Франция. Клафути – традиционный вишневый пирог (1/1)

Ох. Ну, я решил переоформить заявку, да. Потому что там все скомкано.Хотя, здесь тоже не все гладко. Очень не гладко. Я опять недоволен.За эту главу спасибо Паланику, Флер и Канцлеру Ги.Собственно, здесь сосредоточение мыслей и фраз оных.И да. Я вас люблю. Да .3________________________________________________________________________Казалось, что это бред, который несет кто-то в горячке день за днем. Ересь ведьмы, отправленной на костер. Сон, причем сон явно не про радужных пони. Хрупкая дымка, иллюзия, созданная заспанным иллюзионистом часов в 6 пополудни. И он наверняка был испуган своим творением. Таким недовольным, холодным. Однако стальные глаза разбивали рассудок, который с грохотом бил в виски острыми осколками. И Дино влюбился. В ту безысходность, в которую его завлекла Она, сочиненная без спроса каким-то гениальнейшим композитором. Она, истребляющая гадов и шлюх, обхватывающих плотным кольцом грязи и уродов ее территорию, территорию дикой кошки, холодной как вампир. Не любящая долгих бесед богиня. Она была явно не от мира сего. С быстрой походкой и простыми движениями. В них не было ничего лишнего. Полная гармония. Как завершение всего.Хищник, которому нечего терять, опасен.В мире нет ничего особенного. Никакой магии. Сплошная физика. Физиология.

Это была не любовь. Это дикая охота. Охота хищницы на травоядное, забредшее в ее саванну, нарушившее ее личное, сугубо личное пространство. Хибари Кея не вписывалась в понятие ?святой девы?. И Каваллоне влюбился. В демоницу, да, пусть даже так.

Конь с упорством барана ломился к ней. И в итоге обратил на себя внимание. Хотя, по началу, говоря отвлеченно, это был совсем не ее герой. До Коня ей дела, в общем-то, не было. О чем с ним разговаривать она не знала. Хотя, она из тех, кто говоритьфоб. Тишинаголик. Просто не интересовалась. А из-за задания хищница и травоядное пошли по одним следам.Любовь? Слишком нежные для правды слова. Как в плохом Голливудском кино.Но чертики в ее глазах позволили ему подойти.

Но ее грациозные движения позволили ему пошлость.Но ее страхи позволили ему остаться.

Дино не нужно было лишних поводов. Ему хватало взгляда. Что-то такое на духовном уровне, как бывает не у многих. Когда буквально мысли читаешь. Он умел. Он знал, когда нужно успокаивающе погладить по бедру, когда нужно шепнуть что-то на ухо, когда нужно просто слушать. Он знал, казалось, все, едва узнал, что нужно Хибари.Янтарная осень принесла все те прелести, которых лишены весна, лето и зима. В рыжей листве краски ехидных глаз. Улетевшие птицы. Шуршание листвы под ногами. Красивые пеньки. Пни-это, кстати, мило. ?Унылая пора, очей очарованье?. Я, кстати, осенью родился. И моя вера-пнизм. Дитя природы, дитя осени. Воистину.?И охреневшая ворона в страхе падает с клена, хватаясь лапами за призрак любви?.А Хибари Кея ехидно усмехается, глядя на несколько удивленного Коня. Вот теперь дороги назад нет. Хотя я, как бывший наездник, вам отвечаю-разгоряченного Жеребца трудно повернуть. А уж заставить пятиться назад-бесполезная кампания, вроде Вест-Индийской для Капитана Джека Воробья. Но блондин держится на удивление спокойно. Просто встает с кресла и подходит к брюнетке, усаживает поудобней на стол и довольно растягивается в улыбке. Доброй такой, светлой. Так может улыбаться только Дино. Тут принцип экономики не сработает. ?Наилучшего? из отвергнутых вариантов нет. Это была этакая любовь всей жизни Хибари Кеи. Первая и последняя.Это ведь так эпично. Вонгола и Каваллоне породнились. Причем в груди Дино зашевелился легкий и незаметный питон эгоизма. Потому что он узнал первым, а Тсуна, босс Кеи, еще не знает. Ну, Кони все знают.

