, захлопнув книгу. — Свет побуждает меня убить тебя, но я не могу сделать этого. Пока. Сэр Алрик говорил, что хуже трусости может быть только безрассудство... Теперь я это понимаю. Но когда-нибудь я отомщу.Малагис несколько секунд молчал, а потом разразился громким, безудержным хохотом. Он смеялся не меньше минуты, пока, наконец, не отсмеял свое:— Мальчишка, много ты знаешь о порождениях тьмы, — немертвый усмехнулся, — Ты забыл или просто не знал, что я и мои братья сражались рядом с твоим сэром Алриком и его Авангардом против настоящих порождений тьмы, м? Ты еще желторотый птенец, твой отец правильно делает, что не пускает тебя туда, где опасно... Вы, южане, сделаны из мягкого металла, вам лучше сидеть в своих домах, трахать своих жен и не лезть перед настоящими воинами, — рыцарь смерти поднялся, — А теперь иди в свою комнату, поужинай и ложись спать.— Кто бы говорил о настоящих воинах, ты продался моему отцу за горстку золотых, — сплюнул Каллен, — И убил служителя Света, который защищает наш народ, рискуя своей жизнью! Не смей меня поучать.— Я никому не продавался, мальчик, я продаю свое оружие, — спокойно пояснил немертвый, — Я не считаю своим долгом защищать ваш народ, по крайней мере, бесплатно. Спасибо, свое отслужил, а теперь прекрати вести себя, как сын конюха, и бегом в свою комнату, иначе мне придется тащить тебя силой.— Иди в задницу, — бросил Каллен, глядя в глаза рыцаря без тени страха. — И ты, и твои оправдания могут кануть в Пустоту. Может, отец и приказал тебе охранять меня, но приказывать мне в моем доме ты не имеешь права. Я буду там, где захочу.— Позвать твоего отца? — спокойно спросил рыцарь, — Почему-то мне кажется, что у него другое мнение на этот счет.— Меня тошнит и от тебя, и от моего отца, — прошептал Каллен, направляясь к двери. — Я больше не хочу говорить с тобой. Никогда.Немертвый лишь слабо кивнул, после чего двинулся вслед за Калленом. Он мог и не говорить с ним, его обязанностью было защищать парня, а это можно сделать и без разговоров.