Глава 6 (1/1)

Несмотря на некоторую тревогу из-за отсутствия Джина, Каме задремал. Да и беспокоиться он не сразу начал, пытаясь избавиться от обиды. Сам себе придумал повод, значит, самому и надо с этим разбираться. С чего вообще взял, что Джин подумал о нем плохо? Впрочем, а как еще можно расценить поведение Каме? Как озабоченного придурка… А вот Джин как раз нормальный, он старался вести себя так, словно ничего не произошло, тем более, что Каме опять чуть не умер. Чертов голос загнал его в эту ситуацию, и все может повториться. Джин даже не представлял себе, каково это. И где он сейчас бродит? Наверное, решил в источнике расслабиться, с таким как Каме железные нервы надо иметь. Под эти мысли он и задремал.- Глупый мальчишка, я так волновалась за тебя. Где ты так долго бегал? С друзьями играл? – мама прижала Каме к себе.- Мама? – тот неуверенно обнял ее в ответ. Откуда она взялась? Разве не погибла много лет назад вместе с отцом? Или он уже на том свете?

- А это как скажешь, дорогой, - мурлыкающий голос привел в ужас. Каме попытался избавиться от объятий, но словно оцепенел. – Любишь мамочку? Могу стать твоей мамочкой. Ты же не против инцеста? Мальчики часто любят своих мам, как женщин. Представляют ммм… всякие такие вещи.Мать захихикала. Она начала таять, превращаясь в черное облако и окутывая его.- Отпусти, - хотел закричать, но лишь прохрипел Каме. Тьма душила, заползала в горло, вызывая спазмы. – Чего тебе от меня надо? Отвяжи-ись… навсегда отвяжись.- Не могу. Я люблю тебя, Казуя. Да и ты любишь, зачем врать? Ты еще ребенком отдал мне душу, приходил каждый день. Тебе никто не был нужен, и я приняла тебя. Обязательства нужно выполнять. Разве нет?- Я не помню… - грудную клетку сдавило. Каме умирал. Может и не стоит сопротивляться?..Пощечина вырвала Каме из кошмара.- Вставай! Где Аканиши? – над ним склонился чем-то раздраженный Ре.- Э? – Каме потер щеку, недоуменно рассматривая незваного гостя.- Не прикидывайся идиотом, Каменаши. Я знаю, что Джин с тобой, его машина здесь. Так куда ты его дел? Встань, когда с тобой разговаривают! – Ре сдернул одеяло и на мгновение смутился, увидев, что он голый. Да еще и в синяках и ссадинах. – Вы чем тут занимались?- А это не ваше дело, - огрызнулся Каме, наконец, полностью осознавший реальность. – Какого черта вы вломились в номер? Я полицию вызову.Он потянулся к джинсам и рубашке.- Считай, что уже вызвал, - Ре сунул под нос удостоверение. – Так где Аканиши?- Думаю, в саду, - буркнул Каме, одеваясь. Внезапно пришедшая мысль заставила заволноваться. – А он что-то натворил?Он не боялся Джина, даже если тот кого-нибудь убил. Сам не без греха, а потому скорее защитит его, чем сдаст.- Натворил? Аканиши мой напарник, - Ре расплылся в ехидной улыбке, заметив растерянность Каме. – Не знал? Наверное, я зря его спалил, но уж что сделано…Ре окинул комнату цепким взглядом. Что-то не давало покоя. Может нетронутая еда? Почему они не стали есть? Особенно Джин. Он всегда любил хорошо поесть, и с аппетитом проблем не было. С ним что-то случилось? Но Каме спокойно спал. И что из этого следует? Ре вытащил наручники, но теперь уже он растерялся. Их в этой комнате пристегнуть было не к чему.- Я никуда не денусь, я ничего не сделал, - Каме ухмыльнулся, удовлетворенный тем, что с Ре слетела спесь. Он гордо прошествовал мимо, направляясь в сад. Джин и правда что-то задержался.Долго идти не пришлось. Джин лежал на дорожке под ярко горящим фонариком. Лицо, освещенное им, казалось красным, и лужа вокруг головы была того же цвета, но настолько темная, что выглядела черным пятном. Джин раскинул руки, сжимая в кулаке рукав юкаты Каме.- Вот и все, - прошептал тот. Колени подкосились, и он, не дойдя до тела, шлепнулся на дорожку. – все…Каме застыл, уставившись неподвижным взглядом на Джина.

- Джин! – Ре бросился к телу, хотел было встряхнуть, но лишь сжал кулаки. Он профессионал, ничего трогать нельзя. Нужно вызвать полицию, это не его участок, однако хрен они получат это дело и того, кто убил Джина. Ре не позволит. Он своими руками засадит эту тварь за решетку и позаботится о том, чтобы тот никогда не вышел на свободу. Ну а сейчас… Никто не мешал выместить на нем свою боль.Каме даже не вскрикнул, когда кулак впечатался в скулу. Он мешком свалился на гравий и продолжал молчать, терпеливо снося удары взбешенного Ре. Каме в этот момент не чувствовал боли, а может просто был не в состоянии ее осознать.Ре тяжело дышал, глядя на творение своих рук. Каме изломанной куклой валялся под ногами, и он вдруг испугался, что забил его до смерти. И дело даже не в том, что не хотел за это отвечать. У Ре не было никаких доказательств вины Каме. Более того, тот не сбежал, расправившись с Джином, а мирно спал в комнате.- И все равно ты виноват, - прошептал Ре, склоняясь над Каме. – Если бы не ты…Он вытащил мобильник и, смахнув слезу, набрал номер полиции.Все оказалось не так плохо. Джин неслабо приложился головой, но был жив. Он даже на какое-то время пришел себя и тихонько завыл от разрывающей боли. Доктор тут же приказал ввести обезболивающее и снотворное.- Лучше так, обследуем спокойно, - пояснил он следователю этого округа.- Как скоро я смогу поговорить с ним? – Танигучи нахмурился. Конечно, замечательно то, что его коллега жив, но нужно же разобраться, что произошло. Напарник пострадавшего утверждает, что это Каме постарался, но больше похоже на то, что Ре лжет. Каме сам выглядит жертвой, жаль, что упрямо молчит.- Я это смогу сказать после обследования. Может понадобиться операция, если есть гематома. Лучше не беспокоить Аканиши хотя бы два-три дня.- Это долго. Сложилась непростая ситуация…- Послушайте, я все понимаю, но советую потерпеть. Я почти уверен, что здесь нет криминала, -доктор покосился на Джина. Этот полицейский только отвлекал от работы.

- А это лишь ваши догадки. Нам надо точно установить картину происшествия и наказать виновных, - Танигучи упорно стоял на своем.- Я непременно сообщу вам, когда Аканиши сможет хоть что-то сказать, а сейчас позвольте им заняться. Иногда значение имеет каждая секунда, это вы понимаете? – не выдержал доктор.- Хорошо. Жду звонка, - Танигучи отступил. Еще не хватало, чтобы его потом обвинили в смерти Джина. Лучше он попробует допросить еще раз Каме. Может новость о том, что Джин жив, развяжет язык?

Танигучи кивнул доктору и отправился на стоянку.Ре злился, но ничего сделать пока не мог. Его арестовали до выяснения обстоятельств, и заперли в камере предварительного заключения. Радовало, что Ре находился в ней один. Вряд ли сокамерники упустили бы шанс поиздеваться над полицейским, попади он в их руки.

Каме не так повезло. После того, как ему обработали раны, заперли в соседней с Ре камере с еще двумя подозреваемыми в совершении преступлений.

- Эй, за что замели? – один из них, симпатичный, с длинными волосами, забранными в хвост, присел перед забившимся в угол Каме. Тот подтянул ноги к груди и уткнулся лбом в колени. – Я – Кентаро, а тебя как зовут?- Ты – Лузер, - хохотнул второй, бритый налысо здоровяк, имеющий при этом по-детски невинное выражение лица. – Нихера не можешь сделать, чтобы не сцапали.