Он ведь и не заметил. Не заметил, как эта хищница стала спокойней. Не заметил, как из хмурой шестнадцатилетней девчушки она стала вполне собранной женщиной. Ну, женщиной - это он заметил. Вообще, это его копыт дело. Не совсем копыт. Но мы ведь не об этом. Он не заметил, как она одомашнилась. Шла за ним тихой тенью, молчаливо, но верно. С таким надежным ?тылом? можно было пойти куда угодно.

А листья кружились, пряча в своем золотистом дожде чудную пташку по имени Хиберд. А Хиберд потщебечивал над шокированной вороной. Тайный садист и любитель поиздеваться.Шли месяцы. Шли, подшив воротнички, нога в ногу, четким рядом, маршируя по мостовой несчастного года. По кромке льда за Дино неслышно шла Хибари. Она крепко держала его за руку. Она не отпустит. В мире, где клятвы не стоят вообще ничего. Где обязательства – пустой звук. Именно ее слова были непреложной истиной.

?Не бойся с дороги сбиться, идти через темный лес. С тобой ничего не случится. Я здесь.?Если ты - босс семьи в мире мафии, то понадобится акваланг. Для заплывов в дерьме своей семьи, союзной или враждебной. Кстати, однажды один Великий сказал: ?Любое преступление оправдано, если ты делаешь жертву своим врагом.? Если вы знаете автора цитаты, у вас или очень быстрое соединение с интернетом, или ваш кругозор хоть немного, но близок к моему. А это очень лестно, нам будет, о чем поговорить. Но не отвлекаемся.Вот женщины. Они ведь, по определению, хранительницы очага. Ну, Кея хранила очаг, да. Тонфа ей в этом помогали. Потому что от заданий Хибари ввиду беременности не отказалась. И Каваллоне был этим недоволен. Потому что Кея была важной. Самая нужная кошка на свете. Ее легкие духи обволакивали. Просто заманивали. Дьявольский цветок. Любящий тишину.?Кафельный пол подрагивает под ногами. Трубы вибрируют от соседских воплей. То ли проснувшийся от ядерных испытаний хищный доисторический динозавр теперь убивает соседей, то ли они смотрят фильм, врубив телевизор на полную громкость.?Она прикрывала ему спину. Просто перехватывала тонфы и шла, отстукивая каблуками ритм падения лепестков шальной вишни. Обманный рай таких притягательных глаз. А Дино, право, все равно. Хоть на край света. Он должен быть рядом. Просто рядом. Ну, вы же помните, что Жеребец: а) все знает; б) чувствует все на духовном уровне.Он просто сжимает ее в своих руках, разглядывая пасмурные глаза. Думает о птичках и радуге, ощущая, как тонкие пальцы заплетаются в ?гриву?. Это идиллия. Такие моменты не длятся долго, мы ведь не о чистой демократии говорим. Долгими таким моменты не могут быть и не бывают – слишком утопичное желание. Но они ведь бывают.

И Ромарио привык. Он видел, что для Кеи кто-то - просто мясо, которое скоро испортится. А Дино не мясо. Он именно что-то необходимое. Вроде воздуха, только верный и более осязаемый. Так что правая рука Каваллоне привык к соседству хищницы. Просто он посмеивался, наблюдая, как во время очередного ?скачка? настроения Каваллоне получает по голове подушкой. Перевязывал раны и ссадины босса, полученные на задании. При этой ?перевязке? Кея сидела напротив, скрестив руки на груди и хмуря тонкие брови.А знаете причину волнения и хмурости?Вообще, она простая. Это ведь не физика. Это психология, социология и простые наблюдения. Хороший способ забыть о целом — пристально рассмотреть детали. И все становится настолько очевидно. И все же, причина? Элементарно.Хищник, которому есть, что терять, опасен вдвойне.