Часть 18 (MAX) : Никому не верь – там не будет любви. Ни у кого не проси - там не будет помощи. (1/1)

—?И так мы получаем совершенно ровную окружность с диаметром в пять сантиметров,?— всё бубнил мистер Чертман, казалось, себе под нос.Последний урок пятницы, математика, тянулся со скоростью улитки. Арчи почувствовал дежа вю: будто недавно он, сидя перед Чертманом, также отсчитывал минуты до конца, а после пошёл на классный час. Помимо истории с шоу, парень приобрел и тягу к учёбе, а потому старательно вникал в суть. Правда, с трудом из-за дикого желания вздремнуть. Ночные беседы с Майклом были безумно красочны и познавательны, но только мужчина не учёл одного: пока он может не спать ночами, детский организм Арчи нуждался в хорошем сне. Парень приник к собственной руке, на долю секунды блаженно прикрыв глаза. Под мирное бурчание Чертмана сон казался таким близким, родным, окутывающим и затмевающим даже отдалённые участки сознания.В кармане белой шелковой рубашки Арчи завибрировал новый телефон, подаренный Майклом рано утром. Как и всегда, парень хотел отказаться, но мужчина, заручившись поддержкой весомых аргументов и нереальной харизмы, втулил ему в руки аппарат под предлогом безопасности. ?Наш дом находится очень далеко от твоей школы, мало ли, что может произойти? Фред должен быть с тобой на связи!??— старательно объяснял Джексон, а от вопросов о цене чуда техники лениво отмахивался. Сейчас не у всех сенаторов есть такие телефоны, а о детях и говорить не приходится.Так, от вибрации Арчи передернуло?— не дай бог одноклассники заметят столь дорогой подарок, сразу посыпятся усмешки и косые взгляды. Уже от одного нового образа с ним резко прекратили общаться, завистливо глядя в спину. Арчи даже представить не мог, как возможно всё это объяснить, не раскрывая истинного положения дел. Майкл посоветовал отговорки в виде большого гонорара за выступления.—?Что? —?злобно, почти беззвучно спросил парень в трубку, полностью нагнувшись под парту.—?Арчи, Майкл беспокоится. Когда вас можно забрать?Грин быстро прикинул, сколько времени ещё проведёт в школе. Это последний день перед каникулами, а значит классный час, потраченный на выяснение четвертных оценок, явно затянется надолго.—?Два часа.—?Грин, вы мешаете мне! —?недовольно прикрикнул Чертман. Арчи недовольно закатил глаза?— старик опять бесится.—?Фред, через два часа.Арчи бросил трубку и поднялся из-под парты, продолжил писать, зная о том, что сзади все недовольно цокают языком.—?Так, будьте любезны записать всё это, через три минуты буду вызывать к доске решать на оценку. Одна ошибка?— два балла.Арчи оторвался от усердного письма, когда учитель сказал про баллы, поражённо глядя на мистера. Ребёнку была явно не ясна эта логика:?Как это? Что за бред? Одна ошибка?— два? Минимум четыре же должно быть!?.—?Как? —?вслух повторил Арчи. Остальные же одноклассники, видимо, смирились с подобным самоуправством и сидели молча, не смея поднимать головы.—?А что как, родной мой? —?Мистер Чертман медленно приблизился и склонился над ребёнком, словно подчёркивая так свое положение, что на порядок выше его. —?Что не понятно? Одна ошибка?— два балла!—?Но должно быть не меньше четырех! —?всё настаивал он. —?Простите, но это маразм?— ставить два за то, что человек всего-навсего допустил помарку…Очевидно, мужчина счёл такую вольную реплику за грубейшее оскорбление. Он распрямился, подняв густые брови вверх, а впалые глаза норовили выпасть из орбит. Мистер Чертман спокойно протянул мел, вызывая Арчи к доске.—?Решай, Грин. Если не решишь?— поставлю всему классу два. Решишь?— всем пять. Удачи.Парень спокойно принял из рук мужчины кусочек, прошёл к доске и принялся ожидать условия задачи. Где-то глубоко, под толстым слоем льда, в нём горел огонь ненависти ко всей этой проклятой системе. Одни подчиняются другим, те стоят под третьими, третьим покровительствуют четвёртые, и так до самого президента. Никто не против упустить свой кусок власти, не найдётся желающих пройти мимо глумления. Кто такой ребёнок шестого класса перед самим преподавателем математики обычной школы Вашингтона, который сам толком не понимает предмета и не получает от него удовольствия? Как бы нелепо это не звучало, но школьник перед ним?— пустое место.Так, каждый отказ, каждое проявления маразма лишь приближало Арчи к победе над независимостью. Парень начинал понимать, почему некоторые люди, такие, как Майкл, лихорадочно боятся любых, даже самых мелких ограничений. Ответ как всегда безумно прост: раньше их так стесняли, так завязывали крылья, что любой указ осточертел.Грин совершенно спокойно вышел к доске, будучи на сто процентов уверенным в себе. Последнюю неделю он учился так, как никогда раньше, и был готов ответить на любой вопрос. Хотя, на самом деле, риск был. Впервые Арчи выходил отличником в этой четверти, но двойка перечеркнёт всё не только у него, но и у класса. Ощущая на спине косые взгляды, впрочем, как и всегда, Арчи занёс руки над доской и нарисовал символ номера.—?Двести тридцать девятый, Грин, вперёд. —?Мистер Чертман пытался сохранять хладнокровие, хотя все ребята прекрасно понимали, что в пожилом сердце таится обида. К возрасту все люди становятся в разы ранимее.Арчи с растерянностью заметил, что под рукой не было учебника. Обычно его любезно одалживал учитель, но не в этот раз. Грин, вспоминая первые уроки обаяния от Майкла, преспокойно наклонился к девочке за первой партой. Русоволосая отличница, чрезвычайно низкого роста и скромности для своего возраста, сразу спрятала смущённый взгляд, в то время как парень смотрел ей в глаза своими, пронзительно-голубыми. Он, не глядя, положил руку на её закрытый учебник:—?Я возьму? —?На его лице затаилась дружелюбная полуулыбка.Девочка кратко кивнула, понурив голову, а Арчи с лицом победителя взял книгу. С каждым разом добиваться желаемого у него выходило всё лучше и лучше, стоит лишь добавить каплю обаяния.Парень по памяти нашёл номер?— на повторение можно было не надеяться. И каково было его удивление, когда рядом с цифрой стояло три звёздочки.—?Это олимпиадный уровень,?— поражённо отозвался Грин. —?Вы даже средний не показывали.—?И что? —?злорадно спросил учитель.—?Ладно, я вас понял,?— тяжело вздохнул Арчи.Теперь желваки заиграли на скулах парня. Он просто боялся обернуться, ибо знал, что там его встретят либо встревоженными и надеющимися взглядами, либо сжатыми кулаками под партой.Условие геометрической задачи поначалу шокировало его, но пока Грин писал условие, в его голове появилось несколько неплохих идей. Всё же, если человек понимает тему, точно не составит труда усовершенствовать своё умение.Он расчертил доску на три части, каждая из которых была предназначена для своего варианта развития событий. Поработав над первой схемой, Арчи недовольно стёр её и сделал шаг вправо.Здесь же дела обстояли намного лучше, и все условия остались соблюденными. Арчи довольно дочертил последние линии, дописал цифровое решение и с неимоверной гордостью написал ответ, будучи на сто процентов уверенным в своём решении. Он превзошёл сам себя, прыгнул выше головы, а счастью не было предела. На его лице застыло гордое, но не очень-то удивлённое выражение лица победителя, будто так и должно быть. Остальные ребята сидели в классе молча, как зачарованные.Мистер Чертман словно был доволен. Он, скупо улыбаясь, прошёл к доске, держа руки сомкнутыми за спиной. Впалые глаза бегали по написанным строчкам. Но спустя пару секунд, он, выпрямившись, взял тряпку и стёр две цифры в решении. Со спокойным видом перенял из рук ребёнка мел, он написал совсем другие и сразу же их зачеркнул вместе с ответом.—?У вас тут ошибки, мистер Грин,?— съязвил он. —?Плакала и ваша пятёрка в четверти, и все дети в классе.Поражение Арчи дошло до пика, когда учитель злорадно усмехнулся. Подобное поведение лишь разжигало в нём волю к победе, парень знал, что в любую секунду может сорваться с цепи. Улавливая последние секунды состояния самообладания, он сквозь зубы отозвался:—?Очень низко с вашей стороны так себя вести. Вы взрослый уважаемый человек, а позволяете себе такое безобразие. Поступите честно! —?обессиленно крикнул он.—?А где же я слукавил? —?улыбнулся мистер Чертман. —?И, да, вы бы не отвлекались на такую мелочь, как я, а то вдруг вам ещё раз позвонят оттуда,?— его указательный палец был направлен вверх. Весь класс разразился смехом.Арчи не выдержал подобного унижения, схватил сумки и побежал прочь. Нет, в его планах не числился пунктик ?уйти из школы с позором??— он желал разрешить этот вопрос в свою пользу, понимая, что без нужных людей сделать это не удастся.По счастливой случайности или воле высших сил, Миссис Браун, его классная руководительница, не была занята чем-то важным и мирно пила что-то из большой кружки.—?Миссис Браун? —?робко спросил Арчи, стоя на пороге.—?Арчи? А ты чего не на уроках? Проходи, не бойся.Парень уверенно прошел за место перед учителем, оставил новый чёрный кожаный рюкзак рядом с партой и присел в пол-оборота к проходу. Его левая рука была вытянута на плоской поверхности и сжимала давно подаренную Майклом ручку с рубином. Правая рука прошлась по светлым волосам и губам, и Арчи, наполнив легкие, принялся недовольно смотреть прямо в глаза женщине. Шоу-бизнес научил его глядеть людям в зрачок, показал, чего можно добиться одним лишь взглядом. Майкл ночью продемонстрировал ребёнку миллион вариантов выразить свои эмоции микромимикой и жестами, и это непростое искусство показалось ему вовсе несложным.—?Боже, Грин, да что произошло? —?не выдержала женщина бездну его невинного взгляда.—?Миссис Браун, вам хорошо известно, что в этой четверти я выхожу единственным отличником в классе. Я безмерно благодарен вашему таланту преподавания и воспитания. Мне никогда не забыть ваших усилий, вы каждый день оказываете мне великую услугу. Я от всей души благодарен вам. Да благословит вас господь,?— Арчи нежно посмотрел на женщину, щёки которой зарделись, и в глубине души поразился силе этой фразе Майкла. ?Родной, люди любят благодарных и сделают им в три раза больше. А судьба и вовсе искупает в счастье??— звучало в мыслях.—?Верно, дорогой. Не стоит. Так… —?строгость в её голосе пропала, будто и не бывало,?— что же приключилось с тобой?—?Кошмар, миссис Браун. Форменный кошмар. У нас с мистером Чертманом возник некий,?— Арчи лениво опустил взгляд на ручку, периферийно крутя её в руке, и тут уже учительница недоуменно проследила за диковинкой,?— некий конфликт. Мистер Чертман повёл себя крайне некрасиво. —?Пальцы демонстративно сжали ручку у рубина.—?О-ох… Как на этот раз?—?Он поставил нам, ученикам, старательно записывающим и понимающим предмет, ультиматум. Если мы на самостоятельной работе по новой теме, совершенно незапланированной, допустим хоть одну ошибку, он выставит нам два балла. Я осмелился уточнить, как это в принципе возможно, за что получил порцию унижений. Мистер Чертман предложил мне решить типовую задачу: если справлюсь, то всему классу будет выставлена пятёрка, если нет?— двойка. Я был абсолютно уверен в себе и согласился на пари, но мистер Чертман обманул меня и дал задание олимпиадного уровня. Я идеально решил его, но он у всех на глазах стёр часть моих решений и подписал неверные заметки. Затем вновь ухмыльнулся и сейчас ставит нам всем двойки.Брови миссис Браун поднялись высоко вверх, а губы сложились в тонкую полосочку, выражая полное недовольство и удивление.—?Мы сейчас же отправимся к нему! —?Миссис Браун резко поднялась с места, и Грин вскочил в ту же секунду.—?Есть предложение получше. Давайте так. Я решу аналогичную задачу прямо при вас. Если решу?— всем будет пять. Нет?— всем два. Но только без обмана и намеренных исправлений верного ответа.Миссис Браун согласно кивнула и рукой пригласила мальчика выйти из кабинета.Учительница и Арчи шли по пустым коридорам школы. Звонок ещё не прозвенел, и все ребята, от мала до велика, отсчитывали секунды до конца уроков. Не повезло старшеклассникам, у которых впереди дополнительные, и классу Арчи, что по стечению обстоятельств будет обязан сидеть на классном часу.Стоит признать, что в глубине души Грина горел огонёк страха. Может, самый незначительный, маленький и незаметный, но ощущаемый. Когда на кон поставлено всё, когда есть, что терять, страх в любом случае будет дышать в спину, увы, это неизбежно. Адреналин растёкся по венам парня, в голове мелькали мысли о желанном табеле, полном только отличных оценок. Ему так хотелось показать его Майклу, гордо выкрикнув что-то вроде: ?Эй, я отличник, смотри и гордись мной!?.Миссис Браун совершенно спокойно, но очень решительно открыла дверь кабинета математики или, как его прозвали старшеклассники, ?обители зла?. Впрочем, у самой женщины нередко случались конфликты с мистером Чертманом, из-за чего их даже развели по разным этажам школы, так что ни у кого не оставалось сомнений в честности Арчи.—?Грин, я просил вас выйти вон и не возвращаться,?— не глядя на гостя, произнёс мужчина, надевая квадратные очки.—?Добрый день, мистер Чертман,?— довольно сказала миссис Браун и, взяв Арчи за руку, быстро прошла к столу преподавателя. —?Простите, но что же это такое? Мало того, что вы с моим учеником заключили совершенно непонятный и безнравственный спор, как последний мальчишка, так ещё и обманули его! Где же справедливость?Пока остальные одноклассники, решая самостоятельную работу, восторженно и робко поглядывали на участников диалога, мистер Чертман недовольно прожигал взглядом свой собственный стол. Его, очевидно, загнали в ловушку. Он явно не ожидал, что Арчи наберётся смелости не только принять вызов, но и понести ответ, выпутаться из крепких сетей самоуправства.—?Мистер Чертман,?— Арчи выступил из-за спины женщины,?— я предлагаю вам тихо, мирно и честно решить данный вопрос. Вы наверняка знаете, что, помимо звания шоумена, я обладаю блестящими знаниями вашего предмета. Не нужно вам портить мне репутацию, я безмерно уважаю вас и не хочу доходить до администрации, выбор которой будет явно не в вашу сторону.Арчи уже не старался выбирать выражения, хоть и придерживался вежливости настолько, насколько мог. Его лицо посетила тень улыбки, когда мистер Чертман обессиленно потянулся к листу бумаги в клеточку и учебнику. Его сухие сморщенные руки небрежно бросили парню всё необходимое.—?Уверен? —?с вызовом спросил он.—?Да,?— спокойно бросил Грин.—?Двести сороковой. Решай при нас. Садись на место Мёрф, за первую парту.Арчи на ходу открыл книгу, схватил свою роскошную ручку, являющимся подарком Майкла и приносящую только удачу, и быстро расписал три классических варианта. Поразительно, но данное задание было для него в разы легче того олимпиадного.?Неужто я смог испугать его? Как же он низок. При женщине отнекивается и даёт элементарщину, когда при одноклассниках приказывает решать турнирные номера. Браво, маэстро?,?— подумал про себя Арчи и уверенно зачеркнул первые два варианта, переходя к третьему. Именно там было скрыто решение.Вместо уже привычных ему шести подробных действий, требовалось только три. Арчи парой взмахов ручки дополнил изначальную картинку с геометрической фигурой и протянул решение учителю. Красная ручка в руке мистера Чертмана обратила на себя тревожные взгляды всех присутствующих. Миссис Браун внимательно смотрела на листок с решением, чтобы, не дай бог, не повторился прежний обман.—?Грин, не могу ничего сказать,?— недовольно прокомментировал учитель, закусив кончик красной ручки. Казалось, никто в классе не дышал. —?У вас всё верно. Всем пять. Подойдите, я поставлю оценку в табель.На долю секунды парень прикрыл лицо руками, наполнил грудь запахом победы и передал мужчине дневник. Весь класс дружно заликовал. Теперь они могли не писать контрольную?— у них и так есть заветная пятёрка, что снится некоторым только в самых лучших снах. Миссис Браун мило захлопала в ладоши?— это действительно была победа. Победа над своей скромностью, обидой, над чужим самоуправством, маразмом и системой.—?Ты только не думай,?— прошептал Чертман, под шумок нагнувшись к Арчи,?— не смей думать, что я испугался, ребёнок.—?Не смею,?— с улыбкой отозвался Грин.?Плевать, что он говорит. Главное, что уже поставил всем пять. Оставайся со своим недовольством один на один?,?— подумал Арчи и забрал табель, безмолвно глядя в глаза учителю. Это его победа. Только его. И после тысячи разочарований только он отличник в этой четверти.***—?Фред, боже, ну когда уже? Что мы петляем по этому несчастному району? Господи, когда это кончится… —?стонал Арчи, недовольно держась ладонью за лоб.—?Сейчас, он должен быть где-то здесь. Чёрт.Фред, мужчина среднего возраста и, грубо говоря, охранник Арчи, пытался найти длинный чёрный лимузин где-то во дворах заброшенного района. Даже несмотря на то, что никто и так не сможет узнать его обладателя, такая машина в любом случае привлечёт излишнее внимание у местных школьников. Особенно, если туда сядет Арчи?— тогда от слухов будет не убежать. Потому парень словно делал пересадку, опираясь на трезвый разум и жажду безопасности.Наконец, роскошная машина была найдена на одной из десятков парковочных площадок. Поразительно, но такая махина на фоне не меньших фур и грузовиков особо не притягивала взгляды, просто потому что её не было видно отдельно. Фред покинул место водителя, открыл парню дверь и, забрав рабочую сумку, помог ему спрыгнуть.Внутри у Арчи всё колыхалось. Страх заполнял всё, что только мог, от головы до пяток. Начнём с того, что сам вид Майкла, такого открытого, дружелюбного, простого и любящего, раз за разом повергал его в шок по разным причинам. Где же звёздная болезнь, что была бы совершенно естественной при таком величии? Неужели этот сказочный человек, будто пришедший с другой планеты, любит Грина и открыл ему свою божественно красивую душу? Все эти мысли завораживали Арчи, грели его сердце и в тоже время вызывали волну… стыда. Стыда перед миллионом таких же обездоленных детей, брошенных на растерзание судьбы. Они все словно утопленники, барахтающиеся в океане боли, пытающиеся выжить. Чем Арчи отличается от них? Чем заслужил такую милость бога? Почему ему даровано всё, а другим?— ничего? Отгонять такие мысли у парня не получалось, а потому он раз за разом заливался краской.—?Арчи? —?Фред по-дружески положил руки на его плечо. —?Что-то не так?Грин поднял задумчивый взгляд на темнокожего мужчину, поджав губы.—?Чем я заслужил честь войти в вашу… семью, клан? Не понимаю.Фред крепко задумался. Он был совершенно простым человеком, который и близко не любил подобные риторические вопросы. Мужчина всегда смущался, когда не мог дать чёткий, оперативный, краткий ответ?— это раздражало его.—?Арчи, если ты думаешь, что судьба всегда нагибает, то ты ошибаешься. Иногда она бывает благосклонна, правда, чувак. Ты много страдал и заслужил хорошее отношение. Майкл в своё время тоже спас меня.—?Как? —?удивлённо спросил парень.—?Видишь этот шрам? —?Фред указал на толстую верхнюю губу, по которой шла глубокая вертикальная полоска. —?Давным-давно, в семьдесят девятом, на меня напали во время очередных расистских бунтов. Ты наверняка знаешь, как это бывает… Ну… Темнокожих всегда не очень любили в Америке. Ублюдки расистские. Так… Майкл проезжал мимо вместе с братьями, увидел меня, избитого в кровь, лежащего около мусорных баков, и помог мне. Я был безработным в большой бедной семье, а он предложил мне эту престижную должность. С тех пор я служу ему верой и правдой, не забывая о том дне и помогая родным.Арчи был глубоко поражен этой небольшой душещипательной историей, рассказанной кратко, скупо, по-мужски.—?Так это у Майкла в крови? Спасать поломанные жизни? Объясни,?— попросил Арчи.Фред заглянул парню прямо в глаза, словно пытаясь передать свои чувства одним только взглядом. Он даже не поморщился, не моргнул от нового потока ледяного ветра, ударившего в лицо.—?Чувак, я не умею говорить также красиво, как ты, я человек простой. Но могу сказать лишь одно: это его душа, в нём это заложено. Доверься ему, с ним у тебя правда всё будет хорошо. Иди навстречу новой жизни, парень! Это такой фарт!Арчи с улыбкой благодарно кивнул ему и покорно отправился к лимузину. Оставив дистанцию в полметра, он вопросительно взглянул на мужчину, выискивая одобрения. Фред кивнул, улыбаясь лишь краешком губ, и парень уверенно открыл дверь роскошной машины.Внутри играла громкая музыка, сквозь которую Грин мог расслышать заразительный смех Майкла и кого-то ещё. Разница двух энергетик, разделённых дверью лимузина, была просто колоссальной: мрачная темнота бедных улиц против света десятков огней и волны басов гламурной музыки.—?Да помолчи,?— хохоча, выдавил из себя Джексон и вытянулся к Арчи. —?Эй, привет! Залезай скорее!Парень в последний раз вздохнул воздух бедности, после чего запрыгнул в салон и плотно закрыл за собой дверь. Машина уже плавно тронулась с места. Майкл был навеселе: мужчина не переставал смеяться и лишь приветственно обнял ребёнка. Когда музыка немного утихла, Джексон притянул за руку незнакомую Арчи девушку, что завалилась в бок, также весело хохоча. Копна её пышных кудрявых волос цвета смоли растрепалась, и она тут же поспешила поправить её, открывая вид на игривые карие глазки с огоньком. Было в этих глазах что-то знакомое, безумно напоминающее самого Майкла. —?Арчи, это моя сестра, Джанет Джексон. Джанет, это Арчи.—?Здравствуйте. —?Грин сиюминутно кивнул незнакомке. —?Приятно с вами познакомиться.—?Эй, не надо так официально! —?Джанет залилась звонким смехом, у которого было много общего со смехом Майкла. Они вообще были чертовски похожи. —?Ну наконец-то я увидела тебя, Арчи! Вау! Обнимемся?Парень покорно прильнул к… тёте, по идее. Его всегда будет поражать такое богатое родство, ведь раньше большая семья казалась сказкой. Много близких?— это чудесно!—?Арчи, я бы на твоем месте побоялся… —?задумчиво произнёс Майкл и тут же несильно получил в живот от сестры. —?Эй, больно, вообще-то! Ха-ха!Когда Арчи отпрянул от Джанет, он понял, насколько они с Майклом похожи. Абсолютно идентичные черты лица: милый нос, асимметричные губы, острые скулы и пронзительный карий взгляд.—?Вы так похожи! Я поражён! Одно лицо! —?восторгался Арчи.Должно быть, этот комплимент действительно можно счесть за приятный, да только знал бы Арчи, какие громадные комплексы таятся в Майкле на этот счёт. Мужчина недовольно поджал губы, скептически отведя взгляд в сторону,?— его явно задело подобное замечание. Майкл вообще безумно ранимый и нежный человек, которого с лёгкостью может обидеть малейшая тонкость. В этом его слабость и прелесть одновременно.—?Во-о-от, брат, видишь? А ты ещё ворчишь! Ты только глянь! —?Джанет взяла небольшое зеркало, смеясь, приблизилась к Майклу и посмотрела в отражение двух божественно красивых личностей, до безумия похожих друг на друга. Даже в одежде было сходство: монолитная блестящая золотая кофточка, плавно подчёркивавшая и без того идеальную маленькую фигуру Джанет, и роскошный чёрный камзол на Майкле, украшенный толстым золотым шнуром. —?Мы с тобой одно лицо, и это сказал твой сын!—?Отстань,?— с теплотой, но вместе с тем и недовольством буркнул мужчина и рукой закрыл зеркало.Пока Джанет и Арчи заливисто хохотали, Майкл внезапно остановился. Мужчина шокировано уставился в окно, просто прильнул к нему, отодвигая Арчи.—?Останови машину,?— попросил он, продолжая прожигать что-то взглядом.—?Что ты хочешь? —?беспокойно спросила Джанет.Он слегка отодвинулся и безмолвно указал пальцем на киоск вдали. Арчи мигом проследил за его жестом и сумел разглядеть большой постер с Джексоном. Поп-идол стоял в полном своём великолепии, с микрофоном в руке, в очередной танцевальной стойке и в окружении прочих танцоров. В левом нижнем углу красовалась жёлтая запись простым шрифтом: ?Чокнутый Джексон продолжает отбеливать кожу! Шок-контент!?. Майкл сидел, ничего не говоря. Джанет поджала губы, сочувствующе глядя на брата, а Арчи непонимающе перечитывал надпись. Почему-то парень счёл это жестким ребячеством, чем-то совершенно несерьёзным. Как мальчики дёргают понравившихся девочек за косички, так и пресса, должно быть, просто подлизалась к Майклу, как к самому продаваемому артисту. Но, увидев расстроенный и убитый взгляд взрослого, он постарался переоценить ситуацию.—?Они никогда не остановится, брат,?— тихо прошептала Джанет, дружески гладя мужчину по плечу.—?Я не понимаю, зачем они это делают. Это ведь всё неправда…Джексон поставил подбородок на руку, а другой взялся за виски и закрыл глаза. Он отвернулся, тихо-тихо всхлипнув.?Видимо, такое происходит не в первый раз… Зачем они так с ним? Он же не виноват! И что же они пишут??Арчи ловко юркнул к двери и вышел из роскошного салона.—?Арчи! Стой! —?недовольно крикнула Джанет.Но Грина уже мало что могло остановило. Ему было интересно, какие именно сказки можно сочинить, как можно переврать что-то. Арчи небрежно бросил пару монет на своеобразную подставку в виде пластиковой крышечки из-под сметаны после несколько хамского приказа продавщицы и нехотя забрал тонкую газету. Он ощущал себя невероятно мерзко, как преступник, переступающий границы собственного достоинства. Ему было невдомёк, как с наслаждением люди могут перечитывать тупые сплетни, ничем необоснованные, бездоказательные, пустые, написанные такими же идиотами.Арчи отбежал от проклятого киоска на пять шагов, чувствуя на спине пристальные взгляды крайне неприятной продавщицы. И каково было её удивление, когда скромный ребёнок запрыгнул в салон одного из самых дорогих на свете лимузинов…—?Быстрее садись,?— строго приказала Джанет, пока Майкл по-прежнему был приклеен к окну. —?Поехали!Арчи безмолвно уселся читать газету. Когда Джексон посмотрел на увлечённого содержанием и подробным картинками Грина, в его карих глазах заблестели две слезинки-жемчужины. Только знали бы они с Джанет, что читает он это не в целях глумления, а в попытке понять всю степень тупости жёлтой прессы. Грин лениво бегал глазами по строчкам и так и не сделал хотя бы минимальной выжимки из данной ему информации. Только вводные слова ?может быть?, ?возможно?, ?мы предполагаем? в купе с обычными слухами. Ничего нового, суть зависти стара, как мир.Брезгливо перевернув последнюю страницу, Арчи со спокойным лицом порвал газету. Сначала пополам, потом по горизонтали, и так снова, и снова, и снова, до тех пор, пока в его ладонях не осталось пара десятков огрызков. Майкл слегка приподнялся духом, решительно выхватил стопку бумажек, отодвинул подставку-пепельницу в лимузине и медленно поджег её, постепенно подбрасывая в горящую кучку по листочку. Облегчение настигало его по мере увеличения горы пепла. Языки огня очень гармонично смотрелись рядом с горящими глубинной ненавистью карими глазами. Очевидно, подобный ритуал для него был жизненно необходим. Майкл словно искоренял из себя проростки этой ненависти.—?С этим покончено,?— холодно сказал Джексон, когда кучка пепла почти потухла. —?Грёбаная пресса, как же я ненавижу это… Всю кровь из тебя высосут. Ублюдки. Что б их уже…Ещё несколько не самых лицеприятных слов Майкл отвесил прессе, безотрывно глядя на несчастную пепельницу. Пока Джанет, отвернувшись, смотрела в окно, Арчи с открытым ртом наблюдал за гневом Майкла. Всё это время он был в полной уверенности, что злости не может быть в генах Джексона, что он вообще не знает, каково это?— болеть, убиваться, злиться и ненавидеть.?Всё-таки в каждом есть корень зла. Только кто-то его не скрывает, а кто-то предпочитает открывать в себе только хорошую сторону. Видимо, журналисты неслабо его довели, раз Майкл так злится. Бедный?,?— подумал Арчи, кладя подбородок на сложенные руки.Майкл наконец задвинул пепельницу обратно и лёг на крыло лимузина, кладя на лоб тыльную сторону ладони. Последующие полчаса были проведены в абсолютной тишине, очень напряжённой, тяжёлой, длившейся, казалось, вечность. Несмотря на молчание, все всё прекрасно понимали. И удивление Арчи, и отчаянный гнев Майкла, и сожаление Джанет. Остался очень неприятный осадок.Не выдержав, Арчи, чтобы поднять всем настроение, поспешил достать из стоящей на кожаном сидении лимузина сумки дневник, под завязку заполненный отличными оценками. Грин в приятной истоме содрогнулся от одной лишь мысли о радости Майкла. В глубине души ему было необходимо поднять свою репутацию в глазах дорогого человека.—?Майкл,?— Арчи плавно отвлёк мужчину от грустных мыслей,?— посмотри. Это поднимет тебе настроение.Майкл аккуратно перенял дневник, глядя на Арчи своими большими проникновенными карими глазами, в которых, казалось, царила развернулась вселенная. Джанет встала со своего крыла, прильнула к брату, обхватив его за правую руку, и уставилась на открытый разворот.—?Вау! Арчи, так ты, оказывается, отличник? Посмотри, Майкл, везде высший балл! —?щебетала она, переводя взгляд с дневника на мужчину.Майкл лишь безмолвно, но очень внимательно изучал листы. Он взглядом опускался до самой последней строчки, чтобы затем подняться вновь.—?Я хотел,?— сказал мальчик,?— чтобы ты увидел, что я не безнадежен. Правда, Майкл, я неплох в учебе.—?Арчи, у меня даже нет слов,?— прошептал он. —?Ты с ума сошёл! Ты один из самых умных, а самое главное, мудрых детей из всех, что я встречал! Оценки прекрасны, я безумно счастлив, но ещё больше мне льстят твои успехи в познании жизни. Дали бы мне такую голову и таких родных в двенадцать лет, не знал бы я горя.Майкл, изогнувшись в низкой машине, обнял Грина, положив тёплую ладонь ему на голову. Он очень любил это положение; оно имело для него большое сакральное значение. Оно будто говорило: ?Эй, ты не один, я рядом с тобой! И всё нам будет по плечу!?.—?Правда, пять по математике далась мне слишком дорого. Не знаю, как ты отреагируешь… —?Арчи закусил губу. —?Ладно, забудь.Майкл вопросительно поднял изящные брови. Он выглядел очень заинтересованным.—?Арчи, я единственный человек на этой земле, который всегда тебя выслушает, поймёт и даст совет. Я не умею и никогда не буду тебя ругать! Прошу, расскажи, что случилось?—?Да мне, вообще-то, тоже интересно,?— влезла Джанет, возмущённо нахмурившись. —?Если слабак Майкл только просит, то я настаиваю, Арчи! Можешь мне на ушко рассказать, я тебя не выдам.Майкл лишь ущипнул Джанет, но на этот раз юркая девушка ловко увернулась. Арчи покорно понурил голову и принялся рассказывать сегодняшнюю историю. Он не посмел поднять взгляда на звёздную парочку, по-прежнему ощущая себя чужим и обязанным. Он пытался найти оправдание своему, возможно, не самому приличному и благочестивому поведению, но не смог. Поступил так, как велели совесть и сердце, ценой хамства утвердился в глазах учителей. Так порой бывает в жизни. Под конец он всё же посмотрел на двух молодых людей, которые явно были увлечены размышлениями.—?Майкл, Джанет, я понимаю, что, может, поступил грубо, но мне было нужно так сделать. Теперь у всего класса пять, мой труд оценён честно. Правда, этот Чертман достал всех вокруг. Он просто чёрт!Повисло неловкое молчание. Майкл задумчиво смотрел в окно за Арчи, мальчик пытался контролировать своё неровное дыхание, а Джанет непонятливо переводила взгляд с парня на брата. Наконец, девушка не выдержала:—?Майкл, мне одной интересно, как такой маразм может царить среди детей? Мы-то понятно, мы в шоу-бизнесе, но обычная школа с чего вдруг? Почему таких уродов не приводят к наказанию? Ублюдки!Майкл строго и недовольно окинул взглядом сестру, словно заставляя её замолчать.?Это один из немногих случаев, когда он пользуется своими доминирующими правами, обалдеть?,?— подумал Арчи, испытывая неоценимую поддержку в лице Джанет. Даже если Майкл начнёт его ругать, ему будет спокойнее, что хоть кто-то его понял.—?Арчи, дело в том, что я в замешательстве,?— признался Майкл, чем полностью сбил с толку ребёнка. —?С одной стороны, моя обязанность?— научить тебя смирению, нормальной работе в любом обществе с любыми людьми, даже с такими трудными. Но, с другой стороны, я понимаю, что поступил бы точно так же. Я по своей природе ненавижу ограничения, а наш с Джанет отец только усугубил ситуацию. Так что, как бы не было это неверным, я полностью тебя поддерживаю. Порой нужно отстаивать границы своего комфорта, стоит включать некую дерзость. Но, разумеется, в благих целях…—?Кстати, Майкл, ты можешь это обосновать,?— серьёзно произнесла Джанет. —?Если что, ты можешь надавить на то, что Арчи?— единственный отличник в классе. Он заслуживает уважения или хотя бы нормального отношения.—?Именно. Арчи, ты должен знать себе цену. Сейчас я говорю это, не делая отсылки к несчастному учителю-маразматику. Просто запомни раз и навсегда: твой труд должен быть оценён по достоинству, уважай себя. А так, молодец, горжусь тобой, родной!—?И ты не ругаешься? —?счастливо спросил Грин.Майкл сначала недовольно нахмурился, а после, не выдержав, крепко обнял ребёнка, казалось, не собираясь отпускать его из нежной и заботливой хватки, где царили покой и безопасность.Предстояло ещё три часа дороги, и приятная дрёма очень быстро настигла уставшего, полностью выбившегося из сил ребёнка. Майкл плавно поглаживал его по светлым волосам.—?Ты только не обижайся на них, Майкл,?— прошептал Арчи, из последних сил глядя на Джексона. —?Они просто завидуют тебе. Ты лучший, а вот у них нет такого сердца.Майкл тепло, но с грустно улыбнулся мальчику, кивнув и прижав его к себе сильнее. Арчи так и остался у него в руках, даже не собираясь выпутываться.***—?Арчи, мы приехали, просыпайся,?— мирно прошептал Майкл.Грин, открыв глаза, долгую минуту не мог сообразить, где он находится. Тонированные стекла скрывали всю ночную темноту, не пропуская в салон свежий воздух. Лампа горела в разы тише, чем перед началом поездки.—?Где мы? —?с искренним любопытством спросил парень.—?В машине,?— добро посмеялся Майкл. —?Мы подъехали к дому Джанет. Она уже зовёт нас. Я хочу познакомить тебя с новой семьёй, с моими братьями и сестрами. Пойдём.С каждой долей секунды на Арчи всё больше и больше находил страх. Почему-то именно сейчас его до ужаса пугала перспектива предстать перед семьёй Майкла. Он лихорадочно сглотнул, его глаза округлились от тревоги.—?Арчи? —?Майкл слегка приподнялся, чтобы заглянуть в глаза мальчика. —?Что такое, родной?—?Я боюсь,?— сознался Грин. —?Я очень боюсь, Майкл.—?Чего?—?Вдруг я им не понравлюсь? Вдруг они сочтут меня неугодным? Ты звезда мирового масштаба, а кто такой я тебе?—?Ты?— мой сын,?— уверенно и твёрдо произнёс Майкл. —?Ты мое все. Ты мне дороже, чем чье-то неодобрение. Не считай себя обязанным, ничтожным, даже не думай! Только ты есть у меня. Ты и мои многомиллионные поклонники.—?А как же все твои друзья? —?робко спросил Арчи.—?Знаешь, эти друзья как тени?— с тобой только в светлый день. Но как только наступает ночь, они пропадают вместе с солнечными лучами,?— признался Майкл, поджав губы. —?Пойдем, родной. Ничего не бойся, я с тобой. Ты непременно им понравишься. Поверь.Майкл и Арчи покинули уютный салон авто, оказавшись на ледяном ветру. Маленькие снежинки застывали, превращались в льдинки, подгонялись сильной вьюгой и болезненно вонзались в кожу, подобно тысяче мелких иголочек.Перед гостями предстал небольшой дом, по периметру которого стояла куча дорогих машин. Поместье было достаточно скромным: крыльцо украшали две коричневые мраморные колонны, которые не сильно выбивались из общей массы тёмных тёплых оттенков. На массивной дубовой двери висел номер дома, а чуть ниже расположилась ручка.Майкл, видя неуверенность Арчи, спокойно открыл дверь и пропустил ребёнка вперёд. Внутри гостей не ждало бездушное богатство и десятки квадратных метров пустого пространства. В коридоре стоял сильнейший аромат чего-то жареного или запеченного, кто-то вдали смеялся или просто тихо разговаривал. В то время как Арчи немного успокоился от такой мирной семейной атмосферы, Майкл весь подобрался.—?Постой здесь немного,?— попросил мужчина, небрежно бросая чёрное пальто на банкетку справа от двери.Напротив входа висело большое, просто гигантское зеркало. Пройдя налево, можно было дойти до уборной, а пойдя направо?— до закрытой комнаты. Арчи скромно присел на краешек той самой банкетки, где была навалена гора курток и пальто. Чуть поодаль в беспорядке валялись головные уборы и шарфы. В этом углу витало облако самых разных парфюмов, целый букет: и аромат дерева, и с цитрусовый, и цветочный, и коньячный. Из всей этой какофонии ребёнок охотно улавливал носом знакомые нотки Майкла, умело сочетающие в себе терпкий выдержанный запах со свежими оттенками чайного дерева. Можно было сразу сказать, что жители этого дома долгие годы делили нажитое, а время так и не смогло искоренить привычку бросать всё в общую гору.Наконец, из арки, ведущей в гостиную, вышёл Майкл, а за ним?— милая низкая женщина в пожилом возрасте. Арчи резко вскочил, как ужаленный, и принялся незаметно поправлять всё, что только мог: причёску, рубашку, складки… Майкл привалился к стене рядом с зеркалом и положил руку на подбородок, робко наблюдая за реакцией двух дорогих ему людей со стороны, исподлобья.—?Майкл, боже, какая прелесть! —?тепло воскликнула темнокожая женщина, ослепительно улыбаясь.Её внешность показалась Арчи совершенно неприметной, но внушающей полное доверие. Милая женщина, очевидно, была полная заботы, объёма которой должно хватить на множество взрослых детей. На её переносице были очки в тонкой золотой оправе; пухлые, сильные и в тоже время нежные руки виднелись из-под облака незнакомой нежной ткани с цветочным узором. Тёмные волосы чуть выше плеча были уложены в пышные кудри и фиксировались парой заколок по бокам. В уставших впалых карих глазах горел огонёк, казавшийся Грину уж очень знакомым.—?Ну, как тебя зовут, милый? —?с едва уловимой хрипотцой спросила женщина, беря белоснежные, дрожащие от страха руки Арчи в свои.—?Арчи Грин, мама,?— неспокойно выдавил Майкл, кусая ногти.Женщина медленно обернулась к сыну:—?Майкл, ты хочешь лишить меня удовольствия поговорить с внуком?—?Я молчу,?— недовольно ответил мужчина.—?Ну, ладно. Я Кэтрин,?— тепло отозвалась мама Майкла. Арчи к этому моменту осознал, что даже пальцем не может пошевелить от страха, а на его лице отобразилась глупая улыбка. Это всё, на что он был способен. —?Пойдём внутрь?Хотелось бы Грину ответить ярко, как-нибудь пошутить или обнять, но он просто не мог. Мальчик лишь кивнул, а когда женщина прошла внутрь гостиной, его руки так и остались вытянутыми и сжатыми, будто продолжали держать чужие.?Страх проходит в течении первых пяти минут? Да нихрена подобного!??— возмущённо подумал Арчи.—?Арчи, ты в порядке? —?тихо спросил Майкл. Парень даже не заметил, как он подошёл к нему и как опустил его руки вниз.—?Д-да. В п-п-полном,?— заикался он.—?Тебя не съедят, успокойся.Арчи резко обернулся назад, отпрыгнул к Джексону, когда входная дверь сзади неожиданно открылась.—?Ну и пусть стоят, мы всё равно не нарядим их,?— смеясь, трезвонил ещё незнакомый женский голос. Его обладательница стояла на пороге, лицом к двери, и пальцами словно поднимала копну пышных тёмных кудрей у корней. Среди милых мелких завитков можно было увидеть снежинки, что стремительно падали либо на норковую шубку, либо на пол.—?Это уж точно,?— отозвался глухим голосом мужчина, который закрывал за собой дверь.Стянув куртку, он поднял взгляд на Арчи и Майкла, которые стояли у банкетки с широко открытыми глазами. Мужчина приоткрыл рот и робко дернул спутницу, чтобы та обернулась. Безумно красивая девушка испуганно посмотрела на Майкла. Её пухлые ярко-красные губы приоткрылись в удивлении.—?Ла Тойя, Тито, привет,?— поприветствовал Майкл и пошёл обнимать молодых людей.Но даже держась за его тонкий худощавый силуэт, они продолжали прожигать заинтересованными взглядами Арчи, который не мог найти себе места. И у девушки, и у мужчины на лицах сияли улыбки, да только у последнего?— искренняя, а у Ла Тойи?— с оттенком внутреннего недовольства. Арчи кожей чувствовал его, читал по глазам и прекрасно понимал, что Майкл ощущает то же самое.—?Майкл, кто это? —?шепнула девушка ему на ухо.—?Я всё объясню. Тито, а где Ренди? Джермейн? Джеки? Марлон?—?Джермейн и Джеки жутко извинялись, они не смогли приехать. А Марлон с Рэнди наверху вроде.Майкл лишь смущённо улыбнулся, отводя доброжелательный взгляд. Только бог знал, о чём он думал в этот момент. Арчи прекрасно знал, что Джексон мог умело носить маски, скрывая истинные чувства, будь то обида или недовольство. Майкл подошёл к парню и, приобняв его, пошёл в гостиную.Справа, на небольшой кухне, выполненной в дубовом стиле и отделённой от гостиной высоким диваном, хлопотала небезызвестная для Арчи Кэтрин Джексон. Казалось, она просто рождена для фартука, повязанного на талии, и пары ложек в пышных тёплых и заботливых руках. Женщина с возможно неосознанными лаской и трепетом относилась к каждому прибору, к каждому продукту. Под её пальцами всё кипело, бурчало, пенилось и оседало. В комнате стоял сильный запах жареных в масле крылышек и ножек, от которого Майкл и Арчи, не сговариваясь, потянулись к плите.—?Небось на запах пришли? —?тепло засмеялась женщина.Мужчины в унисон согласились и посмотрели на Кэтрин так жалобно, так желанно, как собаки выпрашивающие лакомство у хозяина. Невозможно было определить, чьи глаза, округлившиеся от жажды урвать своё, были красивее: холодная синяя бездна Арчи, в которую можно было глядеть сутками напролёт, или безмерная нежность в карей вселенной Майка, едва подведённой чёрным. Одно можно было сказать с уверенностью: у Кэтрин не было ни единого шанса отказать этим двум красавцам.—?Дьяволы,?— смущённо хихикнула она и вилкой достала два небольших наггетса, протянув их Арчи и Майклу.Они осторожно уцепили по куску и синхронно, как дельфины, отправили в рот. Хрустящая корочка надломилась, сочный сок обжёг язык, а нежное филе буквально растворилось на языке. Майкл уже умоляюще застонал, одёргивая маму за руку.—?Мм, ещё!—?Так, ребят, валите с богом! —?смешно приказала Кэтрин, от чего Арчи и Майкл без сговора обиженно выпятили нижние губы.—?Обидно,?— отметил Грин.Внезапно Арчи резко толкнули сзади, словно бы ненарочно. Он испуганно обернулся, и оказался между двух рук Майкла, которые крепко упёрлись в свободную панель на плите. Его глаза закрывали чьи-то худенькие тёмные пальчики, и через несколько секунд за его тонким плечом показалось милое лицо ещё одной незнакомки.—?Чёрт, Джанет, я убью тебя! —?выкрикнул Майкл, сдавленно усмехнувшись, и захватил незнакомые руки в свои.?Ему всё же неведома злость,?— уверенно подумал Арчи, поражённо наблюдая за происходящим. —?Ему ведь больно! Я чувствовал, с какой силой его толкнули, просто вдавили в эту плиту! А он смеется!?—?Так! Дети! Брысь! —?смущённо прикрикнула Кэтрин.—?А это не Джанет,?— обиделся тонкий голос. Пожалуй, самый нежный из всей семьи после Майкла. —?Прости, пожалуйста.Пальцы отнялись от глаз мужчины, которые уже успели округлиться то ли от удивления, то ли от восторга. Его тонкие губы приоткрылись и растянулись в улыбке. Он резко обернулся к незнакомке.—?Ребби! Боже мой! Сестра, я даже не ожидал тебя увидеть! Привет!Майкл, не дожидаясь ответа, заключил девушку в крепкие объятия, прижимая к плечу за затылок; Арчи понял, что, очевидно, Ребби очень дорога ему. Майкл крепко обнимал тонкое худощавое тельце с милой мордашкой и тёплой улыбкой.—?Как я могла не приехать, когда ты так просил? —?прошептала она. —?Ой, а это кто? Малыш, привет!Теперь заботливый взгляд предназначался Арчи. Впрочем, Грин уже привык молчать до тех пор, пока Майкл не даст добро. Это его семья и его планы, откуда же ему было знать, что он задумал. Парень научился полностью доверять Майклу.—?Я скоро всё расскажу,?— кратко ответил мужчина и обеспокоенно посмотрел на ребёнка. Он ловил каждый его взгляд, подмечая чужой дискомфорт. Джексон безумно боялся за него?— это было видно. Даже с его умением носить маски он выдавал своё волнение. —?Пойдёмте ко всем остальным, не будем мешать маме.Майкл приобнял Ребби, словно забыв об Арчи. Всего на долю секунды парень обиделся, но, когда мужчина поманил его пальцем сзади, спокойствие вновь накрыло мальчика.—?Ребби, я не просто так захотел собрать всю семью,?— тихо говорил Майкл ей на ухо, медленно продвигаясь в сторону гостиной. —?Сегодня мне предстоит рассказать вам о новой жизни. Я собираюсь начать совершенно новый этап, закрыть на семь замков прошлую боль, понимаешь? Я изменю всё в корне и хочу найти в вас поддержку.—?Хорошо, дорогой,?— кивнула Ребби. —?Но чего ты от меня хочешь?—?Ты знаешь, что у нас с Ла Тойей не самые лучшие отношения в последнее время. Ты помнишь… Просто помоги мне. Когда я скажу определённые вещи, успокой её. Прошу, сестра, это правда важно для меня.—?Если ты так просишь, без проблем.—?Кстати, надеюсь, его не будет сегодня? —?обеспокоенно спросил Майкл, остановившись.—?Джо сказал, что задержится у себя на работе. Уверена, всё будет нормально.?Он не хочет видеть своего отца? Или чтобы я с ним встречался? —?догадался Арчи. —?Интересно. Видно, неспроста?.Когда Ребби вошла в гостиную и пропустила в тонкий перешеек брата, раздались довольные мужские возгласы вперемешку с женским смехом. Майкл привалился к косяку, скрестив руки на груди. На нём по-прежнему была шляпка, делая образ полностью узнаваемым. Арчи собрался сделать шаг, но мужчина выставил руки из-за спины?— ещё не время.—?Кого мы видим! —?заголосил уже знакомый Тито. —?Рэнди, ты только посмотри! Цветёт и пахнет!—?Кажется, стоит подпортить картинку,?— весело ответили ему.В Майкла в ту же секунду полетели сразу три больших подушки. Среди различных оттенков смеха Грин с лёгкостью услышал до боли знакомое ?хи-хи? Джексона-младшего, его веселый визг и хохот.—?Вот вы как! —?Майкл схватил все подушки на диване рядом, которые только увидел. Две из них он бросил ребёнку, подмигнув.Теперь в воздухе летало всё, что только можно. Арчи тоже доставалось, но он не отставал и вёл игру из-за дивана. Джанет и Ребби спрятались за тумбочкой, на которой стоял телевизор, и помогали парню вести обстрел из прикрытий. Ла Тойя плюхнулась в кресло, скрестила руки на груди и смиренно принимала снаряды. Тито, Марлон и Рэнди носились в центре комнаты, ловя предметы в воздухе, а Майкл был в той точке, где чаще всего скапливались подушки?— оттуда же и беспощадно стрелял.В ход шло всё, до чего дотягивались руки семьи?— игрушечные мишки, шарики для гольфа, что всего десять минут назад мирно покоились в коробке в углу, печенье со стола, фрукты, что могли довольно больно ударить, маленькие бутылочки с уходовыми средствами Джанет… Кажется, никто не собирался останавливаться и пытался хотя бы задеть противников. В этой игре не было победителей и проигравших, было только море веселья, хохота и, конечно, сущего беспорядка. Фрукты летели во все стороны…—?Так! —?недовольно воскликнула Кэтрин Джексон, в руках которой был огромный поднос с шипящими от масла наггетсами. —?Это что вы здесь устроили? Джанет, дом твой, а свинячишь больше всех! Взрослые люди, а как дети малые, ей богу. Арчи, а ты что здесь спрятался? —?обратилась она к парню у её ноги, выглядывавшему из-за дивана.Майкл подошёл к маме, перенял большое блюдо и, удерживая его в одной руке, приобнял женщину другой. Как это ему только удалось? Поднос был, казалось, в два раза шире его талии!—?Прости, Кэтрин, мы сейчас уберем.Один мимолетный поцелуй сына в щёку заставил Кэтрин смягчиться и смиренно поджать губы.—?Так, братва, давайте убираться,?— приказал Майкл. —?Джанет, ты что разлеглась сарделькой?—?А что? —?недовольно спросила она, тяжело дыша.—?Дом-то твой! Тебе и убирать!—?Идите в задницу,?— бросила она и закрыла глаза.Майкл лишь усмехнулся, ставя поднос на свободный, во всяком случае, не занятый барахлом, кусочек обеденного стола. Он схватил какую-то маленькую мягкую игрушку и небрежно бросил в сестру:—?Вставай давай! Ла Тойя, ты тоже!Джанет вскочила, как пушинка, и на пару с Ребби и Марлоном принялась собирать с пола раздавленные фрукты. А вот Ла Тойя, жалобно простонав, приняла положение сидя:—?Раскомандовался тут,?— буркнула она и поправила красное вечернее платье.Но на этот раз ей что-то прилетело не от Майкла, а от Рэнди, который, благодаря своему высокому росту, стоя на стуле, пытался счистить с потолка мякоть… сливы? И как она там оказалась? Арчи же по привычке устроился рядом с Майклом и раскладывал на полках баночки с косметикой.Лишь спустя полчаса комната была приведена в человеческий вид. Безусловно, где-то сверкали пятна от продуктов, кое-какие баночки деформировались, но, в целом, результат удовлетворил семью и, самое главное, Джанет, как хозяйку дома. Она легко пережила небольшие утраты, ибо сама была не прочь повеселиться как следует. Иногда Арчи казалось, будто она?— абсолютная копия Майкла, только женская. Ребби тоже была на него похожа, но в ней сохранились нежность и ранимость.Наконец, семья расселась за стол. Когда все стулья оказались заняты, комнату накрыла тишина. Арчи, ещё не привыкший к ?особенностям? семьи Джексонов, боязливо наблюдал за их пристальными взглядами, направленными друг на друга. Первым не выдержал Майкл: схватившись за живот, он принялся заливисто хохотать. Апогеем стал тот момент, когда мужчина просто лёг на стол, скрывая слёзы смеха.—?Эй, ты чего? —?улыбаясь, спросил Марлон.—?Ты себя видел? —?Майкл с трудом поднял голову, чтобы вновь заржать, как конь. —?Джанет… я… умоляю… принеси ему… зеркало… —?выдавивал он.Девушка, конечно, не послушалась и сама внимательно посмотрела на рядом сидящего брата.?Боже! Да у него фингал на полщеки! Но как же он нелепо с ним выглядит!??— догадался Грин.Джанет, прищурившись, сама задрала голову и заливисто рассмеялась. Арчи поддержал её, вставая и протягивая Марлону зеркало. Мужчина кратко благодарно кивнул, перенял предмет и заглянул в него.—?Твою же… Вот гады! Да как я дома объяснюсь? —?завопил Марлон.—??Я начинаю с человека в зеркале,?— громко запел Майкл среди хохота.Я прошу его изменить своё поведение.Нет послания, которое звучало бы точнее:Не бей сестёр игрушками?.Арчи смеялся до слёз, когда услышал, как умело Майкл изменил фразу с ?измени себя сам? на ?не бей сестер игрушками?. По фактам? По фактам.—?Да иди ты! —?выкрикнул Марлон. —?Кстати, у тебя самого синяк на левой руке!Майкл резко посмотрел на тыльную сторону предплечья?— действительно, рядом с россыпью тёмных пятен витилиго виднелась огромная фиолетовая клякса.Все успокоились лишь через несколько минут. Девушки зажгли свечи в высоких канделябрах, потушили лампы, расставили закуски и открыли шампанское. Сборище друзей, братьев и сестёр по совместительству, превратилось в приличную аристократичную семью. Всё здесь было к месту: ухоженные лица, красивая вечерняя одежда, доброжелательные улыбки. И кто бы мог подумать, что совсем недавно эти сдержанные молодые люди дрались, кидаясь друг в друга игрушками и фруктами? Они были как хамелеоны. Казалось, если напомнишь им об их проделках, они непонимающе пожмут плечами.На тарелке Майкла скромно расположился банан, пару виноградин и три крыла сбоку. Такой пафосно-мизерный набор вполне устраивал и насыщал его, ибо дома он, казалось, не питался совсем. Арчи же сделал выбор в пользу мясного, колбасного и сырного по очевидным причинам.Пока все тихо переговаривались, Майкл слегка нагнулся к Арчи:—?Мы привыкли себя так вести. Меняться за считанные секунды. Издержки профессии,?— пояснил он. —?Что тебе больше по душе, родной? То, как они вели себя раньше, или то, как наигранно сейчас?Арчи задумался. Где же ему было комфортнее? В тишине сейчас, когда тебя хотя бы не обсуждают напрямую, или пятнадцать минут назад, где не было рамок? Вопрос поистине сложный, требующий раздумий, а не моментального ответа.—?Я могу так же измениться, могу пристроиться к любому ходу дела,?— уверенно прошептал Арчи. —?Но мне ближе искренность.Майкл понимающе кивнул. Ещё полминуты он переводил задумчивый взгляд с настенных часов на членов семьи. Вполне гармоничный интерьер дома в шоколадных оттенках, умело совмещающий уют с официальностью, действительно заставлял обращаться внимание на каждый элемент, будь то роскошные винтажные часы или десяток милых кактусов на подоконнике.—?Скажи… Если тебе не понравится человек, ты скажешь ему об этом напрямую или предпочтешь терпеть?—?Намекну.Майкл усмехнулся и захватил губами кончик вилки. Он немного подумал:—?А так не бывает, Арчи. Человек?— это по природе своей максималист, а особенно в шоу-бизнесе. Или так, или так, третьего не дано. Признайся себе, как поступишь? Порой смелость нужна для искренности.—?Промолчу,?— сознался Грин, пряча взгляд. —?Мне пока не хватит смелости сказать прямо.—?В этом нет ничего страшного, Арчи,?— поддержал Джексон. —?Ты уже молодец, что сказал честно. От тебя никто не требует бунтарства, я лишь хочу понять твой характер.—?Майкл, я человек спокойный, не лезущий на рожон. Буду смиренно терпеть, если потребуется. Я не бунтарь, ты верно отметил. Я не такой, как ты.Майкл лишь усмехнулся и положил руку ему на плечо. Не самый приятный нетактичный диалог был окончен на позитивной ноте. Мужчина оказался прав: переборов свой страх сознаться самому себе, человек ощущает облегчение.Тито встал из-за стола и вилкой постучал по краю хрустального бокала в руке. Этим жестом он попросил внимания семьи, которая тут же обернулась к нему.—?Знаете, мы всё сидим и сидим. Пьём, едим и разговариваем. Майкл, не просто же так ты нас позвал. Расскажи, что за прекрасный парень рядом с тобой. Давай, говори тост, брат!Майкл поднял бокал, встал с места и смутился от громких аплодисментов:—?Боже, одна семья, а официоз как на заседании,?— буркнул он. —?Ладно, семья. Ни для кого не секрет, что вы?— моя жизнь. Мы с вами столько прошли вместе: и огонь, и воду, и медные трубы. Вы самые дорогие для меня. Мой дом?— ваш дом. Моя душа?— ваша душа. Мои деньги?— ваши деньги. Мой ребёнок?— ваш ребёнок. —?Повисла неловкая тишина, и лишь Джанет с Кэтрин не выглядели, как ошпаренные. Остальные же раскрыли глаза и рты от удивления.—?Что это значит, Майкл? —?тихо спросил Рэнди. —?Неужто ты хочешь сказать…Джексон-младший достал из кармана небольшой свернутый листок в файле. Его тонкие музыкальные пальцы без труда распрямили сверток и повернули лицевой частью к присутствующим. Продержав его в таком положении десять секунд, Майкл передал лист в руки Арчи.Голубые глазки обеспокоенно забегали по строчкам. ?Официальный документ города Вашингтона об усыновлении??— гласил заголовок. Текст был сугубо официальным, разъясняющим все тонкости делового характера. Внизу стояла размашистая подпись Майкла, больше похожая на автограф, и подпись оформляющего лица со всеми нужными печатями. Теперь ?только мистер Джексон мог считаться законным отцом мистера Грина?. Про Джо Грина речь не шла.—?Теперь этот прелестный малыш,?— Майкл подошёл к Арчи со спины и положил ладонь ему на плечо,?— законно является моим сыном. Не хотелось бы вдаваться в подробности, но у него было очень тяжёлое прошлое без родителей, и я не мог ему не помочь. Я уже купил небольшой дом на окраине города. Очень надеюсь, что вы поддержите это моё непростое решение и примите Арчи в нашу семью.Когда волнение и удивление стали понемногу отступать, а в мыслях присутствующих появилась хоть какая-то целостная картина, они все захлопали в ладоши с искренними улыбками на лицах.—?Я так рад за тебя, брат! —?вскрикнул Рэнди, тепло обнимая Майкла. Вслед за ним подошла и Ребби.—?Ты ничего мне не сказал, вредина! —?усмехнулась девушка, прижимая брата к себе.Когда всё желающие заобнимали Майкла и Арчи, семья медленно успокоилась. Все были действительно счастливы, никто не был против. Для Джексона-младшего поддержка семьи действительно была неоценима, а её получение вознесло мужчину на седьмое небо от счастья. Для него в жизни начинался новый этап.—?Знаете,?— робко начал Арчи,?— честно говоря, я очень боялся этого дня. Боялся, что вы не примите меня, не поймёте, не поддержите. Не выразить словами мою благодарность вам, правда. С вами я чувствую себя нужным, вы все потрясающие. Просто спасибо вам.Арчи улыбнулся, про себя оставаясь недовольным своим настроем: крайне нерешительным и слабым. Он словно был не в своей шкуре, но знали об этом только Арчи, бог и, может быть, Майкл. Остальные же довольно хлопали в ладоши.Лишь Ла Тойя закатила глаза и скрестила руки на груди. Майкл поймал её взгляд, как ястреб, глядя на неё с прищуром, слегка наклонив голову вбок и приоткрыв губы. Когда девушка встретилась с ним глазами, он указательным пальцем едва заметно поманил её к себе, поднимаясь с места и заботливо держась ладонью за плечо Арчи. Джексон, приглашая, дотронулся до Джанет. Троица кивнула остальной семье и по одному направилась, очевидно, в комнату Джанет, что находилась справа от входной двери. Арчи поражённо прожигал глазами содержимое своей тарелки: одну обглоданную кость, пару сырных шариков, остатки дольки огурца и кусочек колбасы. Чужие смешки и разговоры давили на него вместе со страхом то ли за Майкла, то ли за Джанет, то ли за саму Ла Тойю.?Так, спокойно, это их семья, их жизнь,?— успокаивал он себя. —?Они жили вместе долгое время, должны же как-то ладить. Остальное?— не моё дело…?—?Арчи, дорогой, а где ты Майкла потерял? —?опомнилась Кэтрин Джексон.—?Да, кстати,?— поддержал её Марлон. —?И Джанет с Ла Тойей не видно.—?Я не знаю, –стыдливо сознался Арчи. —?Я сейчас, простите.Грин, не выдержав, поднялся с места и направился к хозяйской комнате через длинные коридоры. Свет горит лишь в гостиной и на кухне, а потому перешейки приходилось пересекать в полной темноте. Ноги мёрзли даже в кожаных туфлях, соприкасаясь с холодным светлым мрамором, по которому вовсю гулял сквозняк. В одной белой рубашке Арчи было крайне неуютно, а попросить плед, увы, смелости не хватало.Грин остановился напротив зеркала, в паре метров от которого была злосчастная комната Джанет. Парень взглянул на свое отражение, на тень слева, подчеркивавшую болезненную бледность. Светлые волосы были уложены в боковом проборе, волосок к волоску. Брюки сидели как влитые, с идеальными стрелками. Фирменная рубашка из дорогой ткани облегала мужскую талию, нигде не жала. Увы, во всём этом минималистическом великолепии Арчи не узнавал самого себя.?И кем я стал из скромного парня? Крысёнышем, боящимся каждого шороха? Тенью Майкла, которая не достойна его слова? Где моя храбрость и решительность? Как шоу-бизнес смог так быстро отобрать их у меня??Он с опаской подошёл поближе, как к совершенно чужому человеку. Арчи заглянул в свои глаза в надежде найти прежнее отражение?— тщетно. Пропала в них та искренность, наивность, оставив место лишь для боли, скрытности и отчуждения. Арчи поморщился, продолжая смотреть на себя. Он растрепал укладку, стёр немного консиллера… Бестолку. Увиденное его не радовало.Арчи, чтобы совсем испортить впечатление о себе, тихонько прильнул к закрытой двери и вслушался в голоса за ней. На душе у него было неспокойно, а потому желание подслушать перевесило мораль. К слову, Грин уже подметил, что в то время как Майкл и Джанет разговаривали тихо, Ла Тойя переходила на крик.—?Ла Тойя, я никогда не лез в твою жизнь,?— полушёпотом говорил Майк. —?Никогда. Но я прошу, умоляю, хоть один раз поддержи меня. Просто улыбнись этому ребёнку. Ты ведь знаешь, что я буду самым счастливым человеком. Ну что тебе мешает сделать это?Арчи болезненно поджал губы и прикрыл глаза. Он на ментальном уровне ощущал боль Джексона-младшего от непонимания со стороны семьи. Ему так хотелось открыть эту несчастную дверь, забрать мужчину подальше и уехать домой, где никто не сможет причинить боль.?Майкл, боже, ну не проси, не пытайся,?— отчаянно думал Арчи. —?Она никогда не поймет ни тебя, ни меня… Она всегда будет чужой тебе!?—?А ты не многого хочешь? —?с надрывом в голосе спросила девушка. —?Вечно одно и тоже! В семье не может быть больше двух звёзд, да, Джанет? Не переживай по пустякам, да, Майкл? Вы достали меня! Никого не видите вокруг себя! Эгоисты долбанные, другим прохода не даёте! Правильно Фред сказал… Не важно.Послышался тяжёлый вздох, очевидно принадлежащий Майклу. Кто-то поднялся с места.—?Не кричи, прошу. Ла Тойя, я не понимаю, чем отравлено твоё сердце. Не понимаю. Неужели завистью?Повисла тишина. Только бог знал, что происходило за той дверью. Только он знал чувства, скрывающиеся в их взглядах, явно яростных, пропитанных болью и непониманием. Арчи же обмяк, привалился к массивной двери всем своим весом и был глубоко поражён жестокостью мироздания. Родной человек всегда будет ранить тебя больнее целой армии.—?Ла Тойя, мы не лезем в твою жизнь,?— вмешалась Джанет своим тонким голосом, призывающим к спокойствию. —?Мы уже который год молчим о твоей похоти и многочисленных мужчинах, хотя ты вообще стала секс-куклой, и о наркотиках, на которых ты сидишь, как на воде. Но хоть раз побудь человеком!Дыхание Ла Тойи сбилось, она будто начала задыхаться в гневе.—?Да как ты смеешь? —?выкрикнула она. Послышались быстрые шаги, шорохи?— кто-то подбежал.—?Не смей! —?чуть громче прошипел Майкл. Шорохи оборвались после непонятного Арчи резкого движения. —?Знаешь, сейчас я понимаю, почему ты всегда поддерживала похождения Джозефа. И когда он своих проституток водил, и когда у него родилась внебрачная дочь… Ты сама такая же. Ты только помни: пока ты любишь, они будут мечтать тебя трахнуть. Они трахнут и забудут о тебе, вышвырнут из жизни. Мне стыдно за тебя.—?Хватит докапываться до меня! —?также прошипела девушка. —?Я сама решу, что мне делать, с кем и как мне трахаться. Оставьте меня!—?А я и не трогаю тебя,?— ответил он, делая полусекундные паузы между каждым словом. —?Только и ты мне жизнь не отравляй. Разойдёмся миром и забудем друг о друге, раз ты по-другому не можешь.Повисла гробовая тишина. Ла Тойя усмехнулась:—?А знаешь, чёрным ты мне нравился больше. Ты не был таким противным. Зря ты это всё провернул.—?Провернул что? —?отрезал Майкл. —?Болезнь? Риск онкологии? Зачем ты ранишь меня, как змея, Ла Тойя? Я не узнаю в тебе мою прежнюю сестру!Пара поворотов ключа в замке заставила Арчи, уже полностью сникшего, буквально подскочить на месте. Его голубые глаза чуть не вылетели из орбит, дыхание прервалось, только пульс отдавался в голове. Дверь медленно открылась, и на пороге, как в замедленной съёмке, появился сначала замшевый носок туфли, а затем вышел и его обладатель. Высокий чернокожий мужчина, в темноте напоминающий монстра, по-хозяйски оглядывающийся по сторонам. Он пугал лишь одним своим карим взглядом?— когда Арчи встретился с ним, по спине мальчика пробежался противный холодок. Это действительно был жуткий человек, который, даже ничего не делая, приводил в ужас.Арчи с силой дёрнул ручку сзади, продолжая смотреть на мужчину. Дверь, к его ужасу, не открылась.—?Здравствуйте,?— выдавил мальчик, вжавшись в дверь.Джозеф коротко кивнул и скинул с себя большое пальто. Он передвигался медленно, с поражающей прыткостью, со статью и властолюбием. Как говорится, сразу было ясно, кто здесь хозяин.Майкл открыл дверь, и Арчи, потеряв равновесие, практически упал в его выставленные наготове руки. Сзади мужчины стояла Джанет, а ещё дальше?— Ла Тойя.—?Джозеф? —?с ужасом спросил Майкл.—?Ну здравствуй, сын,?— холодно сказал мужчина. —?Собрал всю семью, сказал важную новость, а меня не позвал? Интересно.?Он говорит так спокойно и тихо, но будто испепеляет этой интонацией. Как же сильно она мне знакома…??— с горечью подумал Грин.—?Ты ведь знаешь, что так будет лучше для всех.—?Ла Тойя поведала мне, что ты усыновил ребёнка. —?Он указал толстым сухим и сморщенным пальцем на Арчи. —?Этого, я так понимаю?Джексон-младший ненавидяще посмотрел на сестру сзади и слабо дернул на себя ребёнка, призывая встать за ним. Страшно было только подумать, какая ярость в нём сейчас горит, какая ненависть. Даже у такого невинного и доброго человека, как Майкла, больше похожего на ребёнка, налились руки.—?Понятно,?— тихо отозвался Джозеф, смакуя каждый звук.У арки-прохода уже стояла Кэтрин Джексон, безмолвно смотрящая на супруга. В их взглядах, направленных друг на друга не было ни капли любви, нежности или симпатии. Они стояли как самые заклятые враги, ненавидящие друг друга.?И как они жили раньше? Держу пари, просто терпели и изменяли друг другу. Какая ужасная энергетика здесь витает?.—?И ты здесь…—?Я полагаю, нам лучше уехать,?— с вопиющим энтузиазмом отозвался Майкл. Казалось, он сам был до глубины души поражён собственной мыслью, будто нуждался в ней всё прошедшее время.Майкл лихорадочно, как можно крепче, почти до хруста сжал хрупкую белоснежную руку Грина и направился к горе из пальто. Когда он почти прошёл мимо Джозефа, отец схватил его за локоть.—?Я слышал, что это был твой последний тур.—?Я ещё думаю над этим,?— тихо ответил Майкл, глядя в глаза отцу.?Последний? Боже, что за бред? Он ведь на пике! Какой последний? Он нужен миллиардам! У него всё только начинается! Хоть бы это был блеф?.—?Так вот ты бы лучше деньги зарабатывал, а не замшелой благотворительностью страдал. Давно ты свободу такую ощутил, а, сын?Майкл закрыл глаза Арчи одной ладонью, достаточно длинной и изящной, чтобы сделать это, а второй, судя по звукам, полез во внутренний карман. Раздался звук шуршания купюр?— да, определённо, что-то похожее. Майкл протянул их отцу и, наклонившись к его уху, прошептал не слишком уж тихо:—?Возьми и больше никогда не проси у меня по полмиллиона на своих девиц. Никогда. И не лезь в мою жизнь.Ладонь отнялась от глаз Арчи, которые уже были на мокром месте. Джексон стремительно направился к входной двери, пока отец находился в ступоре, и вышел с Грином прочь.—?Мелочный ублюдок! —?послышалось вслед за ними.—?Майкл, постой! —?выкрикнула Джанет.***За окном смеркалось. Людей на улицах стало слишком уж мало, хотя обычно ночью город оживал. Непонятно, что повлияло на очередные приключения жителей Вашингтона: то ли мерзкая метель, то ли сами небеса услышали ссору семьи Джексонов. Вверху окна машины немного покрылись инеем, и Арчи с интересом изучал узоры на стекле, уже запотевшем от его дыхания. К тому же, это стало хорошим поводом не смотреть стыдливо Майклу в глаза, которые он скрыл за очками. Джексон всегда так делал, когда понимал, что в карих вселенных можно многое прочитать?— он просто прятал их за стёклами.Когда окно лимузина вернулось в прежнее положение, Арчи поудобнее сел на кресле и принялся искоса посматривать на взрослого, что понурил голову.—?Мне очень жаль, что из-за меня ты поссорился с семьёй,?— выдал он наконец.Майкл кончиком указательного пальца приподнял очки повыше, убеждаясь в надёжности конструкции, и взглянул через них на Арчи.—?Твоей вины здесь нет и не будет. Это мне неловко. Не стоило ссориться с Ла Тойей. Глядишь, и разошлись бы спокойно. —?Майкл прильнул к окну и положил подбородок на сложенные руки. —?Скажи, Арчи. Ты ведь подслушивал наш разговор?Арчи замялся и трижды поблагодарил всех известных ему богов за то, что из-за очков Джексона они не могут встретиться взглядами: если бы это случилось, Грин просто сгорел бы от стыда, утратив возможность здраво мыслить.?Порой смелость нужна для искренности?,?— отозвалось в его мыслях.—?Я стоял рядом,?— прошептал Арчи. —?Прошу, не подумай ничего плохого… Сначала я стоял у зеркала. А потом так получилось, что в комнате кричали, и я не мог не побеспокоиться о тебе.—?Побеспокоиться… обо мне? —?удивлённо переспросил Майкл, приспустив свои несчастные очки на переносицу.—?О тебе. Ла Тойя так кричала… Она некрасиво себя повела, Майкл. Это моё мнение.Майкл неловко кивнул, отворачиваясь к пронзительной ночной темноте в окне. Он знал, что Арчи слышал то, чего не следовало бы слышать ребёнку.Город мелькал тысячью мутных силуэтов домов, а после цепь сменялась высокими небоскребами, сияющими и величественными. Как же ярко была видна грань между богатыми кварталами и бедными районами. Почему же нельзя создать единый мир с едиными для всех роскошными условиями? Почему принципиально важна бедность и социальное расслоение? Почему жестокие холодные люди, держащие в своих руках миллионы долларов, так бездушно относятся к простым, но тёплым семьям с маленькими детьми?Арчи прекрасно знал, что Майкл никогда не был таким. Он знает две стороны медали, сам жил в бедности, но не утратил трезвого ума и заботливой души даже будучи самым молодым миллиардером в Америке. Казалось, его беспокоит благо простой бездомной собаки, не говоря уже о жизнях обездоленных людей. В его сердце хватало доброты, чтобы помочь всем нуждающимся. К слову, далеко не все члены семьи Джексонов могли похвастаться такой же широтой души, увы. Чего стоит жестокость Джозефа или мерзкое предательство Ла Тойи.?Почему весь мир издевается над ним? Зачем столько лжи и сплетен, зачем столько зависти? Что плохого он вам сделал?? Джексон облокотился на сложенные руки и погрузился в свои мысли, кажущиеся Арчи такими недоступными. Мужчина вообще был загадкой для него: до безумия открытый и в тоже время хранящий море секретов.—?О чём ты думаешь? —?не выдержал Грин, кусая ногти.—?Женщины такие мелочные… Им нужно только одно. Им нужен только секс, только деньги,?— сознался он, понимая, что останется услышанным Арчи. Парень же залился краской, стараясь не терять концентрации от смущения. —?Они порой бывают опаснее целой роты солдат,?— нехотя отозвался Майкл. —?А особенно, если эта женщина связана с тобой родством. Не допускай моих ошибок, Арчи. Берегись этих созданий, они могут очень глубоко ранить. Почти убить. Я знаю, о чём говорю. И никогда не ведись на проституток, прошу тебя… —?почти шёпотом добавил он.Арчи глубоко поразили эти слова. Они будто сменили для него полюса, превратили плюс в минус, а ложь в правду. Грин в свои двенадцать никогда бы и не подумал, что безобидная девчонка, грезящая мечтами о принце на белом коне, может обидеть сильный пол. Но сегодняшняя ситуация открыла ему новую истину. Убитый вид Джексона стал тому подтверждением; ему словно было плохо, словно он болел лихорадкой. На тему родства же Арчи вовсе не приходилось думать, ибо перед глазами стоял образ отца, покаравшего близкого человека. Грина передёрнуло.—?Почему родные всегда так ужасно поступают? —?с искренним любопытством спросил Арчи.—?Я не знаю,?— отчаянно ответил Майкл. Он, тяжело вздохнув, отнял ладонь от глаз,?— иди ко мне. Ты нужен мне.Грин подполз к Джексону, удобно располагаясь в его широко расставленных руках. Майкл крепко обнял парня, как плюшевого медведя, тяжело дыша. Арчи мог чувствовать новые оттенки дорогого парфюма, ни на что больше не похожего. Древесные нотки куда-то испарились, и остался аромат… неба, облаков. Да, что-то такое напоминал Арчи этот ни с чем не сравнимый запах. Теплота его нежной кожи, усыпанной пятнами, но полной любви, грела худого и холодного, как труп, Грина. Столько нежности, столько отцовской и дружеской любви нашлось в этих объятиях, нужда в которых была вызвана безмерной болью и сожалением. Тёплая ладонь легла на худую щёку Арчи, а другая?— на затылок, несильно прижимая к себе.—?Мы всё переживем, Майкл. Не расстраивайся,?— тихо попросил Арчи.—?Раньше у меня было всё и одновременно ничего,?— задумчиво произнес Майкл. —?А сейчас я ощущаю себя по-настоящему богатым, Арчи. Просто послушайся меня, просто поклянись, что что бы ни случилось, ты всегда будешь оставаться человеком. Никого не слушай, иди своей дорогой. Завистники будут втыкать тебе в спину кинжалы тысячи раз, но лишь потому, что ты всегда на шаг впереди них. Будь рядом со мной. Никому из чужих не верь?— там не будет любви. Ни у кого не проси?— там не будет помощи. Никого не бойся?— там нет ничего страшного. Чужаки не поддержат так, как семья, никогда. Они не спасут тебя. Поклянись, я прошу.—?Клянусь, Майкл. Клянусь.