- Заткнись, Джамбо. На себя лучше глянь, - огрызнулся Кентаро. – На камеру кассиру в морду засветил, придурок. Ну так что? Эй, новичок, я тебя спрашиваю. Кто тебя так отделал?- Отвали, - буркнул Каме, не поднимая головы.- Че грубишь? В тюрьме таких быстро обламывают, - Кентаро, казалось, ничуть не обиделся.- Похер, - Каме остался в той же позе. Ему было плевать на судьбу сокамерников, да и на свою тоже. После потери Джина, Каме жалел лишь о том, что так и не занялся с ним любовью. С единственным человеком, с которым действительно хотел. Интересно, что бы он почувствовал? Фейерверки, радугу, полет и все такое, как описывали в книгах, которыми зачитывался, заполняя долгие часы одиночества?- Ему походу мозги отшибли, раз нарывается, - Джамбо навис над Каме, присоединившись к Кентаро. – Вернуть на место?- Рискни, - Каме поднял голову и, глядя единственным не заплывшим глазом, усмехнулся разбитыми губами. – Быстрее сдохнешь.- Ты мне угрожаешь, что ли? – Джамбо удивленно вытаращился на него и приоткрыл рот. – Да я тебя ща одним ударом… Э?Каме откинулся на стену и хрипло расхохотался.- Он чокнутый, - пробормотал Джамбо. – Ну его нахер.- Ага, - согласился Кентаро, поежившись. В глазу Каме он заметил искорки безумия и бесконечную черноту, затягивающую в свои глубины.Они быстро ретировались на свои места и на какое-то время притихли, искоса поглядывая на вновь уткнувшегося в колени Каме.Операция Джину не понадобилась. Доктор наложил швы и, удовлетворившись работой, отправился в приемную.- Сае, позвони в полицию, сообщи, что у Аканиши состояние удовлетворительное. Посещения нежелательны, но если это очень важно, то можно. Только не сегодня. Он спит, не стоит его беспокоить, - выдал он распоряжение старшей сестре, усаживаясь за стол. – Я бы вообще его не трогал несколько дней. Сильное сотрясение еще неизвестно как скажется, хотя ему еще повезло. Чуть ниже, и покойник.- Это хорошо, что повезло, молодой еще и симпатичный. Интересно, он женат? – Сае подняла трубку телефона, но звонить не торопилась.- Придет в себя, спросишь, а сейчас звони давай, и можешь идти домой. Я немного задержусь, документы надо оформить.Сае, предвкушая скорый ужин и отдых, поспешно набрала номер Танигучи.В допросной было накурено, и Ре поморщился от внезапно накатившей головной боли.- Расскажи еще раз по порядку, что произошло, - Танигучи уже записал показания Ре, но что-то его смущало. У Каме были раны, полученные несколько раньше. Такое ощущение, что над ним издевались, истязали и, в конце концов, он ответил тем, что уронил Джина головой на камень. А потом что? Свалился рядом без сил. И откуда только вообще их взял, чтобы бороться с Джином. В таком-то состоянии. Танигучи проникся сочувствием к Каме. Это, конечно, вполне реальный сценарий, но кому принадлежала юката, в рукав которой вцепился Джин? Сам он тоже был в юкате. А Каме в рубашке и джинсах. Был кто-то третий? Ре можно исключить, хозяйка рекана подтвердила, что он находился там на тот момент где-то минут пятнадцать. Джин разбил голову раньше, кровь на дорожке свернулась.

- Я все уже рассказал, мне добавить нечего, - Ре нервно сжал кулаки.- У тебя костяшки сбиты. Дрался недавно? – именно это и смущало Танигучи.- Работа такая, - пожал плечами Ре.- Понимаю, - кивнул Танигучи. – Ладно, вернемся к происшествию. Ты знаком с Каменаши?- Нет, видел в первый раз. Ну, не совсем, - Ре вздохнул. Он, конечно, мог промолчать о слежке за ним и Ямашитой, и ее последствиях, но этот Танигучи не отцепится, и в итоге все узнает. Лучше рассказать все, как было, и убедить в своей непричастности. Иначе из-за решетки долго не выберется. Сидеть в камере Ре хотелось меньше всего. – Мы с Аканиши ведем дело, в которых фигурируют Каменаши и Ямашита. Мы следили за ними, и…Он честно все рассказал до момента своего появления в рекане. А вот дальше слукавил, рассчитывая, что Каме промолчит. Пока сидел в камере, немного успокоился и начал сомневаться в том, что это Каме вырубил Джина. Почему он тогда спокойно спал? На его месте Ре сбежал бы куда подальше. Может это просто несчастный случай? Джин поскользнулся и приложился головой? Обычное дело. Смущала только юката в его руках. Кому она принадлежала? Убийце? Тот мог вывернуться из нее и убежать. Черт! А если Джин девку какую-то притащил для развлечения, но та вдруг передумала, дергаться начала, и вот так все закончилось? И за это Каме получил по полной. Избили и заперли в камере. И если он откроет рот, то Ре точно не поздоровится. Так ему и надо! Идиот!

- Интересная история, - протянул Танигучи. – Что-то вас просто преследуют несчастья. Сбитый Ямашита, которого вы, между прочим, сбили. Избитый Каменаши… Не ваших ли рук дело? И Аканиши с разбитой головой. Один ты, Нишикидо, остался целым и невредимым. Не потому ли, что это ты почему-то решил от них избавиться? Отвечай!Ре вздрогнул. У Танигучи странные выводы, но они вполне логичны. Правда Ямашиту сбил Джин, но зато он, Ре, поработал над Каме. Джин за это уже получил, значит… Да ничего не значит. Какая-то дурацкая цепь неудач. Черная полоса, так, кажется, говорят.- Мне нечего сказать, - пробормотал Ре, опустив голову. Лучше пока помолчать, он итак много сказал. Нужно подумать, и хорошенько подумать. Одиночная камера теперь не казалась такой неприятной.- Хорошо, отложим допрос, - кивнул Танигучи. Стоило проверить все, что наговорил Ре. И допросить Каме. Возможно на этот раз тот пойдет на контакт. – Уведите задержанного!Танигучи проводил взглядом Ре и вышел следом.Ночь или день? А, все равно. Джин приоткрыл глаза, болезненно скривившись. Эта дурацкая лампа на потолке разбудила его. Приглушенный свет казался ярче солнца, Джин физически ощущал, как он слепит и ввинчивается жаром в виски, отчего они пульсируют, как ненормальные. Где он? И что случилось? Он зажмурился, спасаясь от света. Каме… Джин спешил к нему, прихватив оставленную на скамейке юкату, и… Что дальше-то? Черт, ничего не вспоминается. Потерял память? Да ну, он все помнил до этого момента, а значит… Значит просто отключился, и теперь вот валяется тут. Тут, это где? Джин решительно открыл глаза и попытался сесть. Голова закружилась и затошнило. Он снова вытянулся на постели. В больнице. Это похоже на палату в больнице. Заболел? А, вот оно как. Джин вспомнил, что произошло. Он оступился и рухнул на дорожку. Как видно, неудачно. Так по-дурацки… В памяти вспыхнули слова Каме: ?Это так и работает…? Джин не хотел верить в проклятие, но возразить было нечем. Придется сдаться, чтобы жить. От этой мысли начала закипать ярость и обида. Почему он не может быть с тем, с кем хочет? А Каме? Так и будет прятаться от людей? От него. Он же наверняка знает, что случилось и уже сбежал, чтобы не стало хуже. Как пять лет назад. И найти его Джин вряд ли сможет. Второй раз такого чуда не случится. Что ж, наверное, так будет лучше.И почему сердце не хочет с этим соглашаться? Джин прижал руки к груди и закрыл глаза. Он надеялся, что ему приснится Каме, и они хотя бы во сне смогут быть вместе.Танигучи злился. Каме так и продолжал молчать. Впрочем, не совсем. Кое-что он все-таки сказал, и эти слова вывели Танигучи из равновесия.- Вы должны или отпустить меня, или убить, - вот что выдал Каме, когда его привели в допросную. А потом замкнулся и ни на что не реагировал. Хотя нет, кажется, еле слышно выдохнул, услышав, что Джин жив.Больше Танигучи ничего не добился. И какого черта засиделся до ночи, разбираясь с этим делом? Из больницы сообщили, что можно навестить Джина, и, если тому не отшибло память, все встанет на свои места. И узнать-то осталось немного. Он потянулся, выбравшись из-за стола. Завтра все решится. Танигучи отправился домой.Узнав, что Джин жив, Каме воспрянул духом. Но вместе с радостью почувствовал и боль, казалось, в теле не осталось ни одного места, куда бы она не проникла. За всю жизнь ему ни разу так не доставалось. Да и с чего бы? Каме избегал людей, общения с ними, а в детских домах сторонились его. В остальном жизнь была вполне комфортной, Каме практически не болел, и всяческие травмы удивительным образом обходили стороной. Новый опыт, неизведанные ощущения – вот что можно сказать про настоящую ситуацию. Он не возражал. Этим Каме словно становился ближе к своим жертвам, к Джину, и хоть частично искупал вину за свои непреднамеренные преступления. Как же ему хотелось быть таким, как все. Тогда вряд ли оказался бы в тюрьме, в положении, когда любое правдивое объяснение воспримут полнейшим бредом. Как бы еще в психушку не упекли или в какую-нибудь лабораторию, чтобы изучить феномен, тем самым вынеся себе и окружающим смертельный приговор. Лучше молчать. Доказательств вины у полиции нет, и всем будет гораздо безопаснее, если Каме исчезнет из их жизни. Вокруг Японии много островов, наверняка есть заброшенные. Давно надо было найти подходящее место, и прекратить играть чужими жизнями. Как только выберется из тюрьмы, сразу займется поиском. Приняв такое решение, Каме почувствовал облегчение и даже слегка улыбнулся, устраиваясь поудобнее на татами в своем углу камеры.Однако возня его сокамерников не дала по-настоящему расслабиться. Они о чем-то спорили, тихо и неразборчиво, но вскоре это перешло в нечто другое. Джамбо схватил Кентаро за волосы и ткнул носом в пол, подминая под себя. Тот взвыл и начал дергаться, пытаясь освободиться. Джамбо рывком сдернул штаны Кентаро, оголяя зад, и потянулся к замку на ширинке своих джинсов.

- Эй, охренели совсем? – не выдержал Каме. Ему только подобного зрелища до кучи к своим злоключениям не хватало. – Слезь с него!- Заткни хлебало, и мордой к стене! – рявкнул Джамбо. Теперь он совсем не походил на добродушного и невинного человека, каким поначалу казался.- Отпусти-и, - завыл Кентаро, в ответ Джамбо стукнул его лбом об пол и сдавил шею.- Заткнись, сука продажная, не то прибью, - прошипел он. – Ни звука, понял?- Вот блядь, - выругался Каме. Пришедшая в голову мысль совсем не обрадовала. День в камере вместе с ним превратил Кентаро и Джамбо непонятно в кого. Добром это точно не кончится. Каме было плевать на них, он не собирался никого учить нравственности и правилам поведения в общественных местах, но в этом случае почувствовал свою вину. И набрав побольше воздуха в легкие, закричал:- Охрана! Убивают!Джамбо оставил свою жертву и бросился к Каме. Тот не стал ждать, когда его снова начнут бить, и первым нанес удар, засветив Джамбо кулаком между глаз. И следом в солнечное сплетение. Джамбо этого не ожидал, однако даже не согнулся.- Думаешь, меня этим вырубишь? – он ехидно оскалился. – Да я тебя ща на куски порву.- Охрана! – снова заорал Каме, прижимаясь к стене и глядя в затянутые мороком глаза Джамбо.