Шестая (1/1)
Интересно, а где мы все встретимся. Вот уже второй квартал проходим. Кажется, мы почти пришли. И правда, пришли. Такой дом, большой. Не очень такие люблю.
— В этом доме и живёт Тёма, сейчас за ним зайдём. – Потянул он меня за руку к парадной.— Угу, — Я вздрогнул. Наверно. А может, покраснел. Но он это заметил. Я видел как он забавно засмеялся. Так мило поморщив носик. Нравится. Очень.— Знаешь, Глеб, я не очень люблю такие дома. Уж слишком они большие и привлекают внимание. Особенно эти большие стёкла. Такое чувство, что за тобой наблюдают. – Начал он разговор, в начале, не много бормоча как ребёнок, это было так мило, что я невольно расслабился и шёл за ним как кукла.— Угу… — Я всё ещё не отошёл от его милого тона.— Гле-еб, ты как? – Пощёлкав пальцами перед моим носом, Лёнечка, встал прямо передо мной и только тогда я очнулся. Я немного занервничал. Его лицо находилось совсем не далеко от моего. Кажется, я покраснел.
— Как забавно, ты краснеешь как девушка. – Он заулыбался в тридцать два зуба.— Я не девушка! Бу! – Я отвернулся и состроил обиженную мордашку, а он начал бегать вокруг меня, прося прощения.
— Ладно, только если… ммм… Скажешь одну вещь. – Я удивляюсь своей наглости. Как меня только попёрло. Опять! Ну, нельзя быть таким прямым!— Окей, говори, что хочешь услышать. – Он так внимательно посмотрел на меня, что я забыл, что хотел сказать и ляпнул.— Если бы ты мог полюбить парня, я бы тебе понравился? – Кажется, я на него так уставился, что он был готов заалеть куда угодно, лишь бы спрятаться.— Ну, если бы такое произошло, то наверное мог бы. Да. Мог бы. – Он как-то скованно улыбнулся – А к чему ты?— А, нет, ничего. – Вот я придурок. А он такой лапочка. Ответил на мой вопрос. А мог бы уже давно послать! Ммм, какой же я дебил, долбоящер мелкий. Но я по нему сердечками плачу.
— Ты так забавно краснеешь, я всё не могу умилиться. Только не обижайся! Просто, мне нравится! – Аааа! Ему нравится! Чорт. Я же в шоколадку расплавлюсь! Кажется, от меня уже идёт пар. Как в этих долбанных мультиках! Спасите ?Таю?!
— Ааа…эээ…— у меня из ушей идёт пар.— Знаешь, мне кажется, Тёмыч нас уже заждался. А мы стоим прямо перед его дверью. – Засмеялся он. Ленчи-и-ик, ты что-то сказал? О, не-е-ет. Я тебя опять прослушал!
— ЭЭэ… — Что-то я откровенно тупить стал. А ну возьми себя в руки, тряпка! Ну, мне нужно в морозильник.
— Ладно, я сам позвоню. – Он подошёл ко мне, поднял руку и нажал на звонок. Вот облом! Но он так близко подошёл. Я чувствовал его дыхание! Как пару минут назад, когда он извинялся. Такое ровное и тихое. Мммм, я опять замечтался. Потому что не заметил, как милый парнишка вышел из квартиры. Он был чуть выше меня. А значит, не очень высокий. Примерно, 173 сантиметра. Но всё равно, выше. Депрессия, блин.
— О, так это и есть мой спаситель? – Он начал трепать меня за щёчки. – Такой лапочка, я умиляюсь. Ты шоколадку хочешь? – Он так улыбался, что я невольно улыбнулся в ответ.— Глеб, это Тёма. Вот вы и знакомы. – Он почесал затылок и смотрел, как ОНО меня тискает. Кажется, я превратился в котёнка, которого все мучают. Но зато, мне дали шоколадку! Которую, я схомячил буквально за несколько минут, и всё это время, Тёмочка стоял и наблюдал, как я, ем этот… вкусный, молочный шоколад! Я опять замечтался!— Всё— таки ты хорошо подбираешь людей! – Обратился Темоша к Лену.— Конечно, кстати, что ты планируешь? Как вы провернёте это дельце. – Тут и я задумался, будет не очень приятно, если мы провалимся. Да, и Лёнечка расстроится. А ему нельзя! Хотя он и в расстройстве такая лапа!— Ммм, ну, тут не волнуйся! Я всё обдумал. Завтра, на ?нашей? стоянке, я приду с ним. Там и она будет. Так что всё тип-топ. – Заулыбался он, опять! У него такая лучезарная улыбка, даже Лёня не может сдержаться.— Ооо, ты уже всё продумал! Ну, прекрасно. Думаю, с Глебушкой у вас всё нормально будет. – Ответил он. Так, стоп. Они так говорят, как будто меня здесь нет! Не справедливо.— Ээээ… Стоп, а стоянка это где? – Всё-таки решил вмешаться я.— Завтра увидишь, ты моя прелесть. Кушай-кушай шоколадку. У меня много! – Кажется, меня затыкают. Ну и ладно. Я обиделся и отвернувшись стал хомячить подаренный мне шоколад